Воскресить мертвых

      — Что?! — Питер ожидал чего угодно, но только не этого. Если бы он не сидел сейчас на диванчике вакандского корабле, он бы наверняка упал. Он непонимающе уставился на Шури.       — Я же говорила, напугаешься, — спокойно сказала она. — Всё не так страшно, как тебе показалось, сказала она.       — Почему я должен на тебе жениться? Мы едва знакомы! — Питер вскочил и подошёл к ней.       — Потому что, — начала Шури, но закончить ей не дали. Питер отошёл также стремительно, как подошёл. Он схватился за голову и оттянул в стороны свои тёмные пряди.       — Шури, пойми, тот поцелуй… Я же уже сказал тебе… Он был ошибкой! Может, у вас, в Ваканде и принято после первого поцелуя жениться, но…       — Не принято у нас ничего подобного! — вскрикнула Шури. — Прекрати нести чушь!       — Так почему же ты хочешь выйти замуж за первого встречного? Тебя так Т’чала наказал в стиле старых русских сказок?       — Чего?!       — Тогда я не понимаю!.. Тебе всего шестнадцать, ты найдёшь кого-то достойное меня, определённо…       — Не в этом дело, Питер…       — А в чем? — он снова подошёл почти вплотную, глядя на неё бешенными от страха глазами. — В чём…       Резкий удар вернул его в колею. В следующую секунду он уже держался за свою щеку, прикрывая оставшийся красноватый след от ладони Шури. Он уставился на девушку с большим непониманием, но уже без бешенства.       — Хватит истерить, — твёрдо, но спойно сказала Шури. — Ты мне слова не даёшь сказать!       Она подождала пару секунд. Он молчал. Убедившись, что Питер слушает, Шури произнесла:       — После случившейся катастрофы мир шаток, Питер. Место Ваканды в мире — тоже. На моего брата косо смотрят в среде политиков, его не было пять лет, пять лет никто не слышал о Ваканде. Более того, сам народ моей страны не знает, как относиться к Т’Чале. Они проиграли войну, но после одержали победу, вернули всех к жизни… Или не совсем всех… Если бы ты, как лицо публичное, Человек-Паук и супергерой, стал бы ещё и вакандским принцем, это бы укрепило моё положение и… Положение моего брата.       — Шури, ты сама до этого додумалась? — усмехаясь спросил Питер.       — Разумеется нет, многолетняя практика: принцессы всегда так поступали — связывали себя узами брака с принцами, чтобы укрепить власть короля, объеденить страны…       — Но я не принц!       — Ты лучше, ты — супергерой!       — Это бред. Шури, ты же гений и новатор в сфере технологий, так почему же ты не понимаешь, что тебе не нужно выходить замуж, чтобы помочь Т’Чале с управлением государства?       — Вообще-то, — она замялась, — вижу и знаю, как помочь, но…       — В чем проблема?       Она повернулась лицом к лобовом стеклу, спиной к Питеру. Делая вид, будто рассматривает парковку, она собиралась с мыслями. Наконец, она закрыла лицо руками. Питер подошёл к ней и неловко приобнял за плечо. Шури убрала руки и посмотрела в его глаза. Паук увидел слёзы. При этом лицо Шури оставалось спокойным, равнодушным… Хотя в глазах — чувство вины.       — Всё мои технологии, тогда во время Войны Бесконечности, оказались бесполезны. Я не смогла защитить Ваканду, хотя думала, что моя защита совершенная, моё оружее — совершенное. Но это оказалось не так. Из-за меня… Погибло столько людей. Потому что я не смогла защитить Вижена и камень разума. И потом, когда все вернулись, я подумала… Что не стоит полагаться на… Только на технологии, что старые методы сработает лучше, я… Я боюсь, что если снова не справлюсь… Будут ужасные последствия.       — Не думай так. Лучше попытаться и потерпеть поражение, чем совсем не попытаться. Без твоих технологий, чем станет Ваканда? Вы ведь самая развитая в этой сфере страна на планете! Что будет с этой планетой, если Шури Удаку отпустит руки?       Шури вытерла щёки и улыбнулась. Так искренно и так благодарно. И Питер тоже улыбнулся, глядя на неё. Шури обняла его за торс, а он все также, словно птица крылом укрывает своего птенца, обнимал её за плечи.       — Только не изобретай второго Альтрона из чувства вины, будь добра, — попросил Питер, а она засмеялась.       — Не буду, — пообещала Шури когда смех утих. Она смотрела ему прямо в его глаза, а он смотрел в глаза ей. Этот зрительный контакт продолжался около минуты и никто из них не делал отвести взгляд, но вдруг… Шури посмотрела ниже, на губы Питера, потом потянулась к ним, и почти достала, но… Он накрыл её губы своей ладонью и отстранился.        — Всё, пока, вакандская принцесса, — сказал он, направляясь к выходу.       — Я должна была попробовать, — улыбнулась она. — Ещё увидимся, Питер!

***

      Драка была в самом разгаре. Засидевшаяся в корабле капитан Эйира Ри’Онду против измотанной битвой и только что выбравшейся из комы Рэйчел Тидсон. Зрители делали ставки против Рэй, но чем закончится драка было всё-таки непонятно.       Этими зрителями были Тор, Стражи и Джош, пытавшийся сказать всем, что их необходимо разнять и что ничем хорошим это не кончится. Но никто его не слушал.       Эйира и Рэй стояли друг напротив друга. Первой в атаку пошла Эйира. С грозным лицом она попыталась ударить Рэй по ноге, но девушка перехватила её удар рукой и откинула назад ногу соперницы. Эйира сделала сальто назад и вновь пошла в наступление. Удар был запланировал кулаком в живот, впрочем, противница должна была его перехватить, а вот второй удар в лицо должна была не заметить. Но Рэй заметила и вовремя отклонилась в сторону.       — Она же видит будущее, так ведь? — тихо спросил Тор у Джоша.       — Да, — и тут до Джоша дошло, почему Рэй с такой лёгкостью отражает атаки. Она просто знает, куда Эйира будет бить!       Эйира сделала быстрый шаг навстречу Рэй, взяла её за плечи так, чтобы та не смогла уйти от удара, и сделала подножку. Наконец атака была удачной: Эйира оказалась сидящей на животе у Рэй, которой, казалось бы никуда не сбежать. Но пока Эйира заносила руку с кулаком, чтобы ударить Рэй по лицу, та пошла на крайние меры. Она быстро поднялась, обвила шею Эйиры, словно для поцелуя, приблизила их лица до ощутимого горячего дыхания на щеках и опустилась обратно вместе с ней. Шокированной девушке пришлось отпустить кулак, чтобы сделать упор на асфальт. Руки Эйиры были по обе стороны от лица Рэй, руки Рэй обвивали шею Эйиры. Они стояли так пару секунд. Рэйчел быстро освободила ноги, затем оттолкнулась от асфальта — они сделали кувырок — и вот уже по всем правилам самообороны локоть Рэй приставлен к горлу Эйиры, а её ноги не дают повторить тот же самый трюк противнице. Эйира смотрела ей в глаза со злостью, яростью, будто только что была жестоко обманута. Рэй была равнодушна, как всегда, но на секунду в её глазах мелькуло… Сожаление. И что-то ещё, такое тайное, о чем не знает и сама Рэй. Эйира это заметила и градус её ярости значительно снизился.       Три удара ладонью по асфальту. Они очень тяжело дались вакандской девушке. Она никогда раньше не проигрывала, не сдавалась, шла до конца, хотела быть убитой, но не проигравшей… Но тут было без вариантов. Нужно было сдаться, проиграть, чтобы обрести то, ради чего стоит сражаться потом, то, за что она будет бороться до конца, то, что не даст ей сдаться ни в какой другой битве. Она поняла, что промелькнула в глаза Рэй в ту секунду, и ярость, и злость ушли. Навсегда. Осталось только то, что люди называют любовью.       Три тяжёлых удара, но асфальту…       Ставки были проиграны. Публика уже расстроилась, как вдруг…       Рэй убрала локоть с горла Эйиры, хотела встать и отравиться от драки, отряхнуть куртку… Но ей не дали этого сделать. Эйира схватилась за воротник куртки Рэй и притянула её вниз. Той пришлось облокотиться на руки и колено, чтобы полностью не лечь на Эйиру.       Тёплые губы капитана соприкоснулись с ледяными и равнодушными губами Рэй. Эйира целовала её требовательно, словно давно ждала этого. Рэй по непонятным для самой себя причинам не отстранялась и… отвечала на поцелуй.       Они совсем забыли, что вокруг них стояла любопытная публика. Для неё, кстати, расстроившейся по поводу ставок, данное зрелище было как пластырь. Закончив поцелуй, Эйира повернула голову в их сторону.        — Вы что, просто стояли и смотрели? — спросила она. Рэй тоже повернула голову.       — Вы очень милая пара, — сказал Квилл.       — Как я за вас рад, — улыбнулся Джош.       Тор подмигнул и показал «класс». Рэй посмотрела в глаза Эйире и засмеялась. Эйира посмотрела в глаза Рэй и тоже засмеялась.       — Теперь я буду называть вас Рэйирой! — выпали Джош. Смех прекратился.       — Убьём его?       — Он нам нужен. Можем только слегка покалечить.       — Всем пока, — попрощался Джош со Стражами и Тором. — Мне пора!       Он рванул к кораблю, Рэй и Эйира побежали за ним.       — ПИТЕР! Спаси меня!

***

      Питер давно подошёл к кораблю и всё ждал, когда объявятся его попутчики. Первым появился Джош. Вернее, сначала Питер услышал его крики, разносившиеся на всю колоссальную парковку. Затем из-за какого-то корабля вынырнул сам Джош. Он из последних сил бежал, и был несказанно рад, увидев Питера.       — Спаси меня от них, они хотят меня убить!       Прибежавшим немного после Рэй и Эйире открылась немного странная картина: Питер держал напуганного Джоша на руках и, судя по его глазам, сам мало понимал, что происходит.       Такая картина породила у девушек новый выплеск смеха. Громкого и искреннего. Такого, что за секунду им заразился Питер, словно увидев со стороны, как он выглядит с напуганным Джошем на руках. Поняв, что бить его уже никто не будет, Джош слез с Питера и тоже засмеялся.       Продолжая смеяться, четвёрка ввалилась в корабль и заняла привычные места: Эйира — за рулём, Рэй — на полу, Питер и Джош — на диванчике.       Снова вчетвером в корабле Эйиры ребята летели в бесконечно космическом пространстве. Где-то там их ждала Земля, их дом, который им не суждено скоро увидеть, и следующая цель — Новый Асгард.       — Представляете, — сказал Питер, — я тут чуть было не стал вакандским принцем. А вы чем занимались?       — Они подрались, — начал Джош, — Кстати, ты бы на кого поставил?       — На Эйиру, если бой без магии.       — Вот и все так сделали, а победила Рэй, — продолжил рассказ Джош. — Потом они поцеловались, валяясь на асфальте. А потом вдруг решили меня убить и гнались до самого корабля!       — Подожди, просто так решили убить?       — Ну… Не совсем… Я сказал, что они…       — Погоди, — перебила его Рэй, — что значит «чуть не стал вакандским принцем»? Ты так сильно понравился принцессе Шури?       — Ну… — замялся Питер, не зная, как объяснить.       — Ясно, — усмехнулась Рэй.       — Стоп, что «ясно»?! — напугался Джош больше чем перед угрозой расправы пару минут назад. — ЧТО ЯСНО?!       Бедный Питер… Ему пришлось полчаса доказывать Джошу, что между ним и Шури ничего не было. Хотя сам же не понимал, зачем это делал.       — Какие они смешные, — тихо сказала Рэй.       — Мы не лучше, — улыбнулась Эйира.

***

      Рэйчел Тидсон слишком часто улыбалась. Слишком часто смеялась. Слишком часто испытавала эмоции. Это было неправильно, ведь в её сознании отрицалось само слово «эмоция». Она не была человеком, не существовала, а значит не могла чувствовать. Это в самом определении её сущности невозможно. Неправильно.       Одна улыбка, один смех, одна эмоция — это могла быть случайность, ошибка, оплошность. Но не столько раз. Как это могло случиться?       А то, что она чувствовала к Эйире? Она действительно это чувствовала. Не принимала, но чувствовала. То, что промелькнула в глазах тогда… Это ведь не была случайность. Точно не была.       Это могло значить только то, что она существовала раньше, до Войны Бесконечности. Существовала как человек, не как парадокс. И остатки той жизни… А, может, не остатки? Может, она действительно живая? Но как это возможно? Нет, это явно абсурд. Она только выполнит свою миссию по устранению самой себя и исчезнет.       Может, зря все эти лишние связи с людьми?       Но будущее, которое она видела, говорило, что всё так и должно быть.       И Рэй окончательно запуталась.

***

      Под ногами была Земля. Не космический комок асфальта и пыли, а настоящая, родная планета Земля. Казалось бы, даже суток не прошло, а …       — Сколько нас не было? — спросила Рэй.       — Ровно 38 часов 21 минута с момента нашего старта из Ваканды.       — Так вот почему так хочется спать, — отреагировал Питер, широко зевая.       Асгардцы радушно приняли прибывших. Валькирия давно распорядилась найти им жильё и устроить пир в честь их победы над войском Локи, узнав от Шури подробности сражения и то, когда герои прилетят и зачем будут на её землях. Правда, оказалось, что нашли только две комнаты, в обеих было очень уютно. Были большие окна, совместный балкон, мягкие кресла и диванчик, газетный столик, разнообразные лампы и подсвечники. И в обеих по одной двуспальной кровати.       В общем, комнаты были очень милыми и уютными, несмотря на маленькую площадь.       Зато пир был знатный. Впрочем, сил на него уже не было, поэтому эту часть приветствия они благополучно пропустили, отправившись в асгардский гостевой домик, где нашли свои уютные комнаты.       — Спокойной ночи, — сказала Рэй, прощаясь с Джошем. Эйира и Питер давно завалились в комнаты.       — Не уверен, что Питер хочет, чтобы я с ним жил, — Джош медлил перед своей дверью, в которую пару минут назад зашёл Питер.       — Можем поменяться, если хочешь…       — Ещё чего, — ухмыльнулся парень.       — Тогда, — Рэй тоже ухмыльнулась, — не будь слишком навязчив…       — Спокойной ночи, — сказал Джош, и они оба зашли, каждый в свою комнату.       В одной из альтернативых реальностей, которые видела Рэй, дальше было вот что:       Эйира, вошедшая немного раньше, уже успела задернуть шторы и снять вибраниумные кольца с рук и шеи, а так же элементы брони с плеч. Как только зашла Рэй, сняла куртку и повесила её на вешалку рядом с дверью, Эйира подошла к ней максимально близко. Так, что Рэй пришлось вжаться спиной в стену.       — Почему ты так долго?       — Просто пожелали с Джошем друг другу спокойной ночи, — сказала Рэй, обвивая шею девушки руками, чувствуя теплые губы на своей шее и ласковые ладони на своих бедрах.       — Нам это не грозит, — прошептала Эйира. Её ладони залезли Рэй под майку, пробежались по плоскому животу, очертили поверхность бюстгалтера, скользнули по ключицам… Через секунду ненужная майка уже валялась где-то на полу. Эйира подняла свою любовь, крепко держа её за бедра и всё сильнее вжимая в стену, всё агрессивнее оставляя на её шее яркие отметки. Из губ Рэйчел вырвался едва слышный стон.       — Стой, подожди, остановись, — сказала она, поймав ладонью губы Эйиры и заглянув той прямо в глаза. — Пойдём на кровать…       Сбрасывая по дороге обувь, не размыкая сплетенных пальцев, они сделали два шага к кровати, благо та стояла совсем близко. Рэй обняла Эйиру за талию, притянула её к себе и поцеловала, аккуратно наклоняясь вперёд, что произошедшее в следующую секунду падение на кровать было максимально мягким.       У вакандского мундира было необычайно много застёжек, но Рэй справилась довольно быстро, возможно, она остановила время, чтобы произвести такое впечатление, но этого никогда никому не узнать. Ненужная кожаная форма полетела на пол. Руки Рэй легли на грудь Эйиры, та сразу почувствовала холодок, пробежавший по коже, а вместе с тем, огонь, разгоравшийся внутри.       Рэй услышала приглушенный стон и улыбнулась…       Но это было в альтернативной реальности, не в этой. А в этой, когда Рэй зашла в комнату, шторы также были задернуты, но Эйира уже спала прямо в одежде на ближайшей к окну половине кровати, немного вздрагивая во сне, совершенно вымотанная многочасовым вождением космического корабля. Рэйчел взяла с кресла, стоящего в углу комнаты плед, и заботливо укрыла им храбрую воительницу.       В представлениях Джозефа Стэна всё было примерно так:       Когда Джош зашёл в комнату, Питер стягивал с себя футболку, стоя у кровати.От двери открывался прекрасный обзор на его сильную широкую спину, немного ссутуленные плечи и шею, на которой можно было рассмотреть каждый позвонок. Ни секунды не раздумывая, Джош подошёл к Питеру, положил руки на его пресс, таким образом обняв его со спины, и поцеловал в шею. Целовал долго, кусая светлую тонкую кожу и слизывая с неё выступающую кровь. Он как мог наслаждался этим моментом… Когда он немного, всего на миллиметр отстранился, чтобы перевести дыхание, Питер повернулся. Их глаза встретились. Они будто не видели друг друга долгое время. Они соскучились. Они были нужны друг другу. Джош поцеловал Питера в губы, а тот ответил на поцелуй так, будто ждал этого с того самого посещения костюмерной в «Алмазной королеве». Джош запустил свои руки в волосы Питера, слегка оттянул, а затем снова прижал к затылку. А ладони Питера тем временем аккуратно, но очень настойчиво стягивали с Джоша футболку.       Поцелуй прекратился неожиданно. Самым неожиданным было то, что прервал его Джош. Он снова опустил руки на талию Питера и снова развернул его спиной к себе. На этот обнял его гораздо крепче: одна рука перечеркнула грудь, другая — пресс. Но потом вновь отстранился, что было необычно для Питера. Джош легко толкнул его на кровать, а сам упал следом, прямо на него. Сначала он провел ладонью по выступающий позвонкам, очерчивая пальцами каждый, а затем языком. Где-то внизу, в районе копчика, он снова укусил Питера. Ответом был протяжный стон…       Вернее, мог бы быть, ведь ничего этого не случилось. Когда Джош вошёл, Питер спал, как и Эйира, прямо в одежде, но не с какого-нибудь края, а развалившись прямо по центру. Джош выправил покрывало с одной стороны и также заботливо, как Рэй, накрыл им Питера. Себе же взял одну из подушек с диванчика и уютный плед. Он устроил на полу, на мягком ковре, чтобы не мешать Питеру так сладко спать.       Рэй и Джош погасили свет в своих комнатах и шёпотом сказали ещё раз: «Спокойной ночи…»       Наконец-то впервые с того момента, как они познакомились, было так хорошо и спокойно всем: и давно спящим во сне Питеру и Эйире, и только засыпающему Джошу, и Рэй, выспавшейся за счёт остановки времени. Но вскоре и Джоша, и даже Рэй сморил сон, и они проспали до обеда на следующий день.