Тяжкое бремя

Послышался грохот, а потом в металлическую дверь что-то ударилось. Из-за шума Моди проснулся, но плакать не стал, с интересом рассматривая меня. Некое шестое чувство подсказывало мне, что случится что-то плохое. Оно буквально въедалось мне в кожу, вопя об исходящей опасности вокруг. Малыш начал хныкать от более громкого грохота. Наматывая круги по комнате, я успокаивал Моди, напевая колыбель и нежно гладя по животику. Грохот. Ещё один. А потом звук удара. Он был каким-то необычным, не похожим на остальные. Остановившись, я прислушался. Удар повторился, и в этот раз на двери появилась вмятина. Во имя Одина! Кто-то хочет пробраться внутрь. Невольно у меня началась паника. — Сэр, не беспокойтесь. Никто не сможет в… Искусственный интеллект "Пятница" не успел договорить, обрываясь на половине предложения. Свет в комнате погас, и мне пришлось разжечь магический огонь, что пылал зелёным цветом в моей ладони. Чувство страха скользкими нитями пробиралось в меня, наполняя сполна. Но страх был не за себя — страх был за Моди. Помня о несвершённой, но обещанной мести читаури, я понял, что это были они. На ум приходило столько мыслей и планов, что я не успевал сконцентрироваться ни на одной из них. А удары тем временем сыпались с большей силой, грозясь сломать дверь. — Моди, малыш, послушай своего папочку. Пожалуйста, будь тихоней, когда я наложу на тебя заклинание отвода глаз. Прошу, не выдай себя… Мой сбивчивый шёпот чередовался с грохотом с другой стороны. Моди лишь весело ухватил мою прядь волос, задорно дергая её. Понимая, что это может быть последний раз, когда я вижу своего ребёнка… Осторожно и в то же время крепко обнял малыша, который уже начал слюнявить пойманные в крохотный кулачок волосы. Судорожно улыбнувшись, я стёр подходящие слёзы и, проглотив комок в горле, стал вспоминать нужное заклинание. Осветив комнату, увидел укромный угол возле дивана, что был невиден со стороны двери. Как раз подходящее место. Сбивчиво прошептал заклинание, которое змейкой переползло от моей руки к Моди и зачаровало его. Поцеловав малыша в лобик, я ещё раз попросил его молчать и приготовился к худшему. Как только Моди был надёжно спрятан, дверь отлетела в сторону, являя на проходе фигуры людей. А людей ли? Тем временем тени зашли внутрь, пуская по полу сферу со светом, которая осветила комнату. Обречённо выдохнул, когда увидел, кто именно пришел по мою душу. Читаури. — Старый друг, давно тебя не видел… Вижу, ты уже в лучшем состоянии и без ноши под сердцем, — прошептал первый пришелец, который был командиром, а трое других обошли меня вокруг. — Ты не выполнил свою часть сделки. А ведь ты помнишь, что я обещал тебе, если план провалится? — Да. — Надо отвечать за свои поступки. Читаури начали передвигаться ко мне, но вовремя материализованные клинки не дали им меня ранить. Первый пришелец пал, пачкая пол своей синей кровью. Второй был ранен, а третий успел ранить меня. Бок и нога нещадно болели, а противников ещё прибавилось со стороны двери. Сдаться было самое время, но… Я знал, что меня ждёт в плену у читаури. Смерть. А если я умру, то больше никогда не увижу Моди. Как он взрослеет, выговаривает первые слова и… и многие другие аспекты его дальнейшей жизни. А также я не увижу Тора. Его улыбки и смешного выражения лица, когда он злится на меня. Больше не прикоснусь к его губам и телу… Не почувствую его властных рук. — Сдайся, асгардец, и мы пощадим твоё дитя, — из-за напоминания о Моди моё сердце сжалось, начиная болеть. — Вы его не найдёте и не сможете причинить вред. Тор… — Твой брат тебе не поможет. Так сдайся же, — перебил меня главарь. — Командир, я услышал детский плач, — прошипел один из пришельцев. Из-за собственного тяжелого дыхания и гула в ушах я не услышал Моди, который тихо, но всё же плакал. Всевышний Один, только не это! — Я согласен! Я пойду с вами! Только прошу, не трогайте моего ребёнка! — прокричал я. Не слушая меня, один пришелец направился в сторону дивана. Два удара сердца, и я срываюсь на нечеловеческий крик, падая на колени. — ПРОШУ, НЕ НАДО! Я СОГЛАСЕН НА ЛЮБЫЕ МУЧЕНИЯ! ПОЩАДИТЕ МОЁ ДИТЯ! Главарь подал знак рукой, и его подданный так и не дошёл до плачущего Моди. — Твои муки будут бесконечными, а смерть станет тебе спасением. Но не думай, что она будет скоро. Меня грубо схватили за руку, дернув так, что я рывком встал с грязного пола. Собрав все силы, которые у меня остались, я двинулся туда, куда меня повели. Мы вышли из комнаты в полуразрушенный коридор башни Старка. Сзади слышался горький плач Моди, который так громко плакал, что сердце невольно пропустило удар. Как невыносимо было покидать своё дитя… Познав счастье и радость бытия, я не хотел расставаться со всем этим. Не хотел покидать Тора и нашего сына. Не хотел расставаться с тем, что так дорого мне. Где же все? Мстители пообещали оберегать, а итог? Я стою в наручниках, а окружающие меня читаури пытаются создать портал в их мир. Туда, где, вероятно, я скончаюсь в кровожадных муках. Мою волю сложно сломить, ведь годы тренировки в Асгарде не прошли даром. Маска безразличия может часами висеть на моём лице, но когда дело заходит к сокровенному… тогда-то моя выдержка даёт трещину, а после она расползается и заходится в большем количестве, покрывая всё больше пространства. — Всё готово, мы можем отправляться, — прошелестел голос. Появилась синяя воронка, которая увеличивалась в размерах всё больше и больше. Меня опять дёрнули за локоть, подталкивая к порталу. Несколько читаури уже перешагнули, а я всё не решался, ведь понимал, что ещё один шаг — и я навсегда попрощаюсь с родными мне людьми. В коридоре послышался приглушённый грохот, а затем появились Тор с Наташей. При виде меня, раненого и в наручниках, в глазах Одинсона буквально начали пылать молнии, грозясь отомстить за это. Быстрым движением Наташа обездвижила одного пришельца, а Тор направился прямиком в мою сторону. Облегчённо выдохнув, я хотел сделать шаг навстречу, отклоняясь от рук главаря читаури, но… Мгновение, и появилась ужасная боль в руке, за которую кто-то ухватился со стороны портала. А дальше всё происходило, как в замедленной съемке. Меня потянуло внутрь, но я не сдавался. Со всей силы потянулся навстречу Тору, который был так близко… Не успел. Тьма воронки и чужая рука потянули с такой силой, что сын Одина не успел схватить меня. Проведя рукой по воздуху, он буквально зарычал и хотел кинуться за мной, но портал читаури резко закрылся, не пропуская его в иной мир. Последнее, что я успел, это со слезами на глазах взглянуть на Тора и щелкнуть пальцами, дабы развеять полог невидимости над Моди. Рывок через миры Вселенной и удар об твёрдую поверхность земли выбили из меня все силы, которые оставались. Над моим лицом склонился командир всех читаури. С явной усмешкой на уродливых губах он ударил ногой по животу. Да так, что меня перебросило на небольшое расстояние. Боль едкими змейками растеклась по телу, но ни стискивать зубы, ни ответить попросту не было сил. — Добро пожаловать в Ад, — изуродованное лицо наклонилось надо мною и противно засмеялось. Лёжа на холодной и твёрдой земле этого мёртвого мира, я, пытаясь избавиться не только от физической боли, но и от душевных страданий, прикрыл глаза. Постепенно тьма поглотила меня, отключая от мира сего.