Чёрное и белое

Глава 5 Ночь. Парень играет со группой людей, параллельно опустошая бутылку виски. Чон Чон Гук – слишком хорошо играет. Чтобы сыграть с ним, нужно простоять длинную очередь. У парня есть своя тактика: сначала он даёт шанс почувствовать себя победителем, а потом отнимает все. Вот и сейчас так же. Игра закончена, деньги переходят к Чону. Проигравший пытается договориться об ещё одной партии. -Ну пожалуйста,- Чону надоело слушать. Виски закончилось, игра тоже. Что ещё делать? Правильно, ехать домой. Он холодно попрощался с человеком, и покинул помещение. Он устал. Очень устал. Сейчас он очень пьяный, чтобы поехать домой одному. Поэтому охранники распределились: один сел за руль, а второй разместился возле парня. Чон был в своих мыслях. И его мысли были заполнены Лисой. Она очень понравилась ему. Он вспомнил их ночь. Он хотел отогнать от себя эти мысли, но не мог. Он был пьян, да и очень хотел блондинку. Машина приехала. Я вышел и направился в дом. Я сидела в гостиной и игралась с Гукки. Он был таким хорошим. Я его уже покормила, и погуляла с ним. Сейчас я стояла, и улыбалась ему. Вдруг двери открылись. Я увидела Чонгука, который был пьян. Это было сложно не заметить. Я испугалась, и хотела убежать. Встав из дивана, я хотела уйти как можно скорее, но не успела. Он притянул меня к себе за руку, и приблизился губами к моей шеи. -Хочу тебя,- он прикусил мочку моего уха. -Нет, прошу, не надо,- я задрожала, вспоминая события той ночи. Но парень меня уже не слышал. Он взял меня за руки и понёс в спальню. Я пыталась его оттолкнуть или ударить, но все попытки были бесполезны. Он кинул меня на кровать, и стал снимать мою одежду. Он буквально рвал её на мне. С моей одеждой было покончено. Он стал грубо целовать, и больно кусать каждый миллиметр моего тела. Я плакала и молила его прекратить. Но мне казалось, что парню абсолютно на меня наплевать. Он просто продолжал делать мне больно. Затем он разделся сам. Он стал грубо входить в меня. У меня ещё было очень много синяков, от той ночи. Видимо, парню нравиться причинять мне боль. Я кричала от боли, но ему было все равно. Потом он перевернул меня на спину, и вошёл туда, куда не положено. Я завыла от боли. Вся моя комната, да что там комната, казалось, весь дом заполнен моими криками. Я кричала о помощи, но видимо зря. Парень наконец вышел из меня, и обессилено лёг возле меня, после чего сразу же уснул. Я старалась не плакать, чтобы не разбудить его и, закутавшись в одеяло, пошла в душ. Кое-как, опираясь на все, что было у меня на пути, я зашла в ванную. Я посмотрела на себя в зеркало. Я выглядела ещё хуже, чём тогда. Я легла в ванную. Тёплая вода приятно грела моё тело. Я плакала, и не понимала, за что мне это. Я взяла мочалку с гелем с ароматом пионов. Я стала мыть себя. Я просидела в ванной очень долго, вода уже достаточно остыла, от чего я вздрагивала. Я встала, вытерлась и ушла обратно. Горячая вода помогла мне расслабиться. У меня все болело, каждое лишнее движение, каждое лишнее слово, отдавалось болью по всему телу. Я нашла пижаму у себя в чемодане, которую и одела. Я легла возле парня. Я была очень вымотана и уставшая, поэтому, когда только моя голова дотронулась подушки, я сразу погрузилась в царство Морфея… Я проснулась. Тело болело ещё сильнее. Я просто лежала, стараясь не двигаться. Чонгук уже не спал. Он одевался в комнате. Его взгляд метнулся по мне. Он продолжал застёгивать свою рубашку. -Ты говорил, если у меня будут проблемы, то чтобы я говорила их тебе,- хоть мне было очень больно даже разговаривать, но меня интересовал этот вопрос,- а если у меня проблемы с тобой, то кому мне говорить?- он посмотрел на меня. -Я помню, что говорил это. Но ты тоже не забывай, что ты моя,- он сделал акцент на последнем слове. -Но я ведь живой человек,- я всё чувствую, боль, обиду, радость, счастье. Я ведь не игрушка,- ответила блондинка. Брюнет замялся. Он хотел что-то ответить, но его телефон зазвонил. Он незамедлительно взял трубку. -Да. Сегодня в 11? А почему не один? Хорошо я буду,- он кинул трубку, и посмотрел на меня. -Сегодня ты пойдёшь со мной,- я удивилась. -Ты шутишь? Я даже встать не могу,- ответила я, со дрожью в голосе. Он куда то встал. Он пришёл с таблеткой и водой. -Выпей,- он подошёл ко мне. Я вздрогнула. Я боялась его. Я не шевелилась. Он аккуратно поднял меня, а я пыталась оттолкнуть его. -Не трогай меня, пожалуйста,- шёпотом просила я. -Успокойся, я не буду трогать тебя,- он протянул мне воду и таблетку. У меня дрожали руки. Я взяла таблетку и выпила её. А после я обратно упала на кровать. -Скоро боль должна утихнуть,- сказал он, смотря в окно,- я скоро приеду,- он вышел из комнаты. У меня уже закончились все эмоции. Я выплакала уже очень много слёз. Я не заметила, как уснула. Меня разбудила мужская рука, которая теребила меня по плечу. -Как ты?- мне показалось, или в голосе Чона было слышно переживание? Я решила не отвечать. -Уже 8 часов вечера. Нужно собираться, - сказал он. -Я не хочу никуда ехать,- я решила отказать парню. -Хм, ну ладно. Займёмся, чем-то более интересным,- парень игриво посмотрел на меня, и приблизился. -Нет, стой. Хорошо,- мой голос дрожал,- куда собираться? -Хорошая девочка. Вот твоё платье,- он указал пальцем на вещь, а сам вышел. Я встала с кровати. Боль уже и правда, немного утихала. Я взяла платье. Оно было полосами: чёрное и прозрачное. Я решила, что для начала, нужно замазать все свои синяки. Я взяла крем, сначала помазала им. А потом тоналкой. Получилось хорошо, комар носа не подточит. А дальше я надела платье. Я долго мучилась с замочком, но у меня не получалось застегнуть. Неожиданно, я почувствовала большие мужские руки, которые без лишних проблем застегнули мне платье. Я вздрогнула. Он развернул меня к себе, держа за талию. Я положила свои руки на его, и попыталась убрать их. У меня не получилось, что не странно. Чонгук был куда сильнее меня. -Вот твои туфли,- он подал их мне. Я обула их. -Ты шикарно выглядишь,- эта наглая ухмылка, которую так и хочется убрать из его лица. Я опустила взгляд. -Уже 10:30. Нужно выезжать,- он подал мне руку, но я не приняла её, а пошла первая. Но даже спереди, я чувствовала его ухмылку. Мы вышли на улицу, и сели в машину. А затем направились в неизвестном направлении.