Птица и Солнце

      Она всегда казалась ему необычайно свободной. Парила в небесах обернувшись ястребом, наслаждалась пререканиями с его братьями не боясь задеть. Позволяла себе непозволительно много. Интересовалась абсолютно всем и не стеснялась спрашивать самые глупые вещи на земле. Не стеснялась спросить о самых сложных. Хотела познать мир глазами людей, понять их. А потом, как она говорила, снова устав от этих надоедливых людских созданий, срывалась в полёт, видя мир глазами её дорогих птиц. Но о том, что в небе она бывала дольше, чем на земле он узнал много после и то — случайно.       Часто раньше говорила, что оказалась на земле, устав от неба. Многие не понимали этих слов, у него уже тогда имелись догадки. Но спрашивать не спешил. Хотя Хирью, однажды проходя мимо и услышав, ухмыльнулся слишком уж загадочно. Она была слишком своенравной и гордой, чтобы вести со всеми дружбу. Споры с кем попадётся стали некой традицией. Но все же всеми силами старалась помочь тем, к кому привязалась. Сумка с целебными травами и мазями непременно болталась на хрупких плечах, а кинжал спрятанный под одежду время от времени звонко ударялся о бляшку на ремне.       Сейрю сообщал, когда видел её на поле битвы. Она была почти всегда. С криками и ругательствами приходила после окончания, добивая Хирью, а затем придирчиво осматривала всех остальных. Перевязывала их раны еще до прихода врачей. Часто её взгляд, напоминающий ястребиный, останавливался на нём, на Зено. Ни единой царапины, только одежда была иногда порвана. Тогда она лишь морщилась, будто от боли, с какой-то жалостью отводя взгляд. Зено не понимал причины.       Ему нравилась то, как она смотрит на так ею обожаемых птиц, как смеётся от их чириканья. Она казалась такой радостной в те моменты и всегда была при своих мыслях. Иногда что-то скрывала, говорила как-то отстранено, пыталась утаить одной ей известные секреты. Тогда она вновь становилась надменной, словно весь мир ей должен. Но даже так, он все равно любил говорить с ней. Однажды спросил: Над чем она смеётся, слыша звонкие птичьи голоса? Она самодовольно ухмыльнулась, будто это древнее таинство, в которое посвящена лишь она, и ответила.  — Птицы поют мне о всём на свете. Я смеюсь от счастья, разделяя радость жизни с ними, ведь так прекрасны просторы этого мира в их глазах. — Лёгкий ветер играл с перьями в её волосах, улыбка не спадала с губ. — Почему не улыбаешься ты? Ведь ты человек, а вы все так любите жить, разве ты не должен быть счастлив?       В королевском саду всегда было тихо и спокойно, даже щебечущие повсюду птицы создавали лишь покой и умиротворённость. Он считал, что это лучшее место для таких разговоров. Вход во дворец той, кто сейчас с ним говорит был открыт, казалось, с момента его, дворца, основания. Зено зацепился взглядом за её силуэт еще в первый день как пришел сюда. Никогда не видел в самом сооружении, но сад был для неё любимым местом. — Ты как всегда, Хивэ. Конечно я счастлив. Вокруг меня мои братья, Хирью, а в саду всё так же я говорю с тобой. Разве ты не видела моей и их улыбок?       Она подняла задумчивый взгляд к небу. Привычка о которой, как подозревал он, она сама не знает. Будто что-то там, за облаками, сможет ответить на все её вопросы.  — Я не видела улыбки Сэйрю. — Вспомнила она, удивлённая собственным открытием. — А ведь и Хакурю ни разу мне не улыбнулся. Значит, рядом со мной они несчастны? Зено, объясни мне. — Несколько растерянно, но всё еще требовательно, спросила Хиве, не понимая.       Он даже не знал, что на такое можно ответить. А потому просто засмеялся от души, вытирая выступившие слёзы. Иногда она была словно маленький ребёнок, которому нужно объяснять самые простые вещи. И её обычно такой надменный взгляд… Сейчас она растеряна. Так забавно.  — Нет, что ты, они рады тебе и уже давно считают тебя чуть ли не частью семьи, как и я. Просто… Как объяснить? — Задумавшись он слегка нахмурился. — Люди не всегда выражают чувства улыбкой или смехом. К примеру если кто-то поделиться своей едой со мной, то я буду счастлив! А делать других счастливыми — это тоже приятно. Еще тех кто тебе близок можно называть по другому, по имени к примеру. А, точно! Еще…  — Постой. — Подняв руку, попросила Хиве, браслеты звонко стукнулись друг о друга —  Слишком сложно запомнить все за раз, остановимся пока на этом. По другому называют ты сказал? — Кивок — Тогда… — Взгляд её поднялся в небо и вновь опустился на него, будто сравнивая с чем-то. — Ты похож на солнце, буду звать тебя так.       Короткий смешок унес ветер, оставляя только щебетание птиц, переговаривающихся неподалёку. Хиве, ожидавшая его мнения, сидела в тени дерева, опираясь о ствол. Стоявший рядом Зено, уселся к ней, задорный блеск в глазах появился, стоило Хивэ назвать его так. Неужели так похож на солнце? В таком случае… Крепко-крепко обняв, радостно воскликнул: — Конечно, все для сестрёнки-Птички!