Глаза, наполненные холодом

      Окраина Магнолии. Часть города, в которой можно уединиться с мыслями. Уже несколько часов людей на улице почти нет. Ведь вечер. Так зачем? Теплый сентябрьский день, переходящий в ночь, казался идеальным временем для встречи с семьей, друзьями и прочими.       Солнечных лучей давно не видно на небе. Даже птицы не поют. Дует легкий ветерок, унося все мысли и переживания с собой. На окраине города течет река, завораживающая красотой. На небольшом бережке реки, усеянном зеленой травой, сидит златовласая девушка, укрывшись от всех и вся. Длинные светлые пряди чуть вздрагивали от ветра. Лишь одинокая слеза скатывалась по щеке и напоминала, что это не сон. Ее пустые глаза казались стеклянными, а улыбка уже давно не показывалась на бледном лице.       Эти глаза… Эти холодные, ледяные глаза… Сколько месяцев она не может выкинуть их из головы? Они смотрели на нее с отсутствием каких-либо эмоций. Они были безжалостны.       Заглядывая в них каждый раз, Люси убеждалась в том, что они несут холод. Холод, который проносился через каждую клеточку тела, пуская табуны мурашек.       Из раза в раз, когда она случайно касалась его руки, ее сердце уходило в пятки. Каждый раз она понимала, что едва коснувшись него, она может не отпустить руку, откажется принимать реальность. Не сумасшествие ли это?       Люси давно и бесповоротно влюбилась в него. В его холодные глаза. В его взгляд, не дающий оторваться даже на секунду. Люси не знала, когда она отдала ему свое сердце, возможно еще во время Великих Магических Игр, а может и раньше. Думать было тяжело, но она знала наверняка, что уже давно пропала.       Именно в такие моменты мысли рвались наружу, и лучшим лекарством от боли были перо и бумага. Именно они стали ее островком безопасности, куда ни один человек не может попасть. Всю жизнь, борясь с тем, чтобы не показывать свою реальную боль, она вкладывала эмоции в бумагу. Быть может, со временем она и найдет что-то еще, что поможет, но не сейчас.       Блондинка медленно встала, как бы боясь, что все увидят ее боль. Голова шла кругом, слезы накатывались с новой силой, казалось она сейчас упадет и не встанет.       Желая быстрее добраться до дома, заклинательница ускорила шаг и через несколько минут оказалась среди таких родных стен. Все вокруг стало таким потерянным, ничто не согревало душу и тело. Девушка осела на двери и несколько минут пыталась прийти в себя.       "Не помогает."       Пройдя за проем двери рабочей комнаты, заклинательница увидела такое родное место за столом. Все идеально сложено, ни единой пылинки. Сев на мягкий стул, Люси прошлась по строкам шоколадно-карими глазами и в ее голове появилась идея для продолжения застоявшейся главы, которая никак не хотела закончиться. Перо легко ложилось на бумагу и на листе уже красовались первые слова, выведенные ровным и красивым почерком блондинки.       Она видела его каждый день. Они мило разговаривали, но постепенно Мегуми начала понимать, что влюбилась в друга. В ее сердце каждую секунду поднималась буря эмоций и лишь поцелуй, как казалось девушке, был единственным спасением.       Мог­ла ли Лю­си знать, что смо­жет ког­да-нибудь так по­любить? А ког­да по­люби­ла, то мог­ла ли осоз­нать, что это мо­жет быть боль­но? Она соз­да­вала ис­то­рии, в ко­торых ге­ро­ини, тай­ные отра­жения ее са­мой, мог­ли сме­ло приз­на­вать и до­бивать­ся то­го, че­го так ярос­тно же­лали и хо­тели.       Лю­си же ока­залась не той, кто спо­собен хва­тать свою меч­ту и счастье. Она лишь мог­ла обе­регать то, что бы­ло ей до­рого, при этом аб­со­лют­но не на­де­ясь, что ког­да-ни­будь бу­дет час­тичкой это­го. Это казалось для нее лучшим вариантом. Ведь если она потеряет дорогих ей людей из-за неосторожных слов, то никогда себя не простит.       Неожиданно в дверь постучали. Заклинательница оторвалась от своих мыслей и медленными шагами поспешила открыть. Ей это показалось странным, ведь гостей она не ждала. Открыв дверь, она застыла на долю секунды. На пороге стоял он.       Снова эти холодные глаза. От них невозможно было сбежать. Невозможно спрятаться. Девушка опустила взгляд и спросила:       — Тебе что-то нужно? Хотел что-то спросить?       — Ка­кого чер­та, Люси? Что с то­бой про­ис­хо­дит? — как же Грей сей­час был зол. Настолько зол, что хо­телось глот­ку ра­зор­вать от гнев­но­го ры­чания. Фуллбастер смот­рел на Лю­си, и вновь хо­телось взвыть, но на этот раз уже не от не­навис­ти. Дав­но он бо­ял­ся то­го, что Лю­си мо­жет от не­го про­пасть. Мо­жет от не­го уй­ти. Мо­жет ос­та­вить его и по­кинуть. И он не смог вы­дер­жать без нее и гре­баной не­дели.       Все на­чалось от­но­ситель­но не­дав­но. Лю­си ста­ла про­падать: ухо­дила на за­дания од­на, ста­ралась не смот­реть в его гла­за, ста­ралась во­об­ще его из­бе­гать. И это для не­го бы­ло, как рас­ка­лен­ной сталью по сер­дцу, да­же ка­залось, что ни один удар не мог срав­нить­ся с той болью, что ощу­щал он, ког­да в оче­ред­ной раз де­вуш­ка его иг­но­риро­вала.       — Что ты? Ничего не произошло… — тихо сказала блондинка, понимая, к чему клонит брюнет. Она давно хотела с ним объясниться, но не сейчас. Не сейчас…       — Посмотри на меня! — повысив голос приказал волшебник и рукой поднял лицо заклинательницы за подбородок. Что… Что с ней? Почему ее глаза такие… Такие…       Парень отшатнулся, когда понял, что она плакала. Много плакала. Ее выражение лица не показывало ничего. Абсолютно.       — Люси. Думаешь, не понимаю, что с тобой что-то не так? — теперь он был серьезен как никогда. Он хотел быть с ней честным. Он хотел ее видеть, разговаривать, вдыхать ее запах. Он хотел ее до боли в висках. Но не мог сказать.       — Не молчи. Скажи, чего ты боишься? — спросил маг созидания с долей безумия, — Неужели… Ты боишься меня?..       — Я боюсь потерять тебя… — ответила блондинка и челка прикрыла ее глаза, через которые можно было увидеть ее любовь. Этот момент настал. Но волнения не было. Слова слетели с губ очень легко и невесомо.       Больше слов и не нужно было. Оба все поняли по простому взгляду, который раскрыл все карты. За долю секунды Люси оказалась прижата к стене. В ее губы яростно впился созидатель. Под напором нежности, граничащей со страстью, силы покинули блондинку и когда ее ноги чуть подкосились, парень не позволил упасть ей.       Из-за нехватки воздуха брюнет разорвал поцелуй и взглянул в глаза блондинки. В них читалось непонимание и мутный след страсти. Учащенное дыхание дополняло картинку.       — Я хочу услышать тебя… — вновь повторил парень, перенеся девушку на кровать и сорвав с нее привычную кофточку и мини-юбку. Ще­ки го­рели пла­менем ало­го цве­та, ла­дони са­ми сму­щён­но тя­нулись ко рту и гру­ди, что­бы хоть как-то скрыть на­гое те­ло и по­давить рву­щи­еся на­ружу вздо­хи. Но Фуллбастер, яв­но не­доволь­ный этим, отс­тра­нял ее ла­дони, пе­рех­ва­тывая паль­цы и нер­вно пе­реп­ле­тая их вмес­те со сво­ими.       — Не прячь свое тело, — успокаивающе сказал брюнет и начал покрывать своими поцелуями шею и ключицы заклинательницы, — Ты очень красивая. Очень…       Ей так хо­телось пол­ностью рас­крыть­ся ему. Пол­ностью от­дать­ся ему. Пе­рес­тать бо­ять­ся сво­их чувств. Ведь страх быть от­вер­гну­той все это вре­мя дви­гал то ощу­щение, ко­торое медленно про­сачи­валось, а за­тем болью скап­ли­валось в гру­ди.       Лю­си хо­телось лю­бить его. Так хо­телось сох­ра­нить то тре­пет­ное теп­ло, что бы­ло в са­мом на­чале, и ко­торое не хо­телось де­лить с кем-то дру­гим. Хо­телось его да­же спря­тать, и ни­кому-ни­кому не по­казы­вать. Ведь это жут­ко боль­но, ког­да твои чувс­тва выс­тавля­ют­ся на­показ, и су­щес­тву­ет риск быть выс­ме­ян­ны­ми, или ещё ху­же — вдре­без­ги раз­би­тыми.       Стра­хи дол­жны как-то, но пре­одо­левать­ся. Ведь вре­мя ухо­дит, и ес­ли вов­ре­мя не по­торо­пить­ся, то мо­жешь по­терять неч­то цен­ное. Уже без на­деж­ды на воз­вра­щение.       — Грей… — медленно начала блондинка. Сейчас она не хотела скрывать все то, что скопилось в ее сердце, — Я люблю тебя…       Эти слова буквально снесли крышу ледяному магу он не церемонясь разорвал верхнюю часть белья златовласой. Покрывая поцелуями кожу девушки, казалось что она бархатная. Идеальная.       Люси медленно расстегнула рубашку брюнета и провела ноготками по его плечам, груди и кубикам пресса. Пальцы обвили сильную шею и блондинка втянула мага в головокружительный и страстный поцелуй.       Фуллбастер снял все остатки одежды с блондинки. Но и Люси не осталась в долгу. Она одним рывком сняла штаны с боксерами. Теперь они абсолютно нагие.       Бли­же… Как дав­но она хо­тела ощу­тить его так близ­ко к се­бе. Хо­тела ка­сать­ся бледной ко­жи плеч, гру­ди и спи­ны. И со­вер­шенно не важ­но чем, гу­бами ли она к не­му прит­ро­нет­ся, или же ру­ками. Все рав­но каж­дое ее при­кос­но­вение, ще­мящей неж­ностью от­зо­вёт­ся у созидателя в гру­ди.        Она не пла­кала, нет. Лишь ды­шала от­ры­вис­то, чуть пос­та­нывая, ког­да он плав­ны­ми тол­чка­ми дви­гал­ся в ее влаж­ной тес­но­те. Она лю­бов­но ог­ла­жива­ла его пле­чи, сжи­мая паль­цы. И не­ус­танно от­ве­чала на страс­тные по­целуи, при­пух­ши­ми гу­бами лас­кая же­лан­ные ус­та.       — Ни­ког­да боль­ше не мол­чи, — хрип­ло спросил он, пе­реби­рая и про­пус­кая сквозь паль­цы ее свет­лые во­лосы. Те­ло, под при­ят­ной, и та­кой дол­гождан­ной ис­то­мой, все креп­че при­жима­ло к се­бе хруп­кую зак­ли­натель­ни­цу.       Ни­ког­да он боль­ше не поз­во­лит ей так дол­го быть на рас­сто­янии от не­го. Боль­ше ни­ког­да не поз­во­лит ей мол­чать…       — Не бу­ду, — с теп­лом улыб­ну­лась Лю­си, при­под­няв го­лову и прик­ла­дывая к его ли­цу ла­донь. Она при­жалась тёп­лой грудью бли­же к не­му, не за­быв при этом на­тянуть на об­на­жен­ные пле­чики оде­яло. — Толь­ко и ты боль­ше не мол­чи.       При­под­няв ее под­бо­родок дву­мя паль­ца­ми, он приб­ли­зил ее ли­цо к се­бе поч­ти вплотную, ед­ва ка­са­ясь губ, и ти­хо ответил, сжи­мая тис­ка­ми жен­скую та­лию:       — Ни­ког­да.       Взглянув на волшебника, заклинательница поняла: его глаза все такие же завораживающе — холодные. Они наполнены холодом, пронизывающим все клетки тела, до дрожи в руках. Его глаза, были наполнены любовью, которая была горячее всего на свете. Он хотел, чтобы Люси видела эту жаркую любовь в его ледяных глазах.