Плачущие небеса

Оливия чувствовала себя последней дурой. Она уже битый час поджидала обнаглевшего белобрысого продюсера возле здания компании, а он все никак не появлялся. Хотя должен был. По информации, раздобытой верным менеджером. - Где только носит этого придурка? – пробурчала девушка, пытаясь рассмотреть улицу через темные очки. Ей было просто жизненно необходимо поговорить с Кунсайтом. Попросить его, чтобы держал язык за зубами и не рассказывал об антидепрессантах. Иначе, скандала не избежать, и от имиджа милого ангелочка и пылинки не останется. Сначала певица собиралась просто позвонить и назначить встречу, но из этой затеи ничего не вышло. Найти номер мужчины оказалось чем-то из области «миссия невыполнима». Поэтому пришлось караулить его возле работы. Причем, предварительно замаскировавшись, чтобы никто ничего не заподозрил. - Да, что ж, как темно-то, - раздраженно фыркнула Оливия в очередной раз выглядывая из-за колонны. Улица плыла перед глазами, превращаясь в мутную серость, с едва различимыми фигурками людей. - И почему сегодня так рано стемнело? Прям непруха какая-то, - расстроено вздохнув, она уже собиралась шмыгнуть обратно в свое укрытие, когда увидела его. Кунсайт, выйдя из роскошного автомобиля, направлялся в сторону входа в здание, и Оливия вдруг поймала себя на том, что не может от него оторваться. Стояла и пялилась, как последняя дура. Даже непроизвольно сняла очки. А посмотреть было на что. Вернее, на кого. Светловолосый продюсер выглядел просто шикарно в дорогущем костюме, светлой рубашке и темном галстуке. Походка уверенного в себе человека, короткий взгляд, брошенный на часы, и поток сногсшибательной мужественности. Сердце подозрительно подпрыгнуло в груди, и очки со смачным звуком шлепнулись на асфальт. Вздрогнув, певица вернулась с небес на землю, поспешно подняла треснувший аксессуар, нацепила на нос и ринулась за Кунсайтом. - Подождите. Нам нужно поговорить, - звала шепотом Оливия, параллельно озираясь, и натягивая на лоб кепку. Однако все ее потуги оказывались бесполезны. Блондин ничего не слышал. Тогда девушка схватила его за плечо, и в следующее мгновение ее руку бесцеремонно завернули за спину. - Больно! – пискнула она, пытаясь высвободиться, и ей это удалось. Шарахнувшись в сторону, она обиженно уставилась на невозмутимого Кунсайта. Правда, где-то в глубине его глаз все же угадывалась некая растерянность. - Вы, что, совсем ненормальный? Зачем на людей бросаетесь? – с возмущением выдала Оливия, потирая пострадавшую конечность. - По-моему, ты первая на меня бросилась, - усмехнулся мужчина, скользнув по певице насмешливым взглядом. Он ее узнал. Даже в нелепом пальто до пола, треснутых очках и дурацкой кепке с длинным козырьком. - Что еще за «ты»? Насколько я помню, мы не переходили к неформальному общению, - голос собеседницы задрожал, губы сложились в одну плотную линию, что указывало на ее недовольство. - Думаю, после инцидента в уборной, формальности будут звучать глупо и неуместно. Хотя, желание женщины - закон. «Вы», так «вы». Итак. Чего же вы от меня хотели? – спокойно отозвался он, снова глянув на часы. - Вы, что, даже не извинитесь передо мной? Вы же мне чуть руку не сломали! – продолжала возмущаться Оливия, все больше поражаясь наглости Кунсайта. - Это был всего лишь эффект неожиданности. Но вы правы. Простите, - очередной взгляд на циферблат и безразличие на привлекательном лице. - Да, что с вами такое? Издеваетесь, что ли? – шатенка чувствовала, как внутри все закипает от этого его пофигизма и наплевательского отношения к ее персоне. - Нет. Вы попросили извиниться, и я извинился, - мужчина пожал плечами, еле сдерживая зевок, - Кстати, вы так и не ответили на мой вопрос. Его скучающий вид просто убивал. Любой другой на месте этого нахала от счастья бы прыгал, если бы до него снизошла королева сцены, мечта миллионов, умница и красавица с большой буквы. А этот… этот… - Что ж. Раз не собираетесь отвечать, то я пойду. До встречи, - кивнул Кунсайт и, развернувшись, продолжил свой путь. - Я хотела попросить, чтобы вы ничего и никому не говорили о том случае в уборной, - повысив голос, бросила ему вслед Оливия. Она чувствовала себя ужасно глупо. Злилась, бесилась, хотела поскорее уйти и одновременно остаться. Хотела забыть о существовании этого человека и докопаться до него, задеть, уязвить, заинтересовать. Бестолковые противоречивые эмоции. Бред. - Не волнуйтесь. Мне нет до вас никакого дела. Пока вы не мешаете мне, я не мешаю вам, - проговорил продюсер, глянув на девушку через плечо. Все-таки, она смотрелась очень нелепо и комично. Особенно, в солнечных очках, когда на улице царила настоящая темень. А еще ему понравилось над ней подшучивать. От услышанного Оливия просто потеряла дар речи. По идее, она должна была обрадоваться. Но, вместо этого, только еще больше разъярилась.