Близнецы

Что-то тяжёлое поселилось в груди девочки, пока она смотрела на человека, который не пробыл с ними и полгода, но вот, вновь, уходил. Она посмотрела в глаза Данте, что сидел всё также неподвижно, сцепив руки и смотря в пол. Его глаза блестели от слёз, которым он упорно не давал выхода, стараясь держать эмоции внутри своего сердца. Она знала: Данте будет страдать без отца, ведь тот многое сделал для них, он спас ему жизнь! Однако маленькая девочка - не упрямый гордый парень и держать всё в себе ей не давал столь юный возраст. Пэтти заплакала, уткнувшись лицом в плечо парня. Ощущая всю её дрожь своим плечом, он тоже трясся от боли, что переполняла его. Она помогла ему стать человечнее, понять, что такое – любовь. Его сердце тоже не выдержало, и слёзы покатились по горячим щекам. Рывком он обхватил девочку за шею и прижал к себе, зарываясь лицом в её светлые пушистые локоны. Постепенно приходя в себя, Данте начал осознавать, что должен поддержать малышку, во что бы то ни стало. Утерев тыльной стороной ладони слёзы с собственных щёк, Данте приподнял лицо девочки и посмотрел в её глаза. Они, хоть красные и мокрые от слёз, но всё такие же прекрасные, как в первый день их знакомства. Он мягко улыбнулся и поцеловал Пэтти, проведя ладонью по её румяной щеке. Девочка зажмурила глаза и ответила на поцелуй, даря себе и парню мгновения спокойствия, когда все проблемы уходят на второй план. Посмотрев в глаза Данте, девочка смущённо улыбнулась, и, обхватив его за шею, бессильно повисла. Он слышал её тяжелое сопение и утихающие всхлипы. Нежная улыбка невольно появилась на его лице, он смотрел на Пэтти и чувствовал тепло внутри, знал, что она останется с ним, поддержит его. Девочка немного успокоилась и медленно легла к Данте на руки, тот мягко обнял её одной рукой, придерживая голову, словно новорожденному ребёнку. Он всё ещё улыбался. Легко чмокнув малышку в нос, он встал, держа её на руках, и стал подниматься наверх. Девочке нужно поспать, она потратила много сил за эти небольшие полдня. Ногой толкнув дверь, он шагнул в комнату, закрыв её за собой тем же способом, Данте осторожно положил Пэтти на кровать, небрежно набросив на неё лёгкое покрывало. Ему не хотелось, чтобы она сейчас проснулась, ведь первое, что она сделает – пойдёт убирать бардак внизу, а этого он просто не мог допустить! Ещё раз поцеловав девочку, он вышел, мягко притворив дверь, отметив, что до сих пор он её не смазал. -Скрипит, блин… Но тут из противоположной на этаже комнаты раздался возглас пробудившегося пьянчуги-брата. -Вот он гад-то… - прошипел Данте, пересекая этаж как можно быстрее. Эту дверь ногой он выбил (хорошо, что не запер её тогда) и его взгляд тут же оказался прикован к картине, происходящей в комнате. Вергилий пытался на хмельную голову пробить стенку. Не зная, чего в нём больше: ярости, жалости или желания рассмеяться, Данте схватил всё ещё не протрезвевшего брата за волосы и, чуть ли не задыхаясь, оттащил его от стенки. Тем временем Вергилий пытался сфокусировать свой взгляд на непонятном ему, пока, человеке. Этот кто-то упорно тянул его за волосы подальше от белой пустоты. Больно не было, но чувство того, что какой-то там наглый мальчик лишает его возможности двигаться самостоятельно, выбивало его из колеи. Наконец, ему это надоело. Извернувшись, как змей, он вырвался из цепких пальцев и оказался лицом к лицу с братом. Губы сами расползлись в пьяной улыбке. -Ой, Дантее… -протянул он. –А я-то думаю, что за обнаглевший парень пытается вырвать мне все волосы разом. - его руки потянулись вперёд и вверх, обхватывая шею Данте. Парень поморщился – в нос ему ударил резкий запах перегара, исходивший от Вергилия. Он перехватил его руки, закидывая их ему за голову, чуть ли не выламывая. Тот зашипел, чувство было явно не из приятных. -Ты совсем, что ли, офонарел уже?! – Завопил парень, отчаянно пытаясь вырваться из рук взбешённого брата. –Отпусти меня! Отпусти, больно же!! –Надрываясь криками, Вергилий брыкался и дёргался во все стороны, словно животное, которое метается в своей клетке в поисках выхода или лазейки. Данте грубо толкнул брата в грудь так, что тот отшатнулся и, не в состоянии удержать равновесие, рухнул на пол. Парень вновь его поднял, ухватив за запястье, и снова толкнул, в этот раз так, чтобы тот упал точно на кровать. Лишь только уставший пьяный Вергилий коснулся мягкой постели, силы его покинули, и он уже не мог встать. Тихо постанывая, он слегка вертелся, заворачиваясь в простыню. Вздохнув, Данте вышел, захлопнув дверь с силой, чтоб хоть как-то выпустить пар и не сорваться потом на кого-нибудь другого. * * * Он шёл по каменной мостовой, в стеклах витрин различных магазинов отражались лучи закатного солнца. Молча оглядываясь по сторонам, он не мог решить, куда же пойти, где он сможет найти то самое, что ему нужно? День уже шёл к завершению, а он так и не нашёл ничего подходящего. Неужели он так и уйдёт домой ни с чем? Устало вздохнув, Данте продолжил медленно плестись по дороге. Он понимал, что ни игрушки, ни платья, ни что-то подобное не сможет впечатлить девочку. Уже несколько часов он ходил по городу, но не увидел ничего впечатляющего. В конце концов, он хотел махнуть на всё рукой и вернуться обратно на главные торговые улицы, пока тамошние магазины ещё не закрылись, но тут внимание парня привлекла лавка сувениров. Из неё проходящим мимо людям, щурясь, улыбался седой, смуглый и довольно потрёпанный старик, зазывающий покупателей, но те явно его пугались и спешно обходили стороной. Что-то в этом старике показалось Данте необычным. Неспешно подойдя к нему, парень заметил живые огоньки в его глазах, они излучали уверенность, силу, жизнь! -Молодой человек, вы ищете что-то необычное, верно? – Его голос был тихим и мягким. –Смотрите, выбирайте, но только с умом. Каждая вещь имеет особый смысл. Данте сдержанно кивнул, опустив глаза на прилавок. О, Боже, чего там только не было! Это было необыкновенно. На пыльном прилавке стояли стеклянные шары, но какие! Не просто стекляшки с белыми конфетти в желатиновой воде, нет! Само стекло было прозрачнее, чем самый тонкий и чистый лёд, а сквозь него виднелись миниатюрные деревушки, леса, озёра, реки, бегущие по горным склонам, водопады, разбивающиеся о скалы в белоснежную пену… -Круто… -восторженно прошептал Данте, склоняясь ещё ниже, чтобы разглядеть внимательнее. Старик улыбнулся, чуть отвернув голову в сторону. Приглядевшись, Данте закашлялся и даже отпрянул назад. Он никогда не видел ничего подобного: огромный стеклянный шар, как у гадалки, и, в отличие от других, там был один большой дом – прекрасное поместье, окружённое кованным железным забором. Во дворе перед декоративным прудом, в котором плавали маленькие лебеди, сидели два маленьких мальчика. Но фигурки были живые! Дети бегали друг за другом, толкаясь и пачкая в зелёной траве свои белые рубашки. Это казалось Данте до боли знакомой картиной, как завороженный смотрел он внутрь стеклянного шара пустым взглядом, а его разум вновь покрылся мутной пеленой воспоминаний… -Теперь ты водишь! – Широко улыбаясь, произнёс один из мальчиков. Второй, сердито пыхтя, недовольно пробормотал. -Это не честно! Почему опять я? Первому мальчику это явно не понравилось. Нахмурив брови, он посмотрел на брата. -Струсил что ли? –Глядя в его глаза, спросил маленький Данте. -Что?! – Завопил Вергилий, кидаясь на брата. Кувыркаясь, с криками и воплями, мальчики молотили друг дружку своими кулачками, из уголков глаз у обоих струились слёзы, но каждый из них упорно пытался отпинать своего соперника. Вцепившись в волосы брата, Данте упорно пытался скинуть с себя Вергилия, но тот давил с нечеловеческой силой. Наконец, мальчику удалось исхитриться и поменяться с братом позициями, теперь Данте восседал сверху. Разозлившись, Вергилий толкнул брата в грудь, но тот уцепился за воротник его рубашки, и они оба покатились кубарем прямиком в пруд. Там на мальчиков с диким клёкотом, шипя, накинулись лебеди, грубо пощипывая их за волосы, руки и ноги. Безумно вопя от боли, братья в мгновение ока вылезли из воды и, схватившись за руки, побежали в дом, подальше от этих гнусных птиц… Неожиданно Данте пришёл в себя, с силой тряхнул головой и нервно осмотрелся по сторонам. Но вокруг не было ни души. Прилавок был пуст, старик исчез так же, как появился. И лишь два шара остались стоять на пыльных досках: большой шар с величественным поместьем и немного поменьше, обвязанный у основания нежно-розовой лентой, с прекрасными садами, где у цветков порхали бабочки, лёгкий ветерок колыхал высокую траву перед хрустально чистым озером, а среди деревьев летали крошечные птички, и их пение было слышно. Всё это уменьшено во множество раз, но вполне реальное, а главное – живое! Осторожно спрятав оба шара в карманах плаща, Данте двинулся вдоль парка в сторону дома.