После темноты

      Всё было как в прошлый раз… Только на этот раз всё началось в старшей школе.       Я шёл по ровной дороге, но куда бы я ни свернул, вокруг казалось так мрачно. Ни один фонарь не освещал мне дорогу, а телефона с собой не было, чтобы хотя бы посветить им или набрать отцу, чтоб вытащил меня из этой дыры. С каждым шагом я чувствовал, как темнота поглощала меня. Уже не было видно даже этой тропинки. Оставалось надеяться, что я иду всё так же ровно.       К слову, может, вы спросите, как я вообще тут оказался?       Да сам не знаю.       Неандертальцы захотели «развлечься» со мной после школы. Не понимаю, что я им сделал, но издевательства сыпались изо дня в день. Похоже на жалобу? Не жалуюсь. Просто это бесит. Стоит человеку чуть отличаться от других, как на него начинают коситься или делают из него живую мишень.       Последнее, что было слышно:       — Эй, отпиздим новичка после уроков? — поэтому после школьного звонка я схватил свои вещи и что есть силы рванул, куда глаза глядят.       Меня зовут Сал Фишер. Уже прошёл целый учебный год, но нападкам так называемых Неандертальцев — одноклассников задир — не было конца. Вот и приходится либо давать отпор, либо убегать, потому что они кучкуются в ёбаные стаи и одобрительно ухают, как только в их капкан попадается очередная жертва.       Одышка.       В последнее время бессонница — мой верный спутник, поэтому уснуть на ходу — как два пальца об асфальт, но я оторвался от них. Это радовало.       Теперь у меня появилась другая проблема: где я, чёрт возьми, нахожусь?       Шумел дождь, но я его не чувствовал. Всё так же сухо и темно.       «Привет-привет, ты наконец-то снова вернулся» — Чей-то знакомый голос.       «Прости, что оставил тебя надолго, — отвечаю я. — Ты ведь знаешь, как тяжело порой попасть сюда…».       Чьи-то руки обхватывают меня. Волосы опутывают. Мы стоим вместе посреди небытия.

***

      — Сал Фишер? Сал! — донёсся откуда-то голос.       — Что? — парень оглянулся. Он всё так же сидел на уроке литературы. В своём классе.       — Я полагаю, вы закончили задание, раз позволили себе сон на моём уроке, — строго отозвался учитель.       В классе сразу поднялся гул и ехидные смешки, которые заставили Сала чувствовать себя неловко.       — Простите… Я… У меня всё почти готово, — растерялся голубоглазый.       — Тише, класс. Фишер, подойдёшь ко мне после урока. Продолжаем…       Быть не может. Я опять отключился? А эта фраза? Они правда хотят меня избить, или это мне тоже показалось?       Всегда так. Отключки. Мой отец однажды сказал: «Твоё воображение — самая мощная штука, приятель. Это твоё безопасное пространство, спасительная капсула, уносящая в другое измерение, где можно свободно существовать».       И что-то в этом действительно было. Смыться из реальности, в свой собственный мир, — намного безопаснее, но…       Мой мир пугает меня.       Сал нервничал. Взяв телефон, он бросил взгляд на время. До звонка оставалось шесть добрых минут, которые как назло растягивались в целую вечность. Взглянув на листок, парень понял, что его работа даже не была начата.       А ведь и правда…       Он вспомнил, что задремал среди шума в классе: одноклассники негодовали из-за предстоящего теста. К счастью, вопросы оказались для парня лёгкими, и вскоре прозвенел звонок с урока.       Фишер быстро собрал вещи и сдал свою работу вместе с остальными. Его трясло от предстоящего разговора с учителем.       Дождавшись, пока все выйдут из класса, преподаватель обратился к нему.       — Сал, у тебя всё в порядке? Ты постоянно спишь на занятиях и лекциях. Это не отражается на твоей успеваемости в целом, но я знаю, что ты можешь учиться куда лучше.       — Извините, профессор. Я плохо сплю с тех пор, как… — Сал опустил глаза в пол. От волнения тело бросало то в жар, то в холод.       «Почему это происходит со мной? Это было так давно, но само моё существование без конца напоминает мне об этом».       — Если нужна помощь, я могу направить тебя к школьному психологу, юноша. Я понимаю, что это тяжело для тебя…       «Что ты, чёрт возьми, вообще понимаешь там, ублюдок?» — пронеслось в голове у парня, отчего его передёрнуло, ведь будто кто-то другой заставил его сейчас так подумать.       — Понимаешь меня, Сал? — спросил учитель, заметив, что тот застыл на месте.       — Д-да, конечно. Я в порядке, такого больше не повторится.       «Тупой мудила. Лишь бы сбагрить меня, только потому что уснул на уроке?!» — Слова, сопровождаемые неприятным звоном, снова пронеслись у парня в голове. Он отшатнулся и начал тяжело дышать, чувствуя слабость во всём теле.       — Да ты еле стоишь. Нужно отвести тебя в медпункт.       — Не надо! — выпалил Сал. — Они хотят избить меня, мне нужно остаться здесь!       Учитель посмотрел на мальчика недоуменным взглядом.       — Кто хочет избить тебя?       «Блять,» — подумал Сал, — «зачем я это сказал?» — он и понятия не имел, кто говорил тогда о том, чтобы избить его. Да и вообще говорил ли? Вдруг ему всё это приснилось.       —Я не знаю… Я просто услышал, — начал оправдываться голубоглазый. — Но я правда в порядке, мне не нужен врач.       — Если с тобой что-то случится, ты не должен молчать об этом. В этой школе не потерпят такие выходки. А теперь, Фишер, если ты точно в состоянии идти, то на этом всё. Следи за своим здоровьем.       Парень молча кивнул и развернулся, чтобы уйти из класса. Сердце стучало так, что готово было выпрыгнуть из груди. Он медленно открыл дверь. Коридор был пустой. Всё чисто. Никаких Неандертальцев. Никакой странной параллельной вселенной.       Ну, кажется.       «Чего ты так боишься? Что они изуродуют тебя ещё больше? Куда уж там…»       — Почему этот голос внутри такой… Мерзкий, — тихо прошептал Сал, чувствуя отвращение к себе.       Голубоглазый знал ответ, хотя всеми силами отрицал это. Внутренний голос, что порой внушал страх — это и был он сам. Мальчику с ранних лет поставили диагноз - ДРИ — диссоциативное расстройство идентичности. Простыми словами, это редкое психическое расстройство, при котором личность человека разделяется, и складывается впечатление, что в теле одного человека существует несколько разных личностей. Фишер «заработал» себе это после смерти своей матери. Опасаясь за его состояние, Генри —отец Сала, в скором времени отправил его на лечение, из-за чего мальчику пришлось пропустить два класса начальной школы. Однако на третий год он всё же пошёл в школу со своими ровесниками.

***

      Вечерело.       Несмотря на то, что приближалось лето, темнело быстро. По крайней мере, так казалось Салу. Он шёл домой, слушая музыку в наушниках, иногда поднимая голову на дорогу, чтобы оглянуться по сторонам. Он почти дома. Бояться нечего.       Лёгкий майский ветер взволнованно поднялся, отчего запах деревьев и пыльца цветущих растений сразу оказались в воздухе.       — Апчхи!       Это было настолько громко, что Сал услышал сквозь музыку. Голубоглазый вздрогнул и снял один наушник, посмотрев на стоящего рядом парня.       — Ебучая аллергия, — фыркнул он недовольно.       Сал стоял ни жив ни мёртв. Перед ним был парень с длинными тёмно-каштановыми волосами, которые беспорядочно развевались на ветру.       — Будь здоров, — сказал как отрезал голубоглазый.       Он видел этого парня в школе, даже сталкивался с ним несколько раз, но они учились в разных классах. Вроде бы это был его последний год обучения…       — А? Спасиб. Заходить собираешься? — темноволосый даже не посмотрел в его сторону.       Сал опомнился и начал искать ключ от домофона.       — Эмм, ты живёшь в этом доме? —  спросил Фишер, затем сразу же понял насколько глупо это прозвучало. Стыдно…       «Очевидно же! Раз он тут стоит».       Ответа не последовало, парень стоял в наушниках. Играло что-то тяжёлое.       «Как же хорошо, что он не услышал».       Сал снова уставился в карман рюкзака. Как странно. Пусть шатен и проигнорировал его, но ничего не спросил про протез или его волосы. Это расположило Сала к новому знакомому.       — Ну ты долго ещё, чувак? Я ссать хочу, — сняв наушник, парень обратился к голубоглазому.       Сал быстро достал ключ и открыл дверь. Как назло, лифт ехал долго.