Спасение утопающих

      «Я буду через три часа в отеле. Возьми планы расстановки объектов и список желаемых приспособлений»       Саске вышел из ванной и провёл рукой по волосам, забирая передние пряди назад. Горячее тело обдало приятным холодком спальни, и Саске сделал глубокий вдох. Мышцы приятно ныли после особенно страстного секса, а голова наконец приобрела ясность. С этим Узумаки расслабиться никак не получалось.       — Саске-сан, — любовник мягко соскользнул с одеяла и по-кошачьи мягко приблизился к своему объекту любви. — У нас ещё есть время.       Саске прикрыл глаза, чувствуя на плечах чужие губы. Сколько бы не было у него мужчин, сколько бы раз он их не менял, ему всегда было мало. Возможно, дело было в юношеском желании тотального сексуального удовлетворения, но Сакура почему-то считала, что это из-за его избалованности и желания обладать человеком от макушки до кончиков пальцев. Он, конечно же, был с ней не согласен. Если бы Учиха и хотел кем-то обладать, он бы в первую очередь пошёл к отцу: у него всегда была уйма кандидатов на примете.       Пока язык выписывал замысловатые узоры на его коже, Саске пытался понять, почему он считает иначе. Да, немаловажную роль играло неутихающее либидо, но это же и хорошо, верно? Однако, суть постоянной смены партнёров лежала далеко не на поверхности, и такие тайны он даже брату отказывался раскрывать. Ему нужен был просто человек рядом. Любой, желательно изменчивый, непостоянный, потому что он должен был соответствовать его вечно меняющимся интересам, и пока что такого человека в его жизни не появилось. Сакура, пожалуй, стала единственной, кого Саске по-прежнему неизменно терпел рядом с собой. С ней было удобно как с глиной — слепил то, что хочется, после она всё равно вернётся в изначальное состояние. Саске не терпел подлиз и людей, выдающих желаемое за действительное, и Харуно в этом случае спасала только её индивидуальность и преданность ему одному.       Саске провёл рукой по рельефным мышцам спины, слегка царапая смуглую кожу. На контрасте с его бледно-молочной она выглядела великолепно. Пальцы Тэкеру, кажется так звали этого мальчишку, с осторожностью скользили по обнажённой талии, спрашивая разрешения. Саске опустил взгляд и слегка прищурился. Во рту пересохло от возбуждения, внезапно ниоткуда взявшейся духоты и тёмно-серых глаз любовника, который желал только одного. Саске вцепился в светлые волосы и потянул за собой. Телефон в руке задрожал в унисон хриплому болезненному стону.       — Саске-сан, пожалуйста.       — Замолчи.       Кровать прогнулась под весом двух тел. Саске откинулся назад и притянул дрожащего любовника к себе, сжимая зубами и оттягивая губу. Он редко целовался со своими пассиями, и этот не был исключением. Тэкеру заскулил как собака, жалобно смотря в чёрные опасные глаза, но не успел опомниться, как Учиха разжал зубы, и в лоб упёрлась ладонь, отталкивая ниже. Саске откинул голову на одеяло и машинально нашарил рукой выпавший телефон.       «Мы договаривались на одиннадцать. Сейчас уже полдвеннадцатого»       Через всё тело пронеслась волна наслаждения от сомкнувшихся на члене губ, и Саске не смог сдержать стон.       «Подождёшь. Я занят»       «Я не буду ждать, пока ты дотрахаешься со своим любовником. Неси свою задницу в отель, тэме»       — Блять!       Саске хотел возмутиться, но получилось как-то не очень: произнесённое слово растянулось на несколько секунд и было сказано с таким придыханием, будто Учиха получает самый лучший в его жизни минет, а не сраного клиента с его третьим глазом во лбу.       «Пока я трахаюсь, ты работаешь, добе»       Статус «печатает» исчез. Саске ухмыльнулся и опустил руку вниз, направляя старательного работающего Тэкеру. Не лучшая ли это жизнь, где все вокруг тебя работают в поте лица, пока ты лежишь и просто наслаждаешься моментом? Саске был уверен, что сейчас, благодаря этим двоим, он обыгрывает жизнь.       «Ну да, ты не способен работать, поэтому все делают всё за тебя»       «А зачем мне работать, если ты всё можешь сделать за меня?»       «Действительно, пассив в одном — пассив во всём, правда, тэме?»       — Откуда ты… Ааах, — Саске вздрогнул и хрипло застонал, не в силах сопротивляться языку своего любовника. Заметив, что Учиха, наконец, отвлёкся от телефона, Тэкеру опустился ниже и уткнулся носом в пах, прижимая бёдра к кровати. Саске, почти не смотря в экран, красноречиво сообщил Узумаки, куда он его посылает, и наконец прикрыл глаза.       Злость испарилась в мгновение ока, уступая место затяжному оргазму. Саске цеплялся за волосы, не позволяя своему любовнику сдвинуться ни на сантиметр. Телефон выскользнул из пальцев, падая на пол, но Учиха этого не заметил. В голове набатом било «ублюдок, ублюдок, ублюдок», заглушая кайф от бурного завершения минета. Чёртов остряк, какого ещё стоило поискать, свалился на его голову и диктовал свои условия разговора. Внутри жаром загорелось желание доказать обратное, заставить придурка увидеть, что он не избалованный сынок какого-то там богача и чего-то стоит. Да что там «чего-то», Узумаки ещё не знает, с кем связался, и он точно пожалеет, что начал эту игру.       — Иди сюда, — Саске рывком притянул к себе опешившего Тэкеру, который и не надеялся на продолжение, и затолкал язык в его рот, буквально насилуя мальчишку. В голове уже родился план по отмщению главному козлу этого дня, и на губах Саске расцвела довольная ухмылка. Узумаки будет умолять его остановиться. Эта среда будет его первым и последним днём, когда он пожалеет о том, что на его пути возник «пассив во всём» Саске Учиха.

***

       Саске с наслаждением провёл рукой по перилам и вошёл в открытую охранником дверь. В отеле было, как обычно, тихо. За стойкой регистрации встрепенулась Тен-Тен, но, завидев сына хозяина, лишь вежливо кивнула и вернулась к своему компьютеру. Она, пожалуй, была единственным адекватным человеком в этом пристанище извращенцев и рассаднике блох. Итачи, естественно, был не в счёт. Саске прошёл по коридору и повернул направо к залу, где предположительно мог находиться Узумаки. От предвкушения задуманного у него впервые за долгое время было довольно приподнятое настроение, но его стоило оставить на потом. В конце концов, в первую очередь он приехал сюда за работой. Развлечься они смогут немного позже.       Наруто нашёлся быстро: по громкому голосу. Саске спокойно распахнул двери зала и чуть не сшиб одного из работников, которые старательно монтировали декорации. Для самого мероприятия они начали довольно рано, но Какаши изъявил желание провести репетицию и увидеть всё на день раньше. Саске не мог противиться воле Заказчика и распорядился начать именно в среду, чтобы закончить к пятнице. Правда, ради этого пришлось перенести все публичные сессии в малый зал, а с четверга и вовсе отменить, но Фугаку, получив немаленькую сумму, согласился предоставить помещения. А Саске приходилось терпеть четвёртый день подряд идиота в здании, которое он ненавидел больше всего.       — О, Саске, иди сюда. У нас проблемы, — Наруто махнул планшетом для бумаг одному из работников и указал на угол, заставленный мебелью. — Накройте это сейчас же.       Учиха закатил глаза и сунул руки в карманы брюк.       — У тебя всегда одни проблемы.       Наруто фыркнул и сунул ему под нос планшет. Саске опустил взгляд в каракули, которыми был изрисован лист бумаги. Понять что-то из написанного было под силу только либо пьяному, либо, судя по всему, одному Узумаки Наруто.       — Если это план побега, то из тебя вышел отвратительный заключённый.       — Завали, тэме, это схема зала. Здесь, — он ткнул пальцем в кусок каракули, — мы планировали разместить стенд со всякими плётками и этим, ну, чем там ещё бьют сабмиссивов.       Саске еле сдержался, чтобы не прыснуть со смеху.       — Если ты на вечеринке так скажешь кому-нибудь из гостей, я лично снимаю с себя ответственность за данное мероприятие. Начнём с того, что не все Сабмиссивы — мазохисты, равно как и не все мазохисты — Сабмиссивы.       Наруто посмотрел на него так, будто эта информация оказалась самой сложной для его мозга. Саске осознал, что с ним будет очень тяжело.       — Послушай, я не знаю, кто там сабмиссивы, а кто мазохисты, мне просто надо разместить чёртов стенд, а он туда не помещается.       Саске вздохнул и вновь опустил глаза в лист. Нарисованное действительно приобретало черты комнаты, а в указанной пальцем точке прямоугольник со словом «стенд» посередине явно выходил за площадь помещения.       — Ну так и в чём проблема? Отодвинь диваны в сторону и освободи место для стенда. Туда даже кóзлы влезут.       — Что, прости, влезет?       Саске чувствовал, как градус тупости вокруг него повышается. Ладно, клиент выбрал этого барана, который не смыслит в приспособлениях, но чтобы тот ещё и вопросы сопутствующие задавал? Саске на это не подписывался.       — Кóзлы, — мрачно произнёс он. — На физкультуру в школе ходил? — Наруто оптимистично покивал. — В зале наверняка стоял такой спортивный снаряд с вытянутой основой, стоящей на четырёх металлических ногах. Через них обычно прыгают.       — О, я помню такой, я прыгал! А что тут с ним делают?       — Привязывают человека и изощрённо пытают, — Саске мстительно ухмыльнулся. Щёки Наруто порозовели, и он отвёл взгляд: наверняка представил всё в мельчайших деталях. — Они выглядят немного иначе, но смысл именно в этом.       Наруто уныло что-то буркнул под нос и хмыкнул.       — Даже если они туда и влезут, стенд всё равно придётся перемещать в другой зал. Он занимает всю длину стены.       Саске повернулся к задумчивому Наруто.       — И как ты себе это представляешь? Лежит перед тобой готовый к порке человек, ждёт, когда ты завершишь его мучения, а ты поворачиваешься и говоришь, что? «Ой, извини, я сейчас за флоггером сбегаю, а ты пока полежи». А в соседнем зале толпа в сто человек и все выстроились в очередь за этим самым флоггером. Или началась закрытая сессия и заходить нельзя ни под каким предлогом. Если бы я узнал, что меня кинули на десять минут, я бы всё к черту послал и свалил с вечеринки. Или ты посылаешь своего Сабмиссива за предметом, а он теряется, потом теряет возбуждение, Доминант злится, всё, конец хорошему вечеру. Расстановка объектов на подобных мероприятиях — это не картонных панд по стенам на детском утреннике развешивать. Одна оплошность может стоить тебе всех клиентов.       Наруто долго и пытливо молчал, а потом выдохнул:       — Как ты это всё можешь говорить с абсолютно невозмутимой рожей?       Саске ухмыльнулся и машинально опустил взгляд на натянутую ткань в районе паха.       — Практика, уссуратонкачи.       Наруто отвёл взгляд и уткнулся носом в планшет. Саске почувствовал, как выходит из игры победителем. Хоть раз в жизни его знания пригодились в угоду его собственным интересам, а не только для того, чтобы достойно показать себя перед клиентом.       — Мы можем поменять местами диваны и стенд, и тогда, возможно, это будет удобно, — голос Узумаки немного сел.       — Да, именно это мы и сделаем. Проблема исчерпана? — Наруто кисло покивал. Саске осмотрел помещение и кивнул в сторону двери. — Пошли, я покажу тебе номера.       Узумаки скривился, всем видом показывая, что идти он никуда с ним не хочет.       — Может, потом? У нас ещё куча дел.       — Потом туда придут клиенты, а нарушать их времяпровождение я тебе не позволю. Идём.       Саске уверенной походкой вышел в коридор. Спустя пару секунд послышался топот ног, и Наруто вскоре нагнал его, следуя рядом. Когда двери за работниками закрылись, отель снова погрузился в звенящую тишину. Ноги тонули в коротком ворсе бежевого ковролина, расстеленного по всей общей зоне отеля. Воздух тонко пах сандаловым деревом и идеально подчёркивал внутренний интерьер: элементы традиционных японских домов сочетались с современными стальными балками, имитирующими врезанные в стены колонны. Чёрные двери номеров неплохо сочетались с тёмно-серыми портьерами, скорее имеющими декоративную функцию, чем реально скрывающие от любопытных глаз постояльцев отеля: окна всё равно были затонированы. Саске испытывал негативные эмоции по отношению к отелю, но, несмотря на всё это, внутренний вид его устраивал.       — Всего в отеле сорок два номера. На первом этаже находятся три зала, бар, стойка регистрации, личные комнаты персонала и два номера вип-уровня. В них нет ничего необычного, это стандартные люкс-номера для отдыха. Клиенты могут переночевать именно в них, если пожелают остаться на ночь.       Саске провёл Наруто по всем помещениям, замечая, как Узумаки старательно записывает их номера. Учиха позволил ему собрать все сведения о комнатах на первом этаже и довольно отобрал блокнот, выдирая страницу с информацией. Наруто возмущённо ахнул и собрался покрывать козла матом, но Саске его опередил:       — Если ты вынесешь эту информацию за пределы отеля, я разорву контракт.       Наруто уставился на него уничтожающим взглядом. Саске ухмыльнулся:       — Идём на второй этаж.       Винтовая лестница огибала половину холла и вела в такой же коридор, как и ранее. Саске издалека скользнул взглядом по двери пятнадцатого номера и обернулся. Узумаки снова что-то сосредоточенно писал. Он, что, с первого раза не понял? Учиха снова вытянул руку и попытался отобрать его, но в этот раз потерпел неудачу: Наруто прижал к груди блокнот и злобно выдохнул:       — Отвали, ничего такого я не записываю. Это план на завтра по задачам.       Саске скептически посмотрел на него.       — Покажи.       Наруто свёл брови, недовольно смотря в тёмные спокойные глаза. Саске не ухмылялся и похоже на этот раз был серьёзен. Узумаки фыркнул и протянул блокнот. На бумаге действительно были записаны задачи на день вроде «перенести стенд» и «выслать приглашение».       — Ну что, нет ничего криминального?       — Нет, — Саске сунул ему обратно блокнот и развернулся. — На каждом последующем этаже находится по десять комнат, на этом — пять. Этот этаж посвящён различным тяжёлым приспособлениям, так как он находится ближе всего к земле. Также пара комнат являются особенными, в них входит одиннадцатая и пятнадцатая. Одиннадцатый номер — это лофт, сюда вмещается достаточное количество людей для группового секса, но он не используется для открытых сессий, так как нет достаточного наполнения приспособлениями.       Саске открыл дверь и показал Наруто номер. Снаружи он действительно выглядел как все, но внутри представлял собой огромное помещение, по площади занимающее целых три номера. И отдалённо напоминал залы внизу, но без диванов и странных предметов неизвестного назначения.       — Двенадцатый, тринадцатый и четырнадцатый — это тематические номера. Показывать?       — Нет уж, воздержусь, — Наруто поморщился.       Саске усмехнулся и прошёл до конца коридора, останавливаясь между двумя последними дверьми.       — Это пятнадцатый номер. Пользуется огромным спросом.       Наруто остановился рядом и посмотрел на таблички. На обоих красовались единицы и пятёрки, и он озадаченно повернул голову к ухмыляющемуся Учихе. Саске показал на дальнюю дверь и отпер её.       — Тебе сюда. А мне сюда, — он открыл соседнюю и зашёл.       Внутри номер ничего примечательного из себя не представлял. Кровать напротив входа, окно, две тумбочки и шкаф со скрытыми в нём приспособлениями и игрушками. Саске закрыл дверь и повернулся к панели у левой абсолютно чёрной стены, нажимая на две кнопки. Из динамиков донёсся голос Наруто.       — Ну и нахрена он меня сюда притащил? Обычные диваны, наверное, на них сексом заниматься удобно.       — Нет, не очень. На них нужно сидеть, — Саске нажал на две соседние кнопки.       Чёрная стена посветлела и мгновенно стала прозрачной. Наруто вздрогнул и сквозь толстое стекло уставился на довольного Саске. Лицо в мгновение ока приобрело пунцовый оттенок, прямо пропорционально отображая степень понимания двух связанных комнат.       — Блять, это что… Это серьёзно?       Саске пожал плечами и осмотрелся.       — Номер для вуайеристов. Иногда используется парами для имитации комнат из публичных домов. Система та же: пульт управления динамиками, где я могу отключить как себя, так и тебя, и двухстороннее окно, способно затемняться с обеих сторон. Например, — Саске нажал на одну из кнопок, — сейчас ты можешь что-то сказать, но я тебя не услышу. Лампочки под потолком показывают, какие режимы сейчас включены.       Наруто нахмурился и открыл рот, произнося фразу. Саске мог только отдалённо догадываться, что это было что-то вроде «охренеть можно».       — А так, — он нажал на другую, — ты меня не видишь, а я тебя — да, — Узумаки закивал. Саске включил все режимы. — Теперь мы снова видим и слышим друг друга.       Наруто ошарашенно осмотрелся и впился взглядом в Саске.       — Нет, я понимаю там всякие цепи, клетки и прочие кóзлы, у всех свои интересы. Но этим-то кто пользуется? Это же просто верх извращения.       Саске подошёл ближе к стеклу, произнося максимально будничным тоном:       — Например, я. Хочешь посмотреть?       В глазах Наруто проскользнула тонна эмоций. Саске видел, как рушится небо осознания, как Узумаки переворачивает представление о мире с ног на голову, как его отношение меняется к Учихе по ту сторону стекла. Но что-то было не так. Саске неотрывно смотрел в голубые глаза и не мог понять, почему в них нет презрения. Привычных смешинок, искривлённой улыбки, желания подколоть или наоборот высказать с отвращением всё ему в лицо. Наруто просто продолжал смотреть. Смотрел долго, внимательно изучая тёмный внутренний мир Саске, будто пытался залезть внутрь и разгадать все тайны своего исполнителя, а затем тихо и твёрдо произнёс:       — Хочу.       Саске почувствовал, как в горле собирается противный комок, который он не в силах проглотить. То, как Узумаки произнёс это, заставило его сердце заходиться в бешеном ритме. Прямо, настырно, настойчиво. Саске пытался сравнить эти эмоции с эмоциями знакомых ему людей, но ни один из них не выдал бы такой реакции на предложение. Ичихана залилась бы краской, Сакура, не будь она непосредственным участником, изошлась бы в сердечках и заняла бы первый ряд в местах по ту сторону стекла. Любовники бы бледнели и испуганно кивали, лишь бы не упустить момент. Наруто не боялся и не восхищался Саске, не старался ему угодить, не ловил каждую возможность быть рядом. Ему просто было интересно.       — Ну так посмотри, — Саске притворно ухмыльнулся, наконец вытаскивая свою гордость наружу.       — Когда?       — Сегодня, в десять вечера.       Наруто не сдвинулся ни на шаг, словно их разговор не был завершён, и продолжал внимательно следить за своим собеседником. Саске сунул горячие ладони в карманы и отвернулся, больше не желая смотреть в эти глаза. Биение сердца слишком медленно возвращалось в свой привычный ритм. И с чего у него такая реакция?       — Идём дальше.       — Ага.       Хриплый голос потонул в динамике и эхом прошёлся через всю комнату, оседая мутной пылью на взволнованной душе Саске.

***

      — Саске, привет!       Саске покачнулся от налетевшей на него девушки и отставил ногу назад, удерживая равновесие. Сакура повисла на его плечах, и Учиха с трудом отодвинул её от себя, раздражённо шипя:       — Отцепись, дура, и не смей так больше делать.       Сакура довольно прикрыла рот ладонью, смеясь.       — Прости. Я не опоздала? Бежала как могла, — она непринуждённо замахала рукой и слегка наклонилась, смотря за спину Учихи. Тон голоса опасно понизился. — А он что тут делает?       Харуно впилась взглядом в замершего у входа в комнату для гостей Наруто и перевела свой взгляд на холодного Учиху. Она не собиралась терпеть здесь зачинщика всех бед и уж тем более не позволит ему увидеть прекрасное тело Саске. Сакура от злости впилась ногтями в запястье своего любовника и не заметила, как тот начал шипеть.       Саске приподнял одну бровь и обернулся, сталкиваясь с заинтересованным взглядом Наруто. Узумаки заметил знакомую фигуру рядом с ним и вышел из толпы, ожидающей начала сессии.       — Привет! О, — он осторожно опустил взгляд на и без того бледную руку слишком худого брюнета, — мне кажется, ему больно.       — Что? — Сакура в замешательстве мотнула головой в сторону и нахмурилась, брезгливо отдёргивая руку. Вакамэ обхватил запястье ладонью и потёр, растягивая уголки губ в навязчивой улыбке. — Не переживай, ему нравится, — на бледно-розовых губах появилась милая улыбка. Она осмотрела обоих. — Я думала, вы не очень ладите.       Наруто рассмеялся.       — Приходится, потому что мы работаем вместе.       — О, и как же это, интересно, так вышло? — в голосе Сакуры проскользнули нотки язвительной ревности. Эта женщина вообще когда-нибудь успокоится?       Саске вздохнул и спрятал руки в карманах.       — Ты долго будешь языком чесать, или пойдём уже?       Сакура мило улыбнулась и холодно повернулась к своему пассиву. В зелёных глазах промелькнуло то, что Саске неоднократно видел у многих Доминантов: абсолютную подконтрольную власть.       — Иди в комнату.       — Как скажете, — Вакамэ скользнул взглядом по Саске и Наруто и исчез за спинами в толпе. Саске слегка вздрогнул, прогоняя мурашки по всему телу: он на дух не переносил это существо.       — Пойдём, Саске, все уже заждались, — Сакура повисла на его руке и заныла как влюблённая девица.       — Так, значит, я был прав?       Саске повернул голову. В голубых глазах плясали чертята. Наруто с усмешкой провёл ладонью по его плечу, смахивая несуществующую пыль, и похлопал по нему. Саске раздражённо отдёрнул его, пытаясь понять, что такого весёлого на уме у Узумаки. Вдруг осознание ударило в голову, и Учиха наконец позволил себе ухмыльнуться. Действительно, радоваться было чему.       — В таком случае приятного просмотра.       Наруто приблизился и едва коснулся его носа кончиком своего.       — Уверен, я получу невероятное удовольствие, — он медленно развернулся и скрылся за дверью гостевой части.       Саске проводил его взглядом и схватил запястье девушки, грубо дёргая на себя.       — Саске, что это всё значит? О чём вы говорили?       Саске притянул девушку к себе и обхватил талию, наклоняясь. Щёки партнёрши заалели, а сквозь тело прошёл жар.       — Ты говорила, что хочешь хоть на мгновение стать в наших отношениях Топом. Я дам тебе пятнадцать минут.       Сакура нахмурилась и упёрлась руками в его грудь.       — Что ты хочешь ему доказать, Саске? Я знаю, что ты никогда бы не позволил мне этого просто так.       Саске опустил на неё тёмный холодный взгляд. Сакура слишком хорошо его знала, чтобы надеяться на отрицательный ответ. Конечно, с какого такого счастья Саске вдруг поменяет отношение к ней? Она снова была чёртовой марионеткой в его руках. Однако эта ситуация оказалась не такой уж и плачевной на первый взгляд. Сакура не собиралась проигрывать никому Учиху, и раз уж Саске затеял такую игру, она приложит все усилия, чтобы этот миленький блондин с глуповатым выражением лица и отсутствием манер первым сбежал из номера.       — Звук будет идти только с нашей стороны, и я включу зеркало.       — Хорошо, за пятнадцать минут я сделаю всё возможное.       Она приложила ключ-карту и открыла дверь, проходя внутрь. Саске поднял взгляд на лампочки и, удостоверившись, что все четыре горят красным, нажал на три кнопки. Стекло посветлело, и Саске, первым делом найдя Наруто, осмотрел всех присутствующих. Пассия Сакуры заняла место рядом с Узумаки и что-то активно шептала ему на ухо, остальные двенадцать человек его абсолютно не волновали. Саске передёрнуло от этой картины.       — Добрый вечер. Меня зовут Саске Учиха, сегодня моей партнёршей будет Сакура Харуно. Обращаю ваше внимание, что происходящее в данном номере является конфиденциальным и не может быть распространено за пределами отеля. Это не тематическая и не БДСМ-сессия, поэтому если вы пожелаете принять участие в подобном, обратитесь ко мне после окончания. Также напоминаю о том, что по нашему обоюдному согласию, — Саске вспомнил, как даже не дал выбора Сакуре, — звук с вашей стороны будет выключен, а защитный экран на нашей — включён. Приятного вечера.       Он протянул руку к панели и нажал на кнопку. Зрители исчезли в темноте, оставляя его наедине с Харуно. На плечи легли чужие руки, и Саске слегка склонил голову, позволяя им повернуть его лицом к девушке. Сакура наконец начала свою игру.       Саске был достаточно терпим к боли, в основном благодаря той же Харуно, которая имела привычку царапаться во время секса. Однако детские воспоминания неустанно намекали, что это далеко не заслуга девушки. Саске не был мазохистом и скорее получал больше негативных ощущений, чем реальное наслаждение. Три шрама на спине, отдающие фантомной болью при каждом прикосновении к ним, служили тому вполне весомым доказательством. Но это ещё не значило, что он не любил разнообразие, скорее наоборот. Жаль, что его представления о сексе во многом расходились с желаниями отца.       Сакура за десять минут успела сделать многое, и Саске сожалел лишь о том, что не видит самодовольной ухмылки Узумаки по ту сторону стекла. Ещё бы, картинка, как говорится, выглядела весьма вкусно. Сакура уступала Саске в силе, но при этом цепко держала пальцами его запястья над головой. Когда она успела избавить его от абсолютно всей одежды, Учиха уже не помнил, а если бы и попытался, то наверняка бы смешал несколько ночей в этом номере воедино. Впрочем, это было одним из её кинков: хрупкой и беззащитной она прекращала быть именно в тот момент, когда оставалась единственной полностью одетой в помещении. Саске было плевать на её предпочтения, поэтому даже в этой ситуации он полностью ей владел. Сакура об этом прекрасно знала и осторожничала, хоть и вела себя довольно грубо. Учиха был доволен тем, что она приняла его игру и вошла во вкус, хоть играла по своим правилам, но это уже начало надоедать.       Когда Сакура произнесла очередное «мой Саске», он понял, что или сейчас у него окончательно сорвёт крышу, или он её задушит. Саске рывком поменялся с девушкой местами и перевернул на живот, сжимая крепко обе руки одной. Сакура заскулила, но мгновенно затихла, когда жаром дыхания опалило её шею:       — Твой, говоришь?       — М-мой, — Сакура едва смогла собрать остатки воли и не позволила своему голосу сорваться. — Мой.       Саске хрипло усмехнулся и задрал подол маленького шёлкового платья, проводя короткими ногтями по нежной коже бёдер. Тяжёлого дыхания было достаточно для того, чтобы понять, что Сакуре много не требовалось: только этот высокий хриплый голос и его руки, от которых дрожало всё тело.       — Я не твой по одной простой причине, — он схватил прядь розовых волос на затылке и оттянул назад, заставляя девушку прогибаться, — это я тебя имею, а не ты меня.       Сакура со стоном, захлёбываясь в ощущениях, рухнула обратно и повернула голову назад, прося взять здесь и сейчас. Саске не стал отказывать ей в этом удовольствии и в процессе смены положения скользнул взглядом по стеклу, останавливаясь именно в той точке, где всё ещё сидел Узумаки. Он готов был поклясться, что он не ушёл и пожирал взглядом его и Сакуру на пару с бледной водорослью по соседству, которая обожала наблюдать за своей хозяйкой. Саске жадно прошёлся по собственному отражению и повернулся к сгорающей от нетерпения Харуно.       Все следующие сорок минут Саске думал о том, стоит ли идти по обычному сценарию. После того, как они завершали их маленькое представление, Саске, вопреки всем правилам, отрубал полностью видимость и слышимость комнаты и оставался действительно наедине с Сакурой ещё какое-то время. Постоянные клиенты и гости их сессий прекрасно знали об этой особенности характера Учихи и как правило расходились по своим номерам или спускались в бар для завершения очередного неплохого вечера. В этом случае Саске точно не узнает, остался ли Узумаки до конца. Второй исход событий имел свои недостатки: если Сакура узнает, что Саске изъявил желание прервать их ночь так рано, она устроит истерику, а на Вакамэ к следующему дню не останется живого места. Не то чтобы ему было жалко водоросль или он хотел угодить Харуно, ему на обоих было плевать. В этот раз он так и не узнает реакцию Наруто, которая была для него крайне важна. Оставался третий и самый непредсказуемый вариант.       Саске отпустил дрожащую девушку, и Сакура безвольно рухнула на кровать, всё ещё отходя от оргазма. Саске провёл рукой по мокрым волосам назад, чтобы они не липли на лицо, и, преднамеренно предугадывая реакцию зрителей, протянул руку к панели.       — Дамы и господа, планы изменились. Вы можете покинуть номер сейчас же без права возврата. Основная сессия окончена.       Саске выдохнул и уставился на красного Наруто. Грудь под футболкой часто вздымалась, а дёргающийся кадык говорил о том, что никакая вода в номере не спасала от жара, опаляющего тело Узумаки с головы до ног. Руки лежали на коленях и определённо не касались паха, в отличие от большинства присутствующих. Ну прям девственник с большой дороги.       Саске облизал губы и усмехнулся, переводя взгляд на уходящих зрителей. Что ж, чем меньше, тем лучше. Когда половина покинула комнату, Саске нажал последнюю кнопку. Все четыре лампочки загорелись зелёным. Один из клиентов замер в дверях и, очевидно передумав, опустился обратно на диван. Наверное, почувствовал, что может упустить что-то очень интересное.       Взгляд упал на тень. Сакура вкрадчиво приблизилась к своему партнёру и скользнула ладонями по рёбрам, обхватывая плечи снизу. Саске слегка опустил взгляд, обращая внимание на прикосновения, и вернул его обратно на Наруто, всматриваясь в потемневшие синие глаза. Узумаки сглотнул, но не отвернулся, продолжая жадно сканировать обнажённое накаченное тело.       — Саске, я думала, ты против прямого контакта со зрителями, — Сакура опустила подбородок на острое плечо и провела кончиком носа по шее, краем глаза смотря на своего любовника. Губы, на которых не осталось ни капли жидкого блеска, скользили по светлой коже, собирая перекаты мышц.       Саске одним движением руки схватил её за запястье и развернул к себе лицом, давя всем весом. Сакура отступила назад и упёрлась в препятствие, поднимая свои испуганные глаза на Учиху.       — Ты же не, — но Саске не дал ей закончить, вырывая из горла долгий протяжный стон.       Наруто вспыхнул, когда оба тела прижались к стеклу. Голоса словно выкрутили на максимум, и по гостевой части разнеслось горячее дыхание Учихи, словно он занимался сексом не с Сакурой, а со всем отелем. Узумаки схватил первую попавшуюся бутылку и откинулся на спинку слишком мягкого дивана, залпом опустошая её. Его слегка потряхивало от картинки перед собой, потому что между ними не было и трёх метров. Саске смотрел пристально, изредка отвлекаясь на стонущую под ним Харуно, а потом снова обращал свои чёрные глаза на дрожащего Наруто. И хотя их разделяли считанные пара шагов, Саске считал это групповым сексом, потому что то, как они имели друг друга глазами, заменяло каждый хриплый умоляющий стон его любовницы. Сакура попыталась прервать их контакт, но Учиха жёстко сжал её волосы и отвернул от себя, не позволяя ни на секунду отвлекать от этих синих глаз. Они горели огнём желания и настойчиво сверкали в приглушённой темноте. Саске усмехнулся и втянул носом жаркий воздух комнаты, рыча на ухо дрожащей от похоти Сакуре:       — Кто из нас пассив теперь?       Губы Узумаки дрогнули. Вопрос был адресован только ему, и Саске это понял по изломам на его лице, говорящим о том, как сильно его задела фраза. Наруто задрожал и дёрнулся, но, остановленный Вакамэ, опустился на место и сцепил зубы. Саске, удовлетворённый этой реакцией, впился пальцами в бедра, притягивая Харуно ещё ближе к себе.       — Я… Я твоя, Саске, — Сакура громко вскрикнула и задрожала так сильно, что Саске пришлось прижать её силой к себе, чтобы унять бурную реакцию организма.       Наруто мгновенно отвёл взгляд и поднялся, направляясь к выходу. Саске с победной ухмылкой отпустил еле стоящую партнёршу и развернулся, исчезая в ванной. Когда он наконец вышел и привёл себя в порядок, Узумаки уже не было ни в комнате, ни в коридоре. Телефон призывно светился, озаряя новой смс от Джуго.       «Наруто Узумаки покинул здание отеля и сел в свою машину, направляясь в центр»       Саске в сотый раз перечитал сообщение и отложил его, ловя собственное отражение в зеркале заднего вида. Внутри разливалось приятное тепло от удовлетворения после достойно проведённого вечера. В кои-то веки с Наруто у него всё сложилось по плану.       «Наруто Узумаки зашёл в здание вашего дома»       Губы Учихи тронула едва заметная улыбка.