Всё может измениться в миг

Flashback. Уже около четырёх месяцев прошло после смерти Ирмы — жены Степана Данилова. После того как преступники были пойманы, он взял отпуск за свой счёт и уже месяц, как не появлялся на работе. — Галина Николаевна, здравствуйте! — Таня только что вернулась с курсов по повышению квалификации. — Я готова работать! — Ну раз готова, то иди в лабораторию. Может Тихонов тебе уступит своё место, хотя наврятли. — А почему в лабораторию? — Ну во первых все разъехались по выездам, а во вторых у тебя нет напарника. — А Данилов? Или он уже с Шустовым куда-то поехал? — Нет, Игорь с Вероникой пока работает, а тебе пока нет напарника. Данилов отпуск за свой счёт взял — Так это я знаю и что он ещё разве из него не должен был выйти? — А потом я нашла заявление об уходе от него. И теперь его не слышно и не видно, на связь он не выходит. — Вы же не подписали заявление? — Нет, конечно. Слушай, Тань ты можешь съездить к нему, а в лаборатории и без тебя справятся. Ты хоть узнаешь: жив ли он там. — Понятно. — Тогда исполняй. — Есть товарищ полковник, — Белая отдала честь и пошла исполнять приказ. Таня несмотря на не достаточно долгое знакомство с Даниловым, смогла узнать его как облупленного, но чтобы он вот так вот всё бросил и просто ушёл, такого за время их совместной работы не было. Девушка пришла по указанному адресу и постучала в нужную дверь, ей открыл Стёпа, от него сильно несло алкоголем, но вид у него был приличный. По внешнему виду нельзя было сказать, что этот человек пьёт не просыхая уже несколько дней и только взгляд выдавал его состояние: он был безжизненным, пустым, полным боли и отчаяния. — А это ты, чего пришла? — как будто не чуть не удивляясь появлению Тани, немного заплетающимся голосом спросил Стёпа. — Степа, что с тобой стало? Это ты целый месяц пил? — А ты мне мораль пришла читать? — Я войду? — не дожидаясь ответа, девушка прошла в квартиру, около дивана валялась гора пустых бутылок. — Да, никогда бы не подумала, что ты своё горе заливаешь алкоголем. И как помогает? — Тебе какая разница? Мне может легче так становится. — Если продолжишь пить, то это убьёт тебя. — Ну и пусть. — Ты совсем что ли? Зачем ты ушёл из ФЭС? — Я не смог защитить Ирму, какой из меня капитан полиции? И ФЭС будет лучше без меня. — Данилов, а ты однако эгоист. — Я? — Да ты Ты ушёл и мне теперь не с кем работать, напарника мне не досталось поэтому Рогозина меня в лабораторию посылает, а я чтоб ты знал, не люблю сидячую работу, — потом Таня подошла к капитану и положила руку на плечо. — Стёп четыре месяца прошло, я понимаю больно, но Ирма бы не одобрила, если бы ты бросил своё любимое дело. Приходи в себя, мы все ждём тебя на работе и, кстати, Галина Николаевна порвала твоё заявление. — улыбнулась Таня — А вот это тебе не к чему, я пожалуй это выкину, — Белая собрала бутылки в пакет и направилась к выходу. Конец Flashback. Белая проснулась через несколько часов, осмотревшись, она поняла, что находится у себя в квартире. Она уже начала подумывать, что всё происходящее с не было лишь ужасным сном. На кухне слышались голоса как ей показалось это были Амелина, Тихонова Антоновой и скорее голос Соколовой, она точно не могла разобрать. — Да, не ожидал я от Белой такой реакции. — А какую ты ожидал? Что она радоваться будет? Умер наш коллега и лучший друг. — Ну когда Майский умер, она не так реагировала. — Он вообще-то живой оказался, — напомнила Оксана — Но Таня-то тогда этого не знала И вообще мне всё это её поведение кажется странным Последний раз она так реагировала когда парня его убили. — Да, я тоже заметила, — сказала Юля, наливая всем чай. — Может они что-то нам не договаривали? И что именно, мы теперь не узнаем. — А я думал что всё это было сном, — с грустью в голосе сказала Таня только что вошедшая на кухню. — Мы тебя разбудили? Ты прости, что мы тут без приглашения. — Да всё нормально, спасибо, что привезли меня домой. — Тань, ты прости нас конечно, но что происходит? — Ваня очень хотел докопаться до истины. — Разве сам не понимаешь? — Нет, не понимаю и никто ничего не понимает — Он погиб, что тут не понятного? Он больше не будет ехидничать и умничать, больше не зайдёт в лабораторию, — Танины глаза постепенно наполнялись слезами. — А я даже с ним не попрощалась. — Тебя ещё держали в СИЗО, мы подумали, что это добьёт тебя. — Да, все всегда знают, что для меня лучше. Только я одна что-то не в курсе. Я хочу сходить к нему на могилу. — Тань, лучше не надо. Побереги себя, пожалуйста. — Валь, я должна. А теперь, если вы не против, я бы хотела побыть в одиночестве. Ребята не стали докучать Тане своим присутствием, но у них ещё осталось много вопросов к девушке, которые объяснили бы всё. Белая была для всех, как закрытая книга, со множественными нераскрытыми тайнами. Оставшись одна, Таня только сейчас начала осознавать, что Стёпа занимал в её жизни не последнюю роль, жаль что она поняла это так поздно, когда уже ничего нельзя изменить. На Таню было грустно смотреть, с её лица снова пропала жизнерадостная улыбка, глаза были наполнены слезами. Каждый день для неё проходил в мучительных пытках, воспоминания шли одни за одним. И вот она сидела в буфете и бессмысленно помешивала кружку чая. — Можно? — в буфет заглянул Лёня — Конечно, это же не мой личный кабинет, — Белая быстро смахнула слёзы с лица — Ты плакала? — Да, плакала. — Это из-за Стёпы? — Лёня старался быть предельно аккуратным, чтобы не ранить Таню ещё сильнее. — С чего ты взял? — После того, как ты узнала о его смерти, с тобой твориться что-то не понятное. — Человек умер, а мне что радоваться? — Нет, просто все расстроены, но ты особенно: плачешь каждый день, вдоль и поперек изучаешь материалы дела. — Я хочу знать: кто его убил? Вот и всё. — Тань, мы найдём убийцу. — Субботин пытался успокоить девушку понимая что это не возможно — Найдём, только это Стёпу не вернёт. — Тань, ты устала, давай я тебя до дому отвезу. — Я домой не пойду, я… — Таня резко вскочила с места и быстро побежала в уборную Ребёнок явно хотел ей напомнить о своём существовании. Срок был чуть больше трёх месяцев и поэтому Таня считала, что токсикоз — это нормально и даже не думала, что постоянные стрессы, которые она испытывает изо дня в день, могут плохо сказаться не только на её здоровье, но и на здоровье ребёнка. Белая вышла из кабинки и подошла к зеркалу, вид был измученный, в уборную вошла Валя: — Таня опомнись! Вот тебе плохо, а теперь представь каково ребёнку: ему или ей в тысячу раз хуже, он же сейчас всё чувствует. — Я ничего не могу с собой поделать, — сквозь слёзы говорила Белая. — Я понимаю, тяжело, когда умирает коллега, но… — Валь, ты не понимаешь. Я и сама поняла только сейчас. Господи, если бы я ему сказала, всё было бы по-другому, всё! — Таня начала уже кричать. — Какая же я дура. — Тань, успокойся и объясни всё по порядку, потому что я ничего не понимаю. — После той ночи, я боялась хотела всё забыть, а потом… — Ты о чём? — Валя переставала что-либо понимать. — Валь, это его ребёнок! — истерично выпалила Таня. — Что? — Антонова застыла от удивления, что угодно она готова была услышать, но не это точно. — А кого его? — решила на всякий случай уточнить патологоанатом, правильно ли она поняла слова подруги. — Я беременна от Стёпы. Он отец ребёнка, — девушка начала истерить. — После этого Нового года я проснулась со Стёпой. Я сразу же сбежала я сказала Данилову, что надо всё забыть. А потом я узнала, что беременна. Тогда я испугалась ещё больше, не знала, что делать дальше, я и сейчас не знаю, — Таня закрыла лицо руками. — Стёпа не знал? — Я же говорю, что нет. Я хотела, но когда позвонила, там вместо него ответила невеста. — Какая невеста? — Его невеста, Полина. И я не смогла сказать и уже никогда не скажу. Валь, мне жить не хочется, лучше бы я тогда в тюрьме умерла. — Не говори ерунды. Ты должна жить ради ребёнка, у Стёпы должно быть хоть какое-то продолжение. Он был бы счастлив, если бы знал. Стёпа всегда смотрел на детей по-особенному. — Валечка, я перед ним так виновата, если бы он только был жив… — Таня уткнулась в халат Валентины. — Почему жизнь может измениться в миг? Я ведь только сейчас смогла понять: что всё произошедшее не было ошибкой, что Стёпа мне очень дорог, а теперь его нет и я не знаю… — Тише, тише. Тебе нужно жить дальше. — Антонова крепко обнимала Таню, пытаясь её успокоить. — Что случилось, не исправить, но ты сейчас обязана думать о ребёнке. В лаборатории кипела работа, Ваня крутился на стуле и как-то мечтательно улыбался, разглядывая бархатистую коробочку с кольцом. — Абонент Тихонова не в зоны действия сети, — подколол Холодов приятеля, увидя его состояние. — Ваня, ты может мне поможешь? Хватит улыбаться, а то может показаться будто ты кукухой поехал. — Андрей, а ты жене своей как предложение делал? — спросил Ваня, только что отошедший от оцепенения. — О, кто это у нас очухался? — Ты вопросом на вопрос не отвечай Как ты… — Да понял я твой вопрос, не надо по сто раз, как попугай мне это повторять. Тебе зачем? — Догадайся с трёх раз, — огрызнулся начальник компьютерного отдела. — А, на Амелиной женится собрался! — и на лице Холодова расплылась счастливая улыбка. — Бинго! А теперь давай говори, как это делается? — Тихонов уставился на друга — Заходишь в ЗАГС и говоришь «да», всё просто, — Андрей не упустил возможности пошутить над влюбленным парнем. — А ты уверен, что на этот раз получится? А вдруг она сбежит? — Не смешно. Говори, как красиво это делается, иначе я тебя пытать буду. — И чем же? — усмехнулся Андрей — На обед не пойдёшь, я наручниками тебя к стулу пристегну. — по виду Тихонова было видно, что он не шутит и говорит совершенно серьёзно. — Заказываешь столик в ресторане в пирожное или шампанское кладёшь колечко. — Так банально? — Не нравится, думай сам, — Андрей обижено отъехал к своему компьютеру. — Да ладно не обижайся, я это хочу попросить тебя помочь мне — А может по временишь с предложением, пока хотя бы траур по Данилову пройдёт? — Да так будет лучше — Так ты, кстати, просмотрел камеры видеонаблюдения на зданиях, которые находились около этой заброшке? — Ага, одна камера на аптеке, в двух километров от заброшке. И как ты думаешь могли наши убийцы там засветится? Разумеется нет. — Тихонов как будто разговаривал сам с собой. — Они же не совсем дебилы. — Да они не дебилы, они самоубийцы. — Почему? — Да их когда найдут, их наши голыми руками придушат. — Ну что господа-тунеядцы, — в лабораторию вошёл Егор, что заставило программистов обернуться и не с пониманием уставится на актёра. — Ты чего головой ударился? Ты вообще чего здесь бродишь? — Тихонова взбесило появление этого парня. — Роль репетирую, не мешайте. — Да что вы говорите, может нам уйти? Ты ничего не попутал? Напряжение нарастало, Тихонов и Холодов очень хотели врезать этому актёру по его прекрасному личику, но не успели осуществить свой план так как к ним пожаловали Котов с Жилиной. — И этот здесь? — Костя зло посмотрел на горе актёришку, который назвал его «бандюгой» пару дней назад. — Я уже ухожу, — Малазье постарался как можно быстрее удалиться из лаборатории, ведь вид Котова его пугал. — А мы к вам с подарками, — улыбнулась Вероника и протянула полиэтиленовый пакет. — Неужели всё же спустя почти три месяца после Нового года ты решила мне подарить подарочек? И что же это? — Снайперская винтовка из которой судя по пулям застрелили Данилова. — Вот по оружию ты не по адресу это тебе к Шустову или Белой надо — Игорь уже посмотрел, сказал, что это Barrett M82, так что вам осталось лишь пальчики проверить, если они есть. — И как, если не секрет, вы где винтовку нашли? Две недели искали и тут бах нашли — поинтересовался Андрей. — Не секрет, по шахте лифта пришлось лазить. Так если это окажется зря я с ума сойду. Программисты сразу же начали проводить все нужные махинации и уже через пол часа получили ответ. Тихонов с распечаткой побежал к Круглову. — Николай Петрович, на винтовке один вид пальчиков. Они принадлежат хозяину винтовке Григорьеву Владимиру Олеговичу-бывшему снайперу. — Так скажи Вероники и пусть Майского с собой возьмет, мало ли что. — Есть. Через пятнадцать минут машина ФЭС уже мчала к этому Григорьеву. Версий было множество, но все они разбились об стену когда дверь им открыл инвалид-колясочник лет пятидесяти пяти. — Извините за беспокойство, а Григорьев Владимир Олегович здесь проживает? — осторожно спросила Жилина. — Да, это я. — Мы из ФЭС я капитан Жилина, а это майор Майский. Мы бы хотели задать вам пару вопросов. — Вы проходите, а то в коридоре как-то неудобно будет. — мужчина вежливо пригласил оперативников в квартиру. Он проехал в гостинную и остановился. — Присаживайтесь. Только Майский хотел задать свой вопрос, как в двери повернулся ключ и послышались шаги, а потом хлопок дверью. — Пап, я дома! Я тебе столько вкусненького купила! — послышался женский голос из коридора. — Риточка, у нас гости из ФЭС. Будь добра приготовь чаю. — попросил Владимир. — Это дочка, солнышко моё. — пояснил он. — После того как это случилось со мной, она от меня не на шаг не отходит, помогает. — Здравствуйте, — в комнату зашла девушка лет 20-25, поставила поднос с чаем и села рядом с отцом. — Я Маргарита Григорьева. — Я Майский Сергей Михайлович, а это Жилина Вероника, как тебя по батюшке? — Не важно, просто Вероника. Понимаете две недели назад был убит наш сотрудник в ходе расследования мы обнаружили винтовку с вашими отпечатками пальцев. — капитан начала рассказ. — Вы, извините за столь бестактный вопрос: как давно вы инвалид? — Папа попал в аварию год назад врачи еле спасли его. Так что к убийству он не причастен и вообще папа бы и муху не обидит. — Винтовка марки Barrett M82 принадлежит вам. — Да, действительно, я же снайпер в прошлом, вот у меня и осталось моё боевое оружие. Но оно у меня пропало. — Почему в полицию не обратились? — поинтересовался Майский, внимательно следя за снайпером и его дочерью. — Его три недели назад мой сынок Кирилл взял, он на охоту с друзьям поехал. — Какой сынок? — возмущенно сказал Сергей. — Для охоты ружьё берут, но никак не снайперскую винтовку, вам ли не знать, Владимир Олегович. Так он взял его три недели назад, а потом? — Не знаю. — Из этой винтовки был застрелен капитан полиции. Где ваш сын? — Кир уехал на охоту и ещё не возвращался, говорил, что в лесу хочет пожить в дикую. Его девушка бросила и он чтобы утихомирить боль уехал подальше «от этих баб», — пояснила Маргарита. — В каком лесу? — Не знаю, он мне не доложил. — Ладно, спасибо. Майский и Жилина были немного расстроены, но зацепка всё же была. Нужно было найти Кирилла Владимировича и наконец выяснил, причастен ли он к убийству Стёпы. День уже близился к вечеру и оба программиста собирались домой, но всего лишь один звоночек Жилиной заставил изменить свои планы и вернуться на рабочее место. — Как же я «обожаю» нашу Вероничку, придушил бы её, — зло прошипел Тихонов. — Только домой собираешься и тут она со своими заданиями. — Ой, не ворчи. Как будто одному тебе домой надо. — Холодов тяжело вздохнул и посмотрел на часы. — Девять, а я жене в восемь дома быть обещал. Но не только программистам не суждено было поспать, Вероника с Сергеем уже направлялись к месту, где сейчас предполагаемого находился подозреваемый. Григорьев младший не был в лесу, промониторив мобильник, Холодов выяснил, что он находится в деревеньке под Добинском. Но и там их ждал не очень приятный сюрприз.