Иллюзия реальности

Керолайн устало откинулась на стуле и закрыла глаза. Сегодня она много часов провела за ноутбуком, бронируя билеты до Атланты, занимаясь поиском жилья и переписываясь с университетом, желая выяснить, сможет ли она перевестись на дневное отделение. Но она была рада, что решение всех этих вопросов помогало не думать о Нике. Услышав звонок в дверь, девушка спустилась в холл. Лиз где-то ужинала с Кевином, поэтому узнать, кто пришел, больше было некому. Открыв дверь, она увидела сестру Клауса. - Привет! – улыбнулась Ребекка. - Привет! – слегка стушевалась Кер. Видеть Ребекку было больно, в ее улыбке и глазах проскальзывало что-то неуловимое, напоминающее Ника. - Я поставлю чай, - сказала Кер, впустив девушку и проходя на кухню. - Как дела? – поинтересовалась Майклсон, в ее голосе тоже чувствовалась какая-то неловкость. - Нормально, вот собираюсь… Я переезжаю в Атланту, - Кер старалась говорить непринужденно. - Так неожиданно!.. – нейтрально отреагировала блондинка, попыталась пошутить, - а я-то думала, что мы взорвем с тобой этот тихий городишко!.. Форбс слегка вынужденно улыбнулась, никак не прокомментировав слова Бекки. Наступило молчание. Кер приготовила чай, поставила на стол какое-то печенье. Ребекка попыталась заполнить паузу, расхваливая вкус выпечки. - Бекка, ты ведь пришла не для того, чтобы выразить восхищение мучным изделиям? – Керолайн решила задать прямой вопрос. Ребекка сосредоточенно катала по столу печенье, затем взглянула прямо в глаза приятельницы. - Кер…скажи мне, что произошло у вас с Ником, - серьезно спросила девушка. - Это неважно, Бекс. - Неважно?! Настолько, что вы расстались? Или это так неважно, что ты сбегаешь из города, а мой брат пытается убить себя?!! - Убить?!! – Керолайн побледнела и взволнованно схватила девушку за руку, - Ребекка, что с Ником?!! Не молчи!.. - С ним все в порядке, Кер, - успокоила она Форбс, - но он чуть не разбился на своих гонках, причем специально… Кер, он не ценит свою жизнь, говорит, что в ней нет смысла, и это после вашего разрыва… Ник любит тебя. Он очень страдает, Кер, мой брат не признается в этом, потому что очень горд, но я же вижу, как он медленно затухает с каждым днем. Он сидит, пьет виски и смотрит в одну точку. От прежнего Ника осталась только оболочка без души. Я прошу тебя, поговори с ним, выслушай его. Я не видела его таким никогда, даже после гибели Татьи. Тогда хоть Деймон смог его вытащить из того состояния депрессии, в котором он находился. Сейчас у Сальваторе это не получается – Ник не хочет никого видеть. Я не могу смотреть, как погибает мой брат!.. - Бекка, я не могу, понимаешь? – в глазах девушки стояли слезы. Ее сердце разрывалось на части от боли, от жалости к Клаусу, к себе… - Скажи мне, что такого случилось, что ты не можешь простить его? Кер, ты же любишь его, я знаю, я видела, как вы смотрели друг на друга, как улыбались… вы были так счастливы!.. - У меня была амнезия!.. Теперь я все помню… - Воспоминания можно помнить, а можно забыть в один миг! Но, Кер, чувства не исчезают за один день, они же никуда не пропали, когда ты все вспомнила… но я не понимаю, что такого могло произойти, что ты даже не хочешь его выслушать?.. – Майклсон тоже едва сдерживалась, чтобы не заплакать, - я боюсь за него, очень боюсь! Керолайн, умоляю, если ты любишь или хоть немного любила моего брата, поговори с ним!.. - Ребекка, ты просишь о невозможном!.. - Он ведь не бросил тебя после аварии? Друзья не бросают друг друга в беде! Неужели тебе настолько плевать? Кер, я не заставляю тебя возвращаться к Нику, просто встреться с ним!.. Даже если ты не хочешь быть с ним, и у вас все кончено, смягчи это как-то, поговори с ним… «После аварии… я не могу сказать Бекс правду, никогда не смогу…» Керолайн молчала. Ребекка поднялась, направляясь к выходу, обернулась, положив на столешницу ключи: - Это от его квартиры, - пояснила девушка и умоляюще добавила, - Кер, только ты можешь вернуть Ника к жизни… прошу тебя… ему очень плохо… После ухода Ребекки, девушка не могла найти себе места: она усаживалась на стол, но тут же вскакивала, ходила по кухне, останавливалась , вглядываясь в окно, и снова начинала двигаться... Часть ее желала немедленно лететь к Клаусу, но другая половина утверждала, что нужно держаться от него подальше. Телефонный звонок вырвал девушку из раздумий. - Кер, привет! – услышала она жизнерадостный голос Кетрин. - Привет, как ты? – попыталась улыбнуться и бодро ответить блондинка. - Все замечательно!.. Прости, я совсем замоталась, мы так давно не разговаривали!.. - Ничего, у меня у самой была куча проблем… Как дела с Элайджей? - Кер!.. Все замечательно! Я так тебе благодарна! Наши отношения стали более гибкие, мы прислушиваемся друг к другу, ведь никто не идеален. Ты права, надо уступать друг другу, уметь слушать и прощать… Я останусь в Сан-Франциско! Приезжай к нам в гости!.. - Кет, скажи мне, - слова подруги заставили блондинку примерить их на себя, - ты бы простила Элайджу, если бы он сделал что-то ужасное?.. - Зависит от поступка и ситуации – если он действительно раскаивался бы в содеянном, и это было не преднамеренно… то – да, я бы простила его! - А разве спонтанный проступок чем-то отличается от запланированного? - Думаю да, - подруга замешкалась, подбирая слова, - понимаешь, мы все подвержены вспышкам раздражения, гнева, и в этом состоянии мы часто совершаем непоправимые вещи – обижаем близких, говорим оскорбительные слова или совершаем подлые поступки. Но когда волна проходит – мы сами ужасаемся тому, что натворили, и жалеем об этом. А вот если что-то гнусное планировалось и вынашивалось человеком сознательно – это законченный подлец, которого я не прощу!.. - Наверно, ты права… - Кер, а почему ты затронула эту тему? – опомнилась Кетрин, - что с тобой случилось? Ты вообще последние недели сама не своя, как будто другой человек!.. - Все в порядке, я потом тебе расскажу, когда буду в Сан-Франциско! – улыбнулась девушка, стараясь, чтобы ее голос был веселым и жизнерадостным. - Темнишь, подруга! – подозрительно изрекла Кетрин, - но я все равно все узнаю!.. «Может, Кетрин права? Не знаю, я уже ничего не знаю!.. Или я уже готова найти ему любое оправдание?.. Как можно быть настолько слабой! После всей лжи и унижений я продолжаю любить его?.. Не знаю, любовь ли это, но меня тянет к Нику. Я должна увидеть его, и все понять…» Натянув джинсы с футболкой, Керолайн схватила ключи, оставленные Ребеккой, и выбежала из дома. Подъехав к дому Клауса, Кер уже заметно нервничала – руки были ледяными, а голова, напротив, как будто вся горела. Еле попав ключом на номер пентхауза в лифте, девушка выдохнула, повернув его – лифт начал подниматься, назад дороги нет. Спустя пару мгновений серебристые дверцы разошлись в стороны, и Керолайн сделала шаг в квартиру.