Зеро, ставка сделана

      Юми стоял возле невесты и смотрел, как, высоко подняв головы, его любовник и сестра входили в святилище Ллос. Зеро, в расшитой самоцветами безрукавке и кожаных мягких бриджах, смотрел только на невесту, выглядевшую хрупкой в легкой летящей тунике.       Тяжелая дверь закрылась за ними, отделив от гостей. Таинство бракосочетания в храме темной богини делилось только на троих – молодая пара и старшая жрица, или верховная, когда речь шла о таких высокопоставленных особах.       Меганниан придерживала жениха за предплечье, впившись когтями в его мышцу.       - Когти убери, сейчас раздерешь, - прошипел он тихонько невесте.       Она же, безмятежно улыбаясь окружающим, лишь усилила хватку:       - Потерпишь, сейчас твоему бледнолицему любовнику не до тебя, а вы меня унизили! Меган прошептала это темному на ушко, получив одобрительный кивок будущей свекрови, а юноша, стиснув зубы, чувствовал, как ткань начинает намокать. Рубашка на нем была из черного, как ночь, шелка, с пышным рукавом, стройность фигуры подчеркивал узкий жилет с серебряным вышитым узором.       - Ну, рукав часть крови впитает, но если Зеро или Рене заметят, то свара таки будет. Ему, знаешь ли, на приличия наплевать.       Леди, недовольно фыркнув на него, все же слегка отпустила его руку.       Первая пара уже супругов вышла и направилась к ожидающим гостям и вторым молодоженам. На них тут же посыпались поздравления, подошли родители. Обе темные леди были благосклонны, их мужчины респектабельны, за ними слегка потерялся Терриен, не имевший родственных связей с молодыми.       Браслеты на предплечьях ожидаемо оказались из двух металлов; переплетение серебра и темного золота изысканно подчеркивали и изящество тонкой руки девушки, и видную мускулатуру полукровки. А расположение браслетов чуть повыше локтя объясняло их выбор одеяний с отсутствующим рукавом.       Молодожены явно не тяготились ни этим браком, ни своим положением. Но прежде чем уйти в покои при храме, где новоявленные супруги проводили неделю наедине, они подошли и ко вторым брачующимся.       Зеро походя рассматривал невесту своего пассии - лицо сердечком, маленькие губки, сейчас улыбающиеся легко и безмятежно, глаза, напротив, большие, обрамленные пушистыми ресницами, круглые, как у ночных птиц. Высокая, на полголовы выше жениха, фигуристая, вполне во вкусе рыжего, ну если бы подвернулась, он бы не отказывался.       Зеро вгляделся в смазливое личико любовника, уловил тревожный взгляд, сжатые губы.       Они с Рене как раз подошли ко второй паре, и Иль-Ре позволил себе обнять мелкого, прошептал ему на ушко:       - Нервничаешь? С девушками отличный секс, постарайся получить от этого удовольствие, детка.       Попутно чмокнул темного в мочку, бросил взгляд на Меган, что-то хищное было в ней, что ему не понравилось. Улыбнувшись почти нежно будущей жене Юми, полукровка впился в его губы долгим поцелуем; супруга тут же одернула Ренелия, прошептав, чтобы он вел себя прилично.       – Если особенно трудно будет, хоть это вспомни.       - Мы поздравляем вас, - мило улыбалась молодая Ньи-Льхи. – Желаем хорошей недели отдыха и здоровых детей.       - Да, дорогая Мег, - развернулся к жрице Зеро, обнял ее за шею, надавил большим пальцем на трахею. – Присоединяюсь к поздравлениям моей жены.       И склонился ближе к ней, чтобы сказанное не расслышал больше никто: – Если что-то плохое случится с моим малышом, я тебе, дорогая, голову оторву голыми руками, ясно?       Иль-Ре дождался кивка, улыбнулся, чмокнул темного в щечку и, подхватив под ручку супругу, двинулся в покои при храме.       Им вслед смотрел молодой, крепкого телосложения дроу, кривя губы и сжимая кулаки.       Кемаль только силой воли заставлял себя остаться на месте.       Любимая женщина не простила бы, если б он испортил ее свадьбу неожиданной сценой, но так хотелось взять за грудки самоуверенного рыжего паразита, встряхнуть и сказать, что если он обидит его возлюбленную, он убьет его, голыми руками убьет!       Молодая жрица бросила ненавидящий взгляд в спину уходящим и, развернувшись к жениху, с размаха ударила его по губам, которые только что поцеловал мерзкий, посмевший угрожать ей, полукровка.       Юми криво улыбнулся, сглотнул кровь, выступившую на внутренней стороне треснувшей губы, и повинуясь традициям, под гробовое молчание пошел с невестой к храму. Мелькнули лица Эльса и Терка, которых крепко держал за плечи Затриан, вид которого тоже был очень многословным. Озабоченные глаза отца, отсутствующий вид матери, откровенно злобный взгляд девушки в одеянии младшей жрицы, распахнутая тяжелая дверь, ведущая в полутьму храмового зала.       Верховная жрица ожидала их у алтаря, на котором лежала шкатулка. >Женщина гортанным голосом взывала к Ллос.       Пара подошла к алтарю и встала на колени. Ничего из ряда вон выходящего не произошло. Богиня благословляла их союз, и супружеские браслеты в шкатулке появились, как положено - черненое серебро. Браслеты не покупались и не выбирались, их посылали боги, если признавали брак. Меганн чуть заметно кивнула Верховной.       - Дитя, нам нужен этот брак, Ллос подтверждает это. Пусть ты принесла себя в жертву нашим интересам, и твой супруг не станет твоим партнером, но ребенок вашей пары будет несомненно сильным, это мне открылось, так что ты в выигрыше. Юмиджустинюэль, неслыханное отношение к браку с твоей стороны, и если бы за тебя не просили… Ладно, эта неделя ваша.       Взмахом руки старшая жрица обозначила окончание ритуала.       И молодая Риен-Ки, уже одевшая браслет на запястье, дернула мужа:       - Не копайся, идем.       Они пошли к выходу, миновали толпу, поздравлявшую их менее искренне, нежели первую пару. Юная жрица обняла Меганниан, горячо что-то шепча ей, друзья Зеро подошли к Юми, похлопали его по плечу.       - Просто продержись, - произнес Терк еще под впечатлением недавно разыгравшейся сцены.

***

      Развалившись на стоящей в центре комнаты на постаменте кровати, Иль-Ре рассматривал предоставленное им помещение: собственно, ничего особенного - картины с растительным орнаментом на стенах, ковры на полу, огромное ложе по центру и канделябры по углам, а еще столик с гнутыми ножками у постели.       - Кажется, обстановку создавали, чтобы молодожены не отвлекались.       - Конечно, дата свадьбы подбирается под день, когда темная леди готова к зачатию, так что отстреляешься в эту неделю и до следующего раза свободен, – прилегла рядом Рене.       - Да? Не знал, так у вас с Мег они совпали? – Он перекатился, чтобы глянуть на жену.       - Очевидно, может, не день в день, но на неделе точно.       - Так мы приступим к делу, моя прекрасная леди? – Зеро погладил девушку по руке, задержался на браслете. – Символично, правда? Серебро и золото в одном изделии, как мы с тобой.       - Да, ты привлекательный мужчина, муж мой. – Она ответным движением потянулась к нему, отвечая уже не на его слова, а каким-то своим мыслям.

***

      Меган втолкнула супруга в покои, в которых им придется провести неделю, и на этом практическая сторона их брака закончится, если, конечно, Глава их дома не решит, что ей нужен больше чем один ребенок.       Муж ее раздражал неимоверно: он унизил ее, сбежав, когда услышал что их союз определен! Да еще такие нелепые условия договора. Впрочем, это ей скорее нравилось – мужчины слабаки, обуза, а этот еще и хилый сопляк. Но общество привыкло к традиционным бракам, муж должен подчиняться, а не отсутствовать.       Юми оперся о стену, ожидая дальнейших действий леди, то, что она раздражена, видно невооруженным глазом, поэтому лучше не нарываться, пока она не успокоится.       Темная села на постель. Кроме огромной кровати и изящного столика, мебели в комнате не было, зачем молодоженам отвлекаться на что-то еще. Она почти успокоилась, завтра она сможет зачать, а сегодня речь может идти только о том, чтобы поставить этого мальчишку, ее новоявленного супруга на подобающее ему место.       - Иди сюда и раздевайся. – Меганниан Риен-Ки повелительно щелкнула пальцами, подтверждая приказ, с неудовольствием наблюдая, как нехотя дроу отлепляется от стены.       - Как скажешь. – Эльф постарался ответить коротко.       - Именно. - Она склонила голову, с интересом наблюдая, как он разоблачается, отметив, что, несмотря на тонкую кость, сложен он хорошо, мышцы рельефные, может, она даже получит удовольствие. – Не копайся, подойди ко мне.       - Леди, - склонил голову юноша, подойдя к ложу. – Что дальше?       - Ты должен смирно ожидать распоряжения, а не задавать вопросы, – хищно приподнялась на постели девушка.       - Я твой супруг, а не раб, леди.       Голос Юми был тверд, мелкий старался не выдать свой страх. Она же скривилась и, размахнувшись, снова ударила его по губам.       - Ты забываешься, Юмиджустинюэль, я не твой любовник и не потерплю твоей наглости. – Меган подтащила к себе юного мужа, тут же впившись в его рот поцелуем, сдобренным солоноватым привкусом крови.       Оторвавшись, леди жестом пригласила супруга на постель, быстро разделась и продолжила целовать его. Сжала яички, довольно жестко, прошлась по груди, острым когтем зацепила нежный сосок.       Юми, перенервничав, осознал, что возбудиться он не может. Это пугало его еще больше, и ощущая непосредственную близость жены, его тело словно хотело спрятать стратегические места. Она же, помяв его невозбужденный орган, опять разъярилась, влепила ему пощечину, от которой его голова дернулась. Юноша сглотнул, попытался прикрыть глаза и представить Зеро.       - Дрочи, если ты больше не способен ни на что! Хорошо, что я не увижу тебя после этой недели!       Сжавшись от холодного тона супруги, юноша потянулся к члену, воображая, что рыжий сейчас наблюдает за ним и готов продолжить в любой момент. Эти ли мысли, или то, что леди наблюдала молча, но что-то помогло, и с кривой улыбкой она села на бедра темного, поморщившись, ввела эрегированный орган парня в себя, помогая рукой.       Меганниан интенсивно двигалась на нем, при этом впившись когтями в его плечи, разрывая кожу. Юми ощутимо вздрогнул, но ощущения от движения, пусть даже механического, без примеси страсти, сделали свое дело и, закусив губу, он вскрикнул и кончил в девушку.       Мег приподнялась:       - Здесь должна быть ванная, идем, вымоешь меня.

***

      Положив голову на плечо полукровки, Рене вздохнула:       - Жаль даже, что я тебя не люблю. Нет, жаль, что нам нельзя заводить гарем, я бы прекрасно жила с тобой, и Кемалем, и Юми…       - Милая, если тебе нравится, нам вовсе не обязательно отказываться от отношений категорически. Когда ты захочешь меня, я не вижу резона отказывать прекрасной леди, – прижал к себе супругу рыжий.       - Боюсь, Кем не будет столь благосклонен, как ты, он меня любит и ревнует. Знаешь, как он переживал, но ради того, чтобы быть со мной, он смирился с твоим редким присутствием в моей спальне. Редким, Зеро, запомни, я не хочу его расстраивать, он тоже дивно хорош в постели.       - Ну вот, а меня расстраивать можно, кто-то сравнивается со мной, и выбирают его, я плачу!       Они дружно рассмеялись на обиженный тон полукровки, расслабленно валяясь на ложе, с которого даже не сняли покрывала.

***

      Ванная была в светлых тонах, даже странно для помещения дроу.       Юми вспенил губку и начал намыливать тело жены, она же, погруженная в свои мысли не обращала на него внимания. Юноша механически исполнял привычные обязанности, словно не было и не будет времени, проведенного с медноволосым полукровкой, словно он не уходил из святилища. Все, как раньше, та же привычная боль в плечах, правда, не распространяющаяся на спину, в общем даже терпимая.       Женщина вдруг больно ущипнула его за бедро.       - Ты что, уснул? Оглох? Я сказала, займись моими волосами, расчеши и заплети в косу попроще!- И сощурила глаза, ожидая реакции мужа, но он кивнул и, не поднимая взгляда, отошел к зеркалу за щеткой.       Волосы ее были густые и мягкие, но без шелковистости и богатства цвета полукровки, впрочем, работа шла быстро; вскоре он сообщил Меганниан, что все готово.       Она вылезла из ванны, обернулась полотенцем, искоса глянула на темного:       - Я буду спать, кровать моя. Ковры мягкие, места тебе хватит, не хватало еще, чтобы я делила ложе с мужчиной.       Наскоро вымывшись, шипя сквозь зубы, когда вода попадала на свежие царапины, юноша все же задержался в ванной, не стремясь попадаться на глаза жене.       Вышел, когда она уже задремала, присел в углу, подтянув колени к груди, оперся о стену, откинув голову. Неделя, похоже, будет длиннее, чем ожидалось.       Меганниан, впрочем, не спала, она размышляла о своей любовнице, у которой, скорей всего, муж будет нормальный, только у нее нет. Пусть, обслугу она возьмет без проблем, но у всех нормальные браки, а у ее супруга такие нереальные привилегии, вот он и ведет себя нагло, нарывается на наказание.

***

      Рене нежилась в постели, Зеро потягивался рядом.       - Ну и кто подтянет ужин поближе? – лениво поинтересовался полукровка.       - У нас обслуживает мужчина, – наклонила игриво головку леди.       - А у нас тот, кто голоднее.       - До еды или до удовольствий? – облизнулась Рене.       - Ладно, тогда встаем оба, м-м-м, ты так мечтательно улыбаешься. – Жалящий склонился и чмокнул жену в носик. - Ты так хочешь, чтобы я подал тебе еду в постель?       - Угу, ты же можешь, ну, не слушать меня, а побаловать. – Девушка вернула ему поцелуй.       - Ты слишком умна, моя леди, все же разведусь. Куда это годится, чтобы жена была настолько умнее мужа?       - Прибедняешься, - Ренелия поднялась, принимая поднос. – Приятного аппетита.

***

      Следующие четыре дня у обоих пар прошли ровно, в относительном спокойствии. Но у жрицы терпение, которым она и так не блистала, подходило к концу. И вечером шестого дня она все же сцепилась с юным Ньи-Льхи.       Отработав заданную программу, Юми встал с постели, чтобы приготовить ванну жене, а походу, побыстрее исчезнуть с ее глаз.       Мег вдруг ухватила его за запястье, на котором красовался супружеский браслет:       - Ты столь холоден и никчемен в постели, что твой любовник тоже держит тебя только внизу. Не пойму, чего он завел из-за тебя сыр-бор? Ты же просто подстилка для бледномордых полукровок, правда, недешевая, ему пришлось платить за тебя натурой.       Темный сжал губы, чтобы промолчать, но, увидев презрительную усмешку жены, не сдержался:       - А не пошли бы вы, леди, – и отшатнулся, получив наотмашь по разбитым и так губам.       - Ты, мерзкая шлюшка-дроу, раздвигающая радостно ноги, чтобы тебя не пришибли, так как больше ни на что не годишься! – Темная леди с какой-то радостной улыбкой на губах достала меч.       Юми тут же, распаляя злость, вспомнил свою мать, которая, обладая достаточной магической силой, выпотрошила его личное пространство, не оставив там совершенно ничего.       Юноша осторожно отступал, пока не уперся в стену. Холодная сталь нацелилась в его грудь, он старался даже не дышать, впрочем, скрыть блестящий яростью взгляд не смог.       - Возвращайся в постель.       - Не вижу смысла. - Парень открыто неповиновался женщине, та схватила его за предплечье, раздирая царапины, прижала лезвие теснее. На темной коже выступила красная капля.       - Не возникай, заткнись и двигайся, муженек мой драгоценый, – леди толкнула Ньи-Льхи в грудь, в повороте уронила на постель, вынудив лечь на спину. – Ноги раздвинь, мальчишка!       - Иди ты.       Жрица, оскалясь, перевела клинок к его щеке:       - Не груби мне, щенок, вот интересно, если я испорчу твою смазливую мордашку, как долго ты останешься с этим клятым полукровкой?       Признавая ее правоту, Юми покорно раздвинул ноги, со страхом наблюдая, как его жена облизывает свои пальцы, потом втискивает в его анус, раздирая нежное отверстие.       Дернувшись от боли, дроу каким-то образом высвободился из-под нее, невзирая на то, что его сопротивление увеличило травму, и попытался скрыться в ванной комнате. Запереть не успел. Жрица с силой толкнула дверь так, что он отлетел, шлепнувшись на белый камень пола, и фурией ворвалась в помещение. Юми сжался, лихорадочно просчитывая, какое сопротивление он сможет оказать вооруженной разъяренной темной леди, пока она его не покалечит. Но Мег неожиданно остановилась, вид крови на светлом полу вернул ей хладнокровие:       - Прими душ и выходи. Я не буду тебя трогать, послезавтра мы разойдемся, ты можешь завтра быть спокоен. Ты не интересуешь меня, просто старайся не попадаться мне на глаза.       Остыв, девушка вспомнила угрозы Иль-Ре, и к утру уже считала, что переборщила, успокаивая свое дурное настроение.       Заснуть ни в эту ночь, ни в следующую темный не смог, подходить к столу не хотел, хотя Меганниан не запрещала, даже приглашала его к трапезе.       В то утро, когда им наконец было разрешено покинуть помещение, забившийся в угол Юми ожидал, пока его жена оделась, услышал щебет встречавшей ее подруги, и, поморщившись, попытался встать...

***

      Зеро с Рене вышли из двери и сразу же наткнулись на Кемаля, бросившегося навстречу любимой.       - Ты похудел, Кем, ты же не дежурил тут всю неделю? – девушка пристально смотрела на смутившегося темного. – Неужели да?       - Ну, практически…       - Я не буду сдерживать вас своим присутствием. Рене, где мне забрать нашего мальчика? – Иль-Ре раскланялся перед обнимающейся парочкой.       - В следующий коридор, третья дверь, – коротко кинул мечтающий об исчезновении рыжего Кемаль.       Помахав на прощание жене с любовником, Жалящий резво двинулся в указанном направлении. Из нужного коридора навстречу ему вышла жена Юми, обнимающаяся с другой жрицей.       - Где мой малыш? – поинтересовался Зеро с гнусной ухмылкой.       - Остался в покоях, собираться, - Мег посмотрела на недоверчиво скривившегося Иль-Ре, пожала плечами и ушла с подругой.       Юми почти добрался до выхода, когда попал в крепкие объятия Зерониэля.       - Как ты, детка? - и почти сразу, бегло взглянув на лицо своего дроу, зарычал: – Убью, млин, эту суку немедленно, пока она не ушла далеко!       - Зеро, - судорожно вцепился в него темный эльф, – ну ее к Ллосовой матери, пойдем отсюда, ну пожалуйста!       - Хорошо, детка, хорошо.       Опухшая скула, запекшаяся корка на губах - полукровка сжал зубы:       – Что под одеждой?       - Царапины, несколько синяков, ничего страшного, ну пойдем уже. – Мелкий понял, о чем говорит партнер, все же уйти ему не терпелось.       - Может, все же убить? Идти сможешь? – осторожно обнял за плечи изящного любовника Иль-Ре.       - Да, конечно. - Это было бравадой, но признаваться в последней травме юноше не хотелось.       Не спеша, они добрались до резиденции Ньи-Льхи и направились сразу в спальню Жалящего, где Зеро раздел мелкого и потащил умываться, по ходу исследуя нанесенные повреждения.       На столе обнаружилась записка - друзья не стали дожидаться молодоженов, вернулись домой вместе с родителями полукровки, а дальше планировали уехать к морю, в гости к Туманным, отдыхать, пока Зерониэль не вернулся со своим шилом в одном месте.       Обрабатывать и заклинать ссадины юноши пришлось рыжему, который привык обычно наносить раны, а не лечить их, и хотя Терк обучил всех минимально необходимому набору заклинаний, но брезговать антисептиками Иль-Ре тоже не стал.       Уложив Юми в постель, он бережно укутал его одеялом и чмокнул в неповрежденный уголок губ:       - Спи, детка, я буду беречь твой сон, как подобает рыцарям. Демоны, я должен был это предвидеть!       - Она посчитала, что ее унизили, и вела себя соответственно положению.       Юноша старался не шевелиться резко, чтобы не бередить саднящий зад, но поддержать партнера в его возмущениях, как и признаваться в травме, пока не хотел. Долго ли будет раздумывать вспыльчивый Жалящий, если на него вывалить все разом? Да и мать не одобрит конфликтов со жрицами.       - Она конченая садистка, а я дурак, что доверился уверениям твоей матери! А тебе следовало сразу предупредить меня, ты ведь был знаком с их повадками в святилище. – Полукровка опять вскочил, принялся ходить по комнате.       - Ничего страшного не произошло, Зеро, – протянул руки к любовнику Юми, тот присел на край кровати, стал рассеянно перебирать белые прядки.       - Как скажешь, детка, как скажешь.       Сомнения в голосе рыжего задремавший Юми уже не слышал, расслабившись в его присутствии он начал погружаться в целительный сон.       Тихонько прикрыв дверь, Иль-Ре отправился в столовую, чтобы найти себе поздний завтрак и распорядиться насчет бульона для мелкого. Там его встретил Хедриан, выслушавший пожелания гостя и в мгновение ока накрывший стол.       - Вы не против, что я покину вас, Зерониэль, мои услуги нужны еще леди. – Откланялся дроу.       - Конечно, не смею задерживать, Хед, спасибо. Для Юми еду пусть подадут в мою спальню.       Супруг главы кивнул и удалился, оставив гостя наслаждаться пищей.       Идиллия была недолгой.       - Это ты во всем виноват. – Прошипел откуда-то из-за спины Мист, обходя Зеро, чтобы глянуть в его лицо.       - В чем?       - В том, что мой сын лежит сейчас избитый.       - По-твоему, виноват я, а не холодная сука, которую воспитали грубиянкой и садисткой?- Жалящий еле сдерживался, чтобы не кричать на темного.       - Она ударила его после твоего поцелуя!       - В первый раз, – продолжал есть Иль-Ре.       - Ты виной тому, что у них не сложился брак, а она за это сорвалась на моем сыне! – ударил по столу кулаком Мистримнис.       - Достаточно! Ты не смог позаботиться о мальчике, ты считаешь, что он дурно воспитан?! Не стоит цепляться ко мне, я не вижу в нем изъянов!       Прихватив со стола вазу с фруктами, Зеро развернулся и выскочил так стремительно, что только коса его свистнула в воздухе, разбивая повисшую в столовой тяжелую тишину.