О вопросах человечности

Какие истории начинаются с дождя? Романтичные? Уж точно нет. С дождя начинаются истории про неудачников, и это уже промокший насквозь Лео мог утверждать с огромной уверенностью. Ему двадцать два, он полузащитник в основном составе, его семья в счастливом неведении, что их сынишка творит уже, посчитай, десять лет своей поделённой на "до" и "после" жизни, но... Но тем не менее он полный неудачник. Ну, на сегодняшний день так точно. Почему? Ох, этот вечер стал просто кульминацией череды неминуемых событий и их последствий. Потому что сейчас он стоит под чёртовым дождём со спортивной сумкой вещей в руках, перед воротами закрывшегося для него летнего съезда, а его единственная подруга сейчас вне досягаемости женского корпуса. Слишком много вопросов, не так ли? Что ж, тогда обо всём по порядку. Думаете так просто жить, бегая между двумя совершенно разными мирами? Жить, скрывая эту тайну от своей семьи, друзей, близких? Бесконечно врать, придумывая оправдания и пропуская один важный момент за другим? Едва ли. Это начинает давить, медленно выжигая изнутри. Невозможность быть искренним, невозможность поделиться всеми переживаниями, страхами - это казалось интригующим и азартным в детстве. Но ему больше не двенадцать. И не шестнадцать, чтобы изображать трудного подростка с ворохом собственных тайн. Недоговорки, вечные пропадания и отмазки в конечном итоге приводят к тому, что даже самые твои великодушные и верные друзья предпочитают "отойти в сторону", ведь, если у тебя так много секретов, то как они могут разделить то, что с тобой происходит? С девушкой всё ещё хуже, ведь Кей тоже была не железной, чтобы столько терпеть побеги Уолкера без видимых причин и долгое отмалчивание, когда оправдания кончались. Они разошлись громко, некрасиво и прямо на выпускном балу, где Кей прямым текстом сказала ему после их последнего танца "Нет. Мне нужно двигаться дальше. Я устала". И Лео не мог её в этом винить - так, вероятно, действительно было лучше. А может быть он принял это не настолько болезненно, потому как в голове к тому времени уже была "каша"? Возможно. Но это уже совсем другая история. А после... Точнее именно на том самом злополучном выпускном, он неожиданно нашёл хорошего друга в лице Астрид. Астрид! Кто бы мог подумать, если честно, ведь после того года её на Уолкере "помешательства", Лео сделал всё, чтобы их общение свелось до минимума. И они и не общались до того вечера. Они тогда втроём - Лео, Астрид и Рамзес, в своём новом земном облике - прошатались по городу до самого утра, а после ещё пары встреч Лео неожиданно осознал, что за своим немного предвзятым отношением совершенно не заметил, что характер девушки изменился в корне. Ни ему одному годы принесли свои проблемы и повод помолчать, так? Тому, что он попал в один университет именно с ней, Уолкер не жалел уже вовсе к концу лета. Что касается годов до выпускного и уже упомянутого Рамзеса, то тот стал Лео самым близким другом, возможно, даже частью семьи. По началу Разведчик Египтуса просто исполнял порученную ему обязанность присматривать за Лео на Земле. Эксатона изгнали, война закончилась, и присутствие Лео в Египтусе стало требоваться не столь часто, так что визиты Фараона Земли становились тем чаще, чем больше проблем в обычном мире сваливалось на голову. От Рамзеса, конечно, сие надолго не укрылось - в конце концов он был единственным, кто на тот момент понимал терзания парня в равной мере, а потому стал выбираться в мир людей куда чаще. Лео помогал ему освоиться в современном мире, учил различным вещам - от повседневной мелочи до тонкостей людского общества, традициям, новым словам, негласным правилам, обращению с техникой, законам, истории... Рамзес, как выяснилось, когда-то давно уже был на Земле. Но то было так давно... Они проводили почти всё время за тем, что слонялись по городу или сбегали за его пределы, где Рамзес, по просьбе Лео, проводил с ним тренировки рукопашного боя и обращения с холодным оружием. Эдакий обмен на то, что Фараон Земли терпеливо, день ото дня, помогал ему вспомнить то, что было утрачено веками назад. Хотя... По правде, ни первому это не было в тягость, ни для Рамзеса тренировки без браслета и божественной силы были не лишними. А уж после появления в их компании Астрид, Лео даже показалось, что всё налаживается окончательно. Она не задавала вопросов на тему того, куда они с Рамзесом периодически исчезали, всегда могла поддержать беседу и точно знала, как поднять им обоим настроение. В обмен на это они оба тянули "со дна" её. Быть "красивой стервой" тоже долго не выходит. Особенно, если тебе на самом деле вовсе не сдались чужие воздыхания и лесть. Так что в обществе этих двоих - немного придурковатых, немного нелепых и шумных - Астрид было комфортнее всего. Тысячи шуток, беспрестанные стёб и подколы стали для их трио такими же неразменными спутниками, как долгие посиделки на чьей-нибудь крыше, танцы на заднем дворе у Лео вместо уборки сада, врывания в окна спален друг к другу по среди ночи с предложением срочно пойти в какое-нибудь интересное место, засыпание Астрид на кровати Лео, пока тот с Рамзесом делили диван в пустом доме, фотографии "компромата" с утра и громкий смех. Их это устраивало. И Лео бы точно не разменял эти дни на что-то другое. Но... Вернёмся к тому, что мы имеем сейчас. Конец университета не за горами, что говорить родителям по окончанию этого лета Лео не имел ни малейшего понятия, Рамзес был на очередном задании в Египтусе, Астрид мирно спала в женском корпусе, а он сегодня умудрился вылететь с летних сборов, потому как оказался "не в том месте, не в то время", по иронии. И вот - он стоит с сумкой в руках у автобусной остановки, под холодным июльским дождём, никак не решаясь набрать домой и сообщить родителям, что остаток лета он теперь проведёт дома. Вот вам и великий Фараон Земли. Вот вам и сила Ока Ра и друзья из Золотой Армии. Иронично, что всё это было абсолютно бесполезно в подобных ситуациях. К тому же, нельзя же всё время полагаться на магию и технологии Египтуса? Вопросом этим, к слову, Лео начал всерьёз задаваться уже давно - что он вообще может без браслета? Что он вообще способен сделать без Ока Ра? Помниться именно тогда Рамзес, хмыкнув, и предложил ему периодически ходить заниматься. Как это "периодически" стало "регулярно" - другой вопрос. Лео чуть хмурится, блокируя экран телефона и не без раздражения убирая его в карман. Автобус, постояв на остановке добрых двадцать секунд, с надломленным кряхтением двинулся дальше по лужам, кажется залив Уолкеру кросовки ещё больше. Нет. Сейчас ему точно не хватит сил позвонить маме, а уж тем более сесть куда-либо и поехать домой. И Лео понимает, что опять уклоняется от серьёзных разговоров, опять уходит от проблем, но всё равно достаёт из сумки браслет Ра. Он просто переночует в Египтусе, а утром обязательно вернётся и позвонит. Потому что иначе это сделает директор, и будет хуже. Обязательно. У стен Золотого города тихо, тепло и пусто. Лео делает шаг на песчаную землю, закрывая за собой портал и поднимая голову вверх. Золотая броня Нейт привычно блеснула где-то наверху - Лео знал, что ей можно доверить секретность его визита - она привычно спустится вниз, открывая перед ними тайный ход, и они подниматься на стену, где Лео переночует, а утром уйдёт, как будто его здесь и не было. Ни к чему поднимать шумиху, когда он намерен снова уйти буквально с рассветом. Только вот...он ошибся. Очень сильно ошибся, если быть честным, потому как вместо Нейт к воротам спустился Кефер. Кефер. И... Лео мог бы ожидать чего-то подобного. В конце концов теперь, когда место Золотого Фараона занял Ра, и на Кефере лежит куда меньше обязанностей, тот имел полное право выйти в дозор вместо Стража ворот, но... "Но" было очередным феноменом его грандиозного везения. - Не рад меня видеть? - Кефер насмешливо щурится, и Лео чувствует лёгкий укол совести за то, что его мысли, видимо, нашли отражение на лице. Уолкер тихо смеётся, неловко проводя рукой по влажным волосам, разводит руками. - Отнюдь. Просто я не в том виде, чтобы рассчитывать на такой важный визит. Кефер усмехается, только сейчас замечая залитые дождевой водой толстовку и кеды, тут же становясь чуть обеспокоеннее, хмурится, отходя чуть в сторону и пропуская парня к винтовой лестнице на стену. - Что случилось? - Ничего такого, чтобы беспокоиться, - Лео мягко улыбается, поправляя сумку на плече и проходя вперёд - Я буквально на ночь. Небольшие неприятности. - Буквально на ночь? - по тону мужчины прекрасно читалось, что такое заявление его как минимум огорчило. Лео поджимает губы, стараясь просто идти вперёд и не оборачиваться. Он и так прекрасно знает это выражение лица. Как и то, что он, действительно, стал избегать долговременных визитов в Египтус. Как и общества бывшего Золотого Фараона, если быть честным. И это именно та самая "другая история", причину которой Уолкер чётко и ясно осознал на своё девятнадцатилетие, некультурно напившись и неожиданно для себя сложив в голове два и два. - Мне действительно необходимо уйти обратно этим утром, - голос всё равно звучит виновато, как бы уверенно он не пытался говорить - И я бы не хотел из-за этого поднимать шум, - парень бросает короткий взгляд через плечо. Кефер тихо вздыхает, кивнув. Пояснять ничего и не надо. Это не тот случай, когда от этого известия кто-то будет рад. - Я в любом случае буду вынужден сообщить отцу утром. - Я понимаю, - Лео благодарно кивает. Утром. Утром его уже тут и не должно было быть - Спасибо те... - Но ты пойдёшь со мной в Пирамиду. - Что? - парень останавливается почти у самого конца лестницы, от чего Фараон едва не врезается тому в спину, чуть нахмурясь. - Твоя одежда мокрая. Не знаю, что с тобой было, но оставаться на стене тебе сейчас не стоит. - Здесь тепло. - Лео. Уолкер вздыхает, сдаваясь, опускает глаза, даже не желая спорить дальше. Кефер ведь прав, как бы он не упрямился. - Но никакого шуму. Никакой стражи и походов через всю пирамиду. И... - последняя попытка - Разве тебе нельзя покидать пост? - Я пошлю часового из патрульных пирамиды и вернусь через парадный. Мне нет необходимости лазить с тобой через окна. Провал. Лео глупо фыркает, ловя на себе слегка удивлённый взгляд Кефера, но молчит. Главное теперь не влететь не в то окно. На сегодня достаточно "везения".