Волчей тропой

Трафальгарская площадь - одно из самых красивых мест в Лондоне. В середине площади находится памятник генералу Нельсону, благодаря которому было выиграно Трафальгарское сражение. В нескольких десятках метрах стоит фонтан. Вокруг площади располагаются Лондонская Национальная галерея, церковь Св. Мартина, Арка Адмиралтейства и несколько посольств. Также площадь является большим транспортным разъездом города, по которому многие англичане добирались на работу. Но сегодня площадь была пуста, её перекрыли. К глубокому негодованию местных жителей, многим пришлось ехать в объезд площади, и, естественно, это вылилось в много километровые пробки. Многие недоумевали: почему перекрыли узел? Однако причина была более чем уважительная. Утром в организацию Хеллсинг поступил сигнал о том, что какой-то полоумный вампир пробрался в национальный музей и напал на посетителей. Оперативники Хеллсинга меньше чем через полчаса были на месте, но цели не нашли. Зато обнаружили несколько обращенных в гулей людей. Уничтожив нежить, они опросили несколько потерпевших, в результате чего им удалось установить, что их цель после нападения ушла из музея, прихватив при этом один из ценнейших экспонатов: деревянный саркофаг, облепленный бумажками со странными письменами. Выследив вампира до площади, Хеллсинг перекрыл ее и приступил к ликвидации новой партии нежити, которая неожиданно возникла во время преследования. И все бы прошло нормально, оперативникам почти удалось уничтожить этих ходячих мертвяков вместе с кровососом, но в пылу битвы кто-то из нежити повредил одну из печатей. Взрыв энергии разметал группу по местности, а вампира наряду с горсткой недобитых недомертвецов развеяло в прах. Крышка с глухим звуком упала на землю, и из темноты саркофага на людей уставились два желтых змееподобных глаза, наполненные злобой и глухой яростью. Затем смазанная тень выскочила из своего убежища (а может быть даже и тюрьмы), и начался ад. Те, кто стоял ближе всех к саркофагу, умерли мгновенно: один был разрублен вдоль, второй - поперек. Не успели останки первых двух жертв коснуться земли, как раздались еще два предсмертных возгласа. В течение двадцати секунд на площади раздавались крики, автоматные выстрелы и мольбы о пощаде. А потом внезапно все стихло. Только в чьей-то куртке продолжала издавать свои шипящие и раздражающие звуки уже никому не нужная рация... Узнав об уничтожении группы, глава Хеллсинга - сер Интегра Фэйрбрук Вингейтс Хеллсинг - поняла, что ситуация вышла из-под контроля, и, чтобы разобраться с возникшей проблемой, на место происшествия был отправлен лучший оперативник организации: высший вампир, Алукард. Сейчас площадь представляла собой печальное зрелище: разбитый асфальт, пластами вылезавший из-под земли, пробитые трубы, из которых хлестала вода, останки человеческих тел, которые лежали в луже собственной крови. Все это напоминало сцену из какого-то банального фильма ужасов. Но так как теперь эта картина перенеслась в реальность, то становилось как-то не до смеха... Страх невольно сковывал душу от осознания того, что все вокруг действительно не чья-то очередная больная фантазия. За всем этим с холодным равнодушием наблюдал Алукард, мужчина средних лет, очень высокого роста, примерно три метра, с аристократическими чертами лица. Средней длины черные волосы немного спутались, но отнюдь не портили первое впечатление о вампире, который словно изнутри светился презрением ко всяким мелким слабакам, недостойным его внимания, и чувством собственного превосходства и величия. Его любимый костюм Викторианской эпохи, сидевший на нем как влитой, пышная бабочка, замысловато завязанная вокруг шеи, коричневые армейские ботинки, красный плащ и такого же цвета шляпа с широкими гибкими полями - все это только подчеркивало индивидуальность Алукарда и, пожалуй, его ярко выраженное чувство собственного достоинства. Однако через некоторое время все холодное равнодушие слетело с лица высшего вампира, когда нечто бледное, одетое в серое кимоно, имевшее непонятные фиолетовые пятна над глазами, ринулось на него и совершило первый пробный удар. Алукард отбил и тут же отскочил назад, уворачиваясь от непонятного заклинания. Уйдя на достаточную дистанцию, вампир оскалился и раздраженно глянул на противника. Багряно-красные глаза Алукарда встретились с желтыми глазами оппонента. Высший скривился. Ему было отвратно смотреть на это существо, уж слишком в нем много было от змеи. Но через секунду эти двое снова возобновили сражение, жесткое, без единого сказанного слова. Был самый разгар битвы между ними, когда на площадь, протаранив ограждение, выехал зеленый минивен. Видимо, кто-то из обычных людей сумел прорваться сквозь пробки и наплевал на все знаки с обозначением "въезд запрещен". Алукард отвлекся на внезапно появившихся новых свидетелей буквально на секунду, но змееподобному мужчине этого хватило, чтобы сделать пару непонятных пасов руками. И вампир почувствовал, что неведомая сила связала его: тело ослабло, руки сами завернулись за спину. Он пытался освободиться, но любое движение приносило дикую боль. Тем временем его противник сложил еще пару печатей, и под машиной вырос огромный каменный стержень, который пробил капот. Пару минут было тихо. Затем дверцы автомобиля открылись, и оттуда вышли двое: мужчина и женщина. Обычные люди, просто оказавшиеся не в то время и не в том месте... Знаком показав своей спутнице оставаться на месте, мужчина подошел к человеку с ярко-желтыми глазами и вертикальными зрачками. Алукард не мог даже предупредить об опасности этого глупого, по его мнению парнишку, который совершенно ничем не выделялся в своей джинсовой куртке синего цвета, серой футболке и таких же джинсах, так как тот не успел даже и слова сказать, как бывший заключенный саркофага ударил его рукой в живот. Мужчина охнул, оседая на землю, струйка крови потекла из уголка его рта. Змееподобное существо вынуло руку из живота парня и пинком ноги отправило уже мертвое тело в полет назад к машине. Раздался звук удара и истошный женский визг. Женщина кричала, смотря на своего спутника и видя, как из его живота льется струя черной крови. Недавний противник Алукарда за доли секунды оказался рядом с ней и влепил пощечину, заставив замолчать. Затем он схватил ее за волосы, оттаскивая от машины. Он оттащил ее метров на десять, прежде чем бросить на асфальт, затем начал раздевать свою новую жертву, новую и пока что не сломанную игрушку, разрывая на ней одежду. Если до этого женщина не проявляла никакой активности, то, когда почувствовала прикосновения мужчины, начала вырываться. Почувствовав сопротивление будущий насильник начал бить женщину, пока та не прекратила брыкаться. Он сломал ей нос, разбил губы, поставил пару синяков под глазами и погнул пару ребер. И только после этого приступил к удовлетворению своей похоти. Сколько времени так продолжалось, сложно было сказать, но Алукард видел, что женщине осталось немного: еще полчаса, и она умрет. «Жаль их. Им ведь просто не повезло проявить свою наглость и упрямость именно сегодня», - подумал обездвиженный вампир, не в силах оторвать взгляда от женщины, а точнее от того, что на данный момент с ней вытворяли. Насильник тем временем оглянулся на своего невольного зрителя и ухмыльнулся. - Что, завидуешь? – вскинув брови, сказал он на японском. Желтые глаза были затуманены, казалось, что вся эта обстановка, запах крови и ее наличие на руках только сильнее его заводили и возбуждали. Вампир хоть и не понимал языка чужака, но истолковал всё правильно. Он заскрежетал зубами, желание стереть эту ухмылочку с лица этого поганца было непреодолимым. Алукард дернулся было к оппоненту, но всплеск боли в теле быстро вернул на землю, путы непонятного заклинания до сих пор крепко держали вампира. Заметив эти бесполезные потуги, мужчина, до безумия смахивающий на змею, опять оскалился. - Не дергайся, нежить, - издал он смешок. – А то до завтра не дотя…., - закончить он не смог, так как в него врезалось большое воздушное ядро. Пролетев кубарем по земле, он впечатался в здание, проломив его. Часть стены рухнула с оглушительным грохотом, подняв тучу пыли. Тело женщины окружила воздушная сфера и, поднявшись в воздух, отлетела к машине, где и растаяла, оставив лежать ее рядом с телом своего спутника. Алукард прислушался, он не мог повернуть голову, но прекрасно слышал, чьи-то легкие невесомые шаги. Губы вампира сами собой растянулись в хищном и мстительном оскале... Ведь он уже догадывался, чья это работа. Тем временем недавний насильник выбрался из-под завалов, отряхнулся и переместился к Алукарду. - Так–так, и кто тут у нас шалит? Кому жизнь не мила? – спросил он, вытирая пыль с лиц, открывая глаза и предвкушающе ухмыляясь, предвкушая, что же он сделает со своим следующим противником. Садист внутри него довольно потер руки в ожидании новой игры. Не прошло и пары секунд, как его ухмылочка слетела с лица. Он не верил своим глазам. Этот хищный и расчетливый взгляд ярко-зеленых глаз, эти длинные волнистые каштанового цвета волосы, забранные в конский хвост и закрепленные двумя спицами с резными головами оскалившихся волчьих морд, эта длинная челка, закрывавшая всю левую часть лица... Бывший заключенный саркофага был готов поставить здесь и сейчас на кон все, что только можно, и поспорить, что если откинуть эту ненавистную до дрожи челку, то за ней окажется тот незабываемый шрам в виде молнии... И если все эти признаки верны и глаза с памятью его не обманывают, то эту одиннадцатилетнюю на вид девочку, что спокойно на данный момент стоит перед ним, зовут... - Оками–семпай? – удивлению не было предела.