Ai

Ано и Васаби одновременно вздрогнули и повернулись. — Н-ничего, — попытался соврать Васаби, но у него это получалось, мягко сказать, не слишком хорошо. Тем более Неко уже, облизываясь, глядела на этот незавершённый «шедевр». — Ну ладно, утром поем. Только оставьте мне кусочек, — больно быстро сдалась в своих позициях Неко. — А я в интернете полазаю, — заявила Ано и ушла в зал. «Тэк-с, на каком я там уровне...» — стала вспоминать Авирано при включении ноутбука. Но не успела она вспомнить, как наткнулась на те неизвестные папки с фотографиями. Её желание превзошло волю разума, и она нажала на одну из безымянных папок. Какого же было её удивление, когда она обнаружила на этих фотографиях Кард Акид с Васаби. Причём, года на четыре моложе, чем сейчас. Хотя это не так уж заметно. Фотографировались, как какая-то парочка. И этот мутный взгляд Васаби на ведьму... Аж в дрожь бросает. Пролистав немного однотипные фотки, Ано решила узнать всё раз и навсегда. — Васаби! — властно позвала она, но осеклась, когда увидела, что Неко спит. Васаби быстро прибежал на зов, как послушная собачка. Авирано только указала рукой на одну из фотографий, чтобы дать Васу понять причину его вызова. Васик всё сразу понял. — А... Это... Думаю, ты обязана узнать всё. Идём. Васаби повернулся и махнул рукой, чтобы Ано последовала за ним. Войдя на кухню, где в духовке стоял тортик, оба поудобнее устроились на стульях, которых было всего два. На Неко как-то не рассчитали. — Ну, — начал свой рассказ Васаби. — Как ты догадалась, я ранее был ангелом. Блин, тупое начало... Авирано продолжала настойчиво пялиться на Васаби, который немного отчего-то смутился. Наверное, свою жизнь пересказывать без преувеличений трудно. Либо ты преувеличиваешь, либо преуменьшаешь. Именно по этой причине автор решается параллельно речи нашего «Супчика» вставлять своё повествование. Это так... проинформировать тех, кого хватило дочитать до этой главы, так сказать. — Ну и вот... Помню я себя только с момента, когда Иерин нашёл меня ещё ребёнком. Лет так девять-десять мне было. Двенадцатилетний ангел академии одарённых, Иерин в райском закоулке наткнулся на мальчика без сознания. Он был весь в синяках и ссадинах. То ли от битвы, то ли от пыток. Это было непонятно. Понятно же было то, что этот мальчик понемногу стал приходить в себя. Ангел, склонившись над мальчиком, заботливо спросил: — Как тебя зовут? Мальчик не отвечал. В его глазах виднелось полное непонимание и попытка осмысления всего происходящего. Он не помнил ни кто он, ни откуда и так далее. Однако, родную речь всё же припоминал. Пацан лихорадочно забегал глазами по малоосвещённым местам. Взгляд его уткнулся в угол с полуобъеденным овощем. — В...Васаби. Я... Васаби, — неуверенно ответил мальчик. Выдавать то, что он ничего не помнит, почему-то не хотелось. Иерин, по привычке, которую несколько лет вырабатывали у него лучшие тренера Неба проследил за взглядом этого неизвестного. Ангел улыбнулся и по-дружески протянул руку, чтобы помочь ему встать. — Васаби? Что ж, привет, Васаби! — Да... привет... э... — замялся мальчик, хватая протянутую ему руку. — Иерин. Ангел, — представился юноша. — И короче говоря, я стал ходить в одну академию с Иерином, — огласил падший. Академия, в которую Иерин притащил Васабчика, оказалась не совсем обычной школой. В ней воспитывались самые одарённые, подающие некоторые надежды воины и следователи. По этому принципу и дети были «расфасованы» по двум разным категориям. Естественно, в это время, когда Васику двадцать восемь, этой академии уже нет и в помине. Но мы сейчас где-то в прошлом. Девятилетнего Васабчика заставили пройти экзамен. Он состоял из разных испытаний на ловкость, выносливость, реакцию, способность логично мыслить. В Васе вычислили характеристики больше воина, чем детектива. Васу эта академия напоминала просто собачник, в котором выводятся люди. Изо дня в день без передышки (только сон по четыре часа) проходили невыносимые тренировки. Иерин, кстати, тоже был на воинском отделении. Возрастных ограничений не было, так что Васаби отставал от своего знакомого. Тренировки неимоверно изматывали. Они продолжались с 5 утра либо до часу ночи, либо до момента, пока ребёнок не рухнет без сил. Этот рай больше напоминал ад. Некоторые дети, дух которых подломился, которые сошли с ума, были выгнаны. Изгнаны на Землю и зачислены в обычных людей, которым изменили память обо всём их прошлом. Со временем, через год-два Васаби догнал Иерина, чем очень удивил тренеров и невольно заставил увеличить себе нагрузки. Васаби выдержал и это. Ещё через два года он превзошёл Иерина, которому было уже лет шестнадцать. Иерин не завидовал Васаби. Ни капли. Ведь всем известно, что капля дёгтя и лошадь убьёт. Иерин всеми силами воздерживался от дурных мыслей, эмоций и других намерений. У него это получалось. В шестнадцать лет состоится выпуск из этой академии, основанной правительством. Правители ангелов прогнивали. Это понимал и Иерин, который захотел сесть на трон, чтобы обеспечить своей расе мир и покой. Того же хотел и Цкасий. В академии он был не особо заметным. Физические данные у него хорошие, но он находился на следовательском отделении. За три года Иерин вместе с Цкасием добились трона. Главным представителем стал всё же Иерин, так как его стремление покоя было выше, чем Цкасия, который просто шёл вместе с Иерином по пути, потому что понимал, если они вдвоём, их никто не сможет победить. Академия была закрыта на следующий день после выпуска Васаби. Он шёл одним из лучших. По желанию Иерина, которого несколько лет уже не видел Васаби, «Супчик» был привязан к ангельской армии. Но там было не его место. Каждого из солдат он превосходил по силе. В то время раз в год по прихоти демонов устраивались битвы между ними и ангелами. Васаби участвовал в каждой из таких битв, и ангелы, благодаря Васику, одерживали победу за победой. Поэтому вскоре эти битвы стали невыгодны для демонов и прекратились. На время. Во время той битвы на поле, после которой возникла разборка с «этими двумя», была ничья. Силы добра и зла были в равновесии. Что ж, Васаби почему-то устроили работать в библиотеку. Не Архивы, которые находятся в Поднебесье, а более крупную библиотеку Неба, где существуют абсолютно все виды книг. — Меня устроили в библиотеку после окончания этой академии... — уныло произнёс Васаби. — Серьёзно? — не поверила Авирано. — Тебя? В библиотеку? Хах... Так, ладно, продолжай. Кажется, эти события никак не касаются тех фотографий... — Ну, это пока! — отмахнулся Васик, но внезапно добавил. — А ты ревнуешь? — Ха! Ещё чего! — встряхнула волосами Ано. — Давай, продолжай уже! На тебя можно крутой фильм снять! — А ты только об этом и думаешь! Нет бы восхититься... — Ты так рассказываешь, что и восхищаться нечем. — Короче, ... В один прекрасный и солнечный день Васаби наткнулся на странную книгу. Без автора и названия, что весьма подозрительно. Поразмыслив, он решил её прочесть. Убрав отросшие волосы за уши, Васаби впился взглядом в строчки. Только Васика затянуло чтение, в библиотеку неожиданно наведался Иерин, которого васаби не видел уже несколько лет. — Привет, Васаби. Как ты? — спросил он, держась за косяк двери, будто бы не решаясь пройти. — Хорошо, как видишь, — спокойно ответил Васик, хотя он довольно резко захлопнул книгу. Это книга не для Неба. — Что читаешь? — так же мягко спросил Иерин. — Да так... Ничего особенного, — стараясь сказать это как можно непринуждённее, Васаби в то же время думал над тем, как не переборщить с этой непринуждённостью. — Ясно, — отозвался Иерин, вглядываясь в Васаби. — Ты решил волосы отрастить? — Да. — Молодец, — похвалил Иерин. Он был единственным по сей день, кто сам догадался, почему же Васаби отращивает волосы. — Хорошее дело. — Это с какой стороны посмотреть... про хорошее, — вслух подумал Вас. - А? — не понял Иерин. — Есть притворное добро, которое выполняет как бы добрые поступки только ради своей выгоды и ради того, чтобы казаться добром. А существует реальное добро, которое никогда и не думало, чем будет полезно вот это, например, дело. — Ого, — Иерин стоял с немного округлёнными глазами. — Философствуем, не иначе? — Возможно, — подтвердил Васаби. Их разговор так и не повлиял на всю их жизнь. Болтали они ни о чём. В таких случаях говорят «трепались». Хотя и не виделись они года три, говорили как друзья. Зачем перемалывать все произошедшие события? Они уже произошли и ничего не попишешь. А о будущем говорить зачем? Что произойдёт — то произойдёт. Это судьба. Какой бы путь ты не выбрал, что бы не сделал — всё это уже записано в книге Судьбы. Никто не может противиться её воле. Если думаешь, что сможешь изменить судьбу, противостоять ей, — ты глубоко заблуждаешься. Даже сами твои мысли о противостоянии судьбе — это судьба, и не стоит на этом зацикливаться. Попив чаю, Иерин уже в дверях на прощание бросил: — Всегда тебя жду. Дверь захлопнулась. В этой фразе не было ни глубокого смысла, ни какой-то загадки. Иерин просто дал понять, что он всегда будет ждать Васаби. Даже немного обрадовавшись, что Иерин ушёл, Васик продолжил чтение. Он понимал, что эта книга запрещённая, что ни в коем разе не позволено к ней даже прикасаться. Но ведь всегда хочется сорвать этот запретный плод. Приведу пример для умственно отсталых. Лежат два бутерброда. Один прямо перед тобой, готовый весь такой, свежий. Второй же проживает в нескольких от тебя метрах, но только под стеклянной крышкой и на красивой тарелочке. Можно взять только один из них. Вопрос: какой возьмёшь? Конечно же, тот, что на тарелке. Ведь ты думаешь, что тот лучше, а несколько метров это пустяки. Вот ты встаешь с кресла и хочешь пойти по направлению к добыче. Но понимаешь, что твои ноги что-то обожгло. Смотришь, а вместо пола лава. Тебе больно. Но ты не садишься, а продолжаешь идти к этому бутерброду. Ведь ты поставил перед собой цель. Допустим, ты дошёл и выжил, не упав в обморок от боли, что было бы очень некстати. Съел этот бутерброд. Он оказался вкусным. Но теперь нужно дойти обратно по той же лаве. Теперь ты уже жалеешь, что пошёл вообще. Теперь ты уже понимаешь, что эти два бутерброда были совершенно одинаковые. Так, стоп. Чего-то меня занесло. Продолжим про Васика. Васаби читал и читал. Но интересно же, что он читал! Автор ленивый, поэтому всё вкратце. Там описывались трое заключённых внизу Преисподней, где вечная тьма окутала всё бесконечное пространство вокруг Страха, Иогана Себастьяна Баха и Хаоса. У двоих были свои Всадники, что усмирили бы их в случае пробуждения. У Страха же не было. Страх был так силён, что ему подходил лишь один Всадник. Его пропавшая младшая сестра. Говорилось, что Страх жил в эпоху Средневековья. Тогда он был всемогущ. Люди боялись. По мере прохождения времени его силы возрастали. Но, вопреки случаю с двумя другими заключёнными, Страх мог сдерживать силу. И он сдерживал. Показал её на полную лишь один раз. Единственный раз. Тогда неизвестный падший ангел объявил Страху войну. И настолько властное было это объявление, что Страх возненавидел этого падшего ангела. Встретились они в Константинополе в 532 году при правлении Юстиниана 1. «И жуткая битва начнётся в тот час. Закроется смертью достойного глаз,» — писал один великий человек. В этой битве Страх и падший были на равных. Мыслили одинаково, наносили удары, одновременно уклонялись. Это было прекрасное зрелище. Очень эффектное. Жаль, никто не видел. У падшего из орудия был один японский меч. Лёгкий, крепкий и поворотливый. У Страха же бесконечная цепь (кто додумался? Это как с косичкой у Дэза. Вспомните слова «Страх сковал цепями»). Удар шёл за ударом. Однако падший даже не стремился убить Страха своим оружием. Он пытался прикоснуться к нему. Заметив это, Страх не подпускал его на малое расстояние и заставлял отбиваться от цепей. Падший выбивался из сил. Он уже думал, что всё это напрасно. В этот момент его обвили зажавшееся на теле цепи. Точнее одна намотанная в несколько колец. И сжимала она неимоверно сильно. Ангел только сейчас заметил, что Страх победил бы с самого начала. Его соперник работал только одной рукой, в то время как он — всем телом, что изматывает больше. Страх подумал, что было бы иронично взглянуть победжённому в глаза. Страх подошёл к нему и, посмотрев в самую глубину глаз падшего спросил: — Чего ты хочешь? Падший ничего не ответил. Зато Страх допустил самую большую и ужасную ошибку в его жизни. С величайшим трудом падшему удалось высвободить ладонь от цепей. Страх продолжал, нависая над ангелом, что-то говорить. — Есть! — прохрипел падший ангел. Страх ничего не понял. Он что, жрать хочет? Ну не дебил ли? И тут до него дошло. Медленно опустив глаза, он заметил. Заметил, что рука падшего всего тремя пальцами держит его за край распахнутого плаща. Уже мысленно прокляв все плащи, Страх взглянул на морду соперника. Его лицо было таким, будто он сейчас сделал дело всей его жизни. Будто бы победил Страха. Тот же не стал ждать результата. Зачем, если можно ещё успеть кое-что спросить? — Как твоё имя, падший? — спросил Страх. В его голосе отражались нотки восхищения. — Л... — попытался выговорить падший. Цепи давили сильнее и сильнее, однако Страх и не пытался их ослабить. — Люцифер... Через секунду падшего ангела разорвало на куски. В прямом смысле. А как, думаете, цепи работают, а? — Люцифер... Жди моей мести, — напоследок произнёс Страх. А через две секунды с неимоверным ужасом посмотрел на место прикосновения. Оно сияло. Ненавистным Страху белым светом. А ещё через секунду Страх исчез, на несколько сотен лет погрузившись в своё сознание. Но перед этим... Страх сотворил своё освобождение после встречи Жизни, Смерти и Судьбы. А исчезновение Страха не прошло незамеченным. Самого его, конечно, не заметили. Однако у многих людей пропали их главные страхи. А в Константинополе простые люди, что ранее боялись воли императора, подняли восстание, где погибло более тридцати пяти тысяч человек. Васаби был в восторге. Нет, не просто в восторге! А в азарте! Никогда он не слышал столь эпической истории! Эта книга великолепна! А ведь это всё и на самом деле было! Этот падший ангел! Как его имя?.. Тут не написано... И Васабчика внезапно озарило. — И вот, после прочтения этого шедевра меня озарило! — с восторгом сказал Васаби. Он, видимо, и сейчас «тащился» по этой книжонке. — Чем озарило? — спросила Авирано, всё ещё представлявшая Васабчика в очках и с прилизанными волосами. Было смешно. — Хватит перебивать. Вот теперь не скажу, чем озарило! — Ладно, ладно... Две недели. Три. Месяц. Год. Два. Три. Четыре. Перевалило будущему падшему уже за двадцать лет. Васаби был одержим этой идеей. С каждым днём он закрывался в себе, становился немногословен. Просто предположение переросло в цель всей жизни. Цель эта состояла в убийстве Страха. Перемены эти замечал и Иерин. Только он ничего не говорил Васу, чувствуя, что так будет лучше. Вскоре Васаби сам пришёл к Иерину. — Отчисляюсь из ангелов! — твёрдо произнёс он, пододвигая по столу к правителю нужную бумагу. — Ясно, — грустно ответил Иерин. Хоть он этого и ожидал, но признавать то, что Васаби сдался, было тяжело. Криво и косо подписав бумагу, он выжидательно посмотрел на Васаби. Заметив этот взгляд, Васик смутился. Лихо развернувшись, он, одержимый идеей, пошёл в свою библиотеку. Вещей, кроме лезвия, которое удобно прикидывалось массивным браслетом, у Васа не было. Треугольник телепортации, крылья, которые пока что были с Васом, полупрозрачный браслет, ключ от библиотеки. Это всё он оставил на Небе. А зачем это ему на земле? Ведь он прочитал, что сравняться силами с Страхом может только падший ангел, сотворивший демона из смертного. Васаби, последний раз использовав треугольник для телепортации на землю, очутился посреди зелёного травянистого поля в полдень, когда сильнее всего печёт солнце. Васик первый раз попал на землю. Прошлые годы он провёл только на Небе и к земному порядку вообще не приспособлен. Где-то вдалеке виднелось странное здание. По левую руку Васабчика расстилался лес, начинающийся с колючих кустов и вьюна на ветках деревьев. Сзади стоял забор. Не такой массивный забор, какие обычно считают надёжными, а не слишком устойчивый железный, обвитый колючей проволокой. Васаби, который теперь уже падший ангел, передёрнулся. Он, конечно, читал о земле, но не представлял земную жизнь настолько жестокой. Здесь ведь и животные есть! А они могут случайно напороться на это адское строение. Да и выглядит некрасиво. Внимательно осмотревшись и сделав несколько умозаключений, не выходя за пределы леса и вообще поля, Васаби сел, прислонившись спиной с необвитой части забора, и стал думать. Думал он медленно, но всё запоминал и прокручивал в памяти все моменты. Нужна была стратегия, чтобы победить Страха. Тот падший, что его заключил, был силён. Это безоговорочно. Но допустил некую оплошность. Он не стал убивать Страха. Ангел, как никак, не должен убивать никого, кроме демонов. Васаби же был другого мнения. Уничтожить всех, кто мешается на пути. А путь его станет долгим. А во-первых, надо обустроиться здесь, на земле. ...Думал, мыслил, размышлял, планировал и так далее. Все эти действия Васаби совершал двое суток. Причём с места не встал. Иногда разминался, чтобы конечности не затекли. Позже он понял, что значительно проголодался. На Небе этого чувства нет. Там нет никаких телесных чувств, кроме боли и усталости, что будут мешать. Так и продолжив сидеть с закрытыми глазами, Васик стал размышлять, как бы добыть пропитание. Жевать листики не хотелось, но и есть сырое окровавленное мясо возможно больных животных тоже было не слишком-то и навязчивой идеей. — Ты кто, парень? — спросил неизвестный голос. — Позже я встретил Кард Акид. Тогда она девочкой ещё была. — Значит, её первую? — Ну да... Васаби открыл глаза. Над ним возвышалась девочка четырнадцати лет. Она была младше самого Васаби, но обращалась к нему, как к равному. — Я? — переспросил Вас, не зная, говорить ей, что он падший, или нет. — А кто ещё? — ответила вопросом на вопрос девочка. — Зовут тебя как? Я — Кард Акид! Потомственная ведьма! Глаза Васаби округлились, но через мгновение его рожа опять приняла каменное положение. — Ясно, — безразлично ответил он. — А ты мелкая. — В смысле?! — возмутилась ведьмочка. — Я не мелкая! Я видела моих ровесников! По сравнению с ними я выгляжу даже старше! Васаби так посмотрел на неё, будто спрашивал: «Да что ты говоришь?» — Хм! — отвернулась Кард Акид. — Было обидно! Васаби не знал, как себя повести. Первый раз он общался с человеком. Тем более этот человек оказался ведьмой. Человек на стороне зла. Стоп. А Васаби сейчас где? — Хи-и-их... — интриговано улыбнулась Кард Акид. — А ты знал, что существуют ангелы и демоны? Васаби чуть ли не подскачил. Откуда она это знает?! Кое-как скрыв свою удивлённость, Васаби монотонно спросил: — Да? А я не знал. Расскажи ещё, ведь это так интересно. — Не говори сарказмом ведьме! Я и проклянуть могу! — Не сработает. — Спорим? — Что? — Спорим, говорю? Васаби проигрывал в памяти варианты ответов. Про споры было мало написано. Ну, рискнём. — Спорим. — Так-то лучше! — обрадовалась ведьмочка. «Она чего, на самом деле меня проклинать собралась?» — удручённо подумал Васаби. — Значит так... — по-деловому начала Кард Акид. — Тебя я проклинать не буду. Ты прикольный и волосатый. А вот та-а-ам, — она указала на домик. — Живёт пастух. Он меня бесит. Тупой православный гад! Вот его прокляну! Согласен? Васаби мотнул головой. Ему было глубоко плевать. Кард Акид, помолчав немного, сконцентрировалась и начала излагать какие-то непонятные слова, где присутствовало много шипящих звуков, с такой интонацией, будто была зла на весь этот чёрствый мир, что не принял её. Закончила она секунд через тридцать, когда Васаби уже чуть ли не засыпал от скуки. Он знал этот язык. Бывший библиотекарь как никак. После окончания вещания Кард Акид прислушалась к звукам, исходящим с фермы. И через несколько секунд оглушительно закричал петух. Сам он находился далеко, но его крик всё же резал слух Васаби. Спустя мгновение у здания загорелась крыша. Оттуда выбежали отец с сыном. У обоих были светлые кудрявые волосы. В руке отца находилась палка ростом с человека, закруглявшаяся на конце в некое подобие завитушки, как, впрочем, у многих пастухов. — Ну что? — задорно спросила ведьма. — Веришь, а? — Верю, — без раздумий ответил Васаби. Думать, что это было совпадение, было бы глупо. — Молодец, — похвалила его Кард Акид. — А теперь выполнишь моё желание. — Чего?! — удивлённо спросил Васик. — А ничего! Знай — потомственная ведьма рода Акид всегда спорит на желание! — Ладно, — согласился Вас. — Говори, что хочешь. — Вот сейчас загадаю тако-о-ое! А то сидишь тут весь безэмоциональный и загадочный, что прям тошно! — сплюнула четырнадцатилетняя ведьма. — Ладно. — Ого... — удивилась ведьмочка. — Ты первый, кто так быстро согласился. Ладно, чего бы такого тебе загадать... О! Знаю! Сиди тут вечно! — Ладно. У Васаби в планах всё равно не было выполнять условия спора. Он собирался сидеть тут столько, сколько ему будет надо. — Серьёзно? Согласился? Всё-таки ты странный. Ну, я отчаливаю. Пока, волосатик! — Прощаюсь. — Эй, — нахмурилась Кард Акид. — Не поясняй свои действия. Ты так эгоистом кажешься. И с этими словами Кард Акид упорхала в кусты. Васаби снова закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на главном. Нужно было на Небе планировать. Идиот. Но не прошло и десяти минут, как ведьмочка вернулась с тарелкой. Васабчик слушал, не открывая глаз. — Слушай, волосатик... Я тут подумала, что ты тут всё время сидишь и сидишь... Голодный, наверное? Я тут принесла немножко... Кард Акид скромненько поставила тарелку на траву и убежала обратно в колючие заросли. "Странная девчушка» — подумал Васаби и взглянул на тарелку. Макароны с сосиской. Сосиска выглядела пережаренной. На счёт макарон неизвестно. Васик осторожно съел одну макаронину. Недосолёные. В животе Васа предательски заурчало. Да и сил даже на то, чтобы встать, придётся потратить много. Подумав, что это халява, Вас всё съел и сытый и полный сил отправился обратно в свои мысли. Неделю или две Кард Акид честно приходила и кормила Васаби. И всё время забывала спросить имя. Или она специально не хотела знать, как его зовут. Неизвестно. Но в один день... — Слушай, волосатик, а почему ты решил волосы отращивать? — спросила ведьма с двумя косичками до бедер. — Хм... — задумался Васаби. — Никогда не хочу забывать прошлого. — Ясно. Но ты не прав. Прошлое тебя держит. Нужно жить настоящим. Если ты не хочешь его забывать, то заглуши его. — Как? — Не знаю. Покрась волосы. — Зачем? — Блин, ну ты даёшь! Я ж только что сказала! — Ладно. В какой цвет? — Да в какой хочешь! Васаби посмотрел на траву. Первое, что он увидел на земле. Она была зелёная. Прекрасный цвет. — Как красить волосы?-спросил он. — А-а-а! Такое чувство, что ты недели две назад пришёл на Землю! Васик напрягся. Неужели она его раскусила. — Да и ты не красил что ли их? Это твой натуральный цвет? — Нет. Васаби решил, что на эти два вопроса он может ответить одним словом. Какая вообще разница? — Блин, ты странный, — нахмурилась Кард Акид, уперев руки в бока. Сейчас эта девочка больше походила на типичную русскую бабу. — Эй, слушай, — через какое-то время сказала ведьмочка. — Как ни прихожу — ты всё сидишь. Рост даже твой не могу понять. Я, между прочим, уже метр шестьдесят семь сантиметров! — Как высоко, — съязвил Васабчик. — Встань! — приказала ведьма. Васаби за эти две недели уже вставал, разминался, но не в присутствии Кард Акид. Но всё же решил распрямить свои конечности. Васик встал и глянул на охреневшую Кард Акид. — Ух ты! Ну ты и высоченный! — воскликнула она, немного приблизившись, чтобы сравнить его с собой. — Было обидно, — заключил Васик, смотря сверху вниз на Кард Акид, которая была ему примерно по плечо или чуточку выше. — Да ладно! — махнула она рукой. — Парням быть высокими круто! — А чего тогда ты стремишься высокой быть? — Ну-у... Это ж я! — слишком понятно оправдалась ведьма. Васаби сел обратно. Ему было плевать на рост. Рост и рост, чего такого-то? Но потом услышал влаственное: — Пошли со мной! Васик открыл глаза. Перед ним стояла Кард Акид с протянутой рукой. — Ты гниёшь в этом месте! Мысли и прошлое тебя не отпустят, если ты сам этого не захочешь! — А зачем мне это? — Если тебя засосёт идея или прошлое, ты погрязнешь во тьме! — Это говорит мне ведьма. — Заткнись! После этого Васик вновь закрыл глаза. Идти или не идти? Прямо как в визуальных новеллах... Взвесив все «за» и «против» он решил. — Ну идём... — печально согласился он и оттолкнулся руками от колючей травы. — Ура! — обрадовалась ведьмочка и, схватив Васика за руку, потащила в заросли. — Ты хотя бы знаешь, куда идёшь!? — спросил Васаби, когда они уже минут десять пробирались сквозь кусты-переростки. — Не-а! — задорно отозвалась Кард Акид без всякого стеснения. — В прошлые разы, когда я шла в эту сторону, я выходила прямо к моему домику. — А родители твои где? Ведьма остановилась с опущенной головой. — Шесть лет назад моей тёти не стало. Мать и отца я не видела. Но знаю, что у меня была прапрабабушка, которая очень много знала о травах и зельях! — улыбнулась через плечо ведьма. — Ясно, — сказал Васик. Делать вид, что тебе не всё равно и ты искренне переживаешь, — неправильно. — Ну хоть не утешаешь! Это лучше, чем глупые сочувствия! Через несколько минут оба были у дверей деревянного дома. Васаби наблюдал, как Кард Акид тщетно пытается открыть дверь. — Дай я! — он нагло влез к дверной ручке. Сначала подёргал за неё, а потом навалился всем весом. Не помогло. Затем он просто вышиб дверь. Зачем напрягаться, если можно сделать всё просто и понятно? — Э... Что ж, ладно... — смирившись, ведьма первая вошла в дом. Расстановка в нём в точности такая же, как вы уже читали. Только не было кровати и вампирки. Ну, теперь уже и двери. Васаби зашёл и сел на стул. Ведьмочка сразу побежала к плите и поставила чайник. — Сейчас выпьешь самое вкусное, что ты пробовал в своей жизни! — в азарте говорила она. — Только чайник вскипит... — Ладно. — Эй, кстати! — через минуту молчания сказала Кард Акид. — Как зовут-то тебя? — ... -Васик думал, говорить ей или нет. — Васаби. — Что, серьёзно? Как продукт? — Возможно. — Хах! И кто так тебя назвал? — Я сам, — больше Васаби не намеревался никому врать. — Это как? Прямо родился — и дал себе имя? Подозрительно как-то! — Нет. Я дал себе это имя в девять лет. — А до девяти какое было? — Не знаю. Я очнулся в девять лет. Передо мной стоял Иерин. Он попросил сказать имя. — Иерин? — Да, — удивлённо ответил Васаби, не понимая, чего такого загадочного в этом имени. Они тут что, Иерину поклоняются? Ну, если судить по логике, Бог — главный среди ангелов, как и Иерин. Получается, Иерин — Бог? Да нет, бред во плоти! — Он не русский? Странное имя... Опасения Васаби на счёт Иерина не подтвердились. Он облегчённо выдохнул. Но подумав некоторое время и надумав, что этой ведьме ничего не будет понятно из его действий, говора и рассказа, он решил поведать ей всё. Про ангелов и демонов. Жизнь, Смерть и Судьбу. Поведать всё, что он помнил сам. А Кард Акид только сидела с открытым ртом, не вякая и не прерывая его рассказ. — И я рассказал всё, что знал Кард Акид, — смущённо признался Васаби. — Ясно, — хладнокровно заметила Ано. — Ты мне это говорил? — Издеваешься?! Да в первый же день и сказал! Но некоторые части забыл и рассказал, как только вспомнил! Ну ты даёшь, Аночка! Подозревать меня в том, что эта ведьма дороже тебя?! Аночка-а-а! Я не ожида-а-ал! — Васаби уже лез целоваться и обниматься. Ано его отпихивала, ибо нефиг. Но в душе презирала себя за то, что могла подумать так об этом всеми покинутом существе. — Продолжай уже! — в нетерпении попросила она. — Хорошо! — А! Хри! Не-е-еть!!! — орала ведьма после услышанного. — Поверить не могу, что я была права на счёт ангелов и демонов! Но чтобы ещё всякие загадочные мифические существа! — Успокойся. — Самый лучший способ заставить женщину психовать — сказать ей успокоиться! — сказала Кард Акид фразу, которую мы все где-то слышали. — Успокойся. — Тебя жизнь ничему не учит, да? — уныло спросила ведьма. — Успокойся. — Видимо, нет... — Вот видишь, ты же успокоилась, — проницательно сказал Васаби. — А ведь точно! Вас, ты гений! — Спасибо, я знаю. — Ты прикольный! — посмеялась Кард Акид. — Ой, или это запрещённое слово, Вас? — Запрещённых слов не существует. Слова — это набор букв, которые приносят какой-то определённый смысл. Если ты, например, скажешь, что тебе по*уй и то, что тебе всё равно, разницы не будет. Это просто звуки. — Ого, Вас, ну ты и философствуешь! Откуда всё это? Васаби предпочёл не рассказывать о прошлом. Это только его прошлое и никто чужой не должен его знать. — Ну и игнорируй! — хмыкнула Кард Акид. — Я тут на телефон одну игрушку установила, а она вылетает. Что делать? Ты же у нас типа умный! — Я не знаю. — Что-о-о?! — Я не знаю. — Э-эй! — Я не знаю. — Блин... — Я не знаю. — Эм... — Я не знаю. — Хм... — Я не знаю. — Хех... Васаби успокоился. Он действительно не знал. — Васаби! Меня осенило! Как же школа?! Я ж учусь ещё! — внезапно и не в тему воскликнула Ано. — Э-э-э... а не знаю. Ты сама ходить-то хочешь? — Ну не особо... — честно призналась Ано. — Но учиться надо. — Ты учишься. — Как? — Тренировки! — в азарте выкрикнул Васаби. Ано иронично зыркнула на Васа. — Продолжай. — Ну, раз не знаешь, давай пить чай! Сейчас ты узришь приготовление райского напитка! Через несколько минут непонятных действий над разными травами, Кард Акид поставила перед Васиком чашку. — Вкуси! Васаби попробовал. Это было нечто! Самый вкусный напиток за историю вселенной! Но нужно притормозить. Иначе, если будешь часто и много пить, он потеряет свой превосходный вкус. Но на вид как сблёванная кем-то блевотина. Противно смотреть, но запах и вкус этого стоят. Падший выпил всю чашку и потребовал добавки. — Нет, — бессердечно отказала ведьма, глядя в расстроенные глаза Васаби. — Много не пей. Крыша поедет. Рагнарёк вдруг захочешь устроить... А мне потом оправдываться! Васаби грустно уставился в пол. Он знал. Теперь останется с этой ведьмой. Она его научит бытию на земле и будет кормить. Зимой и ночлежку устроит. — Ладно, — согласилась на наглые требования Кард Акид. — Только познакомь меня с вампирами. Уж очень хочется увидеть их! Васаби пообещал познакомить. Но забыл сказать, что раса вампиров вот уже как почти сотню лет воюет с оборотнями. У них это что-то наподобие войны ангелов с демонами. Васаби однажды видел вампира. На вид ему было лет двадцать-тридцать. Бледный, худой, сутулый и, почему-то, в капюшоне. На губах ещё не застывшие следы чего-то бордового. Он прошёл мимо Васаби, даже не глянув в его сторону. «Депрессуха» — догадался Васик, но продолжил мыслить. — Серьёзно? Познакомишь?! Ура-ура! Вас, ты лучший! — обрадовалась ведьма и залпом выпила свой «чай». — Можешь даже одного себе взять, — предложил Васик. Автор очень сильно намекает на происхождение кое-кого, кого мы все вспомнили. Кард Акид внезапно свалилась без чувств. Васаби понял, что она буквально без ума от этих мерзких и надоедливых комаров. Кое-как приведя Кард Акид в чувства, заставив её нюхать все её травки по очереди, Васик заметил лестницу наверх. — Что там? — поинтересовался он. — Там?-переспросила ведьма. — Там спальня. Или две... Перегородкой, короче, разделено. Васаби, не спрашивая разрешения, вошёл в комнату или комнаты. Действительно было непонятно, одна или две это спальни. Но на втором этаже царил беспорядок. Причём царил он после жестоких и вещиразбрасывающих усобиц. Царил и не пытался наладить порядок в своём княжестве. Плохой правитель, так сказать. — Я не убиралась... — застенчиво призналась ведьма. — Целую жизнь? — Что «целую жизнь»? — не поняла Кард Акид. — Зачем тебе целовать Жизнь? Васаби не захотел повторять. Шутка уже не будет такой смешной. Да-да, Васик считал, что это была остроумная шутка. — Ну и игнорируй! — Спать хочу, — информировал ведьму падший. — Что?! — воскликнула Кард Акид, поняв всё по-своему, не в том смысле. — Люди не спят? — с подозрением спросил Васик. — С-спят... н-но... Мне же всего четырнадцать! Педофил! — выкрикнула ведьма и убежала вниз. — Чего? — ничего не понял Васаби. Такие грязные и пошлые мыслишки ему приходили крайне редко. Васабчик, пожав плечами, лёг на кучу подушек и простыней на полу. Впервые за долгое время Вас лежал на мягком и тёплом. Кард Акид, решившая всё-таки проверить, что делает её новый сосед, заглянула в комнату. Васик, сжавшись комочком, мило сопел. Его волосы были раскиданы вокруг. — Блин, боже, и я его подозревала его в чём-то плохом? — подумала про себя Кард Акид и ушла спать в другую часть спальни, где было более или менее убрано. ...Время быстро летело. Начиналась осень. Стало холодать. Васаби с Кард Акид всё лучше и лучше друг друга понимали. По взгляду можно было определить мысли другого. Но однажды... — Васаби! — крикнул до боли знакомый голос. Васик энергично обернулся. Его повергло в шок то, что он увидел. — Привет, друг, — поприветствовал его Иерин со своей шокирующе доброй улыбкой. Будто мир его не трогал своими грязными щупальцами. Васаби молчал. Он знал, что Иерин частенько бывал на земле, но не думал, что ему удастся найти Васа. При том он был в достаточно простом одеянии простого охотника. Даже ружьё за спиной висело. Но Васаби знал. Это ружьё скрыто мороком обычного. На самом же деле это ружьё Цкасия, который, верно, одолжил его своему напарнику. Оружие стреляет точно и всегда в цель. Пули не знают промаха. Ни разу Цкасий не промазал. А в последний раз, когда Васаби видел его стрельбу, Цкасий мог за секунду вскинуть ружьё и выстрелить точно в цель. Тогда он был на пятом году обучения из девяти. Без морока ружьё было полностью белым, что не подходит самому Цкасию с красными волосами и лишь одной серебряной прядью. — Игнорируешь? — проницательно спросил Иерин у замешкавшегося Васабчика, который по настоянию Кард Акид собирал в лесу какие-то непонятные травы, что пахли мятой. Кажется, это была мята. — Нет смысла отвечать. Вы знаете, что у меня за мысли сейчас, — холодно ответил Васик. — Ты перешёл на «Вы»... — грустно отметил Иерин. — Что ж, я понимаю. Мы нынче по разные стороны. — Зачем Вы пришли? — Зачем пришли? Чтобы объявить то, что ты теперь объявлен в розыск. Я не давал ангелам, кроме Цкасия, наводок на тебя. Я или мы будем редко приходить. — Зачем? — Чтобы вернуть тебя. Васаби, возвращайся, ты победишь зло на стороне добра! — Одолеть зло можно только на нейтральной стороне. Добро не опустится до войн и глупых споров. — А оно на высоте? Добру не нужно опускаться, так как оно не наверху. Добро всегда на том же уровне, что и зло. Для того, чтобы его останавливать, одолевая зло его же способами. — А одолеть добро? — Невозможно. Победить можно только способами противника, направляя его силы на него же. Если силы добра направят на добро, ничего не случится. — Харе философствовать, Иерин, я не вернусь, пока не закончу своё дело. Только вот после его окончания меня вряд ли примут назад. — Если же твоё дело заключается в убийстве, путь на Небо тебе закрыт. И я пришёл ещё кое за чем... — За чем же? — Отдать тебе это. Вот, держи, ты забыл, — сказал Иерин, протягивая Васу его треугольник и крылатый браслет, после нажатия на который за спиной ангела появляются два больших белых крыла. Васа часто интересовало, почему белый цвет прозван добром, а чёрный злом. Иерин объяснял это как грязь. Чёрный это тот же белый, только немного запылённый. Провести влажную уборку — и дело с концом. Только уборка это не самое приятное занятие. — Не возьму, — чётко сказал Васаби. — Вот как? Ну хорошо, не возьмёшь так не возьмёшь, — мягко согласился Иерин. Было видно, что он до сих пор расстроен поведением Васаби. Так, значит, влияет земля на ангела? Но, как бы то ни было, нужно вернуть Васаби. Он — единственная надежда ангельской армии. Армии... Точно же! — Прошу не переживать по этому поводу, я удаляюсь, — Иерин даже немного поклонился. Эх, видели бы это люди! Их мнимый Бог приклоняет голову перед падшим. Это была бы эффектная сцена. Только Васаби подумал о всяких почестях в честь него, как его ослепила вспышка телепортации. Почему Иерин телепортировался, а не перешёл с помощью треугольника, который выдавали всем выпускникам давненько закрытой академии? И что он там задумал? А кто его знает! Все Иерины такие странные... и Васаби, который уже покрасил волосы в ярко зелёный, вприпрыжку поскакал к своему арендодателю и, по совместительству, ведьме. — Принёс? — в надежде спросила Кард Акид. Почему же её все называют по имени и фамилии? Во-первых, автору так нравится больше. Во-вторых, это звучит! И в третьих, о, это сочетание букв в слова! Словно в подтверждение её словам, принахмуренный Васаби с грохотом водрузил корзинку с листьями, удержавшись, чтобы в очередной раз не понюхать мяты. Вдруг это наркота какая-нибудь? Неизвестно. — Не хило! — заметила удивлённая ведьма, перебирая листочки. — Мне тут на год хватит! Закрой дверь, а? А то ветерком повеяло. Васик покорно исполнил сей наимучительнейший приказ. Дверь он на досуге починил и теперь обращался с ней бережно, боясь, что она опять развалится. Почему-то всю хрупкость конструкции замечают именно её строители. Закрыв дверь, Васик вернулся и сел за стол в ожидании божественного напитка. Этот «чай» ведьма давала ему ровно по чашке раз в двадцать четыре часа. Васик пытался разбавлять его водой, чтобы было больше, но его затея не удалась. Даже при добавлении одной капли воды или другой жидкости, даже входящей в состав напитка, чай полностью терял свою превосходность и становился просто блевотиной. Кард Акид его однажды предупредила, что этот напиток нравится только 99-ти % всего населения. Выпив полностью чай, Васаби отправился в спальню. С первого для пребывания здесь Васаби убрался по-максимуму. Ненужные по его мнению бумажки, тряпки, протухшие травы он выкинул. За этот грешный поступок Кард Акид с неделю его припирала за это. Причём два дня почти безудержно орала. Васаби выучил много незнакомых слов. Принятых в обществе и не очень. Среди каких-то гнилых пробирок, которые Вачик, не любивший множество вещей, выкинул, была то ли «эбокца от ваболы», то ли «валоба от эбцины», то ли вообще непойми что. Самое странное то, что эта «эбокца от эбцины» была крайне важна тем, что, как видите ли, от какой-то там болезни в Африке умирают множество людей, и добрая ведьма из России решила взять задачу по изготовлению эбокци на себя. А из-за неразборчивого Васика ведьма теперь не получит премию, что очень сильно её огорчало. Но через неделю... Васаби с Кард Акид шли с полными пакетами из продуктового магазина. Ведьма научила Васабчика ходить по магазинам, но один он делать это пока боялся, так что Кард Акид покорно плелась за ним, таща половину пакетов. Закупались они как минимум на месяц. Начинало холодать. Осень стала ощутимо приближаться. Некоторые листья уже желтели и опадали на асфальт, который был местами в лужах. Васаби остановился и подобрал жёлто-красный кленовый лист. — Смотри, — обернувшись, сказал Васабчик. — Бери, это тебе. — Да, спасибо, — сказала ведьма, забирая лист из рук Васаби и нагло отбрасывая его в сторону. Последнее время это ангел ведёт себя подозрительно. Особенно этот туманный взгляд и всякие подарки. Кард Акид начинала его остерегаться. Вдруг перед домом слева от них выросло что-то длинное. Этим чем-то оказалась армия. Армия ангелов. Ранее Васаби сам в ней служил, но он сразил каждого воина, и ему было скучно. Но это был первый раз, когда на него нападают все. Вся армия. — Тихо, — Васаби остановил рукой охреневшую и без того ведьму. — Э-это ч-что? — Армия ангелов, — беззаботно ответил Васаби. — Я вижу, блин! Васаби неотрывно смотрел на армию. Точно, те же самые воины, что были при нём. Ну, может десять-двадцать новичков. А вон в последнем ряду тот воин, что всё намеревался одолеть Васика, хотя ему было до него ещё далеко, хоть тот воин был старше Васаби лет на восемь-десять. Они оба несколько секунд смотрели друг на друга. Васаби решил прекратить гляделки. Он подмигнул воину, имя которого вылетело из головы, и материализовал своё лезвие. Он точно знал, ради чего сюда прибыли ангелы, и вести переговоры не было смысла. Кард Акид, которая об этом лезвие даже и не подозревала, стояла в явном остолбенении. Итак, ангелов было пять рядов очень длинных шеренг. Длиной они были примерно в целый дом. Они не строились специально, чтобы противник не разгадал их намерения по построению. По углам и в последнем ряду были расставлены самые сильные воины. С первого по четвёртый стояли ангелы в последовательности от сильного к слабому. Таким образом, самые слабые были в середине четвёртой шеренги. Васаби знал это построение и намеревался уничтожить первым делом края и пятую шеренгу. Сделать это в честном бою не имело возможности, так что нужно напасть быстро и без предупреждения, чтобы ряды не успели ничего сообразить. Так он и сделал. — Потом прикрывай тыл, — буркнул он Кард Акид, не успевшей ничего сообразить. С неимоверной скоростью, которую может обогнать лишь свет да Иерин, Васаби сдвинулся с места, ловко владея своим лезвием. Казалось, это не просто оружие, а продолжение его самого. Он переместился в самое начало шеренг. Все до единого воины были с тем оружием, которое они сами выбрали так же, как и Васаби. Только Васик был со своим лезвием дольше. Его он выбрал ещё в академии, где-то в двенадцать-тринадцать лет. Тогда ему было просто плевать, и он взял первое попавшееся оружие. Как оказалось, очень удобное в применении. Меньше чем через секунду он оказался в начале шеренг. Перехватил лезвие поудобнее и... через две секунды оказался в конце тех самых шеренг. Только глаза того воина, чьё имя Вас так и не вспомнил, успели округлиться. Он подумал: «Нет, Васаби слишком силён», тем самым признавая своё поражение. Из бока и спины у него уже далеко не маленькой струйкой текла алая жидкость, именуемая кровью. Ему досталось больше всех. У боковых воинов был поранен только бок, а иногда руки державшие орудия для борьбы с падшим. У пятой шеренги были тяжело ранены спины. Ибо Васаби с неуловимой скоростью пробежал с лезвием, по пути истребляя сильные отряды ангелов. Васабчик, всё ещё стоя на полусогнутых ногах, выставив вперёд правую, что было удобнее, слизал с щеки кровь какого-то ангела. Она была вкусная. В этот момент он понял вампиров, но осознал всю серьёзность ситуации и свой переход на тёмные силы. Кровь, любая кровь, кажется вкусной лишь нечести, демонам и падшим. Так же падшим, как и демонам, можно заключать контракты. А возраст... выбери нужный, и будешь жить в таком теле бесконечно, правда, до тех пор, пока тебя не убьют. Васик думает дорасти до тридцати. Самые сильные воины были уничтожены. Они просто исчезали, растворялись в воздухе, отправляясь обратно на Небо. Ангелы же, в отличии от демонов и падших, не стареют. Но они бессмерты. То есть, получается наоборот — в бою не погибнешь, а вот от старости вполне можно умереть. Таким образом, в боях преимущество у ангелов. Васаби ранее сражался без боязни умереть, но теперь нужно опасаться за свою жалкую жизнь. Потеряв основную силу, остальные ангелы немного растерялись. Но, в момент собравшись, побежали в атаку на Васаби. Здесь, когда есть ещё и воины сред-ней силы, Васик уже надеялся на Кард Акид, подбежав и встав с ней спина к спине. В это время ведьму будто током шарахнуло. Она очнулась от всего увиденного и стала перебирать в голове сотни тысяч проклятий, подходящих под этот момент. Армейцы сделали шаг. Проклятие на смерть? Нет, это не подойдёт. Они бессмертные ангелы. Шаг. На телепортацию? Но на одного человека тратится почти вся духовная сила, а тут их гораздо больше одного. Ещё шаг. Блин, они приближаются, какое же проклятье?! Шаг. Зрачки Кард Акид нервозно тряслись, следя за передвижениями ангелов. Шаг. Васаби крепче оперся о её спину. Чувствовалась поддержка. Шаг. Ведьма азартно улыбнулась, найдя нужное проклятье. Проклятье быстрого разложения. Тела в неимоверной скорости начинают разлагаться, разъедаются мышцы, тело человека уже не может нормально передвигаться. На ангелах же это сработает лучше, так как они чистые, а проклятье — грязь. Грязь больше загрязняет чистое, чем то, что изначально было грязным. Но проклятье было долгим, так что Васу придётся поднапрячься. Грянул первый удар. Васаби легко отбил его и отправил на Небо противника в прямом смысле. Но сразу за ним пошёл и второй. Такими темпами Васаби может легко выдохнуться. Кард Акид уже произносила проклятье. Ангельские войны пытались её заткнуть, не принося вреда, : она как бы считалась невинным человеком. А ангелы не демоны, они не уничтожают всё, что мешается. Васик продолжал отбивать удары. Даже вошёл в раж и стал сам нападать. Его белый плащ был окровавлен ангельской кровью, как бы жестоко это ни звучало. Но вот Кард Акид произнесла последнее слово проклятия... Это было ужасное зрелище. Нет, скорее омерзительное. Живые мертвецы, иначе замби, пыта-лись идти и даже сражаться, но не могли. Искажённые тела и лица по мере убывания приближались. Проклятие работало. Неизвестно, что за боль испытывали ангелы, но вскоре они все попадали и растворились. — И это была первая моя победа над ангелами! — в азарте говорил Васаби. — А как же Кард Акид? Ведь это она истребила большинство. Проклятием. Кстати, а почему они сейчас не работают? — поинтересовалась Авирано. — Она слишком часто их использовала, — пасмурненько ответил Васаби, обиженный за то, что Аночка не признаёт его силы. — Я непобедим, — монотонно произнёс Васаби, глядя в небо за минуту после произошедшего. — С тобою я непобедим. Ведьма заинтересованно взглянула на него. Потом на поле битвы. И убедилась в истинности этого высказывания. Хотя оно звучало странно. Неужто Вас в неё влюбился? — Идём, — прервал мысли Кард Акид Васаби и, взяв пакеты (странно, но от битвы они не пострадали), отправился в том направлении, в каком они шли изначально, а точнее к скучающему дому Кард Акид. — Пошли, — легко подтвердила ведьма. ...После этого происшествия Васаби стал каждый день лезть к Кард Акид. Даже по пошлым вопросам. Зажимал в углу, пытался облапать. Даже шею однажды лизнул. Он думал, что для людей это нормальное проявления любви и пытался хоть как-то её выразить. А ведьма тем временем начала его сторониться и даже бояться. Один раз он её сильно зажал в угол и что-то томно требовал. У Кард Акид в ушах звенело. Ей уже было пятнадцать лет. Ещё год, и она станет совершеннолетней, и тогда Васу нечего станет бояться. Подумав об этом, она резко дала ему пощёчину. Его голова повернулась на сорок пять градусов, а щека горела. Он, удивлённый, дотронулся до места удара. Потом настороженно взглянул на ведьмочку. На её лице была маска непонимающего ужаса. Она не думала, что этот в прошлом добрый и милый Васаби мог быть таким моральным уродом. — Ты меня боишься? — взволновано спросил падший. — Боюсь, — кратко подтвердила ведьма. — Хах,-улыбнулся Васик. — Хорошо, больше не буду так делать. — Постарайся. А ещё через несколько дней настал лучший момент. — Сегодня вечером пойдём в лагерь к вампирам, — сообщил Васик, попивая вкусную жижу. Васаби не услышал ответа. Услышал только грохот. Он поднял голову: Кард Акид лежала без чувств. — Блин, она странная... — пробубнил Вас и пошёл приводить эмоциональную ведьму в чувства. Вечером Кард Акид перебирала какие-то никому неизвестные травы. Среди них была и та мята, что собирал Васик. — Что делаешь? — Варю приворотное зелье, блин, — саркастически ответила ведьма. — Пошли уже, а то все вампиры схлынут! — поторопил её Васаби. — Я готовлю инъекцию. С её помощью выбранный мной вампир не сможет меня укусить и выпить моей прекрасной алого цвета крови, что течёт по венам и артериям во всём организме от сердца к сердцу. Это анатомия, дружок. — Чего? Какая анатомия? Всё то, что я знаю об анатомии — это голова, тело, руки, ноги, харя, пальцы и кишки. — Кишки вообще сюда не вписываются... — Но они же есть! На Небе нет книг об анатомии. Там не изучают столь пошлую науку. — Да? Значит, можно я заберу твои лёгкие? А мозг? — Хм... Нет, что-то не хочу отдавать. — Ну и зря, — заключила Кард Акид уже у двери. — Итак, в какую нам сторону? — Фиг знает, — беззаботно вздыхая, ответил Васаби. — То есть ты не знал, куда идти? — удивлённо спросила вся измаявшаяся на стуле Авирано. Ей уже начинало надоедать. Она чувствовала, что всё главное уже узнала. Васаби работал в библиотеке, влюблялся в Кард Акид и имеет тесные связи с Иерином. — Ну-у... — отмахнулся падший ангел. — Не знаю, но слушай дальше! Мы, короче, кое-как пришли на место действия. Была ночь. Не жуткая, не страшная, но какая-то неуютная. Светила ровно половина луны. Она будто думала, что это люди забыли в этом месте. В месте обитания нечести-вампиров. — Тут как-то стрёмно, — высказала общее мнение Кард Акид, когда шла с Васаби по закоулкам маленького городишки. — Да нормально, — отмахнулся Васабчик. — Ну, что будешь делать? Ты пока не увидела ни одного вампира. Ведьма промолчала. Зачем отвечать на риторический вопрос? Особенно когда чувствуешь на себе множество взглядов, но их не видишь, становится не по себе. И вдруг они из подозрительно тихого закоулка вышли на подозрительно оживлённую площадь. Вокруг ходили люди. Ну, не совсем и люди... Вампиры на чужаков вообще не обращали внимания. Все куда-то спешили, были заняты своими делами и мыслями. Площадь была выложена брусчаткой, а по середине стояла непонятная статуя. Кард Акид эта статуя напомнила зиготу от скрещения амёбы и змея. Совсем что-то непонятное. Как уже говорилась выше, все спешили по своим делам. Вампиры, в общем, были похожи на людей, только бледные, и при открытии рта виднелись клыки немного длиннее и острее обычного. Иногда непонятно, как они свой язык случайно не ранят. Спешили парни, девушки, здоровые качки и склерозные дедки. Мужская населённость была значительно больше. Спешили, бежали, шли, торопились, говорили, орали все. Кроме одной девочки. Она сидела, прислонившись спиной к холодной бетонной стене дома на противоположной стороне от Васаби и Кард Акид. Эта грустная и неэнергичная девочка девяти-десяти лет и привлекла внимание Кард Акид. Поэтому она и побежала, пробиваясь через толпу на противоположную сторону. Васик же, недолюбливавший этих гадких кровососиков, остался стоять на углу дома и, как он думал, не привлекал никакого внимания. Конечно, никто не заметил высокого парня с длинными зелёными волосами и огромным лезвием в руках. Зачем он его материализовал — непонятно. — Привет, — стараясь как можно общительней это сказать, произнесла Кард Акид стоя перед этой девочкой. У неё были светло-персикого цвета волосы и зелёные глаза с красными зрачками. Кого только не встретишь в Ai! — Да пошла ты!- неожиданно резко ответила девка. — Чего-о?! — удивилась ведьма. — Слышь, малявка, ты не оборзела ли?! — Я, в отличии от некоторых, гораздо старше даже Иерина, человеческого Бога! Так что иди куда шла, ведьма крашеная! — Ничего я не крашеная! Это натуральный цвет волос! Наследственный! — Молодец, поздравляю! — вскочила девочка. — Мне тебе подарки дарить или как? Не слышала, что ли? Про-ва-ли-вай! Надоело мне это людское общество, — вампирка сплюнула, как бы странно это не выглядело в её исполнении. — Бесите! — Я не человек! — возмутился человек с названием Кард Акид. — А кто ещё? — Ведьма! — гордо представилась ведьма Кард Акид. — А это не одно и то же? — сузила глаза вампирка, но неожиданно замахала руками. — Стой! Нет! Не отвечай! — Почему? — смутилась ведьма, но было поздно. Девочка, оттолкнувшись от стены, уже летела по направлению к ней. Ожидая сильного толчка, ведьма зажмурилась. Но его не последовало. Кард Акид осторожно открыла глаза и обернулась. Вампирка стояла к ведьме спиной и разглядывала на свет луны какой-то стеклянный шприц. В глазах девочки горело что-то непонятное. То ли азарт, то ли ненависть, то ли удивлённость. Или же это было всё вместе. Заподозрив неладное, ведьма подняла руку, которой сжимала шприц с жидкостью домашнего приготовления. Вместо шприца в руку была вложена палочка. — Занятная жидкость, — прокомментировала вампирка и тупо это вколола себе в вену. — А?! — успела только вякнуть Кард Акид. Вампирка свалилась без чувств. Остальные вампиры бездушно через неё перешагивали. Ведьма с большим трудом дотащила её до того тёмного переулка, где её дожидался Васаби. — Идиотка, — бубнила ведьмочка. — Тупая, дура, зачем, мне была нужна эта фигня не для тебя! Кард Акид выражала недовольство, но всё равно тащила обмякшую девочку. Сама вампирка была лёгкая, но это просто Кард Акид слабая. — Зачем тогда тащишь? — Не знаю. Это зелье слишком ценное. Вампирка внезапно очнулась. Несколько секунд нервозно оглядывалась, пытаясь понять где она и что с ней, а потом завопила дурным голосом. — Отпустите, ублюдки грёбаные! Я вам ещё устрою! Я вам такое устрою, мало не покажется! В кое-какое место засуну и не вытащу! Вы, совсем, да?! Ну всё! Вы попали, твари! Всё это время, пока вампирка охарактеризовывала своих попутчиков, её держал Васаби. — Мелкая, а выражается... — аргументировал Васик. — Это просто набор букв, имеющий своё значение, — знакомо ответила ему Кард Акид. — Заткнитесь! Отпусти меня, зелёный! Зачем я вам?! Какая разница падшему на низкосортных вампирчиков, а?! — Мне сказала держать Кард Акид. — Не сваливай весь грех на меня! — возмутилась Кард Акид. — Ну что ж... идём, что ли? — Пошли, — подтвердил Васаби. Дошли до домика Кард Акид без проблем. Если не называть проблемами постоянный ор вампирки и её же попытки к бегству, закончившиеся неудачей. Странность заключалась в том, что по прибытию на место проживания в доме уже стояла кровать. Одноместная. «Когда успела?..» — подумал Васаби, привязывая до сих пор кричащую вампирку к кровати. Попивая уже всем известную жижу, Васаби с Кард Акид ждали, пока вампирка выдохнется. Пару раз делали попытки спросить её имя, но всё заканчивалось словами: — Хер вам в зад, а не имя! Задолбали совсем! Через полчаса девочка всё же успокоилась. — Ну, чего вам надо от меня? — жалобно спросила она, потеряв всю свою энергию впустую. — Из-за того, что ты себе вколола... Кстати, а зачем ты это сделала? — поинтересовалась ведьма, которая специально «срезает» через кусты, а идёт дольше обычного. Причём почти каждый раз. Действительно, зачем? — Захотелось.. — скромненько ответила вампирка. — Ладно, забей. Короче, из-за той жидкости, которая находилась внутри шприца, ты теперь не сможешь меня укусить. — Ну и что? Я и не собиралась! — Ты должен служить мне, холоп! — воскликнула Кард Акид, Уже заранее предвидя реакцию вампирки. — Ты что-то вякнула, э? — стала наезжать вампирочка. — Но пока ладно, оставлю тебя в покое, больной человек. А пока что, в знак того, что ты чувствуешь вину, попроси этого зелёного развязать мне хотя бы руки. — Нет, -отказала ведьма. — Но то, что ты не можешь меня укусить ещё не всё. Ты не можешь отходить от меня далеко. — Далеко — это сколько? — Тысяча километров. На большем расстоянии тебя скрутит как сейчас. — Что?.. Ведьма, перепрыгнув через стол и Васаби, приземлилась прямо около кровати и с размаху сунула вампирке в рот ладонь. Та, чисто по инерции, укусила её. Вне-запно девочка заорала дурным голосом, скрючившись так, как могла, ибо была привязана. — Вот так, — сказала Кард Акид, отряхивая руку от крови. Через несколько секунд, которые казались для девочки вечностью, её отпустило. — К...как ты могла... — с невероятно тяжёлой отдышкой проговорила она. — Чтобы показать тебе, что кусать меня нельзя, иначе тебе самой хуже будет. — Захочу — укушу, не твоё дело! ...Несколько дней прошли гладко. Отчасти потому, что вампирку так и не удосужились отвязать. Орать благим матом она перестала и, даже не пятаясь кусаться, спокойно ела то, что ей давали. Через некоторое время её всё же отвязали. Вопреки всем ожиданиям она и не попыталась ретироваться. Рванулась было в сторону двери, но, опомнившись, вернулась обратно на свою удобную и мягкую кровать. Постель явно лучше заменяет камень на площади. — Почему не убегаешь? — спросила ведьма, когда девочка обследовала дом, заинтересовавшись погребоподвалом. — А не твоё дело! — безразлично ответила вампирка, поудобнее ложась на всяком тряпье, находящимся на полочке в углу подвала. С тех пор девочка-вампир так и стала жить у Кард Акид. Днём в погребе, ночью на кровати, играя в где-то спёртую приставку. Поначалу она напрягала Васаби, но со временем он перестал её замечать, ибо она была слишком тихая и неразговорчивая. Автор не хочет описывать дальнейшие ненужные события. Отчасти из-за своей лени. Ленивый, ленивый автор, хотя главный грех его остаётся гордыней. Но Автор объяснит место действия. То же самое поле. Васаби, Иерин и Цкасий стоят лицом к лицу. Собирая крапиву, что было не слишком приятно, на Васика наткнулась эта парочка. — Ну так зачем вы здесь? — поинтересовался Васаби, в одной руке которого была корзинка с крапивой, а во второй его любимое лезвие. Причём первое оружие было гозардо страшнее второго. — Ха-ха! — посмеялся Иерин, что понятно и без моего описания. — Ты победил армию ангелов, Васаби! — Не я один. Кард Акид тоже. Ну и что? Поздравить хотите? Поздравления не принимаются. — Нет, падший, не поздравить! — возразил Цкасий, нацеливая на Васика ружьё. — Победить и вернуть! Я, в отличии от Иерина, не склонен к философствованию, так что не дам себя смутить умными речами! — Цкасий, успокойся, битва будет после. — После очередных разговоров? Иерин, ты желаешь, чтобы этот падший затуманил твой рассудок? — Вовсе нет. Более его затуманить невозможно, по этому я и говорю с нашими врагами. — Я здесь! — привлёк к себе внимание Васабчик. — Ку-Ку! — Привет, Васаби, как дела? — добродушно спросил Иерин. — Да ты издеваешься! — воскликнул Цкасий. Иерин стоял и молча улыбался то Васику, то Цкасию, не зная что ответить. Бога завели в тупик. — Слышь, Божок, — начал Васаби. — Я не Бог. — отчеканил Иерин. — Бога не существует. А для верующих Бог — Иисус Христос, который был первым правителем ангелов после жизни на земле. — Да-да-да, Иерин, ты не Бог, и все это знают! Давайте начинать уже! — Да, Иерин, Цкасий прав, — подтвердил Васик, поставил корзинку с крапивой и покрепче перехватил лезвие. — Что ж, тогда... — Иерин откинул назад руку с мечом. Меч был тонкий и немного изогнутый, чем-то напоминая японскую катану, но не являясь ей. Казалось, в схватке с васабчиковым лезвием оно не продержится. Но, как говорится, внешность обманчива. — Цкасий, пока не лезь. Начали! — Че-е?! — Цкасий, заткнись, прошу, — искренне попросил Васаби. — Но... я же... — пытался возразить Цкасий, который удручённо опустил ружьё, почувствовав себя ребёнком, которому напоминают, что он не должен лезть в разговор старших. — Начали, Васаби, не обращай на Цкасия внимания, — проговорил Иерин, добивая в бедном Цкасие самолюбие. Васик тем временем перебирал попытки хотя бы нанести рану Иерину, но ничего не подходило. Значит, нужно действовать наобум. Но начинать так делать нельзя, Иерин раскусит, что у Васика нет определённого плана боя и в самый неподходящий момент может нанести решающий удар. Нужно сначала действовать так, как ранее, ибо так Иерин догадается, что у Васика есть план, и не будет в секунды замешательства падшего нападать, ведь это может быть ловушка. Иерин ждал нападения. Первый он никогда не нападает. Васаби это знал. Если ждать нападения от Иерина, то ты скорее состаришься настолько, что умрёшь. Таким образом, Васаби первым нанёс удар. Лоб в лоб, ведь это проще всего. Вас и не надеялся, что он хоть как-то заденет Иерина, но тот явно не ожидал такого честного и открытого нападения от Васаби, который никогда не любил достойные битвы, предпочитая мухлевать. Иерин держал тяжёлое лезвие Васика своим тонким мечом, конец которого придерживал ладонью так, чтобы не коснуться острых углов. Васаби продолжал давить, но резко отступил и, высоко вспрыгнув (для последней опоры отталкивания он использовал плечо Иерина), нанёс удар сверху. Ангел, зная, что не сможет выдержать такого веса, отошёл и удар Васика прошёл по воздуху. Вышеописанные события прошли за три секунды. Цкасий, просто зло зыкрая, наблюдал за этим началом битвы. Мягко приземлившись, Васик с той же высокой скоростью забежал Иерину за спину. Тот, ожидая удара, обернулся и ничего не увидел. Васик же был уже за спиной развернувшегося Иерина, замахиваясь лезвием, он готов был нанести удар. И вот крупное оружие падшего ангела стремительно идёт по направлению к спине Иерина. Казалось, удар неминуем. Но Иерин даже не глядя блокирует удар в спину. Ожидая этого, лезвие Васаби скользит вниз, чтобы отнять у ангела ноги. Но тот уже прыгнул и летит вниз. Иерин прыгнул пониже Васаби, да и оружие у него легче, так что Васик спокойно выдерживает рубящий удар сверху лезвием, используя его как щит. Вот главная особенность этого оружия. Два в одном, так сказать. Щит и оружие. Так продолжалось долго. Васаби наносил удары, Иерин отбивал. Иерин наносил, Васик отбивал. Так долго, что Цкасий заскучал. Тот же Цкасий и видел в них равных соперников, которые, сколько бы не боролись, не могли одолеть своего противника. И Васаби и Иерин со временем и одинаково стали выдыхаться. Их движения были уже не столь быстрыми и резкими. Что ж, как бы то ни было, оба одновременно упали. Прошло около двух часов с начала их битвы. — Васаби, ты достойный противник, — оценил Иерин, тяжело дыша. — Вы тоже, — ответил взаимностью Васаби. — Эй! — возмутился Цкасий. — А я тут для чего, а? Иерин, отвечай! — Чтобы помочь мне одолеть Васаби, если я не справлюсь сам. Ведь всё-таки Васаби — мой друг, — вставая на ноги, произнёс Иерин. — Давай, Цкасий, вместе, как планировали! — Да! — в азарте откликнулся Цкасий, вскидывая ружьё. Внезапно мелкая дробь пуль обрушилась на только отдохнувшего Васаби. Через мгновение к этой дроби присоединился и Иерин. Стало вдвойне трудно сражаться. Во-первых, Васик устал, во-вторых, тут творится какая-то хрень из совмещения пуль и нападающего Иерина, от которых нужно было уклоняться. От пуль Васик ещё как-то и уходил, но Иерин будто бы прибавил в силах и скорости. Через несколько секунд Васаби был ранен мечом в ребро. Окровавленный, он упал и закашлял кровью. Было легко задето одно лёгкое. Не смертельно, но больно. Да так, что дышать и двигаться становится трудно. Вас потихоньку терял сознание. Трава, окрашенная кровью в алый, расплывалась перед глазами, а её место занимали маленькие быстро размножающиеся черные точки. Откуда-то со стороны донёсся заглушённый властный голос Иерина. — Прости, Васаби, тебе больно... Но так было надо. Сейчас мы забирать тебя не будем и не сможем. Ты можешь вернуться только сам. Сам ушёл — сам и возвращайся. Но ты подумай, Васаби. Несколько следующих лет мы не явимся, давая тебе возможность подумать. Прощай. Вас окончательно вырубился, на мгновение увидев перед собой чьё-то испуганное лицо. Резкая головная боль разбудила Васаби, и он резко сел на постели. В глазах потемнело, чёрные точки заполнили пространство, но вскоре им надоело заполнять его, и они отхлынули, давая возможность Васику видеть мир, окружающий его. Миром оказалось место обиталища Кард Акид, которой рядом даже не было. Через секунду Васаби вспомнил, как он тут оказался. «Значит, она следила за мной, раз так быстро подбежала? — подумал он. — А чего же тогда не помогла?» После нескольких минут размышления на эту тревожную тему Васаби задумался уже о своей ране. Откинув одеяло, чтобы взглянуть на неё, Вас заметил, что рана перебинтована и совсем не болит. Однако под бинты он лезть не стал, опасаясь за своё здоровье впервые в жизни. Чтобы было не так утомительно ждать ведьму, Васабчик решил немного подремать. Но через несколько минут опять вскочил, вспомнив про то, что ещё существуют времена суток. Мельком взглянув в окно, он снова плюхнулся на подушку. «Ночь...» — заключил он и уснул, посчитав, сколько он был в отключке. Проснулся падший ангел сам, без помощи посторонних личностей его не совсем долгой жизни. За окном светило солнце, точно хотело поджарить себе несколько шашлычков, но недостаточно близко находилось к вертелу, что очень огорчало доброе солнышко. — Проснулся таки! Слушай, падший, как ты можешь столько времени не есть? Мне, например, всегда нужно что-либо жевать или пить. Иначе желудок на меня обидится, — послышался откуда-то сверху голос ведьмы. Васаби, не поняв, как это она говорит с ним через крышу, поднял голову. Каково же было его удивление, что вместо нормального высокого потолка в доме теперь только доска, подходившая по расцветке дерева к кровати. Вскоре он понял, что до сих пор лежит, и попробовал немного приподняться на локтях, а потом уже и сесть, свесив ноги с кровати. Головная боль прошла, не оставив о себе и малейшего намёка. Только воспоминание в виде визитной карточки. — Ну, чего не отвечаешь? Или немой от той резни сделался? Имей ввиду, немой и не (пробел) мой — это два разных понятия, неизвестно как сплетённых! Васаби взглянул на Кард Акид. Она опять что-то жарила на плите, к которой её нельзя было подпускать с самого рождения. Однако запретный плод сладок, и ведьма горит любовью к поваризму. На ней была такая милая домашняя одежда и фартук в типичный цветочек, что придавало самому помещению уют и комфорт. Волосы как всегда были заплетены в две толстые косы, а те волосы, что нагленько лезли на лицо, не вместившись в косы, находились под ободком. Резко, слишком резко даже для самого себя Васаби проникся к ней непритворной любовью. Захотелось обнять и никогда не отпускать эту девочку. Да, девочку, Вас признал, что он педофил, но не был этим разочарован. Другие педофилы только лишь укрощают свои телесные желания, а он, Васаби, по-настоящему влюбился в эту ведьмочку, что уже ведёт себя по-взрослому от одинокой жизни. Вас встал, шаркающими шагами и немного прихрамывая, подошёл к удивлённой Кард Акид. Кое-как подавил желание тотчас обнять и поцеловать её, так как нужно иметь согласие противоположного пола, и сказал: — Кард Акид, я тебя люблю. Всё просто, скучно, неинтересно и типично. Как же меня ещё не убил мой читатель за столь пафосную сцену, встречающуюся во многих романах? Но зачем затруднять признание всякими прилагательными, что придают предложению только красоту, оставляя смысл одинаковым? Сила без красоты — не сила. Врага нужно поражать красотой и лёгкостью движений, чтобы он, влю-бившись, более не смог сражаться. Но у всех разные типы мышления, как и у моего Васика, который пока что ждал ответа на его признание от ведьмы. Через несколько мгновений лицо Кард Акид озарилось ненормальной улыбочкой психа, что позже превратилась в истеричный смех. Пока ведьма смеялась, момент признания потерял всю свою романтичность. Умеет же Кард Акид обламывать людские ожидания. — И-извини, — заикаясь проговорила она, только что отошедшая от приступа немножко нервного срыва. — Прости, извини, прости, извини, прости, изви... Васаби до сих пор слушал её. Эти просьбы простить и извинить уже значили то, что любовь не взаимна. Но почему? Этого он и ждал. Ведьмочка обязана была ответить. — ...сти, извини, прости, извини! Прошу! Прощения! — выпалила она и уже намного громче прибавила то, что мы и так узнали из второй главы сего повествования. — Но! Я! Лесбиянка! — Э? — вопросительно вякнул Васаби. — Почему ты так решила? — А как ещё? Ответ не удовлетворил Васаби, и он ушёл. Не сказав ни слова. Ушёл по-английски. Твёрдой, уверенной походкой. И тут сама не ожидая, ведьма расплакалась. Отчего же? Васаби ушёл? Но так она и без него хорошо проживала... — Я ЕЩЁ ВЕРНУСЬ! — безумный крик озарил солнечный лес и скрылся в городе на долгие годы...А Кард Акид сама не знала, зачем соврала падшему... «Вах! А это интересно! Фанфик что ли написать?..» — думала Авирано, слушая Васаби. — И вот, — продолжал он, глядя в пространство. Видимо, забыл, что это он рассказывает кому-то другому, а не себе. — После того, как Кард Акид меня отвергла, я занялся собой и своим проживанием, чтобы забыть эту ведьму. По неопытности телепортировал из банка деньги и купил вот эту скромную квартирку у каких-то наркоманов. Люди не слишком приятные для общения, но зато весёлые и жизнерадостные личности с богатым воображением. После этого на оставшиеся деньги закупился мебелью и бытовой техникой по-минимуму. «Швейная машинка ох как нужна в городской жизни!» — съязвила в мыслях Аночка. — И вот мне стало нечего делать. На работу устраиваться не хотелось уж слишком. Тогда я прикинулся школьником и вступил в баскетбольный клуб, где оказался почти самым высоким. «Умное решение, ничего не скажешь...» — всё комментировала у себя в голове Авирано. — Но долго меня там не продержали, потому что я, как ни старался, не мог забросить мяч в кольцо. Тренер хотел поставить меня в защиту, но внезапно вспомнил, что ему позарез необходимо взглянуть на мои документы, которых у меня тогда ещё не было... — А как ты квартиру-то купил?! — в недоумении воскликнула Авирано. — А те люди не требовали документов... — опуская глаза, оправдывался Васабчик. — Ясно... — процедила сквозь зубы Авирано, понявшая, что в любой момент сюда может нагрянуть судебный пристав, Васа посадить, а её отправить в детский дом, где она проведёт примерно полтора года. — Ну, продолжай. — Вот, позднее я увидел тебя... — Васаби замолк на несколько секунд, но потом вновь продолжил. — Меня безумно поразил твой взгляд. Не то, чтобы он был каким-то необычным, но всё же... Так смотрит человек, переживший многое в своей жизни. Я подумал, что у тебя незабываемое прошлое, но ошибся, пролистав твою память. Зато убедился, что ты искренний и впечатлительный человек, ничего не пропускающий в сердце. «Он у меня ещё и в памяти рылся!» — вознегодовала Авирано, но успокоилась, услышав следующие слова Васаби. — ...И я захотел исправить этот отрешённый взгляд и каменное выражение лица. Показать этой девочке, что значит жизнь! — восклицал Васик. — Ну, потом я стал следить за тобой, а дальше уже ты стала демоном, и я, как ни в чём ни бывало, привёл тебя к Кард Акид. Кстати, за время моего проживания вместе с ней я много с кем познакомился и много кого узнал, считая ХАПа и индийку, что до сих пор не соизволила назваться настоящим именем. И про твой взгляд. Ты, возможно, и не заметила, но он изменился. Теперь видно, что тебе интересна жизнь... Васаби улыбнулся. Но не той улыбкой, по которой можно определить, что он задумал пакость, а другой — доброй и светлой. «Ангел!» — вдруг вспомнила Ано. В этот момент Васику только свечения над головой не хватало, чтобы не посчитать его святым. Духовка, встроенная в плиту, щёлкнула. — Ой, тортик готов! Ано, зови Неко! — скомандовал Васаби, натягивая варежку. Зимнюю, за безналичием специальной, название которой автор так благоразумно забыл и которая называется прихваткой. — Нельзя меня звать, когда я здесь! — высказала своё мнение Неко, выходя из гостинной. Повсюду уже горел свет, хотя и на данный момент была глубокая ночь. Так вот заговорились Васаби с Авирано. Хотя говорил в основном Васик...