Вот тебе и генетика

      Гарри кубарем вылетел из камина и, оставаясь в низкой стойке, вытянул руку с палочкой, готовый в любой момент отразить нападение и кинуться в атаку. Но врагов не было. Перед ним стоял вполне привычный и озадаченно смотревший на него Снейп.       — Мордред, Северус! — он поднялся с колен, одним взмахом очистил себя от сажи. — Что случилось? Почему меня срывают с рабочего места три! Три Патронуса! А пока я мчусь сюда, меня догоняет четвертый! И хоть бы один произнес что-нибудь вразумительное! Какого дементора здесь происходит, что-то с Лили?       — С Лили все в порядке, — очень внятно произнес Снейп, — ее сейчас Джинни успокаивает. — Гарри открыл было рот для следующего возмущенного вопроса, но Северус его опередил: — Сейчас сам все увидишь. Будешь? — достал из кармана флакон. — Умиротворяющий бальзам.       Только сейчас Гарри обратил внимание, что Снейп выглядел не совсем привычно. Не изменяя любимому цвету, одет он был в черные брюки и черную водолазку, вот только синие тапки и накинутый поверх домашний халат в желто-зеленую клетку смотрелись как-то инородно. На его памяти педантичный хозяин еще ни разу не встречал гостей в таком виде. Да и выражение лица было каким-то пришибленным. Это пугало.       — Да убери ты от меня склянку! — отмахнулся Гарри, удивленно произнес: — Ты, похоже, уже залился своим Умиротворяющим! Объясни, наконец!       — Нет смысла объяснять, — Снейп вздохнул, убрал флакон и направился к выходу, — идем.       Они вышли из гостиной, пересекли прихожую, вышли и остановились на крылечке с выходом в небольшой сад. От увиденной картины волосы на голове у Гарри, кажется, зажили собственной жизнью, он потянулся за палочкой, но Северус перехватил его руку и покачал головой:       — Напугаешь. Просто подойди, только ты сможешь разобраться, — потом сунул руку в бездонный карман халата, вынул снова флакон и бутылку огневиски, криво усмехнулся, — успокоительного?       — Ладно, давай свой бальзам, — выдавил Поттер и, сделав глоток, медленно пошел к играющим малышам, что находились под присмотром домовухи, недавно подаренной Малфоями семейству Снейпов.       Внуков Гарри любил. Малышка обладала иссиня-черной шелковистой шапочкой волос и радостно сверкала темными глазами-бусинками, но во всем остальном, хвала Мерлину, повторяла маленькую Лили и обещала вырасти красавицей. А вот ее брат-близнец вводил в потрясение, как подозревал Гарри, не только его самого, но и собственного отца. Без сомнения обладая ярко выраженной снейповской внешностью в миниатюре, разве что смягченной милой детской припухлостью, малыш умудрился унаследовать зеленые глаза старшего Поттера, а глядя на его голову, Гарри непроизвольно хотелось пригладить собственную шевелюру, которую до сих пор не могла укротить даже магически зачарованная расческа. «Вот тебе и генетика», — мелькнула мысль. Сейчас внешность детей волновала меньше всего, больше беспокоили новые живые игрушки, с которыми они играли. Улыбнувшись обрадовавшимся дедушке детишкам, Гарри потихоньку включился в игру...       Через некоторое время, плюхнувшись рядом с Северусом на скамейку, стоящую неподалеку, произнес:       — Поздравляю, твои дети шипеть научились раньше, чем говорить, — Гарри забрал бутылку огневиски и сделал глоток прямо из горлышка.       — Вообще-то это твои внуки тоже, дедушка, — съехидничал Снейп. — Значит, пополнение змееустов в семье.       — Ага, пополнение. А ты уже успокоился и даже доволен, как я погляжу. Сынок, — не остался в долгу Гарри и удовлетворенно улыбнулся, глядя на скривившуюся физиономию собеседника.       — Раз от меня ничего в данном случае не зависит, — задумчиво сказал молодой отец, — придется смириться с неизбежным и извлечь пользу из сложившихся обстоятельств. Вон та крапчатая выделяет очень интересную слизь, а черненькая, если не ошибаюсь, в пять раз ядовитей кобры, примечательный материал для исследований, между прочим, да шкура опять же...       Поттер, округлив глаза, слушал зятя, потом то ли осуждающе, то ли восхищенно произнес:       — Ну ты и... слизеринец!       Северус пожал плечами, для него такой подход был сам собой разумеющимся.       — Надеюсь, вы не откажетесь помочь в приручении новых питомцев, — продолжил он, воплощая саму вежливость; Гарри раздраженно кивнул головой, мол, мог бы и не спрашивать, — и я очень рад, что вы теперь будете у нас частым гостем. Папа.       Как раз делающий очередной глоток Поттер поперхнулся и закашлялся, Снейп заботливо похлопал его по спине. Прокашлявшись, Гарри захохотал:       — Если бы мне кто-нибудь раньше сказал... да я б заавадил на месте... папа и сынок... даже в голову не могло прийти подобное...       Северус честно пытался сдерживаться, но поттеровский смех был настолько заразителен и к месту, что оставаться невозмутимым становилось все трудней, он кусал, почти жевал губы, лишь бы удержаться и не присоединяться к хохочущему родственнику; проигрывая в неравной борьбе, сам начал все громче пофыркивать. Гарри смотрел на его потуги, и от этого становилось еще смешней, правда, смеяться сил уже не было, оставалось лишь постанывать, держась за живот. Такого единодушия, пожалуй, у них еще не было...       На крылечко вышли женщины. Джинни промокала платочком покрасневшие глаза, Лили поддерживала ее под руку, так что было непонятно, кто кого успокаивал. Увидев веселящихся мужчин и стоящую под скамейкой пустую бутылку, мама с дочкой разом нахмурились, переглянулись:       — Та-а-ак... Мы тут переживаем... — поджала губы Лили.       — А они веселятся и огневиски жрут,— уперла руки в бока Джинни.       Кивнув друг другу, решительные жены пошли разбираться со своими мужьями...