XanaX

Дом, больше похожий на сарай: желтые выцветшие обои с ободранной плиткой, лампы без абажуров, неработавшие от неуплаты счетов. В полу уже проедены мышами дыры, куда щедро попадали из трясущихся рук маленькие драгоценные камни – таблетки. Камин давно никто не топит, да и зачем – конечности коченеют не от холода. Живших в доме кошек уже даже дух не чувствуется. Хер знает, умерли ли они или свалили от дружелюбных хозяев куда подальше. Будто бы те заметят. Единственное, что в их поле зрения – путь добывания экстази и способ доставления экстаза. -Вась, - с явной натугой выхрипело тело на диване, повидавшем.. всякое. Всякое за пределами закона. Тело громко вдохнуло и выпустило из легких воздух с тяжелым кашлем. Кашель переходил во что-то более катастрофичное, отчего некто начал задыхаться. В аффекте вцепившись худыми, истощенными пальцами, подобными ястребиным когтям, в спинку дивана, тело привстало и перевернулось. Парень откашлялся, пара капель слюны, буквально ядовитой, попала на пол, на тахту, на одежду. Хрип унялся, и он лег обратно на диван, безжизненно прикрыв глаза. Возможно, ему легче было умереть. Возможно, им обоим было бы легче умереть. Величайшая шутка жизни, величайшее издевательство над уже мертвыми внутри людьми. Из угла комнаты, буквально в метре от измученного дивана, что-то промычало другое тело. Вася. После четырех лет без похода к парикмахеру, года без принятия душа и двух месяцев без стирки одежды, становилось непонятно, мертвый ли это парень или мертвая девушка. Лишь пошатывания и скрипучий срывающийся смех выдавали проблески жизни. В нем. Вася попытался встать, опираясь на стену. Ноги подкосились, он упал на колени. Боль резко ударила в мозг. Парень рассмеялся, чуть закатив глаза, и пополз к дивану на четвереньках. От шорканья джинс о пол другой повернул голову на Васю. Увидев это, тот закусил в усмешке нижнюю губу и чуть прогнул спину. Что-то пульсировало в шее его партнера, перетекая в нижнюю часть тела, губы расплылись в ухмылке. Вася приподнялся до уровня дивана, положил на истертое сиденье руки и наклонил голову, продолжая похотливо смотреть на парня. Стараясь не опустить веки, тот вглядывался в глаза Васи. Черные до умопомрачения, без намека на радужку. Радужка. Какой цвет глаз у Васи? Он уже смотрел в эти глаза, смотрел, и много раз, много-много, но так давно, давным-давно. Года четыре назад, может пять. Тогда он и видел глаза Васи. Васи, а не торчка, глотающего две вещи. Больше он не видел в них ни одного горизонта. Только загнивающую квартиру, без света и надежды. Худощавые пальцы Васи потянулись к лицу партнера. Вася раньше потерял рассудок. Раньше потерял работу. Его любимый просто как-то проебал момент, когда все пошло по пизде. Возможно, он и виноват? Возможно, у Васи не было выбора? Вася был счастлив со своей невестой, Вася мог ее обеспечить. Вася был образцовым парнем, художником и музыкантом. Был чудесным другом, только вряд ли его «лучший друг» об этом уже помнит. У них была работа, были деньги, были горячо любимые Черная и Свинец. Вася был счастлив, пока у друга в голове не щелкнуло. И тот втюрился. В Васю. Как последняя школьница. Вася раньше потерял рассудок? Нет, он свел с ума лучшего друга. -Саша, - Вася прохрипел, еле застонав в конце, рука с лица парня потянулась к его паху. Момент, который Саша помнит четко, произошел когда к ним пришла невеста Васи. Они просто разговаривали, смеялись, флиртовали. В Саше собиралась невероятная злоба. Крики и драка. Возможно, это сомнительное достижение, но Саша выиграл. А дальше туман, злость и обида Васи, алкоголь. -Саша, - Вася простонал это прямо над ухом любимого. Пальцы мягко сжали член Саши через джинсы. Тот прошипел и чуть толкнулся бедрами в руку. Алкоголь был не лучшей идеей, но помог забыться. Попытки привлечь внимание Васи прекратились на некоторое время. Боль – нет. Саше было больно каждую секунду. Хуже всего – когда Вася по пьяни флиртовал с ним. Иногда хотелось выплеснуть весь алкоголь тому в лицо, но Саша не мог. Саша не глупый, чтобы так импульсивно рушить их дружбу. Саша терпел. А Вася начал закидываться. Что—то в неловких подкатах Саши заставляло его сердце замирать. Но чувство ответственности не давало ему отдаться Саше, послав нахер свою девушку. Все усложнял статус Васи. Его знал практически каждый в городе. Знали все и то, что он планирует свадьбу. Кажется, он слишком печется о своей репутации. Нет, не печется. Волновался раньше, но сейчас ему плевать вообще на все. В один из зимних вечеров его девушка опять пришла к ним домой. Опять драка, опять слезы. Саша признался, с дрожащим и срывавшимся голосом, в симпатии к Васе. В воздухе повисло неловкое молчание, разорвавшееся криками девушки. Саша сидел, вжавшись в угол дивана, еле сдерживая слезы. В ушах гудело, перед глазами все плыло. Он помнит ругань, яростный голос Васи, громкий хлопок дверью. Вася старался уснуть. Саша ушел. Саша пил, Вася глотал таблетки. Девять сброшенных вызовов, два «Абонент недоступен», сломанная напополам гитара. Саша вернулся лишь следующей ночью. Вася выбежал к порогу, шатаясь от ксанакса. Первый поцелуй. Первый секс. Зависимость. Саша вышел из своих мыслей. Перед ним сидел Вася, прикрыв глаза и открыв рот, пошло высунув язык. Саша приподнял бедра над диваном и достал из заднего кармана заветную вещь. Он положил таблетку хуй знает чего на два пальца и засунул их Васе в рот. Тот распахнул от резкости глаза, тут же закатывая их от того, что Саша трахал его пальцами в рот. Таблетку Вася уже проглотил, сомкнул губы, сам насаживаясь на пальцы парня, обводя их языком. Пальцы вышли изо рта Васи с пошлым хлюпом. Саша, привстав с дивана, наклонился к лицу своего парня и впился в губы поцелуем. Вася обхватил руками шею любовника и тянулся к нему. Вася тихо встает с пола и пересаживается к Саше на колени, поддерживаемый его руками. Саша отрывается от губ Васи и откидывается на спинку дивана, запрокидывая голову, закрывая глаза. Вася опирается руками на плечи парня и елозит костлявой задницей по его бедрам. Саша тихо стонет и, хватая Васю за длинные черные сальные волосы, тянет на себя, втягивая в мокрый поцелуй. А у Васи уже во всю разливается кислотно-яркий экстаз по венам, и перед глазами пляшут цветные огни. Парня потряхивает, он сильнее вжимается в Сашу, углубляет поцелуй, сплетая языки. Во рту вязкая слюна, слишком много. С каждым движением по бедрам любимого Вася стонет громче и развязнее, хрип постепенно отходит на второй план, и оглушительная тишина разбивается, как хрусталь, сладостными стонами Васи. В такие времена Саша, если он трезвый, вспоминает еще серенады Васи, совместное пение в караоке и то, что его пальцы вытворяли что-то более юркое, чем пьяная дрочка. Вася потрясающе играл на гитаре, так, что его можно было слушать часами. Так, что прохожие останавливались перед ним каждый раз, кидая деньги или просто восторгаясь. Саша убрал руку с васиных волос и переместил ее на его ширинку, второй рукой поддерживая парня за спину. Отточенным движением Саша расстегнул пуговицу джинс и потянул собачку вниз. Он засунул руку под джинсы Васи, вырисовывая пальцем узоры на его члене. Вася отпрянул от парня, хихикая и толкаясь в руку Саши, в эйфории прикрыв глаза. Он приподнялся над бедрами Саши, чтобы тот снял ненужные сейчас джинсы. Они спали до васиных коленок, и он облегченно выдохнул, но тут же вскрикнул, когда ладонь парня обхватила его член. С каждым Сашиным движением Вася выгибался все сильнее, закатывал глаза все дальше, стонал все громче. Саша ускорял движение рукой, одновременно впиваясь в белоснежную, с болезненной синевой, кожу на шее Васи, оставляя свои следы, несмотря на то, что такой торчок больше никому нахер не сдался. В этом сарае только они вдвоем, в своем героиновом раю. Стоны черноволосого становились тяжелее, глаза распахнулись, чувства обострились. Вася стиснул зубы, толкаясь в кулак Саши. Покатились глаза по бледной коже. На весь дом раздался вскрик парня. Губы раскрылись, вот рту протянулись ниточки вязкой слюны. Саша каждый раз любовался пиком наслаждения любимого. Каждый раз Вася выглядел по-разному, в зависимости от того, принимал ли он что-либо и что именно. Вася упал на Сашу, руки легли на спинку дивана, пальцы на ногах сжались. Ухо Саши буквально горело от дыхания любовника. Отдышавшись, Вася аккуратно, чтобы не ебнуться, сполз на пол, усевшись между Сашиных ног. Все еще находясь под действием какой-то таблетки, что дал ему Саша, Вася расплылся в улыбке и потерся об его бедро. Быстро стянув серые джинсы, ставшие Саше огромными из-за того, что он истощился, Вася полностью взял член любовника в рот, втягивая щеки. Тот шумно и резко вдохнул через нос, протягивая руку к макушке Васи, хватая его за волосы и быстрыми движениями доводя себя до оргазма. Саша отпустил голову парня, тот медленно отодвинулся и рассмеялся. Какой он был красивый. Под глазами черные круги, не то синяки, не то смазавшаяся давно подводка. В безднах глаз буквально отражаются кислоты, льющиеся по телу Васи, преображающиеся в блеск огней перед глазами. Обычно бледные губы покраснели и опухли, блестят из-за слюны, бликуют от тусклого света за окном. Шея украшена еле виднеющимися старыми засосами и новыми ярко-фиолетовыми и влажными. -Вася, - вдруг выпалил Саша хриплым голосом, - ты такой красивый, когда живой, - Саша нервно сглотнул, не понимая, почему сознание внезапно проснулось, - давай завяжем. Вася похлопал глазами, раскрыв рот от удивления. До мозга Васи слова дошли совсем не сразу, понял он их еще позднее. Вася звонко рассмеялся, иногда затихая от кома в горле. Вася – сирена, что топит Сашу, как корабль. Топит в нескончаемом сексе, душит похотью и пьянством. Но Саша серьезен. Саша не хочет, чтобы во время трипа он откинулся. Не хочет, чтобы смех Васи перешел в конвульсии и затихнул навсегда. Не хочет есть на завтрак валиум, на обед ксанакс, а на ужин метамфетамин. Вася поднялся на ноги и, все так же улыбаясь, подошёл к Саше, пошло виляя бедрами, и сел к нему на колени. -Конечно, - с широкой улыбкой Вася крутил в пальцах таблетку валиума, - давай завяжем, - он положил ее себе на язык и притянул Сашу, жадно целуя. Топя себя и Сашу, как корабль.