Иллюзия реальности

Шатенка явно была уже хорошо навеселе. - Знаешь, а я тебя недооценила… Я работаю с ним практически сначала, с момента, когда он стал руководить филиалом, но я так и не добилась ничего большего, чем профессиональное уважение. Скажи мне, чем ты так зацепила неприступного Никлауса Майклсона? В чем ты так невероятна? Наверно, хорошо даешь… может, поделишься парой приемчиков? – Хейли пьяно захихикала. - Хейли, ты много выпила… наверно, нам не стоит продолжать разговор. Блондинка собиралась уйти, но Волчица схватила ее за руку: - Нет, мы продолжим нашу беседу! Нам есть о чем посплетничать, правда? Например, о том, каков Клаус в постели… Горяч, согласна?.. Кер с силой вырвала руку. От слов Хейли стало почему-то очень больно, захотелось ударить ее, выцарапать наглые глаза, заткнуть кулаком ее поганый рот… - Я не собираюсь обсуждать своего мужчину с пьяной потаскухой!.. Уйди с дороги, дешевка, или пожалеешь! – глаза Керолайн блеснули двумя голубыми молниями. - Ого! Как мы выражаемся! – Волчица была рада, что вывела из себя эту принцессу, - я всегда знала, какая ты на самом деле. Но, надо признать, ты зацепила Майклсона своей наигранной мягкостью и наивностью!.. Но я знаю Клауса – через пару месяцев эта пасторальная невинность ему надоест и он вышвырнет тебя из своей жизни!.. А может и раньше, лживая продажная подстилка!.. Что? Может, ты хочешь меня ударить? – захохотала Волчица. Не выдержав, Керолайн выплеснула шампанское в лицо соперницы: - Ты не стоишь того, чтобы я к тебе прикасалась!.. Завизжав, Хейли вцепилась Кер в волосы. Блондинка пыталась оторвать ее от себя, но силы Волчицы как будто утроились. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не появились Деймон с Клаусом. Сальваторе сумел отцепить Хейли от Кер, оттащив брыкающуюся шатенку. - Как ты? Все нормально? – Ник обнял девушку. - Поехали домой, - прошептала Керолайн. Парень оглянулся на друга: - Деймон, ты можешь доставить ее домой? Сальваторе утвердительно кивнул и махнул – уходите. Ярость Хейли угасла и сменилась истерикой: девушка рыдала, тихонько подвывая. Деймон, продолжая удерживать ее, чуть ослабил хватку: - Эй, эй, успокойся!.. А то устроишь потоп – Ребекка тебе не простит! – мягко сказал он. Хейли затихла, затем подняла на мужчину глаза, ее хмель куда-то выветрился: - Скажи, что такого есть в ней, чего нет у меня? Почему он выбрал ее, а на меня даже не смотрит? - Если бы мы могли выбирать, кого любить – все было бы гораздо проще. «О, я нравлюсь вон той девушке! Влюблюсь-ка я в нее, и мы заживем долго и счастливо!» - но так не бывает. Ты красивая, сильная и умная, просто это не твой мужчина. - Я люблю его!.. Парень присел на перила балкона, вынуждая Хейли последовать его примеру. Глубокомысленно оглядел ее. После выпитого бренди, это было достаточно проблематично, но ему это удалось: - Ты любишь не Клауса, ты любишь своего директора – олицетворение власти, силы, защиты. У тебя, наверно, было тяжелое детство? Ты ищешь сильного лидера, который, как тебе кажется, защитит тебя от всего плохого, поэтому ты будешь влюбляться во всех своих начальников, если не разберешься в себе… - Почему ты считаешь, что у меня было трудное детство? Деймон с облегчением отметил, что истерика прошла: девушка перестала рыдать, и ее взгляд стал адекватным. Он выдал фирменную улыбку и закатил глаза: - Я наблюдательный. Ты ведешь себя резко и дерзко, но глаза… как будто ты ждешь удара от окружающих. Хейли промолчала. - Клаус – не тот, кто тебе нужен. Тебе нужен кто-то помягче, чтобы просто любил тебя, прислушивался к тебе… - То есть, подкаблучник! – перебила его девушка с вызовом. - Да, именно так. Потому что, с таким, как Ник, вы не уживетесь, - убежденно ответил Сальваторе. - Может, в твоих словах и есть резон… - задумчиво протянула Хейли. - Так, давай отвезу тебя, мне еще за Еленой возвращаться! – а про себя подумал: «Поздравляю! Психоаналитик всея Мистик-Фоллс, б**дь!.. Хотя, это идея – может открыть кабинет Экстренной Психологической Помощи?» Тут же перед взором Деймона возникла картина уютного бара, и как он, сидя за стойкой с пациентом, вещает тому о смысле жизни за бокалом любимого бурбона… для особо пострадавших – еще и стриптиз… Красота!.. Клаус молча вел машину. Керолайн также не проронила ни слова с тех пор, как они попрощались с Ребеккой. Наконец, мужчина спросил: - Керолайн, все в порядке? - Ник, у тебя были отношения с Хейли? – тихо спросила девушка. Помолчав, мужчина ответил: - Мы переспали один раз…после корпоратива. Но, Кер, с ней у меня ничего нет, тогда это была случайность, и все было до тебя!.. - Я знаю, что не имею права ревновать к тому, что было до…но все равно это больно! Я готова была убить ее на месте, когда она самодовольно говорила мне это!.. – Керолайн решила честно признаться, что она чувствует. - О да, если бы ты могла убивать взглядом… - Она бы разлетелась на атомы, уж поверь! – блондинка улыбнулась. - Так ты ревнуешь, любимая! – парень приподнял бровь, ухмыляясь. - Я? Нет!!! Да никогда!.. - Ревнуешь-ревнуешь! – уже откровенно веселился Майклсон, - кстати, мы приехали. - Это не мой дом! – сначала не поняла девушка. - Знаю. Это мой. Останешься? – тихо спросил Клаус, затаив дыхание в ожидании ответа. Ему хотелось обнимать Кер, засыпая, чувствовать, что девушка рядом ночью, видеть ее, просыпаясь утром… Хотелось, чтобы так было постоянно, а не одну ночь за городом. Но как к этому отнесется Керолайн? - Да. Клаус проснулся рано, нежно провел по спине блондинки, отчего она что-то пробормотала и перевернулась на другой бок. Он обнял ее, чувствуя размеренное биение ее сердца. Припомнились слова отца «Важно, не с кем ты живешь, а без кого не можешь жить», когда он много лет назад спрашивал у него, как определить, любовь ли это всей жизни или мимолетное увлечение… Тогда он еще хотел сделать предложение Татье… «Я не могу без тебя, Кер.» Но тут же вспомнился весь тот кошмар и боль, которую он ей причинил. Его сегодняшнее счастье зыбко, оно закончится в тот момент, когда к девушке вернутся воспоминания. Он не может обманывать ее. «Я должен сказать ей. Не знаю как, но я должен рассказать ей всю правду…» Утром Керолайн обнаружила Клауса, хозяйничающего на кухне: - Привет! – он поцеловал девушку, - я бы приготовил тебе что-то необычное, но кроме яичницы и бутербродов я полностью невинен в плане кулинарии!.. - Я тебя вообще консервами из банки кормила, так что в любом случае, твои успехи в завтраках пока на первом месте! - Нет, ну консервы из твоих рук для меня были просто шедевром мировой кухни! Керолайн засмеялась: - Ты невозможен! - Кстати, я заберу после работы твою машину из сервиса. - Я и сама могу, я не инвалид. Ник! Я хочу сама съездить! - Ладно, но…мне нужно с тобой поговорить, Кер, - Майклсон запнулся и замолчал. - Хорошо, говори. О чем? – блондинка вопросительно посмотрела на мужчину. - Вечером. Давай поговорим вечером, - решил Клаус, упрекая себя в малодушии за отложенный разговор. Майклсон вызвал к себе в кабинет Хейли, как только приехал на работу. - Доброе утро, - девушка устроилась напротив него. Она была удивительно спокойна, - ты меня уволишь? - Нет. Ты - прекрасный специалист, и я благодарен тебе за качественную работу. Но мы не можем работать вместе. - Я понимаю. - Я дам тебе наилучшие рекомендации и направлю в головной офис. Думаю, Нью-Йорк тебе понравится. Волчица помолчала несколько мгновений, затем ответила: - Спасибо. Я не подведу, обещаю. - Тогда заканчивай все дела на этой неделе, Стефан пусть найдет человека, ты передашь ему работу. Я же свяжусь с офисом, тебя будут ждать. Хейли поднялась и, уже выходя, обернулась, взглянув на Майклсона так, как будто хотела запечатлеть его именно таким в своей памяти: - Прощай, - тихо сказала девушка скорее сама себе и своим мечтам, связанным с этим мужчиной, чем Клаусу. Когда Керолайн добралась до сервиса, накрапывал мелкий дождик, который успел превратиться в настоящий ливень, пока она выехала на своем Focus’e. Дождь все усиливался, пока не стал таким, что дворники на максимальной скорости все равно практически не справлялись. «Опасно так ехать, надо переждать на обочине» - подумалось Кер, но тут же, вынырнув из струй дождя, как будто из ниоткуда, навстречу, виляя, несся какой-то внедорожник. Мигая фарами и сигналя, он выехал на полосу Кер. Пытаясь избежать столкновения, девушка резко вывернула в сторону, отчего ее понесло юзом. Мимо проскочил злополучный автомобиль с орущей музыкой. «Малолетки веселятся!» - промелькнуло в голове, пока Кер пыталась затормозить и выровнять машину, однако ее упорно несло на обочину, прямо на столб. Секунда – удар и темнота. Девушка пришла в себя и, открыв дверь, выбралась из-за подушки безопасности. В голове слегка гудело, но по ощущениям – никаких травм не было. Подойдя к бамперу, она увидела, что тот крепко обнимает столб. «Судя по всему – дальше мы не едем, малыш…» - подумала блондинка, - «надо позвонить Нику…» Ник!.. Керолайн пошатнулась, дотронувшись пальцами до висков. Вдруг на нее обрушилась вся ее жизнь: родители, тетя, школа, друзья, события детства, работа, Клаус… Девушка прижала ладонь к губам, чтобы не закричать, слезы покатились из ее глаз. Перед глазами сначала промелькнули картинки того кошмарного случая в детстве… Вспомнились страхи, как она боялась выходить на улицу… И вот – воспоминания той ужасной ночи, как Клаус рвет на ней одежду, бьет по лицу, насилует, держа с такой силой, что кажется, что треснут кости… и тут же память о том, как он заботился о ней в больнице, как смотрел на нее, целовал, как они занимались любовью… Керолайн сползла по дверце машины вниз – ноги не держали ее. «Как ты мог, Ник? Как ты мог?..» Казалось, что мир разлетелся на миллион осколков. «Ты говорил, что любишь меня… После всего?..» Все было ложью. Иллюзией. От первого до последнего слова. Девушка не чувствовала ни холода металла спиной, ни дождя, стекающего по ее лицу и волосам и промочившего одежду насквозь, ни того, что сидит прямо на асфальте… …Его искаженное яростью лицо и слова: «…лживая сучка…я дам тебе, что хочешь, если ты будешь моей…плата необременительна для таких, как ты…» - и после этого он делал вид, что влюблен?.. говорил о своих чувствах, которых нет? «Это слишком жестоко, даже для тебя, Ник…» Дрожащей рукой она набрала номер: - Привет, я попала в аварию, я недалеко от моста, - безжизненным голосом сказала она в трубку. - Я сейчас буду, ты как?.. - послышался взволнованный голос парня. Керолайн нажала на отбой. Подумав, набрала другой номер. Стараясь не зарыдать в голос, заговорила: - Бонни? Я тут немного врезалась… Ты можешь меня подобрать?.. Когда сможешь… Минут 40? Я подожду… Я возле моста… Спасибо, жду. Клаус выскочил из машины, подлетев к девушке. Что с ней? Ее странный голос по телефону, и теперь то, что она сидит прямо на дороге под дождем, как сломанная кукла… Она ранена? Майклсон опустился рядом на колени: - Керолайн? Блондинка открыла глаза, полные слез: - За что? Скажи мне, Ник, за что ты так со мной? Что я тебе сделала?.. - Кер, пожалуйста, позволь мне объяснить… - Клаус понял, что она все вспомнила, взял ее за плечи, пытаясь успокоить. - Не трогай меня! – вскрикнула девушка, отбрасывая его руки. - Керолайн, послушай… Но блондинка перебила его: - Просто скажи мне, тебе доставляет удовольствие издеваться над людьми? Принуждать силой, бить, затем притворяться приятелем и влюбленным?.. – голос девушки надломился, - сначала ты надругался над моим телом, насиловал меня, потому что тебе так захотелось… После – ты надругался над моей душой, притворяясь моим другом, заставив влюбиться в тебя… Неужели это очень весело, Ник?!! – закричала она ему в лицо. - Кер, я не хотел, поверь… - Я верила тебе, Ник, но больше не верю… - слезы с новой силой покатились из глаз Керолайн, - я ведь ничего тебе не сделала, за что ты так измываешься надо мной?.. Клаус не знал, что сказать Керолайн, чтобы она поверила ему – любых слов недостаточно. - Кер, послушай же!.. Я не хотел, я не знаю, что на меня нашло тогда… Я ненавижу тот вечер, я ненавижу себя за то, что я сделал! Я готов к любому наказанию, какое захочешь, только прости меня… Я люблю тебя!.. Голос девушки был тихий и мертвый, только глаза, полные боли, показывали, что она чувствует: - Это не любовь, Ник, это – насилие. Когда любят – не врут, не притворяются, не… не делают все то, что ты сделал. Это не любовь – когда ты просто берешь то, что хочешь, неважно, какими средствами. - Кер, я сделаю все, только поверь мне!.. Я люблю тебя! И готов на что угодно, лишь бы ты меня простила! – голос мужчины был умоляющим. Девушка покачала головой: - Мне не нужно твое искупление или наказание – мне не станет от этого легче… Но я не хочу тебя больше видеть. Никогда. Мимо проехала и остановилась в нескольких метрах от них машина Бонни. Керолайн поднялась и направилась к ней, оглянувшись на секунду: - Пришли мои документы об увольнении по почте. Через пару мгновений автомобиль скрылся за пеленой дождя. - Вы с Клаусом поссорились, что ли? – Бонни распирало любопытство от увиденной под дождем сцены – Кер и Клаус мокрые, сидя на асфальте у разбитой машины… Однако тон, с которым она услышала «Мы расстались» отбил всю охоту к дальнейшим расспросам. Никлаус Майклсон еще долго сидел на коленях, не замечая дождя. «Вот и все… Ты потерял ее навсегда…» Это дождь, или слезы текут по его лицу?