Неучтенный фактор

- Локи, значит. И мне самому придется упрашивать человека, с которым у меня просто замечательные взаимоотношения, чтобы он мне помог. О чем думал Один? – нет, честно, Тони был почти полон духом уважения к царю Асгарда, но его решение привело Старка в недоумение. Внутреннее, естественно, потому что внешней реакции он особо не высказал. - Всеотец никогда не делает ничего просто так, - склонил голову Тор, и Тони стал понятен его угрюмый вид – он тоже не одобрял этого решения, но спорить не решался. Очевидно, причины сомневаться в решении Одина у него не было. - Поверю на слово, - хмыкнул Старк. Он уже примерно предполагал, как будет разговаривать с Локи, однако, даже надеяться на его помощь – глупо. Ну что ж, если Боги считают иначе – почему бы не попробовать? Хотя бы затем, чтобы посмотреть на них, когда он окажется прав. А он прав всегда. *** На деле, это не похоже на сколько-нибудь страшное заключение. Почти такие же помещения, разве что уровнями ниже – но здесь ничего не блестит золотом, поэтому Тони нравится. Отсветы факелов придают некую загадочность, интимную нотку тепла, которая так ему понравилось. Он не мог верить, что это в Асгарде называлось «темницами». Царские условия, точно. Ах да, Локи же принц… Он смотрелся так, словно заранее ожидал прибытия – хотя, Старк был уверен, его не информировали. Некому было, разве что охранникам у дальнего разворота. И, очевидно, первым он заговаривать не собирался. Больше всего на свете Тони ненавидел тотальное игнорирование со стороны нужной ему персоны. Игнорировать – его привилегия. - Комфортно устроился, принц. Но могу и вытащить, если хочешь, конечно, - не играть ему в карты – все козыри на стол, а джокера потеряли. - В чем подвох? – простой вопрос, но какой подтекст… Локи улыбается, даже не сдвинувшись с места, дабы поприветствовать, и трясет волосами – значительно отросшие, вьющиеся, и они, определенно, должны ему мешать. Мда, парикмахеров – или, как они здесь, цирюльников – к нему явно не водили. Но не то, чтобы они ему мешали, на первый взгляд. - Его, как такового, нет, - Тор сказал – если Локи выйдет из темницы, он станет полноценным гражданином Асгарда и просто будет обязан залатать мост. Ладно, Тор сказал не так, но сути дела это не меняет. - Тогда… что же ты здесь забыл, смертный? – Локи все же поднялся, легко, непринужденно, все так же не отходя от стены. – Почему ко мне пришел ты? – он словно посвежел, обрадованный догадкой. – И… Почему вчера мои заклятья, - он слегка склонил голову набок, - столь долго и тяжко накладываемые, - он все же отошел, вглубь камеры, куда-то к резному столику, - пали в один миг? – из-под стола была вытащена бутыль, - выпьешь, нет? А я выпью, - он нарочно, слово в слово, повторил сказанное тогда Старком в башне. Это намек или нет?.. - Мне нужна твоя помощь, - Тони поднял руки в жесте примирения, «подловили!» - кричала его поза, ну, а он скрипнул зубами про себя, тут же обворожительно ему улыбнувшись. - Хорошо, - Локи явно удивлен не был. А вот Старк – был. И не только удивлен, а еще и ошарашен. На кой ляд он изобретал четыре манеры поведения с опальным Богом, если он так быстро согласился?.. - Моя очередь спрашивать – в чем подвох? – Локи вдруг расхохотался. Искренне, безумно, вино налило светлым румянцем его щеки, а безумие почему-то воспринималось, как должное. - Сердце, душу или тело – и тогда я выйду отсюда. Мне здесь нравится, знаешь ли, - и когда Тони попробовал вставить нечто, он раздраженно махнул рукой. – Твое присутствие уже начало… мне надоедать, - он безразличным взглядом уставился на золотой – боже, и здесь – бокал в руке и вдруг, резко размахнувшись, швырнул его в прозрачную преграду. Тот дематериализовался – словно и не кидали ничего – а алые подтеки, очевидно, вина, остались стекать – и почему-то, даже вне учета цвета, они показались похожи на кровь, случайно окропившую стену. Тем страшнее было наблюдать ее стекание по пустоте. Локи выдохнул и подошел к белой стене, опускаясь и прикрывая глаза. Больше до него Тони не докричался. *** - О, а ты вот так же будешь навещать меня каждый день? – Локи, вопреки вчерашнему унынию, открыто веселился, с полуприкрытым взором наблюдая за Тони. И почему он чувствует себя здесь так неловко?.. - Ну, поскольку заняться в вашем мире мне все еще нечем, а в родной дом меня упорно не пускают, то… - он пожал плечами, пройдясь вдоль стенки. Бог и не думал вставать, пригревшись, казалось бы, около белой стены и не желая покидать нагретое местечко. – А ты, что, вообще сутками не двигаешься? – ладно, вот конкретно сейчас им, в действительности, двигало банально любопытство. - Разве я отказывался от своих слов? Мои условия все те же, пока еще, пока ты не раздражаешь меня – согласен на… уступки, - Локи артистично развел руками, кажется, опираясь о стену, но так и не вставая. - Что за странные «условия» ты мне предоставляешь, бог лжецов? Скажи по-человечески, как открыть эту твою… - Старк развел руками, обозначая. – Темницу, - вздохнул он, прикладывая руку к лицу. На темницу эти роскошные палаты походили, как Один на Фьюри. - Человека для этого убить нужно. Вот и все, - всего лишь усмешка, настолько давно знакомая, что, Тони кажется, он с ней уже свыкся. - Неужели архитектор этого… устройства был столь оригинален? – Старк коснулся прозрачной оболочки – это было нечто, сродни стеклу – и она нагрелась от прикосновения, заставив его резко отдернуться. Нет, вовсе не больно, скорее, неожиданно – при желании он ее преодолеет. - О, нет, Бальдр… легковерен. Поддался на мои советы, - нет, он открыто издевается?.. – я ведь знал, что однажды я им понадоблюсь – и был прав, разве нет?.. Это устройство, как ты выразился, открывается всего лишь совершением одного из смертных грехов, - Локи откинул голову назад, выставляя шею напоказ, и подошел к Тони, почти вплотную, они были разделены лишь завесой. - Не воруй, не возгордись, не желай жены и дома ближнего своего? – но в ответ на предположения Старка Лофт только осекся, глядя на него с явным недоумением. - Нет. Не сравнивай своих богов с нами, Энтони, у асов это… несколько иначе, - Локи тряхнул головой, отбрасывая явно мешающие ему волосы назад. Выглядело… эффектно, надо признать, - Всего есть три греха. Смерть, нанесенная исподтишка – олицетворение трусости, желание, принесенное не любовью – истинный облик похоти, и насилие, что есть худшее из всех трех, ибо оно – показатель бездушности, - Лофт внезапно ударил ладонью по завесе и вгляделся в глаза Старка. – Какой из них ты сможешь совершить, чтобы вытащить меня отсюда? Ответ был очевиден. Но, к его удивлению, во взоре бога не было безумия, была лишь холодная, четкая, спокойная уверенность. - Надо было думать, прежде чем лезть на рожон, - Локи использует выражение Мидгарда, и это – непривычно и неожидаемо. Кажется, он делает все, чтобы разочаровать всех в себе – или, наоборот, укрепить веру в себя?.. - Я не найду рядом прекрасную девицу, к которой буду относиться не более, чем с презрением, не вижу смысла терзать свою душу насилием чужого – остается одно: смерть незаинтересованного лица. Охранники, что ждут тебя, Энтони, вполне подойдут, - он говорит вполне серьезно, даже не кривляясь привычно, просто констатируя факт – или он, или они. Но руки пачкать Тони не хочет тоже. Он зажмуривается и делает шаг вперед, каждый клеточкой своего тела ощущая жар посторонней магии, что давит на него, казалось бы, даже далеко внутри. Но завеса – крохотная, в диаметре не набирающая и дюйма, он проходит ее за шаг, и выдыхает, понимая, что ненастоящий огонь ушел. - Почему ты не ушел? – вопрос странный, в действительности, потому что даже сам Старк не ожидал столь легкого и безболезненного прохода. - В мою темницу гораздо легче войти, чем покинуть ее, - теперь он остро чувствует присутствие Бога рядом с собой, его желание, и от него пробивает в дрожь. – Да и резон мне менять лучшее на хорошее? Поверь, меня, - он почти выплевывает это, - пощадили. Но эта милость – однократна, и, если бы меня нашли – а меня бы нашли – простым заточением они бы не обошлись. Несмотря ни на что, - он морщится, - это было довольно-таки справедливо с их стороны. К тому же, отец явно знал, что в войне с альвами моя помощь излишней не будет, - честно говоря, на столь подробный ответ Тони и не надеялся, ведь откровенным с ним богу быть просто незачем. – Самолично ляжешь на мой алтарь? – символично разводит руками Локи, указывая на неприметный ранее выступ с другой стороны камеры. Глядя на целую коллекцию ножей рядом с ним, Старк содрогается. - Н…нет, - он все же старается, чтобы голос не дрожал. Выходит пока откровенно плохо, - Ты не любишь меня, я видеть не могу тебя, - он усмехается и делает шаг вперед. – Сами норны были обязаны предсказать нашу связь, - Локи лишь кивает головой в ответ на шуточку в стиле Асгарда – даже сам Тони немного удивлен, а эмоции из него, кажется, выпил какой-нибудь асгардский дементор. Ну, или как там эти твари назывались. - С чего ты взял, - несмотря ни на какое заключение, он все еще силен, и Старк чувствует, остро чувствует каждой клеточкой тела его силу, пусть и лишенную временно магии – ей это не в минус, - что я захочу… марать свое тело твоим? – а вот это уже грубо и, не надейся Тони так на слово Одина – домой ему все еще хотелось – он бы не потерпел такого оскорбления, но он опускает голову, вроде бы прощая, лишь ехидно выдавив из себя в конце: - Еще кто тут чем мараться будет, - Локи пережимает его горло, давая едва ощутимую струйку воздуха в легкие, и он, попытавшись вдохнуть, поясняет, - количество крови на твоих руках не смоет ничто, - это, на его взгляд, не менее неприятно, но его отпускают, и он сползает по стенке – совсем как бог, недавно, - в тщетной попытке отдышаться. Получается плохо. – Так мы договорились? – выпалив, чуть ли не сконфузился, почти забыв, кто он такой. Это еще хуже, чем все остальное. - Да, - кивает ему Локи. – Этот вариант меня устраивает, - а задирает голову так, как будто ему Землю в личное пользование притащили. Нужно потом подарить ему глобус.