Разные

— Вёрджи. Нелепое сокращение имени звучит кличкой канарейки. Или проститутки с дурным вкусом. Вергилий оборачивается. Незримо быстро, только полы синего плаща медленно оседают. Данте присвистывает. Похабно-довольно. Разница слишком неуловима, эмоции брата всегда идут комплектом. Одну покупаешь, вторая в подарок. Вергилий предпочитает обходиться без них, а от эмоциональных штормов Данте всегда слишком быстро устаёт. Если демоническая природа наделила их силой поровну, то человеческая явно пожадничала, отсыпав Данте больше восприимчивости. Когда-то он назвал Вергилия куском гранита. И, иронично, не прогадал. — Это у тебя там Ямато под плащом или ты так рад меня видеть? — Данте улыбается во всю ширь своей челюсти, довольный, будто они встретились выпить в баре, а не для того, что раскатать друг друга по каменным плитам в вечном соперничестве. Вергилий жаждет силы. Данте же на неё плевать хотел, довольствуясь обществом слабых и никчёмных, меркнущих рядом с ним. Вергилию этого не понять. Жажда в нём слишком велика. — Рад видеть, Данте, — отвечает он, усмехается остро ровно в секунду, как щелчком выталкивает катану из саи. — Отличный день для смерти, не думаешь? Данте кивает, заломив руки за голову, но не вытаскивая Ребеллион. — Ты прав, братец, — цокает языком и, о Спарда, подмигивает ему. — Тебе-то не впервой.