Сладкое искушение

Пролог.

       Если честно, то он и не помнил, как именно они оказались в этом кабинете. Кажется, это кабинет биологии, на это намекали повешенные на стену плакаты, которые наглядно показывали строение человеческого тела в разрезе. Но его в данный момент мало интересовали такие мелочи. Сейчас его интересовала лишь одно конкретное тело, что оказалось зажато между ним и стеной. Девушка, что жадно целовала его и что ластилась к нему, словно кошка, интересовала его намного больше каких-то там плакатов. Её золотистые волосы растрепались, розовая помада размазалась, а пухлые губки опухли от длительных страстных поцелуев. Сколько они уже так стоят? Они и сами не знают. Казалось, что целую вечность. Но он помнит точно, что звонок на урок уже давно прозвенел, и их класс сейчас усердно готовиться к предстоящему экзамену. Все, кроме них.        В тишине пустого кабинета раздаётся тихий полу-стон, полу-выдох. Он «оторвал» её от стены и повалил на твёрдую холодную поверхность парты, что так к стати оказалась неподалёку от парочки, и налёг чуть сверху, опираясь на локти. Она тут же зашипела от дискомфорта, причинённого её спине ударом об парту, и вцепилась ногтями в розовый загривок парня, при этом так же выражая своё недовольство укусом нижней губы. Он на это лишь ухмыльнулся и прижал её ещё теснее к парте, почти полностью обездвиживая её этим.        От губ он начал медленно спускаться поцелуями ниже к чувствительной шее. Она откинула голову, чтобы ему было удобнее и прогнулась в спине, дабы быть ещё ближе к нему, хотя казалось бы: куда ещё ближе? Её, по-началу, тихие стоны становились всё громче и громче, по мере того, как ловкие пальцы расстёгивали всё новую пуговицу на её рубашке, а другая рука спускалась ниже по бедру к колену, по согнутым ножкам девушки, меж которых как раз и разместился парень. Вскоре ему пришлось закрыть её рот поцелуем, ведь они находятся в школе, нужно же соблюдать хоть каплю приличия? — Тебе лучше быть потише, малышка, — прошептал он ей в самое ухо, касаясь губами мочки, пуская по телу девушки сладкие мурашки наслаждения, — ты же не хочешь, чтобы завуч услышала нас? — спросил он, вбирая в рот многострадальную мочку кусая и слегка проводя по ней самым кончиком языка.        В ответ он услышал лишь тихое поскуливание, которое было приглушено закусанной губой. Усмехнувшись с этого, он продолжил свои действия. Она извивалась под ним, прося большего, но нет, теперь всё будет по его правилам. А она заслужила своего наказания. Нечего было пытаться соблазнять его. Сама виновата, теперь пусть терпит эту сладкую пытку…

1.

       На самом деле, всё это началось где-то месяц назад, из-за простого спортивного интереса. Да, вот так всё просто и банально. Она, Люси Хартфилия, про таких как она обычно говорят: «Выскочка! Шило в одном месте… Вот не сидится человеку ровно на жо…» и другие тому подобные выражения. Она действительно очень социально-активный человек. Легко находит общий язык со всеми вокруг. Добрая и отзывчивая девочка… В глазах учителей и окружающих. И только одному человеку на всей планете известно, какая она, откровенно говоря, сучка. Она запросто получает то, чего хочет и не важно какими путями. То есть, она буквально пойдёт на всё, лишь бы достигнуть своей цели и не успокоиться, пока не добьётся желаемого. И ей абсолютно всё равно на то, какие методы использовать, будь то обман, притворство, лицемерие, угрозы… Иногда её подруге кажется, что Люси либо сумасшедшая, либо у той раздвоение личности. Иначе как такой, с виду белый и пушистый комочек доброты, параллельно с этим может быть сущим дьяволом? И вот сейчас этот маленький дьяволёнок внутри Люси нашёл себе новую цель — Нацу Драгнил. Знаете, про таких обычно думают: «Какой тихий мальчик. Он такой замкнутый. У него вообще есть друзья? Ботаааник» и другие. Леви (подруга Люси) откровенно не понимала: почему именно Драгнил? — Потому что мне интересно будет понаблюдать за его реакцией. Ну, знаешь, как он себя поведёт в подобной ситуации, — пожав плечами, как будто говорила самую простую вещь на земле, ответила Люси, когда Леви всё же задала подруге этот вопрос. — Что именно ты собираешься сделать с ним? — с подозрением уточнила Леви, сочувственно разглядывая будущую жертву, которая мирно читала учебник, и ничего даже не подозревала. — Соблазнить его, — ответила Люси всё тем же скучающим тоном, так же разглядывая парня оценивающим взглядом, сощурившись, кажется, прикидывая что-то у себя в уме. — ЧТО?! — воскликнула МакГарден вскакивая с места, привлекая этим внимание одноклассников, — Ты с ума сошла? — продолжила она уже более тише, присев обратно на свой стул. — А почему бы и нет? Ну смотри… — она развернулась от парты, за которой сидел Драгнил и начала объяснять подруге причины и примерный план действий, для пущей убедительности ещё и активно жестикулируя. Люси ещё не приступила, а Леви уже боялась за бедного парня. Думаю, ему не повезло ещё в тот момент, когда после средней школы он решил продолжить обучение в старшей, попав в один класс с Хартфилией…

2.

       Она приступила к выполнению плана уже спустя несколько дней. Сначала, она договорилась с девочками, что сидели впереди Нацу, поменяться партами, ибо: «Мы с Леви плохо видим с третьей парты», милый щенячий взгляд, и те, конечно же, согласились. Ну как же можно отказать, ведь это же Люси! Но Нацу на изменения не обратил никакого внимания, будто бы ничего и не изменилось, и этот факт дико бесил Люси. Смирившись с первым провалом, она приступила к следующей части плана, а именно налаживание контакта с «жертвой». Это постоянные «случайные» прикосновения, взгляды и попытки поговорить, которые, к слову сказать, не имели должного эффекта. Нацу всё так же не обращал на Люси никого внимания и полностью игнорировал её заигрывания. И с каждым таким провалом, интерес Люси только возрастал, как и желание обладать им. Люси терпеть не может проигрывать. А это значит, что она обязательно добьётся своей новой цели. А что если Нацу вообще гей? — И правда ведь, — слегка растерянно ответила Люси, — его ведь ни разу не видели в компании девушек, — они как раз сидели на обеде, когда Леви задала этот, совершенно логичный вопрос. И именно тогда Люси решила побольше узнать о своей «жертве». И способы она выбрала не совсем честные, впрочем как и всегда.        Люси уже знала, что из школы Драгнил ни с кем не дружил, но у него есть близкий друг за её приделами — это Грей Фуллбастер, с которым Люси, к слову сказать, была даже лично знакома, что существенно облегчало дело. Сблизится с ним не составила большого труда, всё-таки они вместе учились в начальной школе, где она ему, вроде как, даже нравилась. Поэтому Люси очень быстро влилась в их кампанию. В ней было не больше десяти человек, некоторых из них Люси видела в первые. Но даже на это Нацу не обратил особого внимания. Казалось, он в упор не замечал присутствие девушки на общих тусовках и в классе. И Люси, обделённая вниманием, злилась на него ещё больше.        От Грея Люси узнала, что Нацу натурал. У неё аж от души отлегло. Кстати, по ходу наблюдения, она стала замечать, что у них есть общие интересы, увлечения, и что он не такой ботаник, каким хотел бы казаться. А всё это значило, что теперь она точно приступит к активному наступлению.

3.

       А активное наступление, в её понимании, это очень страшная вещь в понимании Леви, которая стала свидетелем всего этого безобразия. Ну, как страшная? Скорее смущающая. Скажу сразу — Леви была изначально против этой идеи и всячески пыталась образумить подругу, что шла напролом, словно танк. А ведь Люси действительно стоило прислушаться к логичным умозаключениям подруги о том, что это ничем хорошим не закончиться. Не послушала и вот к чему это всё привело. Но всё по порядку.        Активным наступлением стало то, что Люси стала приходить в школу в катастрофически коротких юбках или в черезчур обтягивающих бёдра юбках-карандашах, просвечивающих блузках, под которые надевала исключительно кружевное бельё чёрного или алого цвета, и высокие каблуки. Вопрос о том, почему её за это не выгнали из школы, остаётся открытым. Будем считать, что иметь связи в администрации школы довольно выгодно. Все парни в классе, да и в школе, начали пускать слюнки на такую Люси, ведь выглядела она в этом действительно восхитительно и аппетитно. Но это ещё полбеды. Она так же начала как бы «случайно» слишком часто нагибаться перед Нацу, а так как тот теперь сидел за ними, то ему открывался прекрасный вид на её подтянутые ягодицы, практически постоянно. Нацу, видя как при очередном наклоне, юбка приподнимается чуть выше дозволенного, густо краснел и отводил глаза, стараясь не смотреть в сторону девушки. Люси просто таяла с такой его реакции, ведь это значило, что она не осталась незамеченной, и что он такой же парень, как и все. Ей определённо льстил тот факт, что такой заучка как Нацу обратил на неё своё внимание, хотя обычно он относится ко всем холодно и без интереса.        Но в один из дней, Люси всё же доигралась…        В тот день Люси пришла в школу в короткой юбке-солнышко и в супер просвечивающей блузке, под которое она надела красное кружевное бельё (даже не спрашивайте, как у школьницы такое вообще появилось в гардеробе, история предпочитает умалчивать об этом). Леви заболела и поэтому все уроки она провела в одиночестве, кроме последнего. Это была химия и учительница решила провести лабораторную работу. Их с Нацу поставили в пару, так как они оба сидели одни (да, да, как банально). Сначала всё было хорошо. Она сконцентрировалась на проведении опыта, соблазнение соблазнением, а неуд ей ой как не нужен. Так вот, она пыталась провести эксперимент, пока её напарник почему-то тихо сидел и, кажется, даже не дышал. — Эй, — позвала она его, начиная переживать за состояние парня, — ты чего? — но потом, проследив за взглядом парня, нагло при-нагло ухмыльнулась, теперь-то всё ясно. Дело в том, что в тот день она решила отличиться и надеть вместо привычных капроновых колготок чулки. Которые крепились к бедру с помощью специальных застёжек. Юбка, когда Люси проделывала опыт, понятным образом приподнялась, являя миру то, что она скрывала собой весь день. — Что такое? — тоном змея-искусителя прошептала Люси, приближась к парню, — Тебе не нравиться? — наиграно-грустно спросила Люси, якобы случайно приподнимая юбку ещё выше.        Вы не подумайте, Люси вовсе не шлюха. Даже близко не стояла с этим понятием. На самом деле, у неё был всего один парень, да и тот взял её силой. Знали бы вы каких ей стоило усилий вновь начать общаться с парнями, а не шарахатся от них как от прокажённых. Да и не делала бы она ничего подобного, если бы парень ей не нравился. Да, он ей нравиться, и что в этом такого?        Она с гадкой ухмылкой наблюдала за тем, как парень весь краснеет, потом бледнеет, пытается опустить свою свободную рубашку ниже, но взгляда не отводит. Они кое-как закончили лабораторную. Ей тоже было сложно держать себя в руках, ведь такой Нацу дико заводил и будоражил воображение.        Как только звонок прозвенел, Нацу тут же сорвался с места и побежал из класса, она тут же рванула за ним. Так они добежали до второго этажа, где находится крыло младшей школы, а так же находятся несколько предметных кабинетов. Он заметил девушку и не долго думая потянул её в небольшой закуток между классами. От желания, он напрочь забыл где находится и что у них, вообще-то, сейчас должна быть консультация, и что он как примерный ученик не должен прогуливать уроки, но сейчас ему было, откровенно говоря, пофиг на всё, кроме ластящейся к нему девушки. В порыве страсти, он прижал её к стене и впился в столь желанные губы жадным поцелуем. Она привлекает его внимание уже больше двух месяцев.        О да, он прекрасно видел, что интересен девушке, но пытался сделать всё, что бы этот интерес пропал, ведь это мог оказаться лишь простой интерес. Ничего большего. Она напоминала ему сталкера, она была везде, даже как-то умудрилась попасть в его компанию. Кто бы знал каких титанических усилий ему стоило не нагнуть её при всём классе… Ведь все действительно думают, что он ботаник, тихий спокойный мальчик, который всего смущается, ох, знали бы они…        Они оба ждали этого момента слишком долго чтобы медлить. Так как в нём ещё сохранились хоть какие-то остатки здравого смысла и разума, он сообразил затащить Люси в пустой кабинет, именно там и произошло то, чего они так долго желали…

4.

       Когда все пуговицы на её рубашке были растёгнуты, он оторвался от её нежной кожи и начал рассматривать её прекрасное тело, что предстало перед ним в столь раскрепощённом виде. Она наблюдала за его действиями сквозь полуприкрытые от удовольствия веки. Их дыхание сбилось, температура тела наверняка поднялась до температуры кипения, а в воздухе летало жгучее желание. Не выдержав, он вновь припал к припухшим губкам, что призывно приоткрыты. Оторвавшись от столь желанных губ, он вновь начал спускаться ниже, на этот раз не ограничиваясь одной лишь шеей. Он покусывал её ключицы, что так часто дразняще выглядывали из-под вырезов футболок и блузок, оставлял на них следы принадлежности, теперь она будет только его и никто больше не сможет коснутся её так же, как касается её он, она теперь полностью принадлежит только ему. Каждым новым поцелуем, он опускался всё ниже и ниже, и вот его губы уже шарят у полоски крепления для чулок. Чуть ниже находится кромка юбки, которая так же опускается всё ниже с бёдер Люси. Та же, кусает губы и не знает куда девать руки. Юбка Люси и рубашка Нацу, снятая через голову, даже толком не растёгнутая, летят на пол, и им плевать, что они могут помяться, сейчас на всё плевать, они просто тонут друг в друге.        Люси немного смущало, что она практически голая распласталась перед Нацу, но больше в ней было всё-таки желания и поэтому она руками заставила его оторваться от поцелуев, которыми он осыпал внутреннюю часть бедра, и он, как ни странно, поддался. Но как оказалось чуть позже, после страстного поцелуя это повинование было в корыстных целях. — О нет, малышка, — шептал он ей в ухо, — здесь я полностью руковожу процессом, — его немного грубый тон, в сочетании с нежными ласками, вызывали в ней целую бурю эмоций, от которых она дрожала, словно осиновый лист на ветру, а её кожа покрывалась мурашками.        Сначала, Люси не поняла сути сказанного, но когда её подняли с парты и заставили сесть на колени, до неё сразу всё дошло. Из-за того, что раньше опыта в подобном у неё не было, то по началу ей было сложно вобрать всю его длину полностью, но подавляя рвотный рефлекс, она более менее успешно справилась со своей задачей. На это ей указывали тихие порыкивания, что издавал парень и белое семя у неё во рту по окончанию. Она смотрела на него снизу вверх, а он с прищуром наблюдал за ней. О, как же ему хочется запечатлеть этот момент, когда Люси в ажурном белье, с чулками и растёгнутой на распашку рубашке сидит перед ним на коленях, как послушная собачка, ожидая приказа.        Схватив её за предплечье, он поднимает её с пола и развернув к себе спиной, нагибает, заставляя вновь упасть на парту, но теперь животом вниз, не сдерживается и всё-таки шлёпает по аппетитной половинке. Она давиться воздухом, когда чувствует внутри себя его пальцы. Он конечно же не дурак и не хочет причинять ей ощутимой боли и потому продолжает предварительные ласки, при этом кусая её за обнажившееся плечо.        Когда Нацу понимает, что Люси готова, он решает заменить пальцы на что-то более внушительное. Из уст Люси непроизвольно вылетает расстроенный стон, когда она чувствует, как пальцы пропадают, но тут же она забывает об этом, ведь чувствует, как её заполняет он. Войдя в неё полностью, он остановился, давая ей время привыкнуть. Пусть он уже ничерта не соображал от столь приятных ощущений, но всё же понимал, что не стоит делать ей больно.        Если сначала он двигался медленно и размеренно, то позже сорвался на бешеный ритм, вбиваясь в податливое тело резко и жёстко. Теперь по пустому классу раздавались не только несдержанные стоны, но и пошлые шлепки, с которыми соприкасались разгорячённые тела.        Спустя какое-то время, они кончили почти одновременно, он успев предварительно выйти из неё, запачкал ей чулки и немного спину.        Немного отойдя от пережитого оргазма, он помог ей одеться и одевшись сам, предложил ей забить на консультацию и идти домой. По пути, им предстояло о многом поговорить…

Эпилог.

       В школе они произвели фурор заявлением о том, что теперь официально вместе, ведь Нацу никогда и ни с кем не общался в школе, ну, а Хартфилией хотели обладать многие. Нацу сразу заявил, что если кто-то посмеет близко приблизится к его девушке, он лично переломает ему ноги и засунет ему их в то место, которым он будет думать в тот момент. Как оказалось, многие действительно не поверили в то, что какой-то ботаник способен что-то им сделать. Эти смельчаки потом целую неделю не ходили в школу, ибо с такими повреждениями вообще лучше из дома не высовываться, а в школе Нацу начали уважать чуть больше. Многие спрашивали как они вообще снюхались, ведь их ни разу не видели вместе, а тут на тебе: встречаются и обнимаются чуть-ли не постоянно. Люси краснела при воспоминании о том, с чего же всё началось, но отвечала, что они просто оказались в общей кампании вот и подружились, а потом влюбились и так далее, и лишь один человек знал всю правду и тихо смеялся в сторонке. Леви, с самого начала наблюдавшая за развитием отношений этой парочки, искренне радовалась за подругу, и в душе желала, чтобы и у неё тоже что-то получилось с тем парнем, что вечно сидит за последней партой, который вечно недоволен, весь в пирсинге, и который ей до жути нравиться. Она знает, что он работает баристой в местном «Старбаксе», в котором она так любит заказывать свой любимый карамельный мокиато со льдом, но это уже совсем другая история…