глава 7
8 марта 2012 г., 13:15
***
Возвращение в Мелеполис было радостным. На пороге дома они встретили Терка, провожающего ускользающую после ночи девушку. - Нас встречаешь? – ехидно улыбнулся рыжий, непринужденно склоняясь перед дамой. - Что-то вы быстро, - целитель шепнул на ушко подруге нечто, от чего ее щечки зарделись, и согласно кивнув, она сбежала с крыльца. - Терк, ты вознамерился отнять мои лавры? - Нет, что ты, я мальчиков не вожу, - Туманный широко улыбнулся и обнял друзей. Выглянула на шум и вездесущая Браба. Всплеснув руками, она радостно приветствовала любимого хозяина и дорогого темного мальчика, разом сообщая, что к вечеру приедут и Эльсиель с Затрианом, так что ужин будет праздничным. Судя по доносящимся со стороны конюшни крикам, Буря тоже порадовала конюхов своим появлением. Ухмыльнувшись довольно, эльфы вошли в дом. Зеро сразу же умчался в кабинет, чтобы просмотреть почту и разобрать дела, скопившиеся в его отсутствие. Сумки темному со вздохом помог донести Терк. Пока Юми раскладывал вещи, он сидел на столе и расспрашивал, как юноше понравилось в Сольере. Спохватившись, что время ближе к ужину, парни спустились в гостиную первого этажа. Молодые супруги с порога попали в теплые объятия друзей. Спустился и Жалящий, обменяться приветствиями. Домоправительница пригласила всех к столу, шмотки пришлось бросить в гостиной к неудовольствию блондина. - Как отдохнули? – Юми нетерпеливо ерзал, желая услышать сразу все новости. - Отлично, будете отдыхать, уговори Зеро поехать на острова. Прекрасные пейзажи, молодоженам выделяют отдельное бунгало. - И можно загорать нагишом, - вмешался Эльс, кончики его ушей тут же порозовели. Хотя, сбросив фамильные обязанности и приняв полностью свои чувства и любовь Зата, он стал вести себя гораздо свободней. - Ого, а вот теперь поподробней, - переглянулись Иль-Ре и Туманный. - Обойдетесь, - Тенистый поцеловал руку супруга, чуть повыше браслета. – Правда, Зеро, свози туда Юми, по свободе, он же океана не видел никогда. - А у нас, между прочим, нарисовалось дельце, - Иль-Ре погладил любовника по щечке, кивнув просящему взгляду. – Просят помочь в переговорах и проверить документы на вопрос скрытых ловушек и разночтений. Так что, Эльс, нам с тобой выезжать: я буду торговаться, а на тебе бумажки. - Не вопрос, поедем. А ты в академию нашего юного друга успеешь отвести после нашего возвращения? - Разве набор не в следующем году? – нахмурился задумчиво Жалящий. - В этом, что-то они там поменяли. - Тогда мы завтра в академию, а потом уже в Шевенес, – подвел итог Зерониэль. - Уже завтра? – дроу глянул растерянно - только он привык к одному образу жизни, как его бросают в другой. - Не нервничай, милый, тебе понравится. - Да, Юми, в академии очень интересно, масса информации, отличная библиотека, - Пряный мечтательно улыбался. - Да не надо уговаривать, я хочу учиться, просто не думал, что это будет так быстро, - смутился Юми. - Ты не понимаешь, это ж наша Альма-Матер. Мы о ней вспоминаем с удовольствием, прости, Юми, но тут даже не в тебе вопрос, – горячо вмешался Терк. - Только Зеро до сих пор шугается академии … - И то только потому, что ректор прессует меня на тему стать преподавателем по искусству фехтования. - А ты не возишься с начинающими! – хором закончили за полукровку друзья. - Э-э, ну да, - Жалящий потянулся за тортом, положил его в тут же подставленную тарелку любовника, пришлось брать еще один кусок. - Короче, вы как хотите, а мы отдыхать с дороги, – поднялся Тенистый, подавая открытую ладонь супругу. - И все дела, Зеро, обсудите завтра. - Как я тебя понимаю, сам бы с чудом отдыхал бы и отдыхал, - протянул Зеро. За пошлые намеки к его макушке потянулись сразу две ладони - темная и светлая. Эльс с Сиеном переглянулись и прыснули. - И я с ним еще и живу, - возвестил, подняв к потолку прекрасные очи, Ньи-Льхи, вызвав взрыв смеха. - Терпи, любимый, я твоя вечная ноша, - оскалился Жалящий. Они меж тем тоже не задержались в столовой надолго, учитывая насыщенность завтрашнего графика отправились в спальню. «Отдыхать, просто отдыхать», - предупредил дроу. Браба остановила хозяина по дороге на лестницу: - Вы у детей были? - Нет, - Зеро состроил невинную мину. – С меня дедуля не слазил, ни минуты свободной не было. - Да я об вашей безответственности знаю лучше, чем кто-либо другой, не отмазывайтесь. Я не о том, мальчика с собой не берите, он сейчас так счастлив, не нужно ему возвращаться туда, где к нему относились не по-человечески. - Браба, они относились к нему как темные, у них другие традиции. - Не знаю, какое-то у меня чувство нехорошее. - Да в ближайшее время и не сорвемся. Вон поступление у Юми, а у меня дела скопились, да и в теневой канцелярии нужно отработать. А потом будем смотреть. Плохо представляю, как я поеду и оставлю его, там его дом, там есть его дочь, да и мои дети - его племянники, – Иль-Ре не отмахивался от предчувствий домоправительницы, опыт доказывал, что её интуиция редко обманывала. - Я сказала, как думаю, смотрите, - женщина уступила полукровке дорогу. Утром Юми поднялся первым. Пусть Жалящий и объяснил, что при приеме проверят только его потенциальную способность к управлению энергиями, а это уже вполне доказано. Сиен все равно волновался: что если скажут, что не подходит он для обучения, Зеро разочаруется, да и остальные тоже. Полукровка поднялся еще до обеда, ворча недовольно про топочущих, как лошади, дроу. Юми молча сунул ему в руки чашку кафы, утреннего Зеро проще было перетерпеть, чем доказывать ему что-либо. Позавтракав, телепортировались ко входу в академию.***
Ньи-Льхи не раз прогуливался в этой части города, когда обживался в Мелеполисе. Комплекс привлекал к себе внимание: стилизованный под небольшую крепость, он имел крупные угловые башни, где занимались студенты, когда их разделяли по специализациям. В здании в центре располагался ректорат, лаборатории, общие аудитории и тренировочные залы. Преподаватели жили в основном в городе, а вот студенческое общежитие находилось на территории в задней части условной крепостной стены. Иль-Ре держал юношу за руку, уверенно направляясь к центральному входу, там уже стоял кругленький улыбчивый человек, приветствуя полукровку как старого знакомого: - Мальчик мой, Зерониэль, ты таки решился принять мое предложение и вступить в ряды преподавательского состава? – В глазах мужчины искрились смешинки, так как велся этот разговор далеко не первый раз. - Нет, ректор Авагадро, я привел это юное дарование, знакомьтесь - ваш будущий студент Юми Сиен Ньи-Льхи. А этот уважаемый господин – ректор академии Магических Наук Авагадро Дженнемен, – вежливо поклонился Жалящий. В его движениях не было ни привычного шутовства, ни сдержанной холодности аристократа, этого полноватого мужчину он действительно уважал. - И кем же тебе приходится этот мальчик, Зерониэль? Мелкий смутился, беспечное представление его как любовника сейчас казалось неуместным. - Это мой спутник жизни, господин Авагадро. Должен же и я остепениться, – улыбнулся мягко полукровка, чуть сильнее сжимая вспотевшую ладонь Сиена. - Погоди, разве леди Ньи-Льхи, взявшая академ отпуск, не твоя супруга, гадкий-Зеро-сладкий-Зеро? – Дженнемен употребил студенческое прозвище рыжего, посмеиваясь и рассматривая низкорослого дроу. - Ну, вам ли не знать, как мы, аристократы, страдаем от необходимости принимать выверенные решения. Но сердцу не прикажешь. Ректор знал - будучи дядей императрицы Милены-Агаты, он остался при факультете, когда закончил академию, не желая вступать в политические дрязги. - Что ж, буду рад видеть тебя в нашей академии, Юми, удачи тебе. Почему-то мелкому показалось, что желая удачи, Авагадро имел в виду совсем не будущее поступление. - Спасибо, господин ректор. - Отправляйтесь, приемная комиссия на втором этаже, в третьей аудитории классической магии. А о преподавании ты подумай, Зерониэль. - Обязательно. Эльфы двинулись по коридору, потом поднялись по широкой лестнице. Жалящий по ходу проводил темному экскурсию, рассказывая истории об учебном процессе, пока навстречу им не выскочил молодой мужчина в светлом балахоне. - Не ожидал, что ты рискнешь появиться здесь, Иль-Ре. Привел мне красивого мальчика? – недвусмысленно закатывал он рукава. - Это мой мальчик, тебе мало той прелестницы, что ты отбил у меня, Мездейн? – задрав подбородок, фыркнул мечник и выпустил руку Ньи-Льхи. - После того, как ты увел у меня двоих, так что это старые счеты. Юми ждал потасовки, но двинувшиеся навстречу набычившиеся соперники вдруг обнялись и принялись похлопывать друга по плечам. - Вредный Ферд, дружище, как ты? Отлично выглядишь. - А ты, гадкий-Зеро-сладкий-Зеро, тоже смотрю, не меняешься, так и не решился присоединиться к нашему коллективу? - Я не вожусь с начинающими, а ты как? - О тебе наслышан, мой зять служащий теневой канцелярии, а я защитился и преподаю классическую магию. Жаль, что ты не хочешь у нас преподавать, с тобой было бы веселее. Покашливание темного обратило к нему внимание товарищей. - Прости, милый, мы давно не виделись, это мой друг Фердинанд Мездейн. А это… - Твой милый, я понял, ты все такой же гадкий-сладкий, да? – перебил человек. - Это Юми Ньи-Льхи, ваш будущий студент. - А почему вы называете его гадкий-Зеро-сладкий-Зеро? – полюбопытствовал дроу. - Это давняя история, потом расскажу. Кстати, можешь говорить мне ты, я знаю этого типа с той поры, когда он еще хлопал крашеными ресницами и… - И в отместку я расскажу, почему ты Вредный Ферд. Не вздумай соблазнять моего мальчика, я недавно обнаружил, что зверски ревнив, – Иль-Ре собственнически притянул к себе Юми. - А то раньше ты был альтруистом и делился? Хотя всяко бывало, любовь втр… - Достаточно, – сдаваясь, поднял руки, Зеро. - Да ладно, он еще наслушается. Ты же у нас легендарная личность. - Легендарная, значит, как интересно, - протянул, дразнясь, Юми. - Так, любовь моя, вон та дверь – третья аудитория, вперед. Ферд, принимает профессор Керейс? Мездейн согласно кивнул. – Я тебя подожду. - Значит, любовь, или опять замолаживаешь? – смотрел вслед уходящему юноше маг. - Ты не поверишь, но любовь. Лучше расскажи подробней о себе, Вредный Ферд, я давно не заходил. Когда довольный темный вышел из аудитории, друзья так увлеченно болтали, что отвлеклись лишь, когда он приблизился. - Я интересуюсь, Зеро, ты за меня хоть минутку переживал? - Юмочка, я в твоих талантах не сомневаюсь, чего переживать-то. Ферд, пока. Видимо, буду появляться теперь чаще. Да, милый? - Видимо, - сжал губы Сиен. Жалящий поцеловал его, они распрощались с молодым преподавателем и вышли из здания.***
На переговоры Иль-Ре и Пряный умчались на следующий день. У Тенистого тоже подвернулся заказ, так что бездельничали Терк и Юми одни. Целитель с удовольствием таскал дроу по всем злачным местам вокруг академии, проводя свою обзорную экскурсию на тему: где лучше пить, где есть, где кухня годится только врагов травить, где можно напиться на студенческие доходы и не маяться потом пищеварением. Туманный вполне обоснованно считал, что такая информация пригодится будущему студенту гораздо больше, чем подготовка к обучению. Как и предполагал Эльс, переговоры затянулись, и вернулись товарищи вечером, накануне первого дня обучения. Благо тратить время на дорогу им не пришлось. Юми сидел в спальне, размышляя, что же ему одеть. Гардероб его незаметно разросся, из-за любви полукровки к шмоткам и к процессу раздевания юного любовника. Платья, конечно, отпали сразу, за ними отбраковались вычурные одежды Джельяно, к которому в последнее время пристрастился рыжий. Вошедший Зеро с удовольствием рассматривал полуобнаженного мелкого: - Юмочка, тебе облегчить жизнь? – присел рядом, погладил ягодицы, пробежался пальцами по позвоночнику. - Зеро-о, - возмущенно вывернулся Ньи-Льхи. – Ты помогать собирался. - Да легко. Кожа и шелк, неброско и дорого, наверх бери не камзол, а куртку, можно эту. Вот и все, я буду тебя сопровождать, хочешь? – полукровка притянул себе на колени мелкого. - Хочу. А как у вас прошло? – прижался теснее. - Поморочили голову, мы им, они нам. Эльс нашел скользкое место, один из пунктов договора можно было трактовать и так, и эдак. В общем, интересно, – горячий язык Зеро уже исследовал шейку дроу. Парень склонил голову, чтобы ему было удобней, из приоткрытых губ вырвался легкий стон. Жалящий полез к паху любовника, нежно поглаживая через ткань твердеющий член. – Юмочка, черное солнце, я соскучился. Темный сам принялся расстегивать брюки и стягивать с себя. - Не спеши, милый, не спеши, я хочу смаковать тебя, – Иль-Ре придержал темного. Но дроу развернулся к нему и резво снял с Жалящего рубашку, присасываясь к чувствительным розовым соскам. - А я хочу тебя уже, - оторвался на минуту, поерзал на коленях, с соблазнительной улыбкой наблюдая, как темнеют зрачки Зеро. Иль-Ре зарычал и бросил юношу на постель. Придерживая его руки над головой, Зеро выдернул из горы одежды шарф и привязал запястья темного к изголовью. Потом уже нарочито медленно стал стягивать с юного любовника бриджи, отмечая поцелуями, каждый открывающийся участок кожи. Высвободил эрегированный член, облизал яички, подтянувшиеся от его прикосновений. Юми уже постанывал в голос и пытался высвободить руки. Полукровка раздвинул стройные ноги любовника и подложил под ягодицы подушечку. - Шире ноги держи, радость, а то я оставлю тебя так, - Зеро наклонился и легко укусил кожу на внутренней стороне бедра, зализал укус. Сиен дернулся и выгнулся дугой, легкий шлепок заставил его резко вдохнуть. – Не своди ноги, Юмочка, предупреждаю последний раз. - Ну, Зеро, пожалуйста, - хитро сверкнув глазками, дроу облизнул губы и подался, чтобы потереться членом о партнера, коленки, впрочем, держал широко. Раздеваться Зеро не стал, остался в расстегнутой рубашке, лишь приспустил бриджи. Он начал вылизывать промежность мелкого, ласкал истекающую смазкой головку, ввел палец в анус. Достаточно, чтобы поддразнить, слишком мало, чтобы удовлетворить. Возбужденный Сиен почти повизгивал от острых ощущений, когда Жалящий поднялся и склонился над ним. Парень потянулся, мужчина позволил ему ласкать соски, не облегчая задачу, но и не отодвигаясь. В зад Ньи-Льхи вошли еще два пальца, он вздрогнул и выпустил изо рта затвердевший бугорок. - Зеро, любимый, ну, пожалуйста, войди уже в меня, - не выдержал сладкой пытки юноша. Закусив губы Иль-ре двигался в горячем тесном заду, придерживал за бедра, улыбаясь внутренне тому, как старательно держит ноги разведенными паренек. Полукровка резко подался вперед, целуя пухлые губы и сгибая темного, чуть не пополам, Юми сжал коленями бока мужчины и кончил. За ним поспешил и рыжий. Минутой позже мечник уже прижимался к влажному от пота дроу, восстанавливая дыхание. - Развяжи, - лениво потребовал Сиен. - Зачем, ты такой красивый и такой беспомощный, что мне хочется учинить над тобой насилие, – не двигался Зеро. - Пну, - предупредил беззлобно Юми. - Тогда и ноги привяжу, - Жалящий опустился к стройным конечностям и стал щекотать щиколотки. - Зеро, нам завтра вставать рано. Или ты хочешь, что бы я опоздал в первый же день? Признав этот аргумент резонным, Иль-Ре отвязал юношу. Они наскоро приняли душ и завалились спать.***
В первый день они вышли из телепорта за пару кварталов от академии, чтобы не выпасть в толпу. Подойдя ближе, Юми удивился количеству людей и эльфов, которые были во дворе. Попадались и орки, и довольно много дроу. Чуть прикасаясь к нему, рядом шел Жалящий, сегодня оставив волосы распущенными, он как раз выбрал произведение Джельяно - бриджи, заправленные в сапоги, со шнуровкой по левому бедру, порочно прозрачную обтягивающую рубашку. Ее прикрывал камзол ассиметричный, полка с острыми концами поддерживала замысловатую застежку. И завершал образ новый парфюм « Цветы зла». Первым к ним подошел Фердинанд: - Привет, Юми. Ну ты даешь, Иль-Ре, прямо приглашенная звезда, возвращение сладкого-гадкого-Зеро. - Уймись, вредный Ферд, а то в следующий раз приведу с собой Затриана и Эльса, эти двое найдут на тебя управу, – Зеро сжал плечо мелкого, одетого богато, но не так броско. – Думаю, не заметить, кто сопровождает это чудо, невозможно. - Да уж. Признаю, ты здорово пометил территорию. Кстати, ректор уже произносит вступительное слово, так что, т-с-с. После поздравлений студенты разбежались по аудиториям. На Ньи-Льхи посматривали с любопытством, кто прикидывал шансы отбить у него рыжего красавца, а кто любовался нежным лицом темного да затянутой в черное ладной фигуркой. Если на теории и магической практике курсы не смешивались, то на занятиях, посвященных самообороне и фехтованию преподаватели формировали группы согласно мастерству, так как махать мечом дома обучались многие. Проверяющий уровень первокурсников мастер присвистнул, когда Юми, в запале, чуть не достал его клинком. - Тебя, Ньи-Льхи, надо к третьекурсникам, как минимум. А ну пойдем, пусть Сан-Тхейн посмотрит. Парень устремился за преподавателем, тот, миновав пару дверей, вошел в третьи. - Эй, Сан-Тхейн, Тосой. - Чего тебе, Бран? – подошел к ним статный дроу, преподавательская куртка была завязана на его поясе, а выражение лица напоминало скорее бандита, чем почтенного учителя. - Посмотри на этот талант, - подтолкнул юношу первый тренер. - А чего смотреть, мелок, тощ и слишком молод. - Он пришел с Жалящим. И судя по результатам этого конкретного первокурсника, ректор Авогадро не зря зазывает Жалящего к нам в коллеги. - Да ну? Давай, мальчик, покажи, на что способен, - ухмыльнувшись, Тосой вышел в позицию и незамедлительно начал атаковать. Юноша оценил свои силы, понял, что тут бы просто под удар не попасть и аккуратно парируя, отступал, просматривая автоматически слабые места противника, не находил. Впрочем, и учитель пока не мог достать верткого Сиена. Взгляд Тосоя уже зажегся азартом, он сделал обманное движение. Но эти уловки Зеро знал куда лучше остальных, и Юми, соответственно, тоже. Вдруг мелкий вспомнил, что этот финт заканчивается на один момент открывшимся боком и, извернувшись, почти по памяти ткнул в возможно незащищенное место, почти достал. Но Сан-Тхейн был далеко не новичком, отбил в последний момент клинок. – Беру. - Не сомневался даже. - Так, Ньи-Льхи, в пару к Роленьелю. «Ролен, неужели Сорье Коли-Ферн», - мелькнуло в мыслях Юми, он даже зажмурился. Когда открыл глаза, ему тепло улыбался парень, с которым он в святилище имел бурный роман, не дошедший до логического завершения лишь по причине крайней молодости Сиена и его робости, да и щепетильного отношения к мальчику самого Сорье. Позже старший парень вступил в магадемию, оставив святилище, и не встречался больше с мелким, до сего момента.
