Стая собак
27 мая 2019 г., 13:33
— Здравствуйте, мне вот тут мама сказала, что Вы готовитесь к Хеллоуину. Я решил прийти помочь, заодно узнаю, какие в школе изменения.
— Герман! Ой, гордость школы в свои года! Молодец, что решил прийти, сестре помочь! — с восхищением хвалил директор.
Да-да, это мой брат — Герман, он тоже учился в этой школе и закончил ее с золотой медалью. Честно, он еще не знает, но я пытаюсь быть, как он, — порядочной отличницей — и надеюсь получить среднее образование с золотой медалью. Я его люблю, но он переехал со своей девушкой, ставшей ему женой, куда-то в дом за городом, поэтому видимся мы нечасто.
Я поставила коробку, повернулась и подбежала к Герману:
— Приве-е-ет, — радостно тянула я.
Подбежав ближе, его обняла.
— Спасибо, что пришел, а то я бы тут одна с учителями не справилась, — все еще обнимая брата, бормотала ему в рубашку я.
— Ну, начнем! Теперь у вас на две руки больше!
Мы работали уже минут 40. Украсили пока что только подоконники — и то не все. Я вот не понимаю, где тот, кто так «переживал» за то, чтобы я пришла. Походу, Левковский слинял. Обидно, однако, но в сегодняшнем дне есть много чего позитивного. Я посмотрела на брата и улыбнулась.
Еще через 20 минут, Левковский таки явился в актовом зале. Видок, конечно, у него был… Такой себе: порваны рубашка, брюки, пиджак. Будто он разозлил стаю собак… хотя он может.
— Извините, извините за опоздание. просто пробки, потом ещё собаки, — пытаясь поправить пиджак, говорил он.
Вах, я все же могу податься в экстрасенсы.
— Что с Вами случилось? — поинтересовался директор.
— Я выезжал вовремя, но попал в пробку, вышел на парковку — там стая собак. Я прошел мимо, но они начали идти за мной, а позже на меня напали.
— Вам лучше сходить к медсестре, ведь у Вас укусы… — волновалась математичка.
— Нет, не стоит. К тому же, медсестра уже ушла, а я плох в обрабатывании ран. Так что давайте не задерживаться и дальше работать.
После того, как Левковский договорил, он, как ничего и не было, взялся за коробку с приведениями.
— Ничего, давайте Вас моя сестра посмотрит. Она, когда в детстве я падал, мне так раны обрабатывала, и я про них на следующий день забывал. Кстати, забыл представиться, Герман, — протянул руку биологу.
Ну не-е-е-ет, почему именно сейчас Герману пришло на ум что-то из детства. Блин не хочу, не хочу, не хочу. Теперь я вспомнила, почему мне было трудно с ним жить.
— Хорошо, тогда идите в кабинет медсестры, только сначала у охранника ключ возьмите, — согласился директор.
— Вот и хорошо, возвращайтесь скорее! — вслед крикнула нам Кристина Николаевна.
Мы шли молча, я взяла ключ. Мы с Левковским вошли в кабинет, и он произнес:
— Смотри мне, Самойлова, я хочу живым еще выйти отсюда, — растягивая на лице улыбку, говорил тот.
— Не бойтесь, если Вы выжили после нападения собак, то простую перекись потерпите, — наливая небольшое количество жидкости на ватку, ответила я.
— Ну, собаки, насколько я понял, куда лучше, чем ты.
Опять эта его ухмылка, за несколько уроков он меня уже взбесил. И вообще, какое он имеет право меня сравнивать с собаками? Я вся горела от злости.
— Можете, пожалуйста, закатать рукава.
После того, как он выполнил мою просьбу, я приступила к обработке. Я пыталась не делать ему больно, но под его пристальным взглядом это было сложно. Когда я обработала руки, заметила, что есть раны и на животе, но некультурно просить учителя снимать рубашку, хотя, я же сейчас медсестра.
— Снимите рубашку — у Вас раны на животе, — произнесла как можно безэмоциональнее я.
— Хорошо, — и снова ухмыльнулся.
На животе дела были похуже, тут одной перекисью не обойдешься. Нужен йод. Я достала пузырек с ним, вылила немного жидкости на ватку и приступила.
— Ш-ш-ш-ш, — прошипел от боли биолог.
— Ой, извините…
