Часть 1
2 мая 2019 г., 19:36
В парке, простирающемся своими широкими извилистыми дорожками у небольшого озера, огороженного красными перилами, было светло, громко и весело, как и каждое воскресенье.
На часах — всего-то десять утра, а парк уже давно густо заполнен людьми: на зелёной, всё ещё не просохшей от утренней росы траве, прямо под деревом, сидела компания, состоящая из трёх человек, всем своим видом показывающих принадлежность к самой популярной субкультуре; один из них на гитаре, обклеенной марками, одну за одной наигрывал песни Битлз; по тропинкам неспешно прогуливались молодые женщины с колясками или маленькими детьми; дети постарше играли в догонялки. Были в парке и пожилые люди — те сидели на лавочках и вели тихие интеллигентные разговоры, подкармливая голубей, либо просто читали газеты. На последних Брайан старался вовсе не смотреть.
И где-то, посреди всего этого праздника жизни, совсем не радовался Роджер. Этот день он планировал начать часов в одиннадцать — с плотного завтрака и банки холодного пива, а продолжить не выходя из дома за просмотром хороших фильмов и, конечно, в компании Брайана. Этот теплый день мог стать идеальным.
Вместо этого Брайан воплотил в жизнь собственные планы, и утро прошло в темпе «Подъем в восемь утра — холодный душ — быстрый здоровый завтрак — поездка в парк с велосипедом». Иногда у Брайана поднимался тонус — Роджер называл это обострением — и тогда они неизменно шли на митинги, либо спешили голосовать, либо ехали за город, а сейчас же Мэй, видимо, поразмыслив о том, какой же вред атмосфере наносят их автомобили, решил поступить во благо природе — и пересадить Роджера (хотя бы частично) на велосипед.
Сказать, что Роджер был не в восторге, — солгать. Отчасти он и правда восхищался. Восхищался тем, как Брайану только удаётся раз за разом впутывать его в свои кампании. Не то чтобы Роджеру было все равно на планету, на ситуацию в области здравоохранения, на условия, в которых живут какие-то там ежи и прочие зверушки… Скорее он просто не привык уделять этому столько внимания. К тридцати пяти годам вектор его интересов несколько сместился в иную сторону.
Брайан сел на велосипед и проехал пару метров по прямой, крутанув педали только один раз, буквально показывая Роджеру тем самым: «Смотри, как легко!»
Роджер сложил руки на груди и только фыркнул.
— Давай, иди сюда. Идём! — вдохновенно крикнул Брайан.
— Оставь это, Брайан… Я безнадёжен. Идём лучше перекусим.
Брайан помотал головой и отъехал ещё немного, вынуждая Роджера пробежаться.
— Лучше сразу садись и покажи, что умеешь, — Брайан слез с велосипеда. — У нас времени ровно до того, как кто-нибудь крикнет: «Смотри, это же Квин!».
— Да ты зазнался, — усмехнулся Роджер. — Как не стыдно?
— Специально тянешь время, да? — Брайан упёр одну руку в бок, а другой перекинул назад вьющиеся волосы.
— Ну, что есть время… — сказал Роджер с улыбкой.
— Ну давай, садись. Попробуй, это не сложно. Не сложнее, чем машина.
Роджер послушно подошёл, вздохнул и попытался аккуратно забраться на велосипед, но тот предательски завалился в сторону. Брайан едва удержал всю создавшуюся конструкцию, а Роджер звучно выругался, упираясь ногами в землю.
— Я просто поверить не могу, что ты не умеешь! — удивлялся Брайан. — Как можно не уметь управлять мотоциклом в нашем возрасте? Чем ты вообще занимался в детстве?
Он придерживал велосипед за сиденье и руль, пока Роджер пытался поймать равновесие.
— Вот именно. В нашем возрасте! Я стар, я не могу учиться. Зачем ты меня притащил? Как тебя удалось? — Роджер уже крепко стоял на ногах, раздвинув их до неудобного широко — но без этого, к сожалению, сразу начинал падать.
— Тебя из дома не выманить в последнее время. Я не могу устроить нам… — Брайан на долю секунды замялся, — выходной?
Роджер хотел было начать высказать недовольства вновь, но, допустив мысль о том, что Брайану и правда нужна была эта прогулка, что, наверное, ему важно, чтобы Роджер испытал радость свободной поездки на велосипеде, что, скорее всего, это объясняется лишь тем, что в отношениях всегда нужно идти на уступки и плевать в чем — промолчал, взявшись за руль.
— Хорошо. Да, хорошо, отлично, Мэй. Что делать?
— Просто… — Брайан неопределенно пожал плечами. — Езжай вниз, держи равновесие. Здесь тропа вниз уходит, не придётся самому брать разгон; только держи равновесие и тормози, как покажется нужным.
Роджер, обернувшись на Брайана, кивнул, а затем посмотрел на дорогу. Дорога, казалось, тоже на него смотрела. И он оттолкнулся, поехал.
На долю секунды ему даже показалось, что все и правда так легко получается и идёт по плану.
***
Что было дальше — и смешно, и больно. Каким-то чудом Роджер не завалился на бок, и даже разогнался — правда по инерции со спуска. А вот когда понял, что должен начать крутить педали, возникли проблемы, и в итоге поездка закончилась в траве; закончилась под крики Брайана о том, что он сотни раз просил Роджера притормаживать (бежал Брайан следом и вообще изначально планировал контролировать ситуацию), а ещё разбитыми коленками. Приехав домой, первым делом, конечно, занялись дезинфекцией. Брайан причитал что-то себе под нос — и о том, каким чудовищным инструктором является сам, и о том, как Роджеру не повезло. Роджер ни слова не сказал о боли. — В следующий раз получится, — пообещал он. — Только шлем надо не забыть. И защиту для колен. У тебя есть? Нет? Значит купить надо. А мне понравилось даже. Понравилось, ну правда. Скорость, ветер… Нет, серьезно. Брайан слушал, умело обрабатывал колени Роджера перекисью и все меньше причитал, все больше улыбался. — Мне захотелось, — начал говорить он, когда Роджер на секунду замолчал, — просто захотелось сделать что-то, что, ну, делают… Молодые? Роджер поднял брови, а в следующую секунду широко улыбнулся. — Кто делает, Мэй? — Молодые люди… — нехотя повторил Брайан. — Молодые люди! Подумать только: молодые! А мы какие? Старые, что ли? Будь мы старыми, ты бы меня с той дороги по частям собирал. Понял? Молодые люди, — Роджер возмущался, фыркал и смеялся одновременно. Брайан непроизвольно улыбнулся и покивал. — Это мы тут молодые люди. Да хочешь, мы на этом твоём велосипеде будем хоть все свободные дни катать? Что там ещё… В кино будем ходить, куда захочешь. И вообще, иди сюда, дедушка Мэй, — Роджер взял Брайана за воротник футболки и протянул к себе. Брайан тихо засмеялся, чуть не упав в ванну, на бортике которой сидел Роджер. — Я-то знаю, что ты ещё хоть куда. Давай, целуй меня. И Брайан послушно целует. — Ну вот видишь, — говорит Роджер, отстраняясь от губ Брайана. — Целуешь до сих пор как подросток. И смеётся. Как дети смеются. Брайан знает, что молодость — не цифра в паспорте, не интервал между определенными годами, не состояние тела. Молодость — это страсть, это глупость и опрометчивость, это новый опыт и ошибки. А с Роджером молодость и вообще, видимо, будет длиться вечно.
