Ты сегодня моя

      Поздно вечером я и Эмма смотрели телевизор и болтали о всякой всячине. — Так что, завтра я выхожу на работу, — говорила подруга, — а то скоро наши финансы закончатся, и будет нечем платить за эту квартиру. — Не переживай, я тоже скоро найду себе работу, чтоб не одна ты это всё тянула, — отвечала ей, сделав глоток пива из бутылки. — Ну то есть, ты не будешь жить с Роджером? Он же предлагал. — Пока нет, всё как-то быстро развивается. Нужно хотя бы немного подождать.       В это время раздался стук в дверь. — Дай угадаю, кто стоит за дверями, — засмеялась Эмма, как только я встала и направилась к двери.       Открыв, и облокотившись, я замерла: — Добрый вечер, Ева. Это тебе.       Роджер стоял на лестнице в белой рубашке и чёрных штанах. Как всегда на воротнике висели солнечные очки. Барабанщик держал в руках просто огромный букет тёмных лилий. — Спасибо, конечно, но зачем ты меня балуешь? Не нужно было!       Я пыталась говорить это строго, но у меня это не получалось. Родж улыбнулся и ответил: — Ева, ты достойна большего! Это так, мелочи.       Я подошла к возлюбленному и поцеловала в губы. Взяв букет цветов, пригласила парня войти внутрь. — Нет, нет, нет. Давай собирайся, мы сейчас поедем на одно мероприятие, — отвечал блондин.       Я резко развернулась и посмотрела на него: — Куда это? Почему ты мне раньше не сказал? Мне же нужно очень долго собираться, я же ужасно выгляжу! — Не утрируй, любимая, — махнул рукой он, — кстати, привет, Эмма.       Роджер обратился к подруге, та лишь кивнула, опустошая бутылку пива. — Дай мне хотя бы минут пятнадцать, чтобы переодеться! — сказала я. — Хорошо, буду ждать в машине.       Роджер вышел из квартиры, а Эмма сказала: — Что это за мероприятия в такое время? Странно! — Вот и я о том же. Ну ладно, пойду собираться, а то Родж не любит долго ждать, — ответила я и направилась в свою комнату.       Поставив цветы в вазу, я открыла шкаф со шмотками. Долго выбирать не пришлось, ибо я остановилась на облегающем тёмно-лиловом платье с открытым верхом и длиной почти до колен. Надев чёрные туфли на высокой шпильке и сделав макияж, я вышла через десять минут. — Ты божественна, — воскликнул парень, как только увидел меня. — Спасибо, — улыбнувшись, и заправив прядь за ухо, отвечала я.       Мы подъехали к дому Роджера и Розали. Парень галантно помог мне выйти из машины, и взяв меня под руку, сказал: — Ребята из группы решили с тобой познакомиться, поэтому я устроил вечеринку.       Я разволновалась, потому что раньше очень стеснялась заводить новые знакомства. Но теперь, когда рядом Роджер, то пыталась вести себя чуть более расковано.       Мы зашли в холл особняка, где стояли трое парней и девушка. Они что-то эмоционально обсуждали, а брюнетка с бокалом вина, разглядывала интерьер. — А вот и Родж со своей ненаглядной! — закричал один из них. — Знакомься, Ева, это Фредди — вокалист группы, Тим — наш басист и Брайан — гитарист. А это Хелен — жена Брайана, — барабанщик быстро всех представил.       Фредди быстро подошёл ко мне, слегка оттолкнув Роджера, и сказал: — Моё почтение, дорогуша! Блонди нам очень много о тебе рассказывал, а теперь я вижу, что ты и впрямь шикарна! — парень обнял меня и погладил по волосам, — надеюсь, что ты сможешь усмирить эту истеричную королеву, Ева!       Роджер тихонько толкнул вокалиста локтём, предварительно цокнув.       На столе стояло очень много алкоголя и каких-то закусок, а около него были размещены аккуратные небольшие кресла кремового оттенка. Вообще весь первый этаж был обставлен антиквариатом и прочими дорогими предметами интерьера.       Блондин взял бокал красного вина и протянул мне: — Держи. Давайте вместе выпьем за знакомство. — А где Розали? — почти шепотом спросила я. — Она на работе. Жаль, что не смогла присутствовать, она хотела узнать тебя поближе, — Роджер обнял меня и поцеловал в лоб.       Раздался звон бокалов. Я поняла, что это обычные парни, никаких самоуверенных в себе людей не увидела. Или, быть может, я ошибаюсь? — Вот тогда я понял, что Роджера лучше не бесить, иначе он может убить тебя, глазом не моргнув, — рассмеялся Фредди, уже заканчивая увлекательную историю о том, как ударник буквально разнёс барабанную установку на одном из концертов. — Просто я устал играть шестой раз на бис! — начал оправдываться Роджер, — а так всем стало понятно, что концерт окончен.       Все рассмеялись.       Прошло около двух часов. Мы с Хелен сидели около камина и разговаривали: — И сколько уже вашему сыну? — спрашивала я. —Три года, — улыбаясь, отвечала брюнетка, — Питер такой озорной и непоседливый мальчишка. Сейчас с ним няня, которую он просто обожает.       В это время раздался звук разбитого стекла. Я и Хелен почти одновременно испуганно взглянули в холл. — Ребят, что случилось?       Хелен направилась к ним, ну, а я пошла за ней. Роджер кинул бутылку шампанского в Тима, но попал в стену. — Девушки, не переживайте. Это просто у Роджа небольшой приступ ярости, — спокойно отвечал вокалист, подойдя чуть ближе к нам. Тим, Брайан и Роджер нас не слышали, они очень громко кричали друг на друга. — И часто у него такие «приступы»? — взволнованно спросила я у Фредди. — Довольно часто. Он может разнести всю студию, если что-то будет не по его, или кому-то из нас вдруг не понравится, написанная им песня. Особенно часто Родж ссорится с Тимом, часто по пьяни, как сейчас.       Хелен подозвала к себе мужа и спросила: — Что стряслось? — Не переживай, дорогая. Эта истеричка, — Бри указал на Роджера, — снова доказывает, что его песни лучше, чем те, которые написал Тим для последнего альбома. Даже не вздумайте вмешиваться в это, они скоро закончат орать друг на друга, и снова станут товарищами до конца дней, — объяснил гитарист и снова вернулся в эпицентр скандала.       Мне стало не по себе. Извинившись перед Хелен, я решила выйти на воздух, чтобы хоть как-то прийти в себя. Оказавшись на балконе, глубоко задумалась. Я знала, что Роджер эмоционален, но не настолько же! А если в таком «приступе ярости», как сказал Фред, он как-то навредит мне? По коже пробежал холодок. Стало очень страшно и жутко. Возможно, я поспешила и не нужно было начинать эти отношения? В голове засел один вопрос — что делать дальше?       Вдруг чья-то рука прижала меня к себе. Я обернулась и увидела Тима. — Эй, что ты делаешь? — закричала я на него. — Не ори, всё равно никто не услышит, — прошипел мне на ухо парень и попытался схватить меня за грудь. — Отвали, мерзавец! Иначе скажу Роджеру, а он поправит твою слащавую мордашку! — снова закричала я. — Да твой Роджер — никто! Знаешь, сколько у него было таких девушек, как ты? Сотни! Он будет трахать тебя по выходным, а потом бросит через некоторое время, я его очень хорошо знаю.       От басиста несло алкоголем, он учащённо дышал и всё настойчивее пытался меня лапать. — Отпусти, отпусти! — кричала я, пытаясь освободиться из лап этого подонка, но тщетно.       Слёзы начали катиться из глаз. Я понимала, что если никто не появится на втором этаже и не заглянет на балкон, то этот придурок меня точно изнасилует.       Вдруг Тим схватил меня за волосы и потащил в комнату. Бросив, как беззащитного котёнка на кровать, он навис надо мной. — Ну что, а теперь раздевайся! Иначе я раздену тебя сам, а мне этого не хочется!       Голова начала мало помалу болеть, ибо этот чёрт схватил меня за волосы и с бешеной силой кинул на кровать. — Иди сними себе проститутку и спи с ней, сколько хочешь! — тихо ответила я. — А ты что, не шлюшка что ли? Раздевайся! — снова крикнул он. — Да пошёл ты!       Тим ударил меня по лицу, отчего я громко вскрикнула. — Ну не хочешь по-хорошему, значит, будет по-плохому, — прошипел парень.       Он сжал мои кисти одной рукой и начал пытаться стянуть второй рукой моё платье. Слёзы смешались с болью. Я постоянно кричала и звала на помощь. Как только Тим полностью освободил меня от платья, он начал стаскивать с себя кофту. -Роджер! — что есть силы закричала я, понимая, что это мой последний шанс на спасение.       В этот момент Тим снова ударил меня по лицу. Как раз в этот момент двери в комнату распахнулись, и появился барабанщик. — Родж, спаси, умоляю, — тихо сказала я.       Блондин замер от увиденной картины, но вмиг тут же пришёл в себя. — Тварина, — он подбежал к басисту и оттащил его от меня, — убью!       Родж накинулся на насильника и принялся наносить удары один за другим. Это продолжалось около двух минут. Я не понимала, что происходит. В голове образовался вакуум. Хотелось просто закрыть глаза, досчитать до десяти, открыть и увидеть совсем другую картину. Как только у барабанщика закончились силы, он взглянул на меня и спросил: — Ева, он что-то успел сделать с тобой? — уже достаточно пьяным голосом спросил он.       Я не могла ничего ответить, лишь отрицательно мотнула головой. Роджер сел около меня и стёр слёзы с лица: — Всё позади. Прости, прости меня, что оставил тебя одну.       Он обнял меня и начал гладить по растрёпанным волосам. Меня всю трясло, я не слышала, что дальше мне говорил парень. Я взглянула на Тима, который лежал на полу, а его лицо было похоже на свежий кусок мяса, и понимала, что это был последний «звоночек» для того, чтобы перечеркнуть мою жизнь.       Открыв глаза, я начала потихоньку вспоминать вчерашний вечер. Конечно, от того, что я вспомнила, мне стало настолько противно, что захотелось кричать от безумия. Медленно повернув голову, я решила рассматривать комнату, где заснула.       Чёрно-белые обои, на которых был изображён незамысловатый узор, мне очень понравились. Они идеально гармонировали с тёмной мебелью — большущий шкаф, видимо, для одежды, в котором можно было спрятать около пяти человек, стол и два стула, стоящие по две разные стороны, дамский столик с изящным зеркалом, а по другой стороне большое окно, почти во всю стену.       Я немного приподнялась и решила узнать, где находится Роджер. Еле-еле поднявшись с кровати, я подошла к зеркалу — взъерошенные с колтунами волосы были похожи на сено. Вряд ли я смогу их самостоятельно распутать. Опухшее от слез лицо, ссадины на щеке и разбитая нижняя губа, а также многочисленные синяки от запястьев до плеч, были последней каплей. Дотронувшись кистями рук до лица, меня начало трясти. Я упала на пол и начала истерично плакать. За что мне такие наказания? Почему именно я? Слёзы падали на пушистый кремовый ковёр, не желая прекращаться.       Когда я немного успокоилась, то решила найти какие-либо вещи, чтоб наконец-то покинуть дом Роджера.       Вспомнила, что засыпала я не в этой комнате. Видимо, барабанщик перенёс меня спящую именно сюда. Только вот почему он не рядом? Ему стало противно после того, что Тим пытался сделать со мной? Видимо, да! Очевидно!       Открыв большой ящик, я обнаружила там пушистый белый халат. Накинув его, я осторожно вышла из комнаты. Нужно было принять душ, расчесать свои спутанные волосы и отправится домой. Пытаясь найти душевую, мне стало интересно, где все, а тем более Роджер. Я медленно спустилась на первый этаж. Множество пустых бутылок и кучу какого-то мусора убирала горничная. — Простите, — тихо произнесла я.       Женщина обернулась и с улыбкой произнесла: — Мисс Фарлоу, доброе утро. Может быть, Вам что-то угодно? — Не нужно так официально, зовите меня Ева.       Горничная улыбнулась: — Хорошо, Ева. Давайте я заварю Вам чай?       Почему-то после того, как я встретила эту женщину, мне захотелось поговорить с ней, от неё исходило какое-то тепло и радушие. — Хорошо, а как Вас зовут? — Оливия, — отвечала женщина, — просто зовите меня по имени.       Я улыбнулась и подошла к ней. — Скажите, пожалуйста, а где тут душ? — На втором этаже. Как подниметесь, налево и до конца. Мистер Тейлор купил вам кое-какие вещи, они находятся в ванной комнате. — Спасибо, — всё также улыбаясь, отвечала я, — А где он? — Куда-то уехал рано утром, а мисс Тейлор скоро должна приехать с дежурства, поэтому я убираюсь, чтобы она не увидела, что происходило здесь ночью. Так мне наказал мистер Тейлор.       Оливия вдруг прижала ладонь к губам, видимо, поняв, что взболтнула лишнее. — Не беспокойтесь, я ничего не скажу, — погладив женщину по плечу, сказала и направилась на второй этаж.       Я открыла двери ванной комнаты и была поражена её размерами — тут можно было потеряться. Огромная ванна стояла почти посередине, а в углу была душевая кабинка не из дешевых. Далее большое зеркало и множество тумб светлого оттенка. На одной из них лежал большой пакет из бутика «Dior»*. «Он что, совсем с ума сошёл, покупать мне такие вещи?» — подумала я. Хотя для Роджера это просто капля в море.       Я аккуратно достала содержимое — тёмно-зеленое платье с длинными рукавами и закрытым горлом мне очень понравилось, как раз скроет все мои синяки, да ссадины на руках. На дне пакета красовались чёрные лодочки, украшенные какими-то золотистыми камнями по краям. Как вообще он угадал мои размеры? Хотя, теперь это неважно. Главное, мне есть в чем отправиться домой.       Спустя полчаса я смотрела на себя в зеркало — платье идеально подошло, локоны аккуратно падали на плечи, я была очень рада, что смогла их расчесать и высушить. Но вот лицо… Все эти травмы невозможно было скрыть. Косметики у меня под рукой не было и поэтому пришлось направляться домой так, хотя я понимала, что от Эммы будет немало вопросов.       Выйдя в коридор, я решила поискать свои сумку и туфли, в которых я вчера пришла.       Найдя комнату, в которой меня вчера чуть не изнасиловали, я увидела на тумбе свой клатч и рядом на полу чёрные туфли. Снова меня накрыли вчерашние воспоминания, от которых я прикрыла ладошкой рот, дабы не закричать от той боли, которую я пережила.       Забрав вещи, я спустилась вниз к Оливии, которая уже ждала меня с чаем. — Простите, но что у Вас с лицом, дорогая? — обеспокоено спросила женщина. — Пустяки, просто упала, — соврала я.       Горничная качнула головой и не стала больше задавать вопросы. Как только я допила чай, то направилась на выход, поблагодарив Оливию за напиток. — Ева, мистер Тейлор просил, чтобы Вы дождались его, — сказала она. — Передайте, что я не намерена его ждать. Всего доброго! — улыбнувшись, сказала я и вышла из особняка.       Прохладный ветер поддувал мне в лицо и растрепывал волосы. Снова я невольно вспомнила вчерашний вечер и слёзы покатились из глаз, обжигая травмы на лице. Я решила, что необходимо исчезнуть из жизни Роджера и больше никогда в ней не появляться, даже если мне будет слишком больно. Просто много всего плохого произошло в моей жизни с появлением барабанщика. Я не могла так рисковать, да и вчерашний поступок Роджера никак не выходил у меня из головы. Особенно по пьяни парень становится невменяемым, а оно мне надо? Всё-таки, как бы я его ни любила, но нужно отступить назад и дать себе шанс на новую жизнь.       Рано утром Роджер проснулся в гостиной. Он уснул на диване в обнимку с пустой бутылкой виски. Блондин помнил всё, что произошло — ссору с Тимом, разбитую бутылку, которую он бросил в парня, попытка изнасилования любимой девушки, избиение уже бывшего лучшего друга.       Ударник встал и направился к телефону: — Доброе утро. Мне необходимо, чтобы Вы срочно приехали и убрали мой дом. Да, как можно быстрее, иначе скоро приедет Розали, а она не должна этого видеть, — барабанщик разговаривал с горничной, осматривая бардак в холле, — и ещё. В одной из гостевых спален спит моя девушка — Мисс Фарлоу. Как только она проснётся, то передайте, что вещи ждут её в ванной комнате, хорошо? И пускай она дождётся меня. Спасибо, жду.       После этого Роджер сходил в душ, и переодевшись в тёмные джинсы и чёрную рубашку, вышел из дома.       Прикупив новое платье и обувь для Евы, он быстро завёз всё это домой, где уже полным ходом шла уборка, и направился в студию, чтобы расставить все точки над и.       Громко распахнув двери студии, Роджер прошёл и чуть ли не с разбега плюхнулся в кресло. Фредди и Брайан что-то обсуждали, но как только увидели барабанщика, то замолчали. — Где эта тварь? — закуривая сигарету, спросил блондин у друзей. — Если ты про Тима, то он ещё не приходил, — сказал Брайан, — что у вас вчера произошло? Почему ты избил его?       Фредди молча смотрел на Роджера, который судорожно делал одну тягу за другой. — Эта мразь вчера чуть не изнасиловал Еву. Если бы я только опоздал на пару минут, то он бы точно сотворил это грязное дело.       Оба парня выкатили глаза. Они молча переглянулись и не стали больше ничего спрашивать.       Вдруг в студию забежал менеджер группы и схватил Роджера: — Тейлор, ты совсем что ли поехал? Что ты сделал с Тимом? Ему сейчас накладывают швы в больнице! Что вы снова не поделили?       Роджер оттолкнул Брока и закричал: — Значит так. Решай сейчас — либо я остаюсь в группе, либо он.       Брок застыл от удивления. Значит, произошло что-то действительно важное, иначе Тейлор бы не выдвинул подобное требование. — Ты с ума сошёл? У нас тур через несколько дней! — закричал Фредди. — А мне плевать! — в ответ закричал блондин, — ну так что? — он уставился на менеджера. — Объясни, что произошло! За что ты его так изуродовал? — А я хочу послушать его точку зрения, ведь он по-любому что-то, да и сказал, — ухмыльнулся Роджер.       Брок ответил, что басист ничего ему не рассказал. — Значит и я промолчу. Ну, и долго я буду ждать ответа? — блондин снова обратился к менеджеру. — Тейлор, ты совершаешь большую глупость, поверь мне. Если это из-за бабы, то… — Не смей! Эта мразота чуть не изнасиловал мою девушку! — Роджер чуть ли не вплотную подошёл к Броку, — и теперь я не собираюсь играть с ним в одной группе.       Наступило молчание. — Как я понял, ты выбираешь его, да? — с ухмылкой спросил барабанщик, — ну тогда счастливо оставаться! Вы больше нигде не найдёте такого профессионала, как я. Ну, а Тим скоро будет пытаться изнасиловать и ваших девушек, запомните. Прощайте! — закончил парень и выбежал из студии, напоследок хлопнув дверью так, что кусочки штукатурки посыпались с потолка.