Свойство транзитивности

      Кира прикрыла глаза и громко застонала: сильные руки разминали ей затёкшие плечи.       — О, да, ещё…       Боль, смешанная с наслаждением.       — Ещё…       Хриплый, словно опалённый огнём, смешок, мягкие, нежные губы, трогающие её за мочку уха.       — Хорошо ли тебе, моя сладкая девочка? — руки спустились ниже, почти профессионально прошлись вдоль позвоночника, на пару секунд замерли у самого основания поясницы и легли на ягодицы, разминая, гладя, возбуждая.       — Тед, ты бог… — Кира стонала в голос. Всё же хорошо, что тут, на «Мозгоеде», отличная звукоизоляция, можно не сдерживаться и… не слышать, что происходит в соседней каюте.       Кира на секунду нахмурилась: ну вот, опять… Зачем думать о том, как под другими сильными руками сейчас извивается в чувственном наслаждении другая сладкая девочка.       Зачем думать, что сейчас Трикси целует этого рыжего киборга? Её Трикси — этого дурацкого и неблагодарного киборга. Лучше сосредоточиться на том, кто обнимает Киру сейчас. Сильный мускулистый самец. Мечта любой девушки, любой, даже самой Киры — всего несколько десятков дней назад…       А сейчас он для нее — просто парень, который изредка трахает её, а она спокойно позволяет это делать, даже получает дежурный оргазм без особых восторгов и фейерверков в душе, голове и прочих частях тела. Просто потому, что так надо, потому, что Трикси говорит, что так нужно.       А Кира уже привыкла делать так, как говорит ей кибернетическая девушка, её верная помощница, её правая рука и единственная любовь до конца жизни.       Правда, поняла это Кира не сразу, а примерно месяца два назад. Помнила она этот день очень чётко.       Они все вместе расположились в большом зале замка герцогини на Кассандре: она, Тед, Трикси, Дэн (тогда Кира называла рыжего киборга ещё по имени) и Мэй. Мозгоеды гостили на планете киборгов уже три дня и через пару часов должны были отправиться дальше по маршруту. Влюблённые парочки успели уединиться не по разу, попрощаться до звёзд в глазах и сладкой усталости во всём теле, а сейчас сидели в удобных креслах, наслаждались свежей выпечкой и горячим чаем и просто болтали ни о чём и обо всём сразу.       Мэй сделала глоток ароматного напитка и протянула, хитро глядя на воркующих киборгов:       — А говорят, все киборги бисексуальны…       — Ну, не все, — Дэн усмехнулся и искоса глянул на Трикси.       — Но многие, это правда, — Трикси на секунду накрыла ладонь Дэна своей, а сама повернулась к Кире и белозубо рассмеялась.       Почему-то именно в тот момент сердце Киры остановилось и в следующую секунду забилось в агонии бешеного ритма, кровь прилила к голове, а губы пересохли от внезапного и спонтанного желания.       В воздухе пряно запахло горячим солнцем и корицей, тогда Кира ещё не знала — так пахнет Трикси. Правда, не всегда, а только в особые моменты и только для неё.       Кира во все глаза продолжала смотреть на стройную большеглазую брюнетку. Трикси ещё раз рассеянно улыбнулась, между алыми губками мелькнул быстрый язычок, а через секунду она вновь как ни в чём не бывало болтала с Мэй и нежно гладила Дэна по острой коленке.       Вечером Трикси пришла к Кире в комнату в первый раз. Кира смущалась, краснела и лепетала что-то невнятное, не зная, куда спрятать ярко блестевшие глаза и ставшие вдруг лишними руки.       Трикси нежно и как-то очень понимающе улыбнулась и просто молча села рядом. Если бы она произнесла хоть слово, то, возможно, Кира смогла бы сказать «нет». Но Трикси лишь гладила Киру по голове, как мама в далёком-далёком детстве. Опять пахло солнцем и корицей, и уходили прочь тревоги и печали, а где-то глубоко в груди поднималась щемящая нежность. Кира потёрлась щекой о ласковую, чуть прохладную руку и закрыла глаза.       А потом… Потом было феерично, Кира даже толком ничего не помнила, только экстаз, небывалый, ослепляющий, невозможный. После Трикси купала розовую от смущения и удовольствия Киру в мраморной ванне герцогини. Ароматная пена, взбитая умелой рукой, окутывала плечи, белоснежной шапкой высилась на голове, а Кира счастливо смеялась под нежным взглядом своей возлюбленной. Да, именно возлюбленной. Именно тогда Кира поняла: до этого она не любила, не знала, что такое настоящая нежность, да, можно сказать, и не жила.       Так покойно, как в эту ночь, Кира не спала очень давно, а утром Трикси нежно поцеловала Киру в припухшие губы и тихо выскользнула за дверь.       Кире хотелось петь и танцевать, улыбаться и сворачивать горы. Хотелось рассказать всему миру о своём счастье, но Трикси, её умница Трикси сказала, что не стоит так эпатировать публику. И так у ОЗК странная репутация и непонятный статус в обществе. Не стоит людям знать о любовной интрижке (на этих словах Кира болезненно поморщилась, а Трикси кончиками пальцев нежно коснулась её щеки) лидера ОЗК и её правой руки. Это не пойдёт их общему делу на пользу. Пусть всё идёт как прежде, пусть все думают о романтической любви между Кирой и пилотом знаменитого «Мозгоеда». И между Трикси и Дэном. Это правильно и понятно для общества. Не стоит киборгу лезть в один ряд с человеком, лучше будет, если все будут думать, что Трикси знает своё место. Человеку — человеково, киборгу — киборгово.       Киру тогда трясло от возмущения: как Трикси может так говорить?! Да плевать Кире на всех! Она будет кричать о своей любви на всю вселенную. Пусть все знают…       Но Трикси ласково улыбалась, нежно целовала в ложбинку между хрупких ключиц и тихо увещевала свою единственную любовь воздержаться от неразумных шагов.       В конце концов она убедила Киру, она всегда могла убедить. И до, и после. Всегда и во всём. И вообще, Трикси была заботлива и так хорошо понимала Киру, в отличие от Мэй и Сары, которые грузили лидера ОЗК постоянными хозяйственными проблемами. Трикси как-то мягко и ненавязчиво отстранила Киру от решения всех вопросов, кроме связей с общественностью. Да и то всегда находилась рядом, незаметно корректируя пламенные выступления своей обожаемой подруги. И Кира вздохнула с облегчением, постепенно передавая все свои полномочия умной и очень внимательной помощнице.       Потом пришёл стыд и неловкость перед Тедом. Кира плакала, шмыгала покрасневшим носом и причитала, что не сможет врать и притворятся…       Трикси опять гладила по голове и увещевала, убеждала, уговаривала… Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы через неделю на почту Киры не пришли те голографии… Было противно и мерзко смотреть. Нет, не на Теда и двух девчонок у него на коленях — от этих кадров ушёл стыд и стало легко на душе: она не предавала своего парня, а лишь платила той же монетой Дон Жуану, возомнившему себя межгалактическим мачо. Гадко до тошноты было смотреть на бледную физиономию рыжего дрыща, на его бескровные губы и худые длинные пальцы на бедре какой-то ярко накрашенной девицы. Он изменял лучшей девушке галактики! Этот слизняк мог думать о каких-то шлюхах, когда ему дарила свою нежность такая девушка, как Трикси.       Кира хотела всё скрыть, ничего не говорить подружке, но разве можно обмануть киборга? Да ещё когда на тебя так доверчиво и нежно смотрят? Кира вывалила всё, что думает о рыжем навигаторе «Мозгоеда», а в конце тирады боязливо заглянула в глаза подруги. Кира не хотела признаваться самой себе, но она так боялась увидеть там боль… И даже не знала почему. Наверное, потому, что не хотела знать, что рыжий киборг действительно дорог её девочке. Не хотела.       Но Трикси вдруг легко и серебристо рассыпалась беспечным смехом и ласково обняла Киру:       — Ну и слава Разуму! Теперь ты не будешь чувствовать себя виноватой!       — А как же ты? Тебе не больно?.. — Кира растерянно смотрела на лучащуюся неподдельной радостью подругу.       Трикси шаловливо растрепала чёлку Киры и чмокнула её в шею.       — Я? Ну, мы с Дэном никогда не были настоящей парой… Трахнулись на спор, понравилось, так что — почему бы и нет? Не бери в голову. Люблю-то я тебя!       Кира облегчённо перевела дыхание и тоже рассмеялась… Всё складывалось как нельзя лучше. «Космический Мозгоед» прилетал не чаще раза в месяц, терпеть ласки Теда оказалось несложно, всё же он хороший любовник, да и человек не плохой, просто ветреный мальчишка.       Сложнее было видеть рыжего киборга, наблюдать, как он по-хозяйски обнимает Трикси, уводит её с собой… Кира ненавидела его со всей силой своего маленького сердечка. Когда-нибудь она отмстит вероломному мерзавцу. Когда-нибудь…       А пока она во всём будет слушаться Трикси, ведь та любит Киру, любит всей душой, так, как никто и никогда не любил её!       Только иногда Кира задумывалась: откуда пришло то письмо и как получилось, что в тот раз почту первой смотрела она, а не её правая рука и незаменимый секретарь Трикси. Хотя… это такие мелочи!