Тремор

Бизон застыл у дверей квартиры. Он был не готов увидеть Русалку разбитой. Изнутри выжигало чувство беспомощности. Борис понятия не имел, что сделать и что сказать, чтобы Рита перестала злиться, отталкивать всех, изводить себя… После поминок Багира взяла у Пригова отпуск и попросила не трогать ее несколько дней. И сначала Боря хотел это требование исполнить, но чувство тревоги внутри все нарастало. Поэтому сейчас Бизон все-таки надавил на кнопку звонка. Рита распахнула дверь достаточно быстро. Вид у нее был воинственный и вполне адекватный. - Привет! – Боря едва улыбнулся. Женщина в ответ лишь вздохнула и посторонилась: - Привет. - Я тортик принес. Чаем напоишь? - Ага… Отвечала Маргарита нехотя, прятала взгляд, ни разу не улыбнулась – все это не укрылось от Бориса. В остальном же Багира была в норме – ни намека на ту разбитую Русалку, которую они с Батей привезли домой после поминок. И все же Бизон чувствовал себя неуютно. - У вас что-то случилось? – накрывая на стол, поинтересовалась Багира. - Нет. Я тебя проведать пришел. Узнать, как ты? - А что я? Больная, что ли? – вскинулась женщина. – Я же просила, дайте мне побыть одной! У Багиры закружилась голова. В памяти всплыла картинка, как перед ней стоит растерянный Барс, а где-то на фоне Виталик допытывается, сколько снотворного она выпила. Тогда… тогда она точно знала, что ей есть, куда идти, если весь мир отвернется. Она и вернулась только поэтому, что служба была ее отдушиной. А сейчас перед ней сидел Бизон. Рита наизусть знала, что он ей скажет и как будет успокаивать. Понимала, что пришел действительно о ней позаботиться, вот только внутри закипала злость. Она же, черт возьми, просила! Просила дать ей время разобраться в том, почему сейчас совсем не хочется бежать на службу, босой перелезать через забор… Боря заметил, как переменилась в лице Рита, прикрыла глаза и пошатнулась. Инстинктивно он бросился к ней, подхватывая и обнимая. - Уйди, - Багира легонько ткнула Бизона в грудь. – Я прошу тебя, уходи, - на него обрушился еще один удар. Но Тарасов и не думал сдвигаться с места или ослаблять хватку. Тогда Рита принялась вырываться изо всех сил. Когда ей это удалось, она отступила на два шага и смотрела на Борю. Такой привычный и понимающий взгляд… - Уходи, - еще раз тихо попросила она. - Рит, я же вижу… Однако договорить Бизону не удалось. Он резко замолк, когда заметил недобрые искорки в глазах подруги. Стало ясно, что сегодня ему эту стену не пробить. - Борь, я прошу тебя, позволь мне самой разобраться. - Хорошо, - Тарасов кивнул. – Только имей в виду, что я всегда готов тебя выслушать. Просто дай мне знать. - Обязательно, - Рита наконец улыбнулась. Уже на самом пороге, закрывая дверь. Уходя тогда от подруги, Бизон даже поверил, что все наладится. Рита же, напротив, поняла, что нет больше человека в этом мире, который способен ее отогреть… Боря мчался по трассе. Утром его телефон разразился лихорадочной трелью. Звонил Булатов, но по телефону адмирал ничего обсуждать не захотел, лишь пролил немного света на ситуацию, сказав, что дело касается Русалки, и попросив подъехать по ее адресу как можно быстрее. Пришлось оставлять ключи от дома Сереге, а самому срочно ехать в город. Мгновенно взлетев на третий этаж, Бизон замер перед нужной дверью. То, что за ней ожидает, пугало Бориса куда сильнее, чем можно было представить. Каких только картин не нарисовало воспаленное воображение… Поэтому вместо того, чтобы уверенно позвонить в звонок, мужчина коротко постучал в дверь. Спустя пару мгновений на пороге возник потрепанный Булатов, но, слава Богу, не убитый горем, а какой-то озлобленный. - Проходи, - адмирал пропустил товарища в квартиру и осторожно закрыл дверь, стараясь захлопнуть ее как можно тише. - Что случилось? – шепотом поинтересовался Бизон, стараясь одновременно стянуть куртку и ботинки. В тапочки он влез скорее на автомате. Хотел было ринуться в комнату к Рите, но Батя остановил его своим ответом. - Пошли на кухню, я тебе все расскажу. Она все равно спит. От сердца хоть немного отлегло. Спит! Не в коме, не ранена, не без сознания – спит. Это определенно внушало оптимизм, но вот вид Булатова подсказывал Бизону, что ему эта ночка далась нелегко. На кухне Боря опустился на первую попавшуюся табуретку. Окинул взглядом стол, который хранил следы трапезы не то хозяйки квартиры, не то Бати. Бизон подумал, что не прочь закинуть в себя чего-то горячего, но не горячительного. Однако для начала следовало выслушать друга – а там, глядишь, совсем не до еды станет… - У нас прошлой ночью был вызов по первой, - Булатов принялся объяснять ситуацию. - Я знаю. Иван только кивнул. Откуда друг в курсе событий, выяснить можно было и позже. - Вас решили не дергать, но толковый координатор был нужен как воздух. Я изначально решил с группой ехать, поэтому начали звонить Багире, а у нее абонент вне зоны. В итоге Пригов выдернул Мурашову, времени как-то иначе проблему решать не было. А у меня, ты знаешь, предчувствие нехорошее закралось, как только я на автоответчик у Ритки наткнулся. Чутье, что ли… В общем, группа поехала на объект, а я сюда выдвинулся, - Батя вздохнул. – Хорошо, что у меня ключи есть и я их последнее время всегда с собой ношу, - Иван заметил, что Боря слушает его затаив дыхание, не в силах даже перебить. Чтобы поскорее добраться до сути, Булатов решил опустить детали, которые неизбежно, под гнетом эмоций, вылетали, предавая вербальную форму передуманным за последние сутки мыслям. – В общем, она намешала алкоголь с успокоительными. - Снова? – изумился Бизон. Подобную «оплошность» Рита уже допускала. Клялась, что сделала ненамеренно, но у Бориса в душе тогда прочно поселилась тревога за ментальное состояние подруги. Он не понимал, что она творит со своей жизнью. Почему – твердо знал, но какой цели добивается?.. Тогда все произошло после смены, когда Рита в очередной раз не добралась до дома, осталась в КТЦ. Поэтому решили все локально, определив подругу в лазарет под чутким контролем Булатова. Именно в тот момент случилось какое-то негласное перераспределение ролей между Батей и Бизоном. Боря почти добровольно уступил другу место рядом с Ритой, осознавая, что действует на нее как красная тряпка на быка. Случилось все спустя две недели после гибели Олеси – и за это время Багира все сильнее отстранялась от Бизона, словно видела в нем еще один источник своей боли, а не надежную защиту. После этого случая впервые Пригов и Батя серьезно заговорили о том, что Багире необходима терапия. В воздухе невысказанным повисло предположение, что все не случайно – действительно, напоминало попытку суицида. Однако время шло, Рита продолжала «баловаться» спиртным и таблетками, но чередовала эти способы справиться со случившимся. И вот, пожалуйста… - На этот раз все серьезнее. Доза была больше. Такого затравленного взгляда у командира Бизон не видел очень давно. Да что там, никогда он такого взгляда не видел! - Я скорую вызвал, ее увезли, откачали. Теперь все нормально. Угрозы для жизни нет. На какое-то время в кухне воцарилась тишина, которую нарушил Бизон. - Ты почему мне сразу не позвонил? - Честно? Даже не подумал. Рита без сознания, бледная вся… Потом скорая, надо было с врачами вопрос улаживать. Не выносить же сор из избы! Пришлось звонить по знакомым медикам, а то доктор в приемном попался уж очень принципиальный. В итоге сам адмирал Соловьев за нас просил. - Ты адмирала подключил? – не поверил Боря. - Пришлось. Я ему пообещал потом все рассказать, обстоятельно. И, чувствую, разговор будет не из легких. Но это потом все, потом… В общем, под утро состояние нормализовалось, и я у нее в палате уснул. Ближе к вечеру Рита в себя пришла, я ее отвез домой. Пытался разговорить – не вышло. Ругаться у нее сил не было, так она только молчала, так и уснула. Я хотел тебя тогда набрать, но в голове такая каша была. Да и побоялся, что ты приедешь, она проснется – только хуже могло бы быть. Она же упрямая – ночью в туалет захотела, меня, естественно, не позвала. Я уже на грохот прибежал. Благо обошлось все. А могла и о тумбочку головой удариться… В общем, только под утро смог нормально соображать. Да и у Багиры сон спокойнее стал. - Понятно, - Бизон вздохнул, опустил взгляд на собственные, сцепленные в замок пальцы. Мыслей в голове возникло сразу много и все невеселые. Крутились они вокруг Русалки, изредка вытаскивая из памяти картинки прошлого, в том числе и гибель Олеси, после которой все пошло к чертям собачьим. Бизон, шумно вздохнув, закрыл лицо ладонями. Батя помешал чай, отчего по кухне разнесся едва различимый звон. - Надо что-то делать, командир. От голоса Бизона и этого «командир» Ивана пробрало до костей. Он прекрасно понимал, что сейчас, на этой кухне они должны решить, как быть с Ритой: позволить ей делать со своей жизнью все, что вздумается, отойти в сторону, или бороться. За нее, вместо нее. - Может, в поля? – Бизон несмело глянул исподлобья. Батя отрицательно покачал головой. - Исключено. Во-первых, ее состояние моральное. Во-вторых – физическое. Я не уверен, что она с десяти метров в цель попадет. Не то что… - Что тогда? - Не знаю, Борь, не знаю. Если бы знал, давно бы уже тебя просветил и сделал. - Знать бы, чего она всем этим добивается. - А ты не понимаешь? – изумился Булатов. - Понимаю, Бать, все понимаю, только верить отказываюсь. Ты ведь тоже с ней так и не поговорил? Не спрашивал, зачем ей все это? Иван отрицательно покачал головой. На кухне снова воцарилась тишина. И Батя, и Бизон думали о Рите, о том, какую роль в этой истории они уже отыграли и что были в состоянии сделать еще. - Черт знает что! – резко встрепенулся Булатов и рубанул по столу. – Никогда себя таким беспомощным не чувствовал. Боря согласно кивнул. Он собирался что-то сказать, но завибрировал лежащий на столе телефон адмирала. - Да, Володь … спит … Бизон приехал … У вас там как? … Хорошо, ждем. - Что там? – поинтересовался Бизон, когда Булатов отложил сотовый. - Пригов. Сейчас приедет. - Зачем? – Боря нахмурился. - А ты думаешь, его происходящее не беспокоит? – с некоторым раздражением спросил Батя. - А без него мы, типа, не разберемся?! - А у тебя есть предложения? Так говори, я слушаю! - Нет, - Тарасов мигом сник. И правда, чего он на пустом месте на Пригова взъелся? Обсуждать Риту, ее состояние с Батей было уже привычным делом. Договориться же до чего-то с импульсивным генерал-майором казалось заоблачным. С другой стороны, у Пригова мозги иначе работают – может, так они и правда что-то решат. - Там макароны есть. Хозяйничай пока, - Булатов, не демонстрируя лишних эмоций, поднялся со своего стула. – А я пойду проверю, как она. Рита проснулась какое-то время назад, видимо, когда пришел Бизон. Точнее даже – очнулась, потому что сон граничил с бессознательным состоянием. Женщина едва различила обстановку собственной спальни в сероватом свете с улицы. С трудом, но прислушалась к происходящему. Инстинкты подсказывали – она в квартире не одна, но внимать к тому, что происходило, было трудно. Багира не ощущала опасности, и потому все больше расслаблялась, проваливаясь обратно в сон. Хотелось в крепкие объятия темноты, чтобы больше не думать и не вспоминать. Она запила успокоительное алкоголем сознательно, отгоняя от себя мысли о последствиях. Очень хотелось забыться, куда-то улететь. Рита чувствовала, как ее отпускает. Почти физически чувствовала. И оттого была острая потребность заполнить пустоту внутри чем-то новым, другим. Работа уже не спасала… Багира смотрела на своих близких и с ужасом осознавала, что их жизнь с уходом Олеси не остановилась. А ее… ее жизнь потеряла смысл. Точнее, эта потеря просто добила, закончила то, что началось гораздо раньше. С распада «Тайфуна», с расставания с Виталиком, с выкидыша… А может… может вовсе с ее прихода в эту профессию. «Если не судьба, мы с тобой потом узнаем», - так, кажется, любила говорить Лиза, когда карты выдавали что-то невразумительное? Рита последнее время все больше думала о том, что, возможно, это все не ее судьба? Не тот путь, по которому нужно было пойти, чтобы, падая и спотыкаясь, обрести наконец то самое? Потому что… сколько, сколько раз ее еще надо проверить на прочность? Ей надоело быть сильной, себя на что-то уговаривать, выпрямлять спину, надевать форму и снова спасать мир. Рита надеялась, что «Смерч» - ее светлая полоса. Ее заслуженная награда, близкие и родные люди, ее отдушина, гордость. Оказалось, достаточно заложить одну противотанковую мину в нужном месте, чтобы все это разрушить. Умом Багира понимала, что впереди может быть другая светлая полоса, пусть уже без Олеси. Однако проблема была в том, что она не хотела. Держалась за светлое прошлое и отказывалась подпускать к себе будущее без своей девочки. Называла про себя это предательством, хотя на задворках сознания мелькала мысль, что все это не так. И вот теперь, когда дышать стало легче, когда жизнь робкими шагами возвращалась в свою колею, Рита дала задний. Она хотела наконец отстрадать свое, выплакать все, что можно, выжечь изнутри веру в светлое и не надеяться больше понапрасну. Багира почувствовала, как пополз вверх плед и снова стало жарко. Она затаила дыхание и надеялась, что Батя не заметил, как дрогнули ресницы. Женщина настолько увлеклась тем, чтобы не быть разоблаченной, что действительно вновь уснула. Рита даже не услышала, как пришел Пригов. Генерал-майор, как и Бизон, предпочел звонку стук в дверь. Булатова он ни о чем не спрашивал, сразу прошел на кухню и только там спохватился, что не снял пальто. Пригов молча протянул руку Бизону, окинул взглядом помещение и ретировался обратно к выходу, после чего вернулся уже без пальто. - Как она? - Да без изменений. Спит, - Батя пожал плечами. Они с Бизоном являли собой невеселое зрелище – оба поникшие и нахмурившиеся. - И до чего додумались, товарищи офицеры? Что делать будем? – деловито осведомился Владимир Викторович. На кухне воцарилась тишина. - Нет, ну, так не пойдет, - Пригов тоже нахмурился. – Не пойдет… - Может, гипноз? – высказался Батя. Бизон бросил на него удивленный взгляд, а Пригов цокнул языком. - Не лучшая идея, но как запасной вариант пойдет. - Давайте тогда уже сразу ее закодируем, - решил развивать тему Боря, - наглухо зашьем, чтобы… - Чтобы что? Выпила и откинулась сразу? – генерал и его предложение отмел. – Нет, тут надо шоковую терапию. Бизон как-то нервно усмехнулся. - Что? - Да так… намечается у нас тут одна шоковая терапия, - неуверенно протянул Тарасов, раздумывая над тем, стоит ли рассказывать руководству о произошедшем на даче. - Ну, Бизон, не тяни, - подначил его Булатов. - Ионов с Мурашовой жениться собрались. У Бати с Приговым синхронно на мгновение на лицах застыло изумление, а потом взглядом они замельтешили из стороны в сторону, раздумывая, как к этой новости отнестись. - Н-да, это они… я им… а в общем, кхм… - бормотал себе под нос генерал-майор. - Нет, - решительно перебил его Булатов. – Это Багиру только добьет. Это ж Кот…и Мура. - Да, - согласился Бизон. – Она и без того нам все простить никак не может, что мы Умку… А это вовсе как предательство расценит. В таком-то состоянии. Когда контр-адмирал и кап-три замолкли, оживился Пригов. - Значит так, действовать будем следующим образом. Багире никаких поблажек. Батя, твоя задача – чтобы завтра к началу рабочего дня капитан третьего ранга Кошкина была на своем рабочем месте. - Володь, ее только откачали, - попытался вразумить друга Булатов. - И слышать ничего не хочу! Достаточно с нее снисхождений. Больничного у нее нет? Нет! Вот и все. - Нет, Пригов, ты толком скажи, чего задумал, - вклинился наконец Бизон. - А мы ей другого выбора не оставим, кроме как вернуться к нормальной жизни. Вы же понимаете, что если бы она действительно хотела на тот свет, то ей никакого труда не составило сделать это быстро и безболезненно. А так она себя изводит, чтобы нам, понимаете, нам жизнь медом не казалась. Батя и Бизон притихли. - В общем, отправим Кошкину туда, где из нее всю дурь и вышибет. Как раз сегодня запрос пришел от коллег. Следующее утро началось для Багиры с ледяного душа, куда ее приволок Булатов. Батя, который последние месяцы проявлял чудеса тактичности и боялся слово ей лишнее сказать, действовал грубо и на ее робкие попытки вернуться в постель никак не реагировал. Убедившись, что Рита в состоянии самостоятельно принять душ, Иван покинул ванную комнату со словами: «У тебя пятнадцать минут на сборы». За это время у Багиры внутри боролись противоречивые чувства: можно было упасть в обморок и добиться все же того, чтобы Булатов от нее отстал со своими командирскими замашками, а можно было подчиниться. Стало интересно, с чего вдруг произошли такие перемены. Именно любопытство и подвигло Риту в мгновение ока закинуть в себя омлет и чай – другого Батя ей не предложил – надеть ненавистную форму и вместе с контр-адмиралом отправиться в КТЦ. Поскольку приехали они достаточно рано, на месте была лишь ночная смена. Батя, крепко держа Риту за локоть, сопроводил ее до кабинета Пригова. Однако внутрь Багира вошла уже одна. - Доброе утро, Маргарита Степановна, - Пригов ей натянуто улыбнулся. - Что стряслось? – Рита, не дожидаясь приглашения, опустилась в кресло, только сейчас ощущая, что силы покидают ее организм. - У тебя два часа на сборы – едешь в Бийск. - Что я там забыла? - Необходим специалист для налаживания работы нового КТЦ, – Владимир Викторович смотрел прямо. – Командировка на три месяца. Тебя там уже ждут. Поэтому настоятельно рекомендую вспомнить текст присяги и освежить в памяти тот факт, что ты – действующий офицер. А чем ты там будешь в свободное от работы время заниматься – не мое дело. Только, имей в виду, если вдруг что, никто тебя выгораживать не будет. - Ну спасибо тебе, Владимир Викторович! – процедила сквозь зубы Багира, не решив еще, как к происходящему относиться. – Разрешите идти? – и, не дожидаясь ответа, она вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью. - Иди, Кошкина, иди, - пробормотал генерал-майор. – Надеюсь, тебе это на пользу будет.