Шалость удалась

      Почему-то как только моя голова поднялась с подушки, я тут же поняла что день меня ждёт неудачный. Мало того, что сегодня сдвоенное зельеварение с слизеринцами, так ещё и ЗОТИ с этой мерзкой жабой Амбридж, кстати тоже с слизеринцами. Глухо застонав, я направилась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок, да и нервы после сна восстановить. Снился, если честно, какой-то бред про Хогвартс. Когда в голову приходило воспоминание об увиденном ночью, меня пробирала лёгкая дрожь. Главное, на уроке зельеварения это всё не вспоминать, а то образ Снейпа в одном нижнем белье, скачущего на спине Амбридж под громкие крики поддержки Дамблдора — не самый лучший попутчик на уроке зелий. Хмыкнув, быстро одеваюсь по стандартной форме Хогвартса — юбка и рубашка с кофтой наверху. Эмблема гриффиндора всегда радовала мои голубоглазые очи, ведь я мечтала пойти по стопам родителей и закончить школу чародейства и волшебства именно на факультете доблестных львов. Теперь мне осталось учиться лишь один год и именно этот самый важный момент в жизни каждого ученика решила испоганить профессор Амбридж, конечно называть её именно так было верхом трудности.       Закинув в сумку первые попавшиеся учебники и тетради (хм, интересно, почему же именно в этой стопке не оказалось тетради по ЗОТИ, очень странно), я побежала по огромной магической лестнице вниз, в Большой зал. По-моему, именно эта часть Хогвартса была самой волшебной, вероятнее всего потому что здесь у всех учеников складывалось первое впечатление. Сказочный потолок, невероятное количество самых разнообразных блюд и, конечно, добродушные и приветливые взгляды всех учителей, кроме мины профессора Снейпа, а как иначе. Намазав себе два хрустящих тоста маслом и персиковым джемом, я с удовольствием приступила к завтраку.       — Привет! — послышалось за спиной два голоса в унисон. Никогда не забуду тембр этих двоих озорников, которые сделали всё моё пребывание в Хогвартсе «нереальной сказкой». Особенно их еженедельные, хотя где там почти ежедневные, подкалывания моей персоны почти у всех на глазах. Я подавилась только что откусанным кусочком бутерброда и раздражённо посмотрела сначала на Джорджа, который сидел справа от меня, а потом на Фреда, который сидел слева. То-то у меня предчувствие странное было сегодня утром — они явно заподозрили что-то неладное. Обняв меня кто за талию, кто за шею парни начали по очереди произносить кажется заученные наизусть фразы:       — Помнишь ты обещала нам…       — Что когда-нибудь используешь на себе…       — Одно из наших изобретений?       Я неуверенно кивнула. Если честно, я такого не припоминала, но с ними лучше не спорить — однозначно они будут мстить, и мстя их будет страшна. Я почувствовала трепет своего сердца, сжимающегося то ли от страха, то ли от предвкушения. Ничем хорошим это однозначно не кончится. В этот момент мимо нас начал идти профессор Снейп, одарив нас самым характерным взглядом презрения, он пошёл дальше к своему месту за учительским столом.       — Расскажем тебе на уроке зельеварения. Сядешь рядом? — последние спросили оба одновременно, поэтому отказ точно не воспримется их важными особами, а бегать быстро я, к сожалению, не умела. — Кстати, как там твои сны, ммм? Мы часто слышим, как ты рассказываешь Джинни о своих похождениях. И так нечестно, что её ты посвящаешь, а своих лучших друзей нет.       — Лучших друзей? — вслух хмыкнула я, ощущая как парни медленно убрали свои руки с моего тела и тоже начали завтракать.       — Ага, а ты что сомневаешься в нас? — я повторно хмыкнула, но в этот раз уже держала язык за зубами, не хватает мне ещё одного какого-нибудь их эксперимента, проведённого надо мной. Кому все должны быть благодарны за создание Забастовочных завтраков? Однозначно мне, а не Фреду и Джорджу. Не будь меня — не будь и их вещичек. Хотя, вполне возможно что они бы нашли себе и другую жертву, но я оставалась их любимицей в этом деле. Конечно, возникает логический вопрос: почему я поддаюсь на их провокации? Скажу по секрету, сама не знаю. Похоже, мне всё-таки эти разные приколы нравились, хоть не всегда они были самыми доброжелательными. — Ну так что? Мы все во внимании.       — Нуу, — задумчиво протянула я. Что им рассказать, уверена что они не будут так же смеяться над моим бредом, как Джинни, потому что у них своя тема шуток. А я так, просто немного сошла с ума, ничего особенного. — Снейп приснился обнажённый, катающийся на Амбридж под громкие аплодисменты Дамблдора.       После своих слов я взволновано оглянулась, никто кроме директора школы на меня не смотрел. И это, по правде говоря, довольно пугало. Особенно учитывая тот факт, что только что я назвала его имя и это улыбочка — страшно. Надеюсь, за наркоманские сны из школы не выгоняют. Если что кто угодно может подтвердить — ни за какими зельями в кладовую Снейпа я не лазала.       Фред и Джордж, против моих опасений, всё же немного посмеялись. Мы ещё поболтали о том о сём, пока каждый поедал утренний запас углеводов, а после вместе направились на первую пару ужасающих зелий.       По самому ненавистному предмету всей школы я имела гордое «Выше ожидаемого», сама не зная как. Но, откровенно, предмет мне этот нравился, так грех не воспользоваться и не поучить его чуть-чуть подольше, чем другие и получить довольно хорошую оценку. Я совершенно без понятия почему Фред и Джордж решили продолжить обучаться этому предмету, хоть и на уровне СОВ, в то время как я посещала грозного зельевара на два часа больше, так как планировала становиться Мракоборцем, а для этого мне был нужен именно этот предмет.       Удивительно, но дверь в кабинет зельеварения была открыта, поэтому мы с Фредом и Джорджем со спокойной душой уселись за последние парты кабинета слёз и горя.       — Ну, вы собираетесь меня посвящать? — спросила я, когда подготовила все вещи к предстоящему предмету.       — Неа, — протянул Фред, положив голову на парту и важно подняв руку вверх: — начнётся урок и поговорим.       — Ага, — подтвердил слова брата Джордж и улёгся в том же положении. Вот что за люди, кто мне скажет? Почему нельзя начать рассказывать мне всё сейчас, когда в классе кроме нас никого нет. Как говорила одна моя маггловская подруга: «Мужская логика железная, а женская — не ржавеет». Кабинет начал постепенно заполняться, однако только ровно со звонком в класс зашёл гроза подземелий.       — Итак, откройте страницу сто восемь и сделайте конспект на тему «Настойка растопырника», после я проведу опрос. Даю на это десять минут, — после этих слов мужчина уселся за свой стол и начал что-то усердно писать в какой-то тетради. Странный он сегодня какой-то, неужто опять Амбридж к нему на проверку намыливается. Я бы посмотрела на это, тем более после того, сколько всего интересного рассказал о её последнем посещении Поттер и Рон Уизли. Усевшись поудобнее я и правда начала выполнять задание, порученное профессором, пока меня не позвал один из рыжеволосых близнецов.       — Держи, — протягивая мне небольшую алую, закрытую коробочку, произнёс Фред, который сидел ближе ко мне и, как только я взяла эту вещь из его рук, продолжил что-то усердно писать в тетради. Совершенно ничего не заподазривая, я медленно подняла красную крышечку и моему взору открылся вид очень, ну очень красивого браслета. Он был металлическим с серым отливом и различными волнистыми линиями, прямо по середине покоился довольно большой чёрный камень. Его вид меня поразил, поэтому я тут же потянула к нему руку. Никогда близнецы Уизли не делали что-либо подобной красоты. Как-только пальцы моей правой руки сильно сжали украшение и чуть подняли в воздух, пальцы будто бы укололи иголкой, причём все сразу. От неожиданности и боли я вскрикнула на весь класс и уронила браслет на парту.       — Мисс Уильямс, вы хотите, чтобы гриффиндор потерял баллы из-за вашего некорректного поведения? — даже не подняв головы от своих записей, чётко произнёс Снейп. Кратко извинившись перед ним, я тут же кинула озлобленный взгляд на Фреда и Джорджа, те уже коварно улыбались.       — Ну и что это было? — прошептала я, сжимая руку, хотя та, против моих ожиданий, уже совсем не болела и места уколов тоже не было видно. Странно…       — Это наша новая разработка, усовершенствованный любовный напиток, однако чуть другого действия, — загадочно, тоже полу-шёпотом произнёс Джордж. Совершенно ничего не поняв из его высказывания, я вопросительно уставилась на Фреда.       — Короче говоря, браслет действует только тогда, когда его касаются женщина и мужчина, в любом порядке. И когда это случается, они, ну понимаешь…       — Начинают хотеть друг друга в сексуальном плане, — закончил за брата Джордж.       — Что?! — снова на весь класс произнесла я, даже не обратив внимания на Снейпа, который начал медленно приближаться к нашим партам. — Какого чёрта вы сделали, идиоты?!       Беру в руки валяющееся на столе украшение и уже хочу спрятать его в сумку, как неожиданно перед моим лицом появляется ладонь не замеченного мною ранее Снейпа. Он несколько раз помахал пальцами в свою сторону, как бы намекая, чтобы я отдала ему то, что в данный момент крепко сжимала в ладонях. За спиной декана Слизерина полностью красные, зажимая рты, тихо смеялись братья. Может они пошутили и ничего не случится, если я всё же отдам этот чёртов браслет зельевару? А он ведь мужчина! Да ладно, Хлоя, ты просто поражаешь меня своей логикой.       — Отдайте мне это, — уже чуть более раздражённо произносит мужчина, сузив глаза, смотря на то, как мои глаза бегают от его лица за его спину. Может кинуть браслет в братьев, представляю как они будут убегать от него. Если честно, то сейчас как-то не до смеха. Не успеваю ничего произнести, как Снейп резко дёргается вперёд и выхватывает из моих рук украшение. В следующую секунду оно уже валяется на полу, а зельевар тихо шикнув рассматривает свои пальцы.       — Твою мать, — громко ругаюсь я, благодаря чему гроза подземелий приходит в себя и зло смотрит в мою сторону. А ведь козлом (козлихой?) отпущения в данной ситуации буду именно я, про участие двоих гадов он явно забыл, ну либо опустил их существование вообще.       — Минус десять очков с гриффиндора за нарушение спокойствия на уроке и неделя отработок за некультурное высказывание при преподавателе, мисс Уильямс, — резко согнувшись, мужчина поднял с пола диковинный браслет, немного удивившись что ничего не произошло и произнёс: — жду вас к семи, и это я, пожалуй, заберу себе.       После сказанного Снейп кинул на меня ещё один странный взгляд и направился в сторону учительского стола. На отработки я точно не пойду, пусть отнимает кучу баллов, он не заставит меня это сделать, да я сама ни за что не отправлю себя же на подобное наказание. А к тому же, если слова Фреда и Джорджа правдивы, то в скором времени браслет начнёт действовать.       — Кое-кого ждёт жаркая ночка, — сладко протянул Джордж, покосившись на меня и подмигнув.       — Идиоты, я убью вас, — шикнула на братьев я, тем самым вызвав ещё больший смех.       — Минус пять баллов с каждого, Уизли, — а их он почему на отработку не оставил, а? Они то больше шумели, чем я. Это несправедливо между прочим. Сжимаю кулаки и всё же надеюсь, что наказание за этот целый день получу не я одна, да и вообще что есть кто-то ещё наказанный Снейпом, чтобы мне не пришлось находиться с ним один на один в кабинете. А может попросить отдать меня на отработки к Филчу, да даже к жабе Амбридж, только не с ним, только не сейчас. — Уизли, из чего делается Настойка растопырника?       Интересно, ну вот почему именно по его взгляду ясно, видно на кого он смотрит и кого имеет в виду, даже если во время замечания не произносит имени, а иногда даже не смотрит. Северус Снейп имел какую-то странную атмосферу, свою эстетику. Хотя его внешние достоинства оставляли желать лучшего, да и внутренние особо не блистали, однако его карие, почти чёрные глаза имели в себе какую-то изюминку. Стоп. Стоп! Что за бред происходит у меня в голове? Неужели именно так действует «артефакт» Уизли, может и сам зельевар тоже самое сейчас думает обо мне. Меня передёрнуло, когда я представила, как гроза подземелий с выражением влюблённого подростка думает о моих глазах и представляет как я сжимаю его за руку на берегу Чёрного озера. Так, лучше сейчас вспоминать сон, хотя бы повеселею. Юху, веселья блин полные штаны.       — А вы, мисс Уильямс, знаете ответ на мой вопрос? — сжимаюсь и понимаю, что слишком сильно ушла себя. Вместо того, чтобы вспоминать вопрос Снейпа, я представляла вышеназванного учителя обнажённым на спине Амбридж. Чёрт, надо что-то делать, срочно. — Последняя парта явно вас портит, мисс, сядьте за первую.       Я кинула удивлённый взгляд на зельевара, от чего тот слегка поморщился, а после отвёл взгляд на ту самую первую парту, которую обычно никто не занимал. Теперь же на ней, со всеми вещами, сидела «избранная высшими силами» я.       — Раз мы не получили никаких вразумительных ответов за сегодня, будете готовить зелье без моей помощи, — а он прямо обычно нам так и помогает, тихо хмыкаю на высказывание моего учителя (с каких пор моего?) и всё-таки начинаю читать параграф данный профессором. Зелье, как по мне, оказывается совершенно лёгким, ничего кроме самого растопырника там и не надо. Правда, процеживание замаринованных щупалец занимает довольно много времени, поэтому стоило поторопиться. Профессор зельеварения ходил туда-сюда, иногда заглядывая в котлы учеников. Старания Уизли его не порадовали, поэтому после двух «заглядываний» он просто плюнул на них и начал полностью игнорировать творения близняшек. Моё же зелье его устраивало, слабо кивнув, мужчина тоже постепенно начал игнорировать и меня. Я расслабилась, может эффект артефакта всего лишь шутка Фреда и Джорджа? Хотя, в это сложно поверить. Да, забастовочные завтраки вызывали у всех смех и были чем-то вроде юмора, но создавали братья их со всей ответственностью и бдительностью. Делали и контролировали всё так же тщательно, как и сам профессор Снейп контролировал процесс приготовления каждого зелья. Пальцы правой руки, которой я коснулась браслета, начало немного печь, а в мыслях появилось дикое желание коснуться зельевара. Провести рукой по его волосам, чуть сжимая, после опустить ладонь ниже и оттянуть вниз большим пальцем его нижнюю губу.       — Можно выйти? — буквально вскочив со своего места и чуть не врезавшись в самого зельевара, который всё то время, пока меня одолевали дикие мысли, стоял за моей спиной. Поворачиваться полностью не хотелось, поэтому я лишь слегка повернула голову в бок, чтобы увидеть глаза, которые явно что-то подозревали, и лёгкий кивок, означающий одобрительный ответ на мой вопрос. Не задумываясь, я быстро выскочила из класса, мельком заметив настороженные взгляды близнецов, что-то обсуждающих между собой. И эти обсуждения явно касались не процеженных и замаринованных щупалец растопырника.       За дверью адского класса спокойно выдыхаю. Здесь вполне можно было остаться до конца урока. Плевать на зелье, пусть ставит мне «Отвратительно» и закончим на этом. Нет, а как мне нужно было по-другому себя вести? Радоваться, что меня должна ожидать «брачная ночь» с самым угрюмым, злым, непривлекательным, до чёртиков сексуальным профессором зельеварения?       — Чёрт! — злюсь я и со всего маху бью ногой прямо в дверь класса зельеварения. Слава Богу дверь открывается на себя, а то сейчас бы я не смогла так быстро улизнуть от мигом открывшего дверь Снейпа. А может всё-таки и не смогла…       — Мисс Уильямс, что вы делаете? — Снейп стоял совсем рядом со мной и создавал полное ощущение того, что вся эта фигня Уизли действует только на меня.       — Вот направляюсь в класс, мисс… сэр, — кто мастер зельеварения? Северус Снейп! Кто мастер поцелуя? Дементор! А кто мастер позора? Хлоя Уильямс! Молодец просто, поздравляю, аплодисменты.       — Вот как, — неожиданно «сэр» преградил мне путь, с двух сторон от меня поставив свои руки, тем самым впечатывая меня своим телом к стенке. Холодной, между прочим. Так и почки простудить можно, если что сам будет готовить мне зелье. — Что вы сделали с этим чёртовым браслетом, мисс Уильямс?       — Это не я, клянусь, — испугавшись озлобленного тембра голоса Снейпа, сжавшись ещё больше в стену, закрыв глаза и опустив голову произнесла я.       — Тогда, кто? — прямо мне в ухо прошептал зельевар, прекрасно давая мне понять, что браслет действует и на него. Переместив свою правую руку мне на подбородок, он заставил силой меня поднять голову вверх и неосознанно открыть глаза, чтобы смотреть на него. Сдавать друзей (хотя теперь назвать их таковыми язык не поворачивался) совершенно не хотелось, поэтому я упорно держала язык за зубами, пока профессор Снейп удерживал со мной зрительный контакт. — Уизли.       Это больше прозвучало как утверждение, нежели вопрос, поэтому я продолжила молчать. Понимание, что обычно после таких слов «спрашивающий» идёт карать провинившихся и оставляет свою жертву в покое заставило меня спокойно выдохнуть. Но, по традиции жанра, не тут то было. Совершенно неожиданно для меня Снейп резко наклонился к моему лицу и захватил мои губы в страстном поцелуе.