Волдеморт и дары имиджмейкеров

      Магический мир мало отличался от образов из воспоминаний. Та же Косая Аллея, тот же магазин мадам Малкин, уцелел даже старый бар, где Люциус любил пропустить кружечку под настроение.       Все то же самое, и все-таки неумолимо другое.       Когда-то Малфоя встречали с почтением, теперь же на него смотрели как на самозванца с другим лицом и голосом, пытающегося примазаться к известной фамилии. В какой-то мере, им он и был - даже сам пан Люциан не знал, сколько в нем осталось от волшебника-аристократа. Хреновы "Фикбук и Компания"!       Разумеется, семья его не узнала и не признала.       Разумеется, идти в банк в таком виде, было бы большой глупостью. Вся надежда на Дамблдора, да и та хлипкая, как кран на родной коммунальной кухне. Однако Люциус не был бы Люциусом, если бы не нашел выход.       Пока Гена и Володя предавались печали, воспоминаниям и обсуждению выходок судьбы, пан Люциан не терял времени даром. Что прошлое? Оно лишь пепел, а в настоящем хочется и жрать, и вернуться домой, к родному Интернету, в котором, наверное, уже выложили на торренты любимый сериал. Так рассуждал Люциус, топая в места обитания фикрайтеров, собираясь влиться в их ряды, и... Не то получить информацию и смыться, не то разрушить обитель зла и пейрингов изнутри, не то искренне стать одним из сторонников Фикбука. Сам еще не разобрался.       Присоединение прошло удачно. Даже на взгляд Гены, за время соседства с лысеющим любителем автомобилей и роялей, успевшего привыкнуть к его выходкам.       - Я - Люциус Малфой, восставший из недр забвения и коммунальной квартиры, и я пришел сказать, что общество волшебников прогнило! - рассуждал пан Люциан, с ногами забравшись на трибуну и наслаждаясь вниманием. Впервые в жизни его слушало большое количество людей, при этом не крутящее пальцем у виска и не желающее сдать оратора на прием к психотерапевту. - Отрицая нас - они отрицают будущее! Это мы собираем их истории и пейринги из говна и палок... То есть... Ну, вы поняли, что я хотел сказать. Мы принесли им пейринги: Драко/яблоко, Гарриволд и Снейджер, а они гонят нас за это грязной тряпкой! Товарищи, разве это то, чего мы заслуживаем?       Толпа, вооруженная блокнотами, тетрадями и разнообразнейшими письменными принадлежностями, аплодировала. Малфой сумел найти отмычку к сердцам фикрайтеров, а они, сами того не зная, сумели более чем расположить его к себе. Впервые в жизни Люциус видел людей, которые не только не порицали, но и одобряли его любовь к вазам, выхлопным трубам, роялям и мусоропроводам! Не осудили они и идею, что творческому человеку стоит нестандартно одеваться, дабы вдохновение смогло разглядеть его в толпе джинсов или мантий, и подошло поближе хотя бы из любопытства. Некоторые даже взяли эту мысль на вооружение.       Решение о том, зачем все-таки он пришел вливаться в ряды фикрайтеров, Люциус принял еще до того как стихли аплодисменты. С кем еще можно и посраться, и подраться, и про фанатские теории поговорить?..       - Твою мать, - тихо сказал Гарри, глядя, как вдохновленные Люциусом фикрайтеры с гиканьем разбегаются в стороны, чтобы шипперить все, что попадется на глаза, в соответствии с заветами нового вождя. - Да Дамблдор на нас за это в суд подаст! Что делать будем?       - Не подаст, мы же не оформляли сделку официально, - напомнил Волдеморт. - Как хорошо, что я взял коробку из-под холодильника с собой, она нам явно пригодится.       Толпа сперва пробежала мимо, затем притормозила и единым шипперским организмом подалась назад. В двух стоящих на углу мужиках фикрайтерам мерещилось нечто знакомое.       - Гарриволд? - осторожно уточнила девушка в зеленой футболке.       - Если и нет, то щас будет, - согласился кто-то другой. Послышался шорох бумаги.       - Плюнь на Люциуса, Гарри, бежим. - Моментально сориентировался Темный Лорд и мелкий юрист, - Бежим, кому говорю!