Путеводная нить

            В нашем мире всё всегда идёт своим чередом. Маленькая речушка со временем превращается в огромное озеро. Холмик – горой. Щенки – взрослеют и становятся взрослыми собаками. После зимы наступает весна. Даже у суток есть своя временная череда. После утра наступает день, за ней вечер, потом ночь и снова утро. Но утро бывает разным, оно может быть солнечным или пасмурным после дождя. Бывает даже особенное. Только оно будет зависеть не от природы, а от того кто его встретит.       В отдельном зале западного крыла в поместье «Хеллсинг», стоят на против друг, друга две фигуры в чёрном и белом костюме для фехтование. С пола оборота и одинаковом положении, одна рука за спиной, другая сжимала шпагу. По хлопку, фигуры выравнялись и ждали следующего "приказа".       — Начали!       Обе моментально сорвались с места и начали атаковать, разрезая клинками воздух. Шпага ударилась об шпагу, создавая звонкий звук удара металла. Фигуры маневрировали выпады, одновременно блокируя удары. Делали обманные манёвры с разворотом чуть не задавая противницу. Черной даже удалось схватить её со спины, но получила удар с локтя. В качестве сдачи, та сбивает ногой шпагу и начала делать мощные выпады. Одновременно сбивая с толку. Ничего не оставалось как из пояса достать два стилета, защищаясь от оружия. Девушкам это безумно нравилось и приносило удовольствие. Если они получат серьёзное ранение, будут игнорировать и продолжать бой, пока одна не одержит вверх! Это они поняли после близкого блока шпаги об стилеты. Невзирая на маски, скрывающие лица, было ясно кокой взгляд под ней и как он настроен. Дикий азарт и чувство кипящей крови, бегущая по венам. Это чувство не с чем не сравнится! Именно этого им обеим так долго не хватало! И как с самого начала они встали в изначальное положение. По своей инициативе, чёрная решила тоже сменить оружие, швырнув для этого шпагу в стенной выступ. В этот раз атаки были чрезмерные, быстрые, резкие, почти неуловимые. Однако чёрной удалось сделать ей подножку и воткнуть клинок в пол мимо её головы. Белая без запинки смогла сбить второй клинок, а с пола поднять свою шпагу. Казалось за этот промежуток, можно было увидеть как их глаза словно заблестели, сквозь маски. И услышать хитрый смех. Одна использовала шпагу и стилет как манёвр нападения, другая использовала в качестве защиты. Абсолютно не замечая как сама же чуть не упиралась в стену. И как натренированный солдат, она подскочила на парапет и прислонила своё лезвие к горлу противнице.       Обе тяжело дышали, не прекращая отводить от друг друга взгляд. Словно смеялись в лицо.       — Теряешь форму! — задорно констатировала белая.       — Я так не думаю.       Она последовала её взглядом в низ и ухмыльнулась на упирающийся стилет ей в живот. Нисколько не смутившись.       — Бой окончен! Победителя нет! — по одиноким хлопкам, в своей любимой манере объявлял пожилой дворецкий.       Только дворецкого Джеймса подобные виды занятия с применением оружия, не всегда нравились. Тем более когда речь идёт о фехтовании. Его он никогда не понимал. И сейчас не собирается! С тех самых пор когда его мама пыталась записать на фехтование.       «Бр, лучше не вспоминать!» — передёрнулся юноша ставя поднос на чайный столик. Для него будет лучше; подобными мыслями не разбрасывать по ветру. В последнее время, ему начинает казаться что за ним кто-то наблюдает. Это и раньше случалось, когда в мыслях рисовалась красивая девушка, со сколопендрами по всему телу. Но в этот раз, было нечто странное. Ни на что не похожее. Именно это стало происходить, именно после того случая трёх дневной давности. Как сейчас!       «Тихо Джеймс! Всё в порядке. Не самое лучшее время устраивать пароною чуть не от каждого шороха!» — как можно убедительнее успокаивал себя юноша, стараясь не смотреть на двух девушек в костюмах.       Белая фигура тихо посмеялась, наконец снимая маску и посмотрела на Уолтера, упираясь об шпагу.       — Стоило ожидать, — поправляя свою чёрную челку, констатировала девица, — И каков будет вердикт?       Пожилой дворецкий в безразличной манере, не отводил глаз со своей плоти и крови. Так будто она не оправдала все его надежды. Только в подобной ситуации, всё не совсем так, как кажется на первый взгляд. Без проявления заботы, ответил как гостье со сниженной самооценкой и отсутствием приличием:       — Излишний пафос был неуместен, с Вашей стороны. А вам сэр Интегра, пора прекращать себя сдерживать! Вы на многое способны! — без лишней прелюдии, легко склонился и вышел, оставляя юношу с ними. В данный момент он здесь лишний и в ближайшее время не понадобится.       Только Джеймс был немного в растерянности. Не зная куда себя деть. Пока не сообразил налить в обе чашки всё ещё горячий чай. Тем самым думая совсем по другому на счёт недавнего боя. По его мнению, дамы были на высшем уровне, без излишних изъянов.       Спустя пяти минут, глава и сотрудница сидели за столиком, пили чай. Как обычные люди, вели дружескую беседу. Периодически вспоминали о прошлом. Как ещё в детском возрасте девочки устраивали спарринг по фехтованию и не только. Ещё тогда, юная Имоджен, очень сильно любила настольные игры. И не теряя возможности, играла со всеми и почти всегда побеждала. Кроме Алукарда. Однако вскоре, девочка стала увлекаться оружием, когда видела, как Интегра училась стрелять из револьвера. Имоджен загорелась диким желанием научиться стрелять и очень быстро освоила оружие, не хуже Интегры. Как потом перешли на колющие и режущие оружия. И стали устраивать пари, на более серьёзные вещи. Как место главы организации «Хеллсинг». Казалось всё было только вчера, а не пять долгих лет.       Со странной улыбкой девица отпила чай и посмотрела на названную сестру.       — Спасибо что позвала выпустить пар.       — Ты третий день ходишь по поместью из угла в угол, как не своя. Подумала что тебе стоит немного отвлечься, — прикуривая сигару, глава организации внимательно посмотрела на сотрудницу, — На тебя вчера жаловались.       Ен аж чаем подавилась. Естественно не надо гадать кто именно. Об вчерашнем инциденте, всем невероятно быстро стало известно. За свой поступок, ей не было стыдно.

***

      — С этих пор, Я буду вашим "куратором" по истреблению нежити. Меня зовут Имоджен Долнез! К вашим услугам, — она сделала подобающий поклон дворецкого перед «Дикими Гусями», без какой либо шутки и насмешки, — Если есть вопросы, я вся во внимании.       По тихому шёпоту и мимолётных мыслей наёмников. Ен стало понятно, что ей не особо верят, считая за шутку от Хеллсинга. По их мнению, их должен был обучать настоящий профессионал! Желательно вояка из Вьетнама. Который видел не малое дерьмо в своей жизни. А не коротышка, с прической опущенных кошачьих ушей. В толпе мировоззрение часто поменялось. Больше всего подобные мысли исходили от одного наёмника, вышедший к ней вперёд.       — Могу задать тебе вопрос, красавица? — по кивку, Туз осмелился и продвинулся немного ближе к девице, — Чем конкретнее, ты будешь нас обслуживать?       Над ответом Джен не стала торопиться. По взгляду появилось впечатление будто она читала его мысли, проникая как можно глубоко. Карлу стало не по себе. А вдруг это тоже проверка, как вчера?       — Обеспечивать вам головную боль. И месяц марафона, если никаких результатов не будет. Это всё?       — А вы дальний родственник того старика?.. ну дворецкого? — немного замешкался молодой наёмник. Но почувствовал резкое давление на себе, когда девица обратила на него внимание. Это чувствуют не только он.       Она просто беззаботно улыбнулась, ответом поправляя:       — Близкий. На столько близкий, на сколько можно. Между прочим, где вашего вожака стаи носит?       — Ну, так это,..       — Он сегодня у себя. Меня оставил за главного!       — Ты не охренел?! — начал возмущаться лейтенант на Туза, — С каких это пор?       — Всё очень просто, мой добродушный друг. Вчера в холле, Я единственный стоял на ногах и дольше продержался! — в какой-то степени, ему начинало нравится выводить из себя Марка. В отличие от него, первого слили как раз лейтенанта. Марк это знает и злится ещё сильнее, скорее на себя.       — Так это тебе я иголку в зад засадила? — со спины "изумилась" Ен, вызывая всю гамму чувств у Туза на себе, — Вижу рожа знакома, а вспомнить никак не могу!       «Дикие Гуси» стали негромко смеяться, над своим товарищем. К девчонке у Туз стал испытывать смешанные чувства. По большей степени ярость! Поддавшись соблазну, решил показать кто такие наёмники и поставить на место. Но у юной Долнез были другие планы на этот день. Она легко перехватила его руку, ногой ударилась в колено. В сидячем положении, она согнула руку так, что легко можно сломать. Наёмник в очках чертыхнулся вместе с остальными. Хотел первым идти на помощь к товарищу, пока не услышал его вой.       — Дёрнетесь, и его тренировка начнётся в травмпункте, — для полной ясности, согнула руку ещё сильнее, пока Туз не взвыл, — Вы думаете я в игрушки сюда пришла играть? Думаете если Вас будет обучать женщина, то всё легко будет сходить с рук?! Вы глубоко ошибаетесь! — она с брезгливостью отпустила мужчину, немного откидывая. Разминая плечо с остальными стал смотреть на неё с неприязнью, — Хотите правду? Меня этот балаган совершенно не устраивает! Я могу просто развернуться и уйти, и без угрызений совести дать вам пинка под зад! То что Я увидела вчера, отвратительно! Вас из какой помойки подобрали? — как на автомате она стала закуривать сигарету, понемногу успокаивая пыл, — Как мне бы это не хотелось, но я дала слово не только Хеллсингу, ещё и себе. Слово Долнеса – это приговор. Мне это тоже не нравится, хотя стоит нам потерпеть друг друга около месяца. Обещаю, мы больше никогда не увидимся.       Хорошо это или плохо, мужчины не знали что и думать дальше. Одна сторона хотела отказаться и вывести её зашкварник за пределы поместья. Другая просила соглашаться на условия и наконец научиться отличать вампиров от людей. Тем не менее, у них выбора особо нет. Можно посмотреть и положительную точку зрения!.. их будет обучать низкая терминаторша, а не пятьсот летний вампирюга!       Усмехнувшись, потушила окурок об ботинок и молча повела «Диких Гусей» на тренировочную плащатку. Не прошли и пяти метра, как почти сразу кто-то шлёпнул по её заду. Наёмник стоял будто это было в порядке вещей, немного усмехаясь.       — На удачу. Чтобы наверняка. Традиция.       Всё что угодно, но такого ответа Джен не могла себе представить. Говорил он уверенно и без какой либо насмешки. Под предлогом "традиция", вырисовывалась картина: прежде чем идти на задание, наёмники на удачу шлёпают друг друга по заднице. Потом идут в бар как не в чём не бывало!       Писец!       Качнув плечами, сделала лицо по проще. К таким людям надо подходить иным путём. И стараться быть больше красноречивой. И по меньшей мере применять грубую силу.       — Ну раз у вас такая "традиция", то тогда ладно! уважения, хочу предоставить свой ответ: В Индии есть такая традиция: В знак уважения и проверку силу духа, мужчине бьют об голову кокос.       После ею сказанным, Туз прошляпил тот момент: от куда у неё в руке кокос. И как им же треснула по голове. Зато перед отключкой почувствовать пламенный поцелуй с землёй при падении.       Увидев в руке второй кокос, «Дикие Гуси» ступили шаг назад, проявляя большое желание прекратить эту хрень и заниматься своими "делами".       — Ещё есть желающие озвучить свои традиции? — судя по их удивлённым глазам, то больше нет желающих. Теперь она "вежливо" попросила следовать за ней и прихватить валяющее создание и вести за собой. Кокос решила оставить при себе, на всякий случай.       Пока солдаты шли на тренировочную площадку, Мелкий решил помочь другу и попытаться на себе дотащить его тяжёлую тушу. Однако Карл вовремя подхватил Туза с другой стороны, когда тот непроизвольно чуть не раздавил младшего товарища. По мнению бывшего военврача; не смотря на огромное уважение к этому куску дерьма, Мелкий врятли смог бы дотащить Туза до площадки. Если бы даже имел больше мускулатуры чем сейчас. Даже вдвоём им это давалось с огромной тяжестью. Но это было только с его точки зрения, как врача.       Но только когда они доползти до тренированной площадки, то были отдать всё что угодно в надежде что их глаза их обманывают. Если нет, они втроём были согласны ослепнуть, лишь бы больше не видеть этого позора! Одна группа проходила полосу препятствии, ползая по пластунски по (неизвестной откуда) грязи, плотно прижимаясь к земле от свистящих над их головами пуль. Другая группа распределённая в разборке автомата пока не догорит спичка. Лишь девица сидела на спине их лейтенанта, покуривая сигарету отдавала нелепые приказы и задавала куда более нелепые вопросы, вроде; Кто проживает на дне океана?..       — Так!.. теперь, запе-вай!... *Allons enfants de la Patrie, Le jour de gloire est arrivé!..       Карл был больше в смятении, чем Мелкий. И зол был больше на товарищей чем на девчонку. Им белку с дерева скажи достань,.. они и достанут! Только никак в голову не приходит мысль, что лейтенант был опущен до такого низкого уровня. За всю свою жизнь, не одна женщина не смела им потакать или устраивать скандал. Но тут он сидит на четвереньках и отвечает на её вопросы! В одном оба наёмника "мысленно" согласились и неторопливо сваливали в сторону казармы, чтобы доложить капитану, какой балаган устроила "представительница слабого пола", и быстро всех разогнал!       — А куда вы пошли?.. — на их плечи приземлилась женская ладонь, так что они не смогли удержать Туза и уронили его тушу. Как в страшном сне, прошли мурашки по всему телу с каплей испарину, когда девица чуть не повисла на них, — А чего это вы молчите? И чего у вас такой испуганный вид?... Пойдёмте, пойдёмте!.. не то самое интересное пропустите!...

***

      Девушки сидели в креслах, чуть не давясь со смеху от вчерашнего разговора рабочего дня Имоджен, напрочь забыв о чае. Дворецкий Джеймс, стоял рядом и был повергнут на подвал.Он считал что это немного перебор, по отношению к солдатам. Нет, конечно ему было смешно и одновременно рад что появился человек, который бесстрашно может поставить их на место и прекратить вечное издевательство над ним и другими слугами. Но ему и казалось: это слишком! Они тоже люди и нет необходимости так над ними издеваться. Однако, лишнее воспитание никогда не бывает лишним. Юноша обратил внимание что с момента её появление, в поместье стали появляться не мало изменений. Скорее душевно чем зрительно. Раньше чувствовалась какая-то пустота (не считая на древнего вампира, с его феноменальной способностью читать мысли). Это чувство кажется совсем незаметным, временами странное. Словно изнутри в нём кто-то поселился. Особенно когда леди начинает на него смотреть в упор, просматривая все его копии и нервные окончания. Даже когда её нет рядом, это чувство усиливалось и разрослось до костного мозга. В какой-то степени, Джеймс наконец стал замечать и самые незначительные мелочи, как разговор слуг. Или самое невероятное; слышать смех Сэр Интегры! Кто бы мог подумать?! Обычно она редко показывает свои эмоции другим. Возможно их могли видеть только Алукард или более близкий Уолтер. Сейчас Сэр выглядит как совершенно обычная девушка, обсуждающая различные темы и сплетни. Видимо, своим отрицательным видом хочет показать себя с сильной стороны, скрывая свою уязвимость и истинное лицо.       «Просто она тот человек, который может меня терпеть!»       С непривычки, юный дворецкий вздрогнул всем телом, чуть не уронив поднос когда собирал сервиз и смущённо отвёл взгляд от девушки. Толи в голове или может быть в реальности Джеймс услышал со стороны спешки, но это ещё больше заставило его покраснеть в конец попусту покидая помещение.       Интегра строго посмотрела на подругу детства, требуя объяснения. В своё оправдание, Имоджен только качнулся плечами и быстро взглянула на часы с трёхглазым котёнком.       — Я бы с тобой ещё немного бы поседела, но мне уже пора, — сохраняя спокойный вид, девица не торопливо собирала свои вещи, а шпагу убрала в ножны, попрощавшись с леди оставляя её одну.       Интегра пошла бы следом за ней, но решила остаться. По расписанию она должна заниматься своей работой; заполнять отчёты, проводить совещание с лордами и посылать Алукарда куда подальше из её кабинета. Но сейчас, ей просто захотелось посидеть одной, в тишине, что даже позволила себе, немного прикрыть глаза. Наслаждаясь моментом. Интегра и не помнила, когда в последний раз так сидела. С её-то плотным графиком! Плюс постоянный недосып и переживания в последние дни. Последнее тщательно скрывалось от остальных, под маской холодной леди, однако, она не меньше всех переживала за каждого человека в поместье. Тот ужас от братьев Валентайн, не выходил из головы. Что заставляло часто накручивать себя, о повторном набеге, других искусственных вампиров. После случая в Рио, прошло пол года. От «Миллениума» больше ничего поступало. В городах конечно появляются вампиры, со своими слугами, но только из ряда среднего класса. В редких случаях попадаются и высшие, только никогда нельзя быть уверенным, что всё обойдется. Считать угрозу безумного Майора, бредом сумасшедшего, а нашествием искусственных вампиров — показухой, чтобы просто продемонстрировать свою силу. Хеллсинг это прекрасно знала, оставалось лишь гадать:"Где он сделает следующий шаг?", — а самое главное, – "Когда?", —сейчас ей ничего не осталось, лишь терпеливо ждать. И продолжать свою работу, после небольшого перерыва.

***

      Казарма в этот день тоже пустовала. За исключением комнаты капитана «Диких Гусей». Только со стороны он больше был похож на обкуренную пьянчужку. В воздухе парил смрад сигаретного дыма вперемешку с перегаром. Его он видимо не замечал, продолжая без остановки курить одну за другой, последнюю просто сжимал в пальцах, полностью игнорируя падающий пепел на пол. Всё таки ему не было необходимости нажираться как свинья все эти два дня. В голову с тяжестью приходили воспоминания о досье полученного им, с его богатым содержанием. Там меньше капля в море о ней, но этого было достаточно чтобы понять, с каким фруктом ему придётся работать. Такая жестокость, агрессия ко всему живому. Была даже статейка о кровавой резне в церкви. И вишенка на торте, кто её отец! Пип пустил смешок по этому поводу:       «А ты старик не промах, уродить себе "наследника" на старости лет!»       Совсем скоро, он покинул свою берлогу, чтобы немного развеять свою голову, после долгой пьянки. Заодно наведаться к малышке Серас. Чтобы узнать её личное мнение о новом сотруднике Хеллсинга.       «Хе-хе-хе»       По телу пробежали табун мурашек, вместе с холодным потом. Моментально отрезвляя голову. Он как невменяемый осматривался по сторонам, в поисках странного звука. Он исходил ото всюду, отражаясь от стен мрачным непрекращающимся эхом, как в вакууме. Параллельно смех смешивался с негромким топотом босых ног. Стали мелькать маленькие силуэты, перебегающие из одной комнаты в другую. Непроизвольно заставляя схватиться за голову, всё указывало на то, что капитан сходит с ума. И пьянка тут совсем не причём! Вся эта организация, упыри, вампиры, Интегра! Да ещё эта девочка! Нет никакой гарантии, что он когда-нибудь уйдёт от сюда живым или хотя бы в нормальным. Какие есть вообще шансы на нормальную жизнь, на старости лет? Стены коридора, словно давят со всех сторон, вытесняя из поместья. И словно по щелчку, всё прекратилось. Было немного не по себе, но мужчина неторопливо открыл глаз и обернулся.       — Что за? Что за херня?!       Он стоял посреди улицы Лондона, у порога Вестминстерского аббатства. Дыхание напрочь сбилось, а сознание не могло проанализировать, что происходит и как вернуть трезвость мыслей. Было больше вопросов чем ответов. Смех вновь повторился, теперь со спины. Мужчине ничего не осталось, и он послушно обернулся, замер под гнетом самого отвратительного чувства, страха. Под тусклым светом луны, в нескольких метрах от церкви, стояла огромная собака, с красными глазами похожими на свежую кровь. От одного только вида постороннего человека, собака скалилась, чуть не срывалась с места, но останавливалась, когда девочка на его спине, гладила по шее и что-то шептала на ухо. На ней не было лица, только чёрная тень, с россыпью глаз. И все они смотрели на капитана, с диким азартом. То, как сильно она хочет на него наброситься, такие же ощущения он испытывал, когда "жил" в Африке. Когда всё живое, буквально прожигало в нём дыру и с нетерпением дожидалось момента вонзить свои клыки. Сейчас, это чувствуется намного острее. Особенно от неё.       Девочка легко спрыгнула с собаки, одаряя лёгким прикосновением по шерсти, спрятав руки за спиной, медленно подходила к мужчине. Пип для своей безопасности, аккуратно достал свой револьвер, отступая. Однако неуклюже споткнулся о ступеньки и упал прямо на них. Вроде бы можно встать, только что-то притягивало его к земле или это страх, который проник в тело, задевая все нервные окончания достигая самой глубины подсознания. Против воли капитана, что-то заставляло смотреть перед собой на приближающееся к нему чудовище. Не давая открыть рот, чтобы хоть один звук вырвался и задать один вопрос, — "Чего она хочет?", но уловив еле заметное движение её руки, он потерял дыхание и как можно сильнее зажмурился. Он чувствовал быстрое движение в свою сторону, только вместо своей смерти или какого-либо увечья, сзади него жалобно закричала какая-та женщина, а девочка просто прошла мимо вместе со своим питомцем.       Что он увидел, полностью выбило из колеи. Вся церковь была пропитана запахом гнилой плоти. Все фрески, иконы и стены были забрызганы свежей кровью, а свечи по всему помещению, нагоняли атмосферу из преисподней. У капитана "Диких Гусей" давно появилось огромное желание бежать как можно дольше отсюда. Непонятное чувство заставляло стоять на месте и смотреть на происходящее, смотреть как силуэт девочки стояла посреди всего этого и мучает повисшую в воздухе монахиню. Женщина в слезах умоляюще просила о помощи, кричала от ужаса и боли, её голос охрип, от нескончаемых криков. Уже не имея никаких сил, подвешенная в воздухе за руки и ноги, повисла словно поломанная кукла. Девчонке это словно приносило дикое удовольствие, что сквозь тень на лице, можно было услышать её тихий смех.       — И всё-таки, ты очень скучная! — внезапно подала голос, щёлкая пальцами и быстро ими перебирать, словно играя на фортепиано. Тени в церкви стали ходить ходуном, как живые, из-за свечей больше напоминали змей или на живую паутину...а она, её хозяин.       До капитана только сейчас дошло, какой именно силой была подвешенной монахиня. Только сейчас мог видеть её израненные конечности, из-за сильного сдавливания, чёрных нитей. И сколько крови было под ней. Мужчина понимал, ему пора бежать! Впервые за всю свою жизнь и карьеры наёмника. В нём сработал инстинкт самосохранения, полностью наплевав на монахиню, оступив на один шаг, вновь споткнулся и упал лицом к лицу с другой мёртвой женщиной. Рядом с ней лежали изуродованные дети и другие истерзанные тела прихожан. Они словно нарочно не давали капитану встать с пола, постоянно спотыкаясь об них, он оставался и продолжал смотреть на происходящее. Монахиня стала кричать в голос когда нити сильнее перетянули запястье, чуть не срывая мясо с костей. От одного лёгкого взмаха рукой девочки, чёрные нити, как живые, обвивали тело женщины, вонзаясь и проделывая в теле отверстия. Крик смешался с бульканьем из-за крови, а нити в теле выглядели будто черви жрут уже гнившее тело, только монахиня ещё была жива. Женщина, пыталась через боль что-то говорить, больше напоминая какую-ту молитву. Ещё от одного движения пальцем, девочка заставила её замолчать, когда нити с характерным звуком заполонили весь рот и вышли из ушных раковин. До тех пор пока тело не разорвалось на ошмётки.       Пип больше не смог это терпеть, кое-как сел на колени и его вырвало на пол. Стал задыхаться и хвататься за грудную клетку. В отчаянии стал бить кулаком по сердцу. Ему срочно нужно придти в себя! Но тошнотворная вонь не давала этого сделать. Чей-то мужской крик заставил его остановиться и смотреть в другую сторону.       Израненный, до смерти перепуганный священник, плотно прижимался спиной к стене, сжимал чётки чуть не до хруста костей, про себя читал „Отче наш” и умоляюще смотрел на приближающуюся к нему дитя. Всю перепачканную с ног до головы кровью и без лица. Играючи перебирала в руках окровавленный нож, встала в полметре от него. Священника трясло от страха, но с верой и надеждой прижимал чётки к груди, читая молитвы.       — Умоляю! Не делай этот грех! Ведь потом не будет тебе искупление!       Девочка прекратила крутить в руках оружие и любопытно наклонила голову на бок, хоть у неё в место лица множество глаз, она всё равно выглядела задумчивой. То и дело, хлопая кончиком ножа по подбородку. В его словах что-то есть, но разве они касаются именно её? Хихикнув, глаза сощурились в хищную усмешку, девочка покрутила нож, немного наклоняясь вперёд.       —Хих, нет. Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет и нет! Нет святой отец. Искупление делается лишь тогда, когда человек искренне раскаивается перед Господом Богом! По своей прихоти, а не от чужого мнения. А у вас оно есть? — глаза дико распахнулись, казалось, что вот-вот лопнут, в тени расширилась улыбка как у чеширского кота. Девочка со всей силой, которая у неё есть, ударила мужчину ногой по челюсти, выбив несколько зубов. Схватила за волосы и перерезала глотку. Тело отшвырнула, будто брезгуя, нависла сверху, без остановки вонзала нож в мёртвое телу, больше пачкая одежду. Скалясь, улыбка не спадала с "лица", когда на очередь стала вырезать грудную клетку и вынимать уже не бьющееся сердце. Она с интересом тыкала в него пальцем, не высоко подбрасывала и как надоедливую игрушку кинула прям в собачью пасть.       Капитан сидел на полу не живой, не мёртвый. Боялся пошевелить рукой, когда всего в паре шагов от него, сидит красноглазая псина и жевала человеческое сердце. Да и тело было ватное, не хотело слушаться. Он не понимал, зачем всё это и почему он на это должен смотреть. Но вся сложившаяся ситуация, дала разуму сбой, полностью опуская руки. Сейчас ему было всё равно и что в дальнейшем с ним станет. Ситуация контролирует его телом и разумом, чуть не превращая мужчину в овощ. Глаза мертвых прихожан, кровь и расчленённое тело монашки и обезображенное тело священника, всё это останется в его голове навсегда. Не найдется в мире наилучший доктор или психолог, способный вернуть капитану рассудок. Он с ненавистью стал смотреть в спину сидящей девочки, более уверенней сжимал свой револьвер. Подохнет! Так хоть пробьёт её затылок, напоследок! Для более стойкости и для унятия дрожи, капитан несколько раз ударил себя кулаком по груди, уже более четко смог прицелиться в девчонку. Но заметил её трясущиеся плечи и приглушённое мычание. Как от плачущего ребёнка. Только Пип понимал – это необычный ребёнок! А самое настоящее чудовище! С которыми ему предстоит столкнуться и не раз! Конечно, он мало о них понимает и многое не знает. Но точно знал, они не те, за кого себя выдают! И в отличие от них, он сделает первый шаг! Даже если он будет последним! Но нажимая на спусковой крючок, получался холостой звук.       «Дерьмо! Что за херня?! Я точно помню, что его заправлял магазин!» — сколько он не пробовал выстрелить или прокручивать барабан рулетки, револьвер оставался быть бесполезным. Капитан „Диких Гусей” Пип Бернадетте, начал чувствовать, насколько он оказался беззащитным и трусливым персонажем. Ему самому было противно это осознавать и ещё больше ненавидеть эту тварь, она словно это прочувствовала и стала смеяться в голос. Этот смех, не на что не был похож. Словно перед ним сейчас сидит не чудовище, а настоящий живой мертвец. Пропитанный насквозь кровью. Неживой, не мертвый. Все фрески и иконы смотрели именно на девочку в крови и плакали кровью, заполоняя ею всю мраморную плитку. Пип не сводил глаз с образовавшийся кровавой дорожки, стекающая мимо него, к безликой девочки. Кровь стала образовываться в булькающую субстанцию, издавая истошные полу крики стоны и формироваться на полу в знакомую, высокую фигуру. Пип и раньше его видел, только никак не мог вспомнить! Только сейчас его это мало волновало. Он стал пробираться через трупы, спотыкаясь об них. Но из-за неизвестного любопытства, мужчина часто оборачивался назад и смотрел то на девочку, то на приближающую к ней фигуру. В момент когда фигура уже стояла в шаге от ребёнка, девочка прекратила смеяться и сидела неподвижно, больше напоминая статую. Капля за каплей, кровь стекала с кончиков волос на одежду, и на пол, струясь тонкой струйкой к протягивающей руку, фигуре. Казалось, что сейчас должно всё закончится! Достаточно просто открутить ей башку или придушить, или вот сейчас начнётся драка между чудовищами, а капитан наконец сможет сбежать из этого проклятого места. Но как по морганию глаза, на детскую макушку упала человеческая ладонь, обтянутая в белую перчатку, а фигура стала более напоминать на давно знакомую личность. Которую капитан недолюбливал с момента прибытия в организацию „Хеллсинг”!       Алукард с кровожадностью смотрел на дитя, как на родную, пальцами перебирая её окровавленные пряди. Она словно котёнок мотыляла головой, не менее коварно улыбалась но с наивными тысячами глазами, смотрела на Короля Нежити.       — Сегодня на редкость прекрасная ночь, дитя, — умиротворённо проговорил вампир, плавно переводя свою ладонь на шею девочки, большим пальцем поглаживая щёку, — Самое подходящее время для настоящего кровавого бала! Ты со мной согласна, Lipitoare?       Дождавшись наконец этого долгожданного предложения, девочка нетерпеливо взялась за протянутую к ней руку, быстро приступая плясать медленный танец. С каждым их плавным движением, их одежда всё больше окрашивалась в красный цвет, наступая на лужи крови или на остатки человеческих тел. С каждым резким поворотом с её лица спадал кусочек чёрной тени или медленно стекало на плечи, оголяя её истинное лицо. Какого было мужчине, когда он смог разглядеть и узнать личность этой девочки! Именно она, пришла в поместье „Хеллсинг” и убила его людей! Именно она является главным козырем Интегры, способная убить целую, а ту и всю армию нацистов, одним только движением пальца! Ту которую прозвали Хризантемой. Цветком Смерти. Паучьей Лилией. Настоящее чудовище, способная приручить почти любую нежить. Имоджен Элизабет Долнез! Она загадочной улыбкой стояла в обнимку с Королём Нежити, неотрывно смотрела прамо в душу капитана „Диких Гусей”.       Пип Бернадотте смотрел на свои руки, запачканные по локоть в крови. Пытаясь в них хоть что-то разглядеть и сквозь пальцы видел булькающую кровь. Бесконечный шепот в здании церкви стал усиливаться с новой силой, заполняя всю черепную коробку. Не позволяя трезво мыслить. Мужчина стал кричать в голос, держась за голову. Однако за его руку резко схватились и потянули вниз. Интуитивно Пип вновь стал пробираться через горы трупов, запросто застревая в них и гневно отталкивал от себя протянутые руки мертвецов. Всё было до безумия липкое и скользкое, что не давало возможность двигаться дальше, а гора трупов становилась больше. Но он продолжал ползать дальше, к выходу. Осталось только руку протянуть и наконец забежать подальше от этой церкви! Забрать своих людей и обратно в Африку! И видеть Лондон только на открытках! Его резко потянули за пояс, рука стала соскальзывать по мёртвому телу и как по мокрым ступенькам, мужчина стал катиться вниз, прям в гнилую кучу трупов. Его хватали за руки и ноги, заглатывая всё глубже эту отвратительную месиво. Единственный раз в жизни, мужчина стал проклинать тот день, когда решил отрастить эту проклятую косу! Имея огромное желание тут же её срезать своим притупленным ножом. Он свободной рукой, бил по их изуродованным лицам, всё больше освобождаясь от их цепких лап. Мертвецы продолжали без всякого усилия затягивать мужчину обратно. Пип понимал он тоже станет трупом. Таким же безмозглым, слюнявым мертвецом, слоняющийся из угла в угол. Уже давно пора прекращать дёргаться и принять эту участь. Но не может. Это не будет соответствовать его принципам и всех слов, которыми сам же и мотивировал своих людей. Он поклялся, никогда не сдаваться и пробираться до последнего своего вздоха! Разве сейчас его слова что-то значат? Разумеется нет. Сейчас ему остаётся опустить свои руки и умереть мучительной смертью. Естественно это не надолго. У него никого не осталось, чтобы кто-то мог его оплакивать.       Но в место болезненных укусов, Пип почувствовал чужие руки на своих плечах и умиротворённое дыхание в области шеи. Странное чувство. Ни страха, ни опасности. Всё словно улетучилось без остатка. Была лишь пустая оболочка по среди пустого пространства. И чьё-то странное присутствие.       Ощутимо сущность приблизилось к нему ещё ближе, тихо прошептало:       — Вы должны признаваться, у вас больше не осталось выбора.

***

      Его тело словно падало в глубокую пропасть. Больно ударяясь головой об твердую поверхность, капитан с проклятиями приподнялся на локти, осматривая помещение. Несмотря на всю пелену перед глазом, Пип смог распознать в ней свою команду. И облегчённо выдохнуть. Это просто был сон. Просто кошмарный сон. Видимо зачитался когда выпивал. «Думаю это было лишним, — протирая лоб, размышлял мужчина, предварительно делая глоток из бутылки виски, — Надеюсь сегодня я смогу ещё работать,» — всё ещё покачиваясь, встал с пола, шёл прямо к зеркалу. Вид был не важный. Перекошенное лицо после пьянки выдавало с потрохами. Даже прохладная вода не особо давала результата. Зато мужчина смог наконец трезво мыслить и прожигать взглядом данную ему папку от Интегры. Тяжёлый случай. Но что ещё остаётся делать? Дальше терять своих людей Пип не собирается! А им нужен тот кто лучше разбирается в нежити! Остаётся только терпеть и настороженно следить за каждым её движением. Кто может знать, что ещё от неё можно ожидать?

***

      — Мда, — девица скептически рассматривала каждого наёмника, прокручивая на губах не прикуренную сигарету, — Вижу, ваш капитан и сегодня будет отсутствовать. Хорошо, — в манере пофигиста, она сняла свой коричневый плащ, закинув на ближайшую лавочку. У наёмников конечно глаза загорелись, но уже не так, как на обычную девушку. Зная её, непременно будет какой-то подвох, — Всё очень просто! Уложите меня на лопатки и я приму любые ваши условия!       Вот и подвох. Ещё со вчерашнего дня было видно, какой физической силой обладает эта девчонка, что без всякого труда смогла повалить здорового мужчину. Не говоря уже о той перестрелки трёх дневной давности. Этого было достаточно чтобы понять: простая, грубая сила с ней не прокатит. В основном, все это поняли, кроме Туза. Он уверенно выходил вперёд, словно уже видел свою победу. Видимо ничему его жизнь не учит.       — Позволь уточнить! — начал наёмник, — Если я правильно тебя понял, то имею право голоса, после того, когда ты будешь валяться на земле?       — Да.       — Тогда в чём подвох?       — Просто покажи на что способен и всё!       Туз с подозрением прожигал в ней дыру, чувствуя какую-то не договоренность. В её словах было что-то не так. Какой-то скрытый смысл. Другое осознание понимало это как прекрасную возможность поставить её на место и вернуть свой авторитет среди своих товарищей.       «Ха! Как два пальца!» — в предвкушении победы, мужчина разминал кулаки, совершенно не подозревая, что его товарищи по оружию уже мысленно с ним попрощались и думали на какой гроб будут скидываться. Разве что только Мелкий восторженно похлопал в ладоши и поддерживал наёмника.       Уверенный в себе мужчина замахнулся для удара, насмешливо представляя, как она выполняет его первое условие. Только Ен спокойно прогнулась в бок, вывернула его руку во внешнюю сторону, коленом ударила в грудную клетку. Всё мгновенно стихло, словно ничего не произошло. Марк с ухмылкой покачал головой, изначально зная исход боя. Долнез, без изменений на лице, смотрела на жалкое подобие наёмника, пытавшийся привести дыхание в норму. Она изначально знала, что это плохая затея, учить наёмников убивать нежить. В этом нет никакого смысла и времени! Они только и говорят о деньгах и своём профессиональности, а на деле такие же жалкие отбросы общества. Нет, Интегра точно наивна раз решила нанять их. От той юной дракулины гораздо больше пользы, чем от этого мусора. Закурив, Ен прошла мимо Туза и смотрела куда-то далеко. Сил даже нет смотреть на них!       — Десяти секунд не прошло! Кто следующий?       По их реакциям и отрицательным движениям голов, девица со всей силой прикусила кончик сигареты. Они её бесят! Но приходится терпеть, как бы ей это не нравилось.       — Давай я? — без позволения, из толпы наёмников, стал выходить высокий мужчина в шляпе, надменно улыбалась. „Дикие Гуси” с уважением смотрели на своего капитана, точно зная на что этот тип способен.       — Не прошло и полгода, — очень тихо буркнула девчонка. Мужчина шире улыбнулся и подошёл ближе к своему "куратору".       — Какие будут твои условия, если победишь меня? — решил сразу всё узнать, прежде чем они начнут спарринг. Будет не интересно если она ничего не захочет. Смысла нет.       — Уверен? — глаза её тут же заблестели, будто ждала этого вопроса, — Если я выиграю, половина твоего отряда перейдёт ко мне. Можешь не переживать. Твоих я всё равно буду обучать.       Пип выпучил глаз, откровенно поражаясь её наглостью. Чтобы он отдал часть своих людей девке, ростом в метр с кепкой? Нет он может так поступить, если кто-нибудь ему заплатил кругленькую сумму. Но тогда, какая у него будет выгода, если у него будет только половина отряда? Не нравится ему это. Но это не значит что он откажется от пари. Всю свою жизнь, Пип любил рисковать не только жизнью, но и в азартных играх. Если играть, то он повышает ставку!       — Хорошо! Но если я одержу вверх, то....       — Лишишь меня невинности.       На незаконченном предложение, Пип замер с открытым ртом. Такого он явно не ожидал от неё. Нет, конечно он хотел сказать именно это, но думал, что она будет отказываться или возмущаться. Но чтобы самой подобное предложить и в мыслях не было! Для надёжности, он протёр своё ухо и серьёзно посмотрел на неё.       — Что прости?       — Таковы условия. Если уложишь меня на лопатки, лишишь меня невинности. Даже сопротивляться не буду. Но это не меняет условия моего контракта. Я всё ещё буду проводить ваше обучение по нечисти. Но не имея своего отряда. Ты согласен с условием?       Капитан стоял около минуты, обдумывая ею сказанное. Хмыкнул и пожал её руку закрепляя пари, не прекращая коварно скалиться, не хуже самого носферату.       — По рукам! — он резко притянул её к себе, так чтобы никто не смог услышать что говорит ей на ухо, — Не пожалеешь? Понимаешь, я взрослый мужчина, наёмник! У меня почти четыре месяца не было женщины. Я и изнасиловать могу. Ты лучше хорошенько подумай, прежде чем принимать это решение!       Почти сразу, Имоджен выплюнула сигарету, потянула за его шарф к себе и прошептала:       — Ты не обольщайся! Тем более, другого предложение от тебя не пришлось бы ожидать!       В этом она была права. Первой мыслью у капитана была именно переспать с девчонкой. Разве он будет отказываться от такого предложения? Разумеется нет. Что ещё с него взять? Он наёмник, имеющий свои желания и потребности! Так зачем ему задумываться о всей правильности? К тому же, за весь причиненный ей ущерб, получит свой урок! Уже разминая кулаки, мужчина встал на расстоянии, для удобства стал снимать с себя верхнюю часть одежды. Был весьма доволен, увидеть на этой безэмоциональной кукле еле заметный румянец, который невозможно было скрыть. Не трудно было догадаться что эта девочка тоже игрок. И чтобы ставка не завышалась, решила поставить всё что у неё есть, заранее рассчитывая на собственную победу! Наивная. Совсем не умеет блефовать. Ещё слишком молода чтобы играть в покер. Будет досадно если она сдуется в первую же секунду.       — Учти! Хоть ты и девчонка, я поддаваться не буду!       — Правда? Значит и я тоже!       Все с замиранием дыхания, приготовились увидеть невероятную схватку, между их капитаном и девицей. Оба по силе примерно одинаковые. Но если вспомнить Африку, то этот парень мог с одного удара выбить мусульманину челюсть. А в спарринге между наёмниками, всегда выходил целым. Одно неверное движение и один из них окажется в проигрыше. Они словно изучали друг друга, подбирая верный шаг для своего нападения. Ен ехидно дёрнула губами, под свой верный расчёт, сорвалась с места. И как предполагала, замахнулся для прямого удара, ей оставалось только нырнуть и оказаться за его спиной и с ноги прописать в поясницу. На удивление, мужчина быстро развернулся к ней, перехватил её ногу и притянул к себе. На секунду, Имоджен не поняла, что произошло, пока не посмотрела на капитана „Диких Гусей”. В его голове было абсолютно пусто, как в новом компьютере. Он нарочно думал о своем первом движение и перестал думать когда она оказалась сзади. Засранец!       — Думала, я долго буду попадаться на твои трюки? — его голос над её головой, выдернул девчонку из пространства и непроизвольно заставил хмуриться, — Не переживай. Я буду с тобой нежным. Если конечно будешь послушной девочкой!       Она гневно фыркнула и лбом ударила ему в подбородок, освобождая свою ногу. Отсутствие его мыслей, немного усложняет ситуацию. Предугадать его действия невозможно. Только это её несколько не пугало. Мужчина начал сразу с козырей. Но как обычно происходит, они быстро заканчиваются, а игра становится ещё более захватывающей!

***

      Пока равные по силе, делали всё чтобы победить на тренировочной площадки, юная дракулина вымещала весь свой гнев в стрельбищном зале. Превращая не известно которую по счёту мишень, в разорванную бумагу. Применив практически всё оружие, которое было в арсенале. Из головы не выходило то унижение, которую испытывала перед её хозяином, когда она была прижатая в пол и ничего не могла сделать! Особенно не выходило из головы надменную ухмылку этой девки! Бесил и тот факт, что она является сотрудником организации „Хеллсинг”! А трёх дневная выходка, была всего лишь шуткой! В тот момент, Серас было абсолютно не до смеха. Она по-настоящему испугалась за жизнь наёмников. Боялась вновь испытать жажду убивать и вновь свирепо "убивать" обращённых в упырей, солдат. От злости, вампирша истратила всю обойму на мишень до здоровой дыры и швырнула автомат в стену.       «Шутка? Разве это похоже на шутку?! — хлопнув по столешнице, дракулина сжимала пальцы до хруста перчаток, еле слышно стала рычать, до боли кусая щёки, — Да кем она себя возомнила? Кто ей вообще дал право так поступать с людьми?! Хозяин...» — Серас ещё сильнее стала рычать и кулаком ударила по столу.       После того инцидента, Серас ходила по поместью в поисках хозяина. Ей было чертовски стыдно перед ним и хотела попросить прощения за свою слабость. Но найдя его в холле, получила мощный удар в сердце. Он был не один. С ним была эта новенькая. Перед уходом, они без умолку о чём-то говорили. А дракулина всё это время следила за ними из-за колонны, то ли злилась, то ли пыталась сдерживать накопленные эмоции. Всю оставшуюся ночь, юная дракулина лежала в собственном гробу клубочком, плотно прижимая к груди подушку, вытирая об её свои слёзы. Сердце просто изнывало от невыносимой боли. Было намного больнее чем, тогда, в их первую встречу, когда будущий её хозяин, прострелил её лёгкое. В ту самую ночь, он дал ей вторую жизнь! По своему опекал и всячески просил следовать за ним во тьму. Стать сильной дракулиной и быть достойнее остальных. Но сейчас, её хозяин был увлечён другой, с полной её противоположностью. Эта девчонка во многом её лучше да и всех вместе взятых! Она хладнокровная, дерзкая, настоящий боец! Такая же как и хозяин, возможно даже безумнее чем он. Накапливающаяся злоба, пробуждала в Серас ещё больше ненависти к этой сотруднице и представлять её ухмылку на мишенях, помогало и она смогла со временем немного остыть. Оставалась только лёгкая печаль и усталость. Но это не помешало ей убраться в стрельбищном зале и чистить оружие. А сломанный на пополам автомат спрятать в дальний угол, чтобы потом незаметно выкинуть. Но тут её начало охватывает лёгкое сомнение. Может быть она ничего подобного не хочет от господина? Дракулина не знает совсем ничего, может стоит попробовать наладить с ней контакт? Прежде всего, стоит больше её узнать, чем просто стоять в стороне и ненавидеть. Папа всегда говорил: "Не стоит судить человека по одежде!". Кто знает, может она и не так уж плоха? Своим вампирским слухом, Серас расслышала какой-то странный шум с улицы и неторопливо стала покидать стрельбищный зал.

***

      На площадки для спарринга, бой был в самом разгаре. Наёмники гудели и делали ставки на победителя. Или просто скрещивали пальцы, чтобы победил их капитан. Уже больше десяти минут, мужчина замахивался в сторону девицы, разбив ей бровь и получал не слабые удары в ответ. Оба уже имели синяки и ссадины, однако невооружённым глазом было видно, они на последнем издыхании, но продолжают упорно сражаться. Некоторые наёмники стали смотреть на девчонку совсем иначе. Она как капитан не терпит поражения и не собирается просто так сдаваться. За такое, она заслуживает немалое уважение. Но факт остаётся фактом! Она проиграет. Если капитан зациклился на определённой цели, он обязательно этого добьется. А такого шанса он точно не упустит.       Получив с правой ноги по челюсти, плюс коленом в живот, скривившись от боли, мужчина сделал насмешливую гримасу, из-за её такого же состояния. Она еле стояла на ногах, глубоко дышала, но в её глазах Пип видел дикого зверя, готовый наброситься в любой момент. Ен выплюнула кровь и встала в ровную стойку, как дворецкий. Сразу видно, в кого пошли гены! Капитан даже пустил смешок от сравнения и тоже приготовился к продолжению поединка. Она активно уклонялась от ударов наёмника, делала мощные выпады и ставила блоки от ударов. Мужчина же, нещадно хватал её руки и пытался выломать их, да только также быстро получал либо по шее, либо получал по щам.       Девица наконец дождалась определённого момента и наконец нанести последний удар! Всю свою оставшуюся силу, она перенаправила в кулак и со всей своей мощи, ударила ему в пресс. По всему её телу словно прошлась волна боли, а то и целый ураган. Глаз был готов лопнуть или выкатиться из глазницы. Она так стояла секунд десять, пока болезненно не застонала, хватаясь за руку. Ощущение будто она ударила кулаком в бетон и скорее всего сломала свою конечность. Зато Пип был чертовски доволен и стоял в позе победителя. Что не нравилось Ен.       — Ха! А ты чего ожидала? — заметно издевался над ней капитан и смотрел с высока, — Я тебе больше скажу, я вообще никакой боли не чувствую!       Ен зыкнула на мужчину как гопник и со всего размаха ноги, ударила его в самое не защищённое часть тела. Этого было достаточно, чтобы Пип согнулся пополам и с выпученным глазом, держался за своего младшего товарища. Но видимо ей этого было мало! Когда Пип кряхтя поднял голову, сразу получил её ботинком по своей роже. Как не крути, но он был уложен на лопатки! Разминая ушибленную кисть своей руки, Имоджен косо смотрела на мужчину.       — Не чувствуешь боли? Сомневаюсь, — края её губ вздрогнули вверх, теперь прожигала безумным взглядом наёмников, — Теперь я босс! — с довольной миной, подобрала свой плащ и накинула на плечи, — К завтрашнему утру, буду ждать свой отряд. За это время, решите, кто пойдёт кто мне, кто нет. Ну и естественно, у нас с капитаном должно быть одинаковое количество людей. Свободны!       Ен выходила из площадки с высоко поднятой головой, не обращая внимания на возмущенные высказывания от наёмников. Это было рискованно. Но для победы, ей пришлось идти на такую жертву, отвлекая его бдительность. Где-то в её сумке была заживляющая мазь. «Сегодня стоит не особо напрягать руку, чтобы быстрее зажило» — легонько протирая кисть, не сворачивая, шла прямо в тени деревьев, где её давно ждал Король Нежити и довольно скалился.       «Впечатляет!»       Она ничего не ответила. Лишь смотрела на своего учителя так, будто изначально знала исход поединка, немного наклоняя голову вперёд, Алукард задорно усмехнулся и накрыл ладонью её макушку, немного теребя короткие, черные пряди. Этот жест был словно бальзам на душу, что Имоджен не могла сдержать искреннюю улыбку. Это вызвало у юной дракулины, бурю эмоций!       Хоть и с большого расстояния, но Серас отчетливо видела их вдвоём и этот жест, со стороны её хозяина, с какой улыбкой он это делает, он никогда ей так не улыбался! Так почему она?! От давления по всему телу, вампирша не заметила насколько сильно впилась ногтями в угол здания. Нет! Переговоров с ней не будет!       Из большого окна поместья, всегда отчётливо можно увидеть всю территорию Хеллсинг, как на ладони. В том числе и тренировочную площадку. Уолтер видел всё, что там происходило. Его переполняла злоба, не только к своей дочери, то как беззаботно она ведёт себя перед людьми! Но и к наёмникам! То, как они протягивают к ней свои грязные руки, вызывает гнев у старика. Хоть он поклялся не влезать в её проблемы, но остаётся факт – он всё-таки её вырастил и имеет к ней какие-то отеческие чувства.       Хмыкнув про себя, Уолтер пошёл по коридору, выполнять свои обязанности. Параллельно поправлял картины и смахивал пыль. Также старик подметил, что Имоджен ничем не отличается от Елены. Её матери.       От воспоминания, которое пролетело очень быстро, Уолтеру резко ударила острая боль, не только по сердцу, но и по душе. Как в ту ночь, он схватился за рубашку, сжимая её до хруста костяшек.       «Не время. Сейчас не самое подходящее время ломаться!»       Несколько раз глубоко вздохнув и выдохнув, пожилой дворецкий поправил удавку галстука и пошёл дальше, выполнять и дальше, свою работу.