Будущее тёмных и алых тонов

Человек не может двигаться вперёд, если душу его разъедает боль воспоминаний.

©Скарлетт

Спустя два года За прошедшие два года многое изменилось в жизни выживших людей и волшебников. После той роковой вылазки Люси слишком сильно повзрослела, не смотря на свой ещё довольно юный возраст. Она пришла тогда за одну неделю, причём всё-таки принеся с собой то, что было собрано по пути обратно, хоть это и было ничтожно мало. У неё был слишком пустой взгляд, который даже не смахивал на цвет мягкой, тёмной корицы, скорее ржавого, сломанного металла. Встретила тогда её у порога Леви, которая прибыла с Гажилом тогда ещё 3 дня назад, одновременно начиная спрашивать, куда делся Роуг. Хартфилия так ничего сказать не смогла, потому просто отстраненно посмотрела на лучшую подругу, показывая, что пока не готова к таким расспросам, молча отдавая два, в принципе, лёгких мешочка с разными травами и пожитками. МакГарден всё поняла лишь от одного этого взгляда, поэтому понимающе промолчала, не желая показывать свою жалость, ведь она то видела, какие чувства уже рождались в этом светловолосом цветке надежды всего Хвоста Феи. После же того, как они разобрались с насущными проблемами, Леви медленно начала рассказывать итоги вылазки, а также сообщила, что Жерар уже почти восстановился, а Лексус в сознании. От такой новости ключница изменилась в лице и оно стало более живо выглядеть, что, несомненно порадовало миниатюрную девушку. А Люси же, несмотря на усталость, сразу же понеслась в медпункт, не желая больше оттягивать одну из приятных встреч. Так как она тут ориентировалась ещё почти месяц назад, то сейчас ей не было проблемой найти нужный проход, а темнота совершенно не мешала, хоть на поверхности и было лучше. Из самого медпункта доносились мужские знакомые голоса. «Видимо, там не только они, но и Гажил», — умозаключила заклинательница, без предупреждений влетая в лазарет. — Люси? Ты когда уже успела вернуться, а? — было странно, что Редфокс вдруг назвал её по имени, а не привитым уже прозвищем. — Могла бы хоть предупредить, неужели Чени научил? А вот от упоминания погибшего, лицо невольно скривилось от боли и скорби, а сидящие на койках больные с интересом смотрели на Хартфилию, которая слишком была на себя не похожа. — Не важно. Важно лишь то, что хоть кто-то живым вернулся, — решив вмешаться в самый неприятный для девушки разговор, проговорила вошедшая Леви, что печально посмотрела на Люси, и чуток злобно — на парней. Глаз прикрылся, а сквозняк вновь убрал длинную чёлку со второго глаза, к которому девушка уже полностью привыкла, заставляя тех, кто уже видел это — немного отвести взгляд, а остальных двух — ужаснуться. — Давно не виделись, проблемная, — этот хриплый голос она узнает всегда, а также и то, что так её называет с тех времён лишь один человек. Девушка даже забыла сначала, для чего сюда пришла, а потом просто слишком быстро оказалась возле говорящего блондина и крепко обняла, наконец-то чувствуя себя более спокойной и уверенной — ведь серьёзный разговор скоро начнётся. — Ну-ну, не распускай только слюни, ты же знаешь, что я их не люблю, — не отталкивает, так как понимает, что девушке сейчас это нужно, приобнимает одной рукой её, спокойно смотря на немного ошарашенные лица других. — Я скучала, лампочка, — сквозь всхлипы и вой он чётко различил эти слова и чуток грубовато, но в этом весь он, прошёлся своей огромной рукой по её волосам, отмечая, что они далеки теперь от прошлого совершенства, немного усмехнувшись, прохрипел: — Ты же знаешь, что от меня сложно избавиться. Такая идиллия стояла довольно достаточное количество времени, пока в себя не пришла сама бывшая наследница великого рода Сердоболиев, вернув привычное, теперь привычное лицо серьёзности и чуток фыркнула, когда единственным живым глазом увидела мордашки всех остальных: — И чего вы так уставились? — И когда вы успели так сблизиться? — как бы странно это не звучало, но спросил Фернандес, так как остальные были не в состоянии задавать вопросы из-за глубокого шока. — Это произошло чуть раньше ВМИ, — тихо прохрипел Лексус, немного кашляя, так как голос ещё не полностью восстановился. — Но сейчас это не самая главная причина, нам нужно знать, как вы тут оказались и есть ли ещё выжившие? — перешла сразу к делу Хартфилия, заставляя теперь удивляться Дреяра и Жерара, ведь такой они никогда не видели девушку. Остальные же после этих слов очнулись и мысленно согласились, уже не удивляясь: выживание поменяло каждого не только снаружи, но и внутри. — Я вам расскажу, но потом вы выдадите своё, а также списки погибших, ну и заодно, куда хоть глаз дела, малолетка? — серьёзно прохрипел блондин, прищурено глядя, без ужаса и жалости прямо в лицо ключницы. Люси лишь коротко кивнула, а после Лексус начал рассказывать: «Могу сказать, что после той роковой ночи, судя по всему, мы разделились, так как находились в разных уголках Крокуса. Я тогда оказался неподалёку от своей команды, Эрзы с оболтусами, Жерара со своими дружками. Мы сразу тогда решили отступать, попутно попытаться спасти как можно больше народу, так как это было в приоритете, а также и самим как-то выжить, потому что у многих были тяжёлые ранения. Мы довольно быстро нашли убежище, вправду и шли к нему мы где-то месяца два, попутно уже в пути появились жертвы: Кана и Огра. Одного съели прямо на моих глазах, а вторую просто драконы забрали, когда было нашествие. После, когда мы устроились, нам пришлось устраивать вылазки, так как всего не хватало, а нас там больше, чем вас, хоть и убежище вообще видится практически полностью не заселённым. Я был в группе со своими, а остальные разделились по-своим, и в итоге нас с Громовержцами каким-то боком занесло сюда, так ещё и нападение штук 10 драконов. Я остался, судя по всему, единственным выжившим», — как же было это неприятно осознавать драконоубийце. — Значит они погибли, — глухо прошептала Люси, а после чуть громче добавила: — А у тебя как прошла вылазка, Жерар, что ты тут оказался? — У меня довольно простая причина: меня сюда приволок дракон, однако выплюнула на полпути, но перед этим я видел, как Эрзу ранили в самое сердце, но про остальных я не знаю, — с тяжёлым вздохом прошептал синеволосый, а к и не решаясь поднимать голову. — В принципе, я согласен с Лексусом насчёт теории того, что мы просто находились далеко друг от друга и разделились на несколько групп: кто-то больше, кто-то меньше, — протянул Гажил, а после решил продолжить: — Могу тебе сказать, Лексус, что Люси мы нашли спустя почти 2 месяца выживания, и то в очень летальном состоянии, но могу сказать, что у нас погибло намного больше человек, чем у вас… — Глаз я потеряла из-за того, что пыталась закрыть Врата Затмения, что, скорее всего, до сих пор стоят, только уже закрытыми. Так что не удивляйтесь моему закрытому глазу. Могу ещё добавить, что Роуга Чени больше нет в живых, — последнее предложение было сказано могильной интонацией и отсутствующим взглядом. А большего и не надо, так как, в основном, главные события были рассказаны. На самом деле, несмотря на то, что и Лексус, и Жерар знали «солнышко Хвоста Феи» довольно косвенно, даже Дреяр её знал не так уж и сильно, в этой слишком уставшей, будто погасшей, но, несомненно, повзрослевшей девушке сложно было узнать того наивного ребёнка. Чего стоит того, как раньше она непредвзято защищала Лексуса и Громовержцев не только от Макарова, но и от всех, кто хоть что-то вякнет. А как было, когда Хартфилия в тайне от всех помогала Шестерым Просящим и самому Фернандесу, говоря, что ей это было позволено свыше. Не то, чтобы она растеряла данные качества, нет, напротив, они сохранились, но теперь в самом уголке и так больного сердца за всех выживших и погибших. Казалось, что так изменится можно только за год, может быть даже два, а с этой девушкой они виделись в последний раз примерно пять месяцев назад и, если бы им не сказали бы, кто она такая, даже бы и не предположили, что это та самая заклинательница духов. В самом же убежище обстановка между обычным народом и волшебниками ещё больше усиливалась, и причём не в лучшую сторону. Люди все больше начали негативно смотреть на магов, а сами волшебники так и могут понять, что случилось то. По сути они должны держаться вместе, но этому, видимо, не бывать. Также за два года было совершенно ещё более двадцати пяти вылазок, во всех из которых участвовала Хартфилия. Она просто не желала надолго оставаться в этом мрачном убежище, а также и сплотить людей никто не собирался, потому что таких энергичных магов, как Нацу, тут не было. У Люси уже давно начал формироваться свой взгляд на этот мир, потому некогда яркие и нежные глаза стали холодными и равнодушными, а слова, что всегда слышала девушка вслед от обычный людей лишь вызывало жалость у неё. «Вы просто никогда не теряли, никогда не видели боли», — однажды ответила всё-таки на, с виду, колкий вопрос ключница, даже не оборачиваясь на собеседника. А люди понимать их не собирались. И от этого лёд на слабом сердце разрастался в геометрической прогрессии очень быстро. Но вот на некоторых эта оболочка никак не работала. Например, Леви к ней всегда относилась также бережно, как мать к ребёнку, да что уж там сказать, иногда казалось, будто бы чета Редфокс стали её опекунами, хоть и сами не так уж и старше самой заклинательницы духов. А вот Лексус остался при своей манере и постоянно веселил девушку своими спорам насчёт клички, а чего стоит, когда Фернандесу приспичило устроить драку с Дреяром за место быть вместе на вылазке. В итоге тогда их остановила сама Люси, даже сказав, что если такое повториться, то она будет ходить на вылазки одна. Её, конечно, никто бы одну не оставил, но всё-таки на мальчиков подействовало. Было даже странно смотреть за тем, каким дружным коллективом становились эти четверо рядом с светловолосой, волевой девушкой. А вы спросите, каким образом вышло то, что Жерар так сильно привязался к ней? Многие думали, что это было из-за того, что когда-то Хартфилия являлась «дочуркой» Скарлетт, но это далеко от истины. Всё произошло на одно из самых серьёзных вылазок, которые довольно сильно изменили ход событий и мыслей в пещере.

***

В тот день Фернандес впервые вылазил наружу после стольких дней, так причём ещё на пару с Люси. Синеволосому сначала казалось, что эта будет самой проблематичной вылазкой за продуктами, которую он знает, но как же он ошибался насчёт девушки. Она вела себя так, будто вечно находилась сверху. Слишком уж чёткие у неё движения, жесты, взгляд глаза. Её знания поверхности очень помогали им, а сам Жерар лишь помогал больше в плане прикрытия спины и сборки. И всё-таки именно тогда им «посчастливилось» встретить гнездо драконов. Они находились всего лишь в пару десятков километров от их пещерки, но тут оказалось слишком огромное гнездо, что наводило на очень печальные и ужасные мысли. «И как нас ещё не нашли?» — подумалось самому Фернандесу, а Хартфилия вдруг развернулась обратно и жестом показала двигаться назад, и лучше как можно тише: ведь они подобрались слишком близко для их слуха. «Как же хорошо, что я тогда всё-таки заставила и его полежать в этом растении», — тем временем думала ключница, внимательно смотря под ноги, чтобы не дай бог не вступить на ветку. Дело в том, что перед тем, как начать свое опасное приключение, она заставила бывшего Зигрейна поваляться в очень противной на запах траве, что очень кстати, укрывало теперь их запах людей от драконов. Тогда им слишком повезло, так как смогли маги вернутся в целости и сохранности. — Жерар, нам надо срочно сообщить всем про то, что нужно бы искать новое убежище, — более мягко, чем обычно, прошептала девушка, когда они оказались внутри убежища. — Так точно, сестрёнка! — почему-то магу захотелось увидеть хоть что-то на лице Хартфилии, а не тот серьёзный взгляд, который был все то время на поверхности. — Какая я тебе сестрёнка, а, братишка? — видимо волшебница в кои-то веки решила расслабиться, что даже на лице появилась скупая, но слишком яркая для такого тёмного человека, как Фернандес, полуулыбка. — Какая-какая? Да самая настоящая! — слишком весело что-то стало магу, однако ему нравилось это ощущение. — Ладно, я не против, — и вот именно после этих слов Жерар решил, что, несомненно, не против такой прекрасной младшей сестры, как Люси Хартфилия.

***

После этой вылазки они оба сообщили про то, что им надо было бы искать новое убежище, или же пытаться восстановить связь с другими выжившими, так как… To be continued…