Утро, изменившее жизнь.

Телефон завибрировал в кармане, оповещая о сообщении от неизвестного абонента. На экране появился незнакомый адрес. Сначала я долго не мог понять значение этой смс, но потом до меня дошло. Я поморщился от воспоминаний, и теперь моя голова забита размышлениями о плохих парнях и деньгах. Следом пришло сообщение с текстом "Два дня. хо". Деньги уже почти у меня, но на душе все равно тревожно. А что если Кевин не оставит меня и Майки в покое? Что если требование денег, это только начало? - Джи, эй, что с тобой? - потрепал меня за колено Фрэнк. - Ты как-то побледнел. Тебе нехорошо? - сказал обеспокоенным голосом Майки. - Нет, все нормально, - ответил я. Фрэнк с братом переглянулись и снова посмотрели на меня. - Да в порядке все со мной, - я соскочил с кресла и направился к выходу. Я зашел в какую-то пустую комнату, закрылся и закурил. Мои колени и руки тряслись. До меня только дошла сложность всей ситуации. Сначала они избивают Майки, потом меня и требуют деньги, а что дальше? Будут шантажировать и так же продолжать вымогать? А если они доберутся до Фрэнка? Господи, я ведь этого не переживу. Я только отошел от случая с братом, а вот Фрэнк... Так, Джерард, ты идиот. Ведь Фрэнк рядом и с ним все хорошо. Зачем я сам себя накручиваю? Я сел на пол и выпустил дым изо рта. Разные мысли со скоростью света проносились в моей голове. И плохие и хорошие. Все смешалось в одну кучу, и у меня началась паника. Я начал дрожать и чувствовал, как мое сердце колотится в бешеном ритме. Уши заложило, но отчаянные попытки не помогли мне избавиться от этого неприятного ощущения. Сигарета выпала из зажатых пальцев, и я обхватил голову руками. Ну почему со мной все не так просто? Почему я родился таким несчастным и невезучим. За свою жизнь я испытал столько дерьма и побывал в немногих передрягах, что просто хочется выть во все горло от отчаяния. С самого рождения одна беда за другой преследуют меня. Моя жизнь действительно подобна "зебре", но только черных полос вдвое больше, чем белых. Иногда мне кажется, что на мне стоит какая-то метка или проклятие. Даже в этот бред такой идиот как я может поверить. Не знаю, сколько проходит времени. Несколько минут, час или два. Не знаю, сколько я уже сижу с поджатыми коленями. Тревожные мысли атаковали меня. Дергающаяся ручка от двери и голос в коридоре возвращают меня в реальность. - Джерард, мать его, Уэй! А ну открывай! - послышался голос Фрэнка, - Я знаю, что ты тут. Я звоню тебе, и Металлика орет на всю больницу. Ха, и вправду. Мой телефон звенит в кармане, но я его не чувствовал вибрацию и не слышал песню до этого момента. Наверное, у меня снова был приступ ступора. Черт, а что сказать Фрэнку? Не хочу ему говорить о деньгах и о том, что меня побили, а еще про мои загоны. Ведь про то, что у меня проблемы с психикой он знать не должен. Я не хочу, чтобы у него были обо мне негативные мысли. Я медленно поднимаюсь с пола и иду открывать дверь. В комнату как ураган влетает Фрэнки. - Господи, да что с тобой происходит, Джерард? - на одном дыхании произнес он. - Ничего, все нормально, - ответил я, стараясь скрыть эмоции на своем лице. - У тебя нет от меня никаких тайн? Может у тебя есть секретная вагина и идет период "этих дней"? А то я слышал немного об этой хуйне и бабы в такие моменты дуреют. Перепады настроения и прочая поеботина. - Я засмеялся, а на лице Фрэнка появилась улыбка. - Вот видишь! Несколько минут назад ты психовал, а сейчас хохочешь. И все таки, у тебя есть ва... - Нет, Фрэнки, вагины у меня нет. Я мужчина на все сто! Он все еще пытался расспросить меня о моем странном поведении, но увидев, что все его попытки тщетны, перестал. Фрэнк пошел к Майку, а я направился к Мишель. Девушка с улыбкой меня встретила и, не замедлив, я рассказал ей о произошедшем ступоре. Она меня внимательно выслушала, записала что-то в блокнот, как полагается и смерила давление. Оно было чуть выше нормы и мне следовало выпить лекарство. Судя по приступу, результаты ничуть не улучшились. Нет, конечно, я себя чувствую вполне нормально, но скорее всего это самовнушение. Такое случается. Мишель удивлена этим. Я действительно шел на поправку, но внезапная смена моего настроения ввела ее в заблуждение. Мишель предложила мне попить экспериментальный препарат, который создали для нормализации нервных клеток. Конечно, всем известно, что нервные клетки не восстанавливаются, но медицина начинает доходить до такого масштаба, что даже любой псих на следующий день сможет проснуться адекватным человеком. - Ты пропиваешь месячный курс: по две таблетки в день. Проснулся, выпил капсулу и пошел спать выпил. Препарат экспериментальный, так что могут быть и побочные эффекты: головокружение, небольшие провалы в памяти и жажда. Два человека уже начали курс и пока у них все хорошо, из побочных эффектов только присутствует головокружение. Думаю, что если ты согласишься, то хуже не будет, а даже наоборот начнутся улучшения, - сказала мне медсестра. Недолго раздумывая, я согласился. Побочные эффекты не так страшны, как бы хотелось. Но потеря памяти меня смущает, хотя, по словам Мишель, ни у одного из пациентов провалы в памяти не наблюдались, так что я подписал предоставленный договор и запил водой одну капсулу. - Сегодня уже принимать не стоит, а вот завтра уже две. - Окей, а с меня требуются деньги? - Нет, препарат экспериментальный и его даже еще в аптеках нет. Так что платить не нужно. Я попрощался с девушкой, убрал упаковку с таблетками в карман и пошел к брату. Майки и Фрэнк о чем-то разговаривали, и когда я вошел, то сразу же четыре глаза уставились на меня. - Ну что сказала Мишель? - спросил у меня Майки. Черт. Ведь я сказал ребятам, что пошел узнать как состояние Майка, но я совершенно забыл об этом. Бля, какой я "заботливый" старший брат. - Эм... да. Твои результаты уже намного лучше, - сказал я первое, что пришло на ум. - Боже, да может хоть кто-нибудь сказать все что угодно кроме "результаты уже лучше"? - возмущенно вскинул руки мой братец. - Тебе уже не так больно поднимать руки? - спросил я. - Нет, мне вообще не больно. Только иногда, когда делаю резкие движения. - Значит, твои ребра почти срослись, но тебе все равно придется еще неделю отлежаться дома, а потом уже начинать активный образ жизни. Голова все еще кружится или болит? - Нет. - Твой мозг пришел в норму, но на грозу голова может болеть. И лекарства все еще нужно продолжать принимать для окончательной реабилитации мозга. Синяки у тебя прошли, и без селезенки тебе живется хорошо. А теперь ты понимаешь значение "намного лучше"? Просто сравни твое состояние сейчас и месяц назад. Майки слегка призадумался, а Фрэнк сидел с открытым ртом, что вызвало на моем лице улыбку. - Джи, ты вот сейчас сказал больше, чем все врачи пока я находился здесь, - потрясенно сказал Майк. Мы покинули брата и поехали домой к Фрэнку. Миссис Айеро дома не было, поэтому мы поднялись наверх и завалились в объятиях на кровать. Фрэнки начал целовать меня и поглаживать рукой низ моего живота. Поцелуи становились жарче и настойчивее. Мой возлюбленный был настроен на секс, но я сильно устал, и мое тело хотело отдохнуть. - Давай я тебе сделаю массаж, - предложил Фрэнк. - Фрэнки, я сейчас не хочу "твой" массаж, - выделил я предпоследнее слово, - я слишком устал. - Дурак, я не об "этом". - Засмеялся он. - Перевернись на живот и сними футболку. Я повиновался, а Фрэнк уселся на меня сверху. Его руки легли на мои плечи и начали массировать их, слегка надавливая на кожу. С плеч его руки опускались на лопатки и бродили по спине. Пальцы вычерчивали круговые узоры на моей коже. Действия Фрэнка невероятно расслабляли меня, и под его руками я чуть не мурлыкал от удовольствия, как кот. - У тебя такая чистая и бледная кожа, - сказал Фрэнки и провел пальцем по позвоночнику, - как у ребенка. Вслед за массирующими прикосновениями я почувствовал поцелуй. - И такая вкусная, - последовал еще один поцелуй. По телу пробежали приятные мурашки, и я улыбнулся. - Джи. - М-м-м? - Я. Тебя. Люблю, - сказал Фрэнки, целуя мою спину после каждого слова. На душе стало как-то тепло. Я перевернулся под своим парнем и притянул его к себе. Наши губы и языки слились в мягком, нежном, но долгом поцелуе. Не знаю, сколько времени мы провели целуясь, но мне хотелось, чтобы этот момент продолжался вечно. Мне хотелось вечно смаковать и чувствовать вкус столь любимых губ. Хотелось вечно лежать в обнимку со столь любимым человеком в моей жизни.