Евангелион 4.0: Это (Еще не) конец!

30 апреля 2016 года. 21:49. Штаб-квартира NERV, гостиница.       Каору Нагиса лежал на неразобранной кровати в своем номере гостиницы NERV и в очередной задавал себе один и тот же вопрос, не дававший ему покоя с момента вчерашнего сеанса связи с председателем Лоренцем.       «Последний приказ прозвучал, - думал Каору. – И что мне теперь делать? Поступить так, как того хочет председатель Лоренц и пожертвовать собой ради счастья всех Лилим? Или же позволить Лилим самим решать свою судьбу?»       Каору уже второй день думал над этим вопросом, но не мог найти на него ответа. С одной стороны, председатель Лоренц был прав: люди, действительно, несчастные существа, а с другой…       «Взять, к примеру, Икари-куна. После того, как Аянами «пожертвовала» собой, он был несчастлив, но виноваты ли в этом Лилим. Нет, это из-за Ангела Аянами была вынуждена поступить именно так, а не иначе, - размышлял Каору. – Если бы она этого не сделала, она все равно была бы мертва, а Икари-кун все равно бы страдал. С другой стороны, если бы она не сражалась с Ангелом, ничего бы этого не было… получается, старик прав? И несчастными Лилим делают они сами? В таком случае, Искусственная эволюция в самом деле станет для них благом!»       Каору улыбнулся, подумав было, что нашел верное решение, как в его голове родилась неожиданная мысль: «А точно ли старики выражают волю всех Лилим? Или же они пекутся только о своих личных интересах?» Эта мысль породила новый виток размышлений Каору, до того не сомневавшегося в решениях внутреннего круга SEELE.       «А почему я так хочу исполнить пожелание старика Лоренца? – неожиданно спросил себя Каору. – Разве я не обладаю свободой выбора?»       «Обладаю, - ответил сам себе Каору. – Но, ирония заключается в том, что выполню я свое предназначение, или нет – лично для меня ничего не изменится. А значит… значит, мне просто нужно найти такое решение, которое точно будет моим и только моим!» На следующий день. 1 мая 2016 года. 13:23. Штаб-квартира NERV, научный отдел.       Воскресенье. Казалось бы, выходной день, однако доктор Акаги Рицко с самого утра находилась в своем рабочем кабинете и пыталась разобраться с вопросом, уже третий день не дававшим ей покоя, а именно: «Что, черт возьми, не так с пилотом Каору?»       Придя в кабинет, Акаги первым делом проверила процесс ДНК-анализа, обнаружив, что он будет готов сегодня примерно в час дня. Чтобы не терять зря времени, Акаги решила в очередной раз просмотреть все случаи синхронизации Каору, и чем больше она их изучала, тем больше они ей не нравились. Уж больно легко и просто у Каору все получалось!       Наконец, на мониторе терминала управления комплексом MAGI появилось сообщение, что самый мощный в истории суперкомпьютер справился с анализом ДНК Каору и сравнением его с заданными ученой параметрами. Чуть ли не подскакивая от нетерпения, Акаги сбросила результаты анализа на свой компьютер и приступила к их изучению.       Первый же взгляд на результат анализа заставил ученую замереть: нечто подобное она видела уже много раз, изучая состояние Евы-02! «Неужели это правда? – подумала ученая, внимательно изучая каждую строчку анализа ДНК. – Нет, ошибки быть не может: с генетической точки зрения Каору Нагиса не вполне человек. Причем, не человек он в гораздо большей степени, нежели Аянами…»       Набрав на телефоне местный номер Мисато, Акаги назвала на кнопку вызова в режиме громкой связи. Подруга откликнулась после второго гудка.       - Привет, Риц! – поприветствовала ученую Мисато.       - Мисато, у нас проблемы! – не здороваясь, произнесла Акаги. – Жду тебя у себя в кабинете!       - Риц, я, вообще-то, занята! – Мисато даже чуть возмутилась от подобного требования.       - Кацураги, - вздохнула Акаги, подавляя раздражение, вызванное непониманием подруги. – Я не знаю, чем ты так занята, но, поверь мне, это и вполовину не так важно, как то, что я только что узнала. Так что, бросай все – и бегом ко мне!       - Ну, хорошо, - недовольным тоном ответила Мисато. – Жди!       Раздавшиеся гудки сообщили ученой, что Мисато повесила трубку. Понимая, что в достаточной мере накрученная Кацураги скоро будет здесь, Акаги решила заранее подготовить данные, чтобы как можно быстрее объяснить подруге суть происходящего и начать думать, что теперь с этим делать. 1 мая 2016 года. 13:30. Икари Синдзи. Штаб-квартира NERV, столовая.       Несмотря на то, что на календаре было воскресенье, ощущения выходного дня не было совершенно. Раньше в выходные я или занимался домашними делами, или выбирался куда-нибудь в город с друзьями или девочками. Теперь же мои друзья были уже на Окинаве, да и в город выбираться смысла не было, разве что по руинам полазить…       В общем, для нас с Мари сегодняшний день отличался от предыдущих только тем, что вечером у нас не будет тренировок. Однако, так повезло далеко не всем, Мисато, например, сегодня была на службе, разбиралась с какими-то недорешенными вопросами. Об этом мне рассказала Макинами, оторвавшая меня от игры в «Resident Evil 5» и позвавшая в столовую, пообедать.       В честь выходного дня я был одет не в свою извечную черную форму, а в джинсы и черную футболку. Надев поверх футболки кобуру, я скрыл ее легкой джинсовой курткой. Хоть я сегодня и был в гражданской одежде, да и, вообще, выходной, но ходить без оружия было для меня непривычным.       Мари, кстати, тоже была одета по «гражданке»: на ней были белая блузка с расстегнутым воротом, на нагрудном кармане которой был вышит зеленый щит с золотой буквой «J», и красно-зеленая плиссированная юбка, в которых она впервые появилась в нашем классе. Только вот вместо чулок у нее на ногах были белые гольфы, а вместо форменных туфель – белые же кеды.       Оказавшись в столовой, мы увидели за одним из столиков Каору, меланхолично что-то жевавшего. Каору мне, вообще, в последние дни очень не нравился, он был каким-то вялым. В пятницу он объяснил свое состояние тем, что у него брали кровь на анализы. Мне показалось это странным, я даже поинтересовался этим у доктора Акаги, которая объяснила мне, что после забора крови люди иногда чувствуют слабость.       Но ведь и в субботу он был точно таким же! На тактических занятиях Каору был несколько рассеянным, казалось, что он погружен в себя и ему нет дела до того, что происходит вокруг. Причем, это заметил не только я, но и капитан фон Браниц, задержавший меня после занятий и поинтересовавшийся происходящим с Каору.       Короче, фон Браниц попенял мне, что я, как командир взвода, не знаю, что происходит с моими подчиненными, после чего мы с ним решили дать Каору отдохнуть, и, если к понедельнику он не придет в норму, принимать меры. И вот сейчас, насколько я видел, Каору по-прежнему прибывал в меланхолии.       Заметив нас, Каору приветственно помахал нам рукой и жестом предложил присоединиться к нему за столиком. Кивнув, мы направились к стойке раздачи, где быстро набрали себе полные подносы еды. Кормили в нашей столовой замечательно, вот только порции были рассчитаны скорее на офисных работников, чем на людей, много времени уделяющих тренировкам.       - Приятного аппетита, - пожелал нам Каору, когда мы вернулись с подносами.       - Взаимно, - кивнул я и приступил к обеду.       Некоторое время мы молча насыщались. Я отдал должное острому кимчи супу, Макинами – рамэну с говядиной, Каору же жевал какое-то запеченное мясо.       - Икари-кун, - обратился ко мне Каору, когда я отставил пиалу из-под супа и придвинул к себе тарелку со свиной отбивной тонкацу. – После обеда нам нужно будет поговорить. Это очень важно.       Я удивленно посмотрел на Каору, поскольку сам собирался поговорить с ним насчет его состояния в последние дни. Неужели Каору решил, не дожидаясь вопросов, объяснить, что с ним происходит? Или тут что-то другое?       - Хорошо, - кивнул я. – Подождешь нас?       - Да, конечно, - кивнул Каору, вставая с места. – Я сейчас вернусь.       Подхватив поднос с пустыми тарелками, Каору ушел, а через пару минут вернулся с чашкой горячего шоколада.       - Люблю сладкое, - прокомментировал Каору, садясь за стол.       Я вернулся к еде. В какой-то момент я покосился на Каору. Он пил горячий шоколад медленно, смакуя каждый глоток. Казалось, будто он пьет его в последний раз и потому старается посильнее растянуть удовольствие. Покачав головой, я доел отбивную и собрал тарелки на поднос.       - Идем? – поинтересовался я, заметив, что Мари тоже доела свою порцию запеченной говядины.       - Да, Икари-кун, - кивнул Каору, одним глотком допив горячий шоколад. – Я думаю, лучше будет поговорить в классе, в котором мы занимаемся теорией. Там нам никто не помешает.       - Ну, хорошо… - предложение Каору меня немного удивило. О чем таком он хочет поговорить?       Мы поставили подносы с пустыми тарелками на стойку для грязной посуды и, поблагодарив девушек, работавших на раздаче, покинули столовую. 1 мая 2016 года. 13:47. Штаб-квартира NERV, научный отдел.       - Что случилось, Риц? – требовательно поинтересовалась Мисато, влетев в кабинет доктора Акаги. – Ты, на всякий случай, оторвала меня от подготовки отчета о нашей готовности к отражению атаки тринадцатого Ангела. Если завтра он не будет готов, командующий меня…       - Поверь, подруга, завтра этот отчет командующему уже не понадобится! – перебила Акаги, и, потянувшись, придвинула к своему столу еще одно офисное кресло на колесиках. – Садись, я тебе кое-то покажу…       Пожав плечами, Мисато устроилась в предложенном ей кресле и с нетерпением посмотрела на подругу.       - Начну немного издалека, - произнесла Акаги, сделав вид, что не замечает нетерпения Мисато. – Помнишь первую тестовую синхронизацию Каору?       - Помню, и что? – ответила Кацураги. – Риц, не тяни резину, рассказывай!       - Уже при первой пробной синхронизации уровень синхронизации Каору равнялся восьмидесяти четырем процентам, - как ни в чем не бывало продолжила Акаги. – Так вот, несколько дней назад я еще раз внимательно изучила расшифровку синхронизации Каору во время сражения. Вот, смотри!       Акаги отрыла окно с графиком изменения синхронизации Евы-02 во времени.       - Смотри, синхронизация Каору в начале боя равнялась восьмидесяти восьми процентам и некоторое время держалась на этом уровне, - начала объяснять Акаги. – Затем Каору подвергается атаке Ангела и уровень его синхронизации падает до двадцати восьми процентов.       - Не вижу ничего необычного, - пожала плечами Мисато. – Пилот испытывает боль, не может сосредоточиться – вот синхронизация и падает. Так всегда происходило…       - Так, да не совсем… - покачала головой Акаги. – Вот, к примеру, расшифровка синхронизации Синдзи во время его второго боя. Обрати внимание, когда Ангел пробил Еву своими щупальцами, уровень синхронизации резко упал. Резко, Мисато! А теперь сравни это с графиком Каору.       Чтобы подруге было легче понять, Акаги уменьшила масштаб графика Каору.       - Постой-ка… - произнесла Мисато. – Нет резкого обрыва! Получается, что синхронизация Каору не упала… она снизилась!       - Именно так, - кивнула Акаги, достав из пачки сигарету и щелкнув зажигалкой. – Ты понимаешь, что это значит, Мисато? Каору способен свободно менять уровень своей синхронизации. Разумеется, данных о пяти подростках, способности которых мы имели возможность изучить, недостаточно для статистических выводов, но я предполагаю, что человеку такое не под силу…       - Хочешь сказать, что Каору не человек? – скептически усмехнувшись, уточнила Мисато. - Риц, а ты не перебарщиваешь с паранойей? Способность Каору управлять своим уровнем синхронизации – это, конечно, очень необычно, но как-то маловато для подобных обвинений…       - Для обвинений недостаточно, а вот для подозрений – вполне, - парировала Акаги. – Поэтому в пятницу я взяла у Каору образцы крови и сделала анализ ДНК, сравнив его с имевшимися у меня образцами.       - И что? Неужели нашла что-то необычное? – поинтересовалась Мисато, все еще недовольная тем, что подруга оторвала ее от составления отчета для командующего Икари.       - Нашла, - кивнула Акаги, после чего торжествующе улыбнулась. – По структуре ДНК Каору Нагиса ближе всего к Еве-02!       Мисато, уже собравшаяся в очередной раз поддеть подругу, так и замерла с открытым ртом. Чувство юмора у Рицко, конечно, было весьма своеобразным, но так шутить она точно не стала бы. А раз Рицко не шутит… «Но, черт возьми, как такое возможно? - подумала Мисато. – А главное, что теперь с этим делать?»       - Риц, а ты случаем не ошибаешься? – с затаенной надеждой в голосе спросила Мисато.       - Сама посмотри, - предложила Акаги, включая второй монитор, на котором были выведены какие-то таблицы. – Надеюсь, ты еще хоть что-то помнишь из институтского курса общей биологии…       - То, что я учила в институте – было давно и неправда, - поморщилась Мисато. – Так что, лучше объясни сама, и, желательно, на пальцах.       - Генетику? На пальцах? М-да-а… умеете вы, военные, задачи ставить… - хмыкнула Акаги. – Ладно, попробую… Слева – расшифровка ДНК четвертого Ангела, первого, чье тело мне удалось получить для исследования. Она имеет значительное сходство с ДНК человека, но при этом имеет и ряд отличий, главное из которых – вот эти экзоны… ну, участки ДНК, содержащие генетический код, – поправилась ученая, заметив на лице Мисато непонимание. – У Ангела, в отличие от человека, эти экзоны пластичны, что, как я предполагаю, и позволяет им принимать любую форму по собственному желанию.       - Ну и что? – по-прежнему ничего не понимая, спросила Мисато.       - Слушай дальше. Помимо уже упомянутых экзонов ДНК ангела содержит ряд других, отсутствующих у человека и, если я правильно понимаю, отвечающих, в первую очередь, за связь с ядром. Расшифровки ДНК Адама у меня, к сожалению, нет, - вздохнула Акаги. – Зато есть расшифровка Евы-02. Видишь? Экзоны, отвечающие за строение тела сильно разбавлены человеческими генами, что позволило придать телам Ев постоянную форму, а еще некоторые изменения сделали Евы полностью зависимыми от внешнего питания.       Акаги убрала с экрана таблицу ДНК четвертого Ангела, затем сдвинула таблицу Евы-02 влево, добавив в правую часть монитора третью таблицу.       - Теперь сравни ДНК Евы и Каору, - предложила Акаги. – Экзоны, отвечающие за тело, у него полностью заменены человеческими, связь с ядром также отсутствует. Однако, в его ДНК присутствуют все остальные экзоны присущие Евам, но отсутствующие у человека, а также еще несколько, которых нет у Евы-02, но которые, вероятно, присутствовали у Адама.       - Получается… – протянула Мисато, до которой начало доходить, что имеет ввиду ее подруга.       - Получается, что Каору – Ангел, только принявший вид не неизвестной науке хрени, а мальчика-подростка, - прямо заявила Акаги.       - Твою-то мать… - протянула Мисато. – Не зря я не хотела к тебе идти! Ладно, что делать будем?       - Собственно, для этого я тебя и позвала, - ответила Акаги. – Идеи есть?       Идеи у Мисато были исключительно нецензурные, однако, озвучить их она не успела. На мониторе, выполнявшем функции терминала подключения к MAGI, появилось красное окно с надписью: «WARNING! AT-Field detected!»       - Проклятье, похоже мы опоздали! – воскликнула Акаги, открывая окно видеосвязи с мостиком и вызывая лейтенанта Ибуки. – Майя, что происходит? Почему объявлена тревога?       - Семпай, вы не поверите, но датчики зафиксировали АТ-поле прямо в Геофронте! Мы с Мидори как раз пытаемся уточнить его расположение!       - Попробуйте запеленговать мобильный телефон младшего лейтенанта Каору! – распорядилась Акаги. – Я почти уверена, что там же вы обнаружите и АТ-поле.       - Семпай?.. – недоуменно переспросила Майя. – А при чем тут…       - Нет времени объяснять! – перебила Акаги свою помощницу. - Действуйте!       - Сейчас! – пискнула Майя.       - Риц, я побежала! По дороге позвоню Арисаве и затребую у него боевую группу! – заявила Мисато. – Когда Майя обнаружит Каору – сообщи мне! Подумаем, как его уничтожить…       - Может, все-таки возьмете его живым и приведете ко мне? – с надеждой в голосе спросила Акаги. – Для опытов.       - Иди на фиг, маньячка! – Кацураги аж поперхнулась от такого предложения.       - Да шучу я, шучу, - улыбнулась Акаги. – Иди уже! 1 мая 2016 года. 14:04. Икари Синдзи. Штаб-квартира NERV, класс для теоретических занятий.       От столовой до нашего учебного класса мы добирались около десяти минут. Это только кажется, что в пирамиде со стороной основания в двести пятьдесят метров все должно быть близко, но, если вспомнить все бесконечные лифты и переходы, быстро перестаешь удивляться тому, что путь из одной точки штаба в другую может занимать до получаса.       Все десять минут, что мы добирались до класса, мы провели в молчании. Каору шел впереди, напевая себе под нос какую-то мелодию. Я не видел его лица, но чувствовал, что он напряжен. И мне это не нравилось.       - Deine Zauber binden wieder, was die Mode streng geteilt… - прислушавшись к тому, что напевал Каору, я смог разобрать слова и с удивлением узнал «Оду к радости», знаменитый финал девятой симфонии.       Наконец, мы пришли. Каору приложил свое удостоверение к электронному замку, открыв дверь класса.       - Икари-кун, Макинами-сан, проходите, - предложил Каору.       Блин, как же меня бесит это его «кун»! Причем, к Мари он обращается со всем уважением, «Макинами-сан», а ко мне… Все-таки есть в этом его обращении что-то издевательское!       - Итак, Каору, о чем ты хотел с нами поговорить? – поинтересовался я, когда мы вошли в класс.       Садиться за парты мы не стали, просто Каору присел на край одной из парт, мы же с Мари остались стоять.       - Я все объясню, Икари-кун, не спеши! – впервые за последние дни я увидел на лице Каору его широкую ухмылку. – Но прежде…       Приподняв полу своей белой рубашки и открыв на всеобщее обозрение нейлоновую поясную кобуру, Каору подчеркнуто медленно извлек из нее свой «Глок» и рукояткой вперед протянул его мне.       - Возьми, Икари-кун, - произнес Каору. – Мне он больше не понадобится, а тебе так будет спокойнее…       - Спокойнее? Ты о чем? – ничего не понимая, я, тем не менее, взял у Каору пистолет и сунул его в карман куртки.       - Вот об этом, - спокойно ответил Каору, после чего его кожа на мгновение засветилась оранжевым светом, а затем… затем это свечение словно отделилось от его тела и развернулась в полусферу, накрывшую нас мерцающим куполом.       - Это что, АТ-поле?! – ошарашенно воскликнула Макинами.       Ее слова вывели меня из ступора, возникшего у меня при виде хорошо знакомого оранжевого свечения. «Этого же просто не может быть! АТ-поле есть только у Ангелов! – мой мозг, казалось, отказывался адекватно воспринимать увиденное. – Получается, что Каору…» Как только в моей голове сформировалось это предположение, моя рука немедленно дернулась к пистолету.       Благодаря нескольким месяцам тренировок, время извлечения пистолета из плечевой кобуры и наведения его на цель составляло у меня чуть больше двух секунд, но Мари, стоявшая рядом со мной, умудрилась меня опередить. Подцепив большим пальцем край своей плиссированной юбки, она задрала подол вверх, тем же движением выхватывая свою «Беретту» из набедренной кобуры. Секунда… ну, может, полторы – и ствол ее пистолета смотрит Каору в лицо. А еще через секунду и мой пистолет оказался направлен на него.       - Тише, тише… Я просто не хочу, чтобы нас услышал кто-нибудь еще! - Каору продолжал улыбаться, будто бы и не находился под прицелом двух стволов. – Ну да, это АТ-поле, и что в этом такого удивительного? Как будто у вас его нет…       - А должно быть? – ехидно поинтересовалась Мари, продолжая смотреть на Каору сквозь прицел. – АТ-поля есть только у Ев и у Ангелов… - последние слова, впрочем, она произнесла уже с некоторой неуверенность в голосе.       - Ты ошибаешься, Макинами-сан, - возразил ей Каору. – Что ж, позволь тебя просветить. АТ-поле есть у всех, кто обладает душой. Это свет души, последний барьер, защищающий священную область твоего собственного я, в которую никому не позволено вторгаться!       Моей первой мыслью, возникшей при словах Каору, было: «Что за бред он несет?», однако я почему-то чувствовал, что Каору не врет. Стоп! Если Каору говорит правду, а мы находимся внутри его АТ-поля… получается, Каору пустил нас к себе в душу?!       - Я вижу, Икари-кун, ты уже понял… - Каору внимательно посмотрел на меня. – Да, сейчас я открыт перед вами. Мне нужно, чтобы вы поверили мне!       Его манера говорить загадками начинала меня раздражать. Каору не врал, это я мог сказать абсолютно точно. По крайней мере, он сам верил в то, что он говорил. Однако, ощущая эмоции Каору, я ощущал также некоторую чужеродность, как будто Каору говорил с нами не как с равными, а как с неразумными детьми! И это ощущение только усиливало мое раздражение!       - Послушай, Каору… ну, или кто ты там на самом деле… - начал было я.       - Табрис, Ангел свободной воли, - Каору вежливо наклонил голову, изобразив приветствие. – Ну, или Адам, это уж как вам больше нравится…       «Ч-чего?» - мысленно процитировал я любимое восклицание Аски. Нет, то что Каору – Ангел, я еще мог принять, но то, что он назвал себя Адамом… От того, чтобы немедленно разрядить в него весь магазин, меня удержало только то, что он не вызывал не малейшего чувства опасности. Разумом я понимал, что, если Каору – Ангел, то он представляет серьезную опасность, но чувствами – нет…       Покосившись на стоявшую в двух шагах от меня Макинами, я увидел, что она также потрясена словами Каору. Мари стояла с открытым ртом, а ее глаза, казалось, были больше очков – прямо олицетворение вселенского охренения!       - Но… Адам же был уничтожен во время Второго Удара! – обалдело произнесла Мари.       - А ваша подруга Аянами – во время сражения с Ангелом, - ответил Каору. – Однако же, не далее, чем позавчера, я видел ее в госпитале.       - Значит, ты… - до меня начало доходить.       - Все верно, Икари-кун, - довольно ухмыльнулся Каору. – Я - Альфа и Омега, первый и последний… тринадцатый Ангел, сотворенный из уцелевшей плоти Адама и его бессмертной души, созданный Лилим, чтобы, наконец, исполнить свое предназначение…       - И в чем же оно заключается? – иронично спросила Мари, отошедшая от предыдущего заявления Каору. – Устроить Третий Удар и уничтожить все человечество?       - Ну, в общем… да! – хихикнул Каору. – С одной только поправкой: человечество не будет уничтожено, оно переродится и станет, наконец, единым. Не будет больше лжи и недопонимания, каждый, наконец, сможет стать самим собой. В мире больше не станет ссор и обид… Ну, как тебе такое будущее, Икари-кун? – поинтересовался Каору, повернувшись ко мне.       - Как-то не очень… - после недолгих раздумий протянул я. – Ложь и недопонимание, не только причиняют боль и страдания, они еще могут стать толчком для развития! Я это по себе знаю… Известие о смерти мамы причинило мне боль, а то, что отец бросил меня – заставило меня страдать, но, благодаря помощи дяди и тети, я стал сильнее и смог жить дальше!       - Синдзи… - тихо ахнула Мари.       - Недавно я узнал, что слова отца были ложью и мама не умерла, но, во многом благодаря этой лжи, я стал тем, кем я являюсь сейчас! – продолжил я, не обратив внимания на возглас Мари. – А мир без лжи, о котором говоришь ты – это мир без развития. А если не будет развития – не будет и самой жизни! Мир будет все равно, что мертв, и мне такой мир не нужен!       - Вот, значит, как ты думаешь? – Каору, выглядевший озадаченным, выдавил из себя улыбку. – А ты, Макинами-сан… ты думаешь также!       - Да, - решительно кивнула Мари.       - Значит, я в вас не ошибся… - задумчиво кивнул Каору каким-то своим мыслям. – Однако, у всего есть своя цена и, если вы хотите сохранить все, как есть, вам придется ее заплатить!       - Ты это о чем? – с подозрением спросил я, чувствуя какой-то подвох.       - Если вы хотите сохранить привычный вам мир… - прежде чем продолжить, Каору выдержал драматическую паузу. – Вам придется меня убить! 1 мая 2016 года. 14:13. Штаб-квартира NERV, резервный командный мостик.       Как и предполагала доктор Акаги, запеленговав мобильный телефон Каору, Мидори обнаружила и источник АТ-поля. Подключившись к камере наблюдения в классе, Мидори вывела изображение с нее на главный экран и сейчас наблюдала за происходящим там, переживая за Синдзи и Мари, которые, как Китаками уже успела выяснить, находились сейчас рядом с Каору.       Майя Ибуки, тем временем, сообщила доктору Акаги об обнаружении источника АТ-поля, с трудом удержавшись от того, чтобы спросить, как она догадалась о том, что АТ-поле как-то связано с Каору. Несмотря на мучившее ее любопытство, Майя прекрасно понимала, что ее обожаемой семпай сейчас не до того. Майе оставалось только надеяться, что ее наставница все же найдет время, чтобы ответить на ее вопросы.       Тем временем, на верхнем ярусе мостика раздался звонок, возвестивший о прибытии лифта, после чего на мостике появился командующий Икари, сразу же бросивший взгляд на главный экран. Следом за ним из лифта вышел и его заместитель полковник Фуюцки.       - Старший лейтенант Ибуки, доложите обстановку! – велел командующий Икари, заняв свое место на мостике в свое кресло и машинально сложив ладони перед лицом.       - Есть, сэр! – пискнула Майя, всегда робевшая при личном общении с высоким начальством. – В четырнадцать часов пять минут датчики зафиксировали АТ-поле внутри штаб-квартиры. Согласно предположению доктора Акаги, АТ-поле могло быть связано с пилотом Каору.       - Предположение доктора Акаги подтвердилось? – уточнил командующий.       - Да, сэр! – кивнула Майя. – Младший лейтенант Китаками установила местонахождение пилота Каору. Он находится в классе, в котором обычно проходят теоретические занятия пилотов. Вместе с ним находятся пилоты Икари и Макинами. В настоящий момент мы наблюдаем за ними через камеру видеонаблюдения.       Командующий Икари еще раз взглянул на главный экран мостика, на который транслировалось изображение с расположенной в классе камеры. На экране было хорошо видно, что в передней части класса развернута оранжевая полусфера, внутри которой были неплохо видны три силуэта. К сожалению, более подробно рассмотреть происходящее не представлялось возможным: мерцающее АТ-поле сильно мешало наблюдению.       - Я вижу, - кивнул командующий Икари. – Доктор Акаги, на основании чего вы сделали предположение о связи АТ-поля с пилотом Каору?       - Аномально высокий уровень синхронизации пилота Каору показался мне подозрительным, - ответила Акаги, окно видеосвязи с которой было открыто в правом верхнем углу главного экрана. – Я сделала ДНК-тест и выяснила, что Каору – Ангел. Затем я поделилась своими сомнениями с полковником Кацураги…       - Почему не доложили мне? – нахмурился командующий.       - Просто не успела, сэр, - пожала плечами Акаги. – Вскоре после того, как я поделилась своими выводами с Мисато, была объявлена тревога.       - Хорошо, - кивнул командующий. – Доктор Акаги, где сейчас находится полковник Кацураги и почему она отсутствует на мостике?       - Сэр, - из динамиков раздался голос Мисато. – В настоящий момент я нахожусь в коридоре возле класса для теоретических занятий пилотов вместе со штурмовой группой, предоставленной подполковником Арисавой. Мы ждем дальнейшего развития событий. Я не хочу рисковать и брать класс штурмом. Это может спровоцировать Каору и поставить под угрозу жизни пилотов…       - Хорошо, полковник, - после недолгих раздумий произнес командующий. – дальнейшие действия я оставляю на ваше усмотрение.       - Есть! – ответила Мисато.       - Значит, SEELE сами подослали к нам последнего Ангела, - тихо, так, чтобы его мог слышать только Фуюцки, произнес командующий Икари. – Старики решили подстегнуть события… нашими руками. Интересно, а они подумали о том, что я могу сделать то же самое? 1 мая 2016 года. 14:18. Икари Синдзи. Штаб-квартира NERV, класс для теоретических занятий.       Я почувствовал, что моя челюсть непроизвольно отвисает. Причиной этого были не столько сами слова Каору, это-то как раз укладывалось в логику происходящего. Меня поразило то, что желания Каору полностью соответствовали его словам. Он в самом деле хотел умереть от наших рук!       – Ты серьезно предлагаешь нам тебя убить? – несмотря на все, что я ощущал, я все еще не мог в это поверить.       - Да, Икари-кун, таково мое желание,- Каору продолжал улыбаться, вот только улыбка его была горькой. - Я хоть и обладаю свободной волей и могу сам распоряжаться своей судьбой… но вне зависимости от того, исполню ли я свое предназначение, или буду убит при попытке это сделать – Табрис, как личность, перестанет существовать. Вот и выходит, что единственная свобода воли, которая у меня есть – это возможность выбрать способ, как именно мне умереть.       Это многое объясняло. В том, что Каору – Ангел, я уже не сомневался, а значит, он будет уничтожен сразу же, как только об этом станет известно моему отцу.       К тому же… Каору сказал, что он был создан, а учитывая, что он был направлен к нам по распоряжению Контрольного комитета – скорее всего, его создали в SEELE, а я сомневался, что эти старики, которых моя мама называла чуть ли не тайным мировым правительством, не подстраховались на случай его предательства.       - Все это очень логично звучит, вот только почему ты рассказываешь все это нам? – скептическим тоном спросила Мари, буквально сняв вопрос с моего языка. – Больше не хочешь устраивать Третий Удар?       - Ну почему же, хочу, - улыбнулся Каору. – Но хочу ли я этого потому, что таково мое желание? Или, я хочу этого, потому, что именно этого от меня хочет Лоренц? Или все дело в том, что я Ангел, и во мне говорят инстинкты? Или…       - Я поняла, можешь не продолжать… - прервала его Мари. – И ты, значит, решил умереть от наших рук?       - Да, - просто кивнул Каору. – В этом случае я хотя бы буду уверен, что это именно мое решение…       - Но почему именно мы? – все же уточнил я.       - А ты думаешь, у меня много знакомых, к которым я могу обратиться с подобной просьбой? – усмехнулся Каору. – К тому же, вы с Макинами-сан, также, как и я, способны синхронизироваться с Евами. Я не знаю, чем это вызвано, но мне хочется верить, что вы немного ближе ко мне, нежели остальные Лилим.       М-да-а… парадоксальная логика Каору продолжала ставить меня в тупик… Однако, нужно было что-то решать…       - Никогда не думала, что убить последнего Ангела и закончить все это будет так просто… - пробормотала Мари.       - Просто? – Каору усмехнулся. – Ты, правда, думаешь, что председатель Лоренц после моей смерти откажется от своих замыслов? Уверен, у него есть запасной план, а скорее всего, и не один!       - А я-то размечталась… - с преувеличенным разочарованием протянула Мари.       - К сожалению, я больше ничем не могу вам помочь, - произнес Каору. – Так что… исполните мою последнюю просьбу и помогите мне уйти, оставаясь свободным до самого конца!       Мари внимательно посмотрела на меня, явно ожидая моего решения. Я же медлил, собираясь с мыслями.       Несмотря на то, что временами Каору изрядно меня раздражал, я воспринимал его как своего. Он был моим подчиненным, моим спарринг-партнером, он так же, как и я, сражался против двенадцатого Ангела… и теперь он просит, чтобы я убил его?       Каору был Ангелом… но был ли он врагом? На этот вопрос у меня не было однозначного ответа. Вот, если бы он захватил Еву и попытался прорваться к Лилит… тогда да, можно было бы его ненавидеть, кричать, что мы ему верили, а он предатель, обманувший нас и нанесший удар в спину…       Однако, Каору поступил иначе. Он не стал бить в спину, вместо этого он предпочел рассказать обо всем нам. Этот его поступок, определенно, заслуживал уважения, и требовал от меня ответной услуги. И, раз уж так вышло, что единственная услуга, которую я мог оказать Каору – это подарить ему быструю смерть…       Кивнув Мари, я поднял пистолет и, чтобы унять волнение, крепко стиснул рукоять. Мой указательный палец начал движение назад, вжимая расположенный в спусковом крючке автоматический предохранитель… и замер. Я не мог…       - Ну же, огонь! – поторопил нас Каору. Удивительно, но даже на пороге смерти он продолжал улыбаться. – Так, кажется, у вас, военных, говорят?       Мы с Макинами выстрелили практически одновременно, но Мари, все же, была первой. То ли она была менее сентиментальной, чем я, то ли у нее просто сдали нервы, однако сперва в метре от меня раздался хлопок пистолетного выстрела, а затем и я вдавил спусковой крючок… а потом еще раз. Второй выстрел вышел у меня чисто машинально, именно так меня учил стрелять капитан фон Браниц…       Голова Каору резко дернулась назад, из его затылка фонтаном вырвались кровавые брызги, а потом он просто опрокинулся спиной на парту, на которую он опирался… я же продолжал тупо смотреть через прицел туда, где только что находилась голова Каору, а сейчас была пустота.       Несколько секунд спустя я опустил оружие и посмотрел на тело, лежащее на парте. Вокруг головы Каору уже растеклась алая лужа, и теперь капли его крови с неприятным звуком падали на пол. Одновременно с этим на его белой рубашке продолжало расползаться багровое пятно.       Сглотнув, я перевел взгляд с тела на пистолет и ко мне, наконец, пришло осознание произошедшего. Мы с Мари только что убили Каору Нагису, пилота Евангелиона и, по совместительству, тринадцатого Ангела.       АТ-поле исчезло. Это было первым, что я осознал, когда ко мне вернулась способность нормально соображать. Затем я услышал сбоку от себя тихий всхлип и, мысленно обругав себя за черствость, повернулся к подруге.       Мари явно было нехорошо. Она побледнела, на лбу выступила испарина, но она все равно продолжала дрожащими руками целиться в то место, где еще пару минут назад находился Каору.       Спрятать свой «Глок» в кобуру мне удалось не сразу, как оказалось, руки дрожали не только у Мари. Тем не менее я справился, после чего подошел к Макинами, и мягко опустил ее оружие, положив ладонь ей на запястье.       - Синдзи… - всхлипнула Мари, после чего посмотрела на меня. – Все ведь уже закончилось, правда?       - Да, Мари, - ответил я, притягивая девушку к себе и крепко обнимая. – Все закончилось…       Буквально в ту же секунду дверь класса открылась, пропуская внутрь нескольких одетых в камуфляж сотрудников службы безопасности с автоматами наперевес.       - Синдзи, Мари, с вами все в порядке? – выпалила полковник Кацураги, следом за «безопасниками» влетевшая в класс.       Мисато внимательно посмотрела на нас с Мари, казалось, выискивая возможные повреждения, затем профессиональным взглядом окинула класс. Когда она увидела тело Каору, лежащее на парте, ее глаза удивленно расширились.       - Может, вы объясните, что за хрень у вас тут произошла? – после некоторого молчания произнесла Мисато.       - Ну, если Каору нам не врал, то мы только что застрелили тринадцатого Ангела, - равнодушно ответил я. В настоящий момент мне действительно было все равно…