Наследник рода Блэк

Следующие дни Орион почти не спал и каждый час бодрствования проводил за чтением книги Сильвестра и грабежом библиотеки Малфоев. На каждом шагу в книге Сильвестра он встречал фразы «Некромант может знать об этом больше», «Секретные знания некромантов не разглашаются» или «Ходят слухи, что в уникальных книгах Корелуса Поммеля есть эта информация», каждый раз, когда Сильвестр размышлял о том, что можно сделать с целой или частью души. Черт возьми, кто такой Корелус Поммел? Орион вспомнил, как впервые встретил имя волшебника, когда читал главу об экспериментах Сильвестра по созданию крестражей на животных и людях. Поммель упоминался в технической части. Но кроме этого имя волшебника упоминалось без предоставления дополнительной информации о нем. Орион обшарил библиотеку Малфоев и не нашел о нем ни слова. По крайней мере, Малфои дали ему достаточно свободы после того, как он огрызнулся на них, сказав, что готовится к WIT. Драко смотрел на него так, как будто он медленно терял самообладание, Нарцисса — обеспокоенно смотрела на него, а Люциус, удовлетворенный тем, что он так предан учебе, бросил на Драко холодный взгляд, который ясно давал понять, что ему следует делать то же самое. Рождественские подарки он получал и дарил рассеянно. Лишь улыбнулся, когда увидел, что Лезандер дал ему пять комплектов одежды для борьбы с вампирами; каждый очень стильный, впечатляющий и удобный. На четвертый день каникул, рано утром, Орион отправился в Блэк-Мэнор. Он провел все утро и часть дня, исследуя в библиотеке Корелуса Поммеля и все, что могло помочь ему с крестражем. В четыре часа дня, уже изнуренный и крайне разочарованный тем, что ничего не нашел, и ожидая гостя, Орион опустился на отцовское кресло за большим столом и попросил домашнего эльфа дать стакан огневиски. Он залпом выпил его и сел, ожидая Снейпа, пока его разум кружился от мыслей. Одна вещь, которая пришла ему в голову, заключалась в том, что ему удалось бы переместить часть души из крестража в другой объект, если бы его не сковала клятва, которую он дал. В своей клятве он уточнил, что не будет уничтожать крестраж — кольцо Гонтов, ничего не говоря о других объектах. По крайней мере, он утешал себя знанием того, что с клятвой он поступил так же хитро, как и Том. Так что он все еще может использовать этот маленький кусочек души против Волан-де-Морта. Он думал об использовании кольца в его нынешнем виде, как разменной монеты против Темного Лорда. Но правда заключалась в том, что если бы он по-настоящему не был готов уничтожить крестраж, Волан-де-Морт легко обнаружил бы его блеф. С другой стороны, он не хочет использовать кольцо в качестве разменной монеты, потому что оно также является Даром. Волан-де-Морт мог забрать его у него. Он не может рисковать. Орион устало вздохнул. Но с той скоростью, с которой он шел, он не знал, когда найдет способ передать частичку души. Или когда он сможет использовать Камень, чтобы помочь своему отцу. Внезапно он услышал хлопок и резко поднял голову. Снейп, оглядывая комнату, презрительно скривив губы. Орион встал со стула и тихо сказал: — Рад встретиться с вами. — Радость оставь при себе, — усмехнулся Снейп. — Неужели ты думаешь, что мне нечем заняться во время моего короткого перерыва вдали от этих придурков, кроме как приехать в поместье твоего дворняги, чтобы мириться с твоим невыносимым присутствием? — Не называйте моего отца дворнягой! — прорычал Орион. — Что бы вы ни думали о нем, вы будете уважать его в моем присутствии, как я уважаю вас. — Уважаешь меня? — яростно выплюнул Снейп, делая угрожающий шаг в его сторону. — Когда ты наложил на мой разум паутину принуждения, а теперь заставляешь меня бежать к тебе, когда прикажешь?! — Знаете, я запустил паутину, чтобы защитить себя, и позвал вас, потому что нам есть что обсудить, — спокойно ответил Орион, садясь в плюшевое кресло. Он махнул рукой в ​​сторону дивана перед ним. — Садитесь, пожалуйста Снейп остался стоять, глядя на него с выражением ненависти и презрения. Орион выгнул бровь и откинулся спиной на кресло. — Да ладно, Снейп, мы никогда не поладим? — Не тогда, когда ты заставил меня взять проклятый портключ и прийти сюда! — Вы могли отказаться, — многозначительно парировал Орион. — И ты сказал бы Темному Лорду, что я шпион Дамблдора? — раздраженно прошипел Снейп. — У вас был выбор, каждый со своими последствиями, и вы выбрали меньшее из двух зол. Я не считаю, что принуждал вас что-то делать. — Высокомерный, самонадеянный мальчишка! — выплюнул Снейп. — Так же, как и твой отвратительный от… — Я хочу, чтобы вы вторглись в мой разум, — резко прервал Орион. Обсидиановые глаза Снейпа встретились с ним, и он злобно скривил губы. — С удовольствием. Снейп мгновенно поднял палочку и с удовольствием прорычал: — Легилименс! Тело Ориона откинулось на спинку сиденья с ошеломляющей жестокостью атаки, но он держал свои воспоминания под замком, а разум пустым. Их взгляды встретились, и он почувствовал, как Снейп яростно толкает его, пытаясь сломать его барьеры и добраться до воспоминаний. — Не мои воспоминания, — прошипел Орион в уме, впившись в глаза Снейпу. — Вы не сможете их разблокировать. Я хочу, чтобы ты поискал в моей голове что-нибудь необычное. Но Снейп не повиновался ему, он продолжал таранить и колотить по его окклюментным барьерам. Орион яростно оттолкнул его от этой части разума и увидел, как Снейп отступил на несколько шагов назад. — Не мои воспоминания, я сказал! — крикнул Орион вслух. — Проверьте, нет ли чего-нибудь странного! Снейп усилил вторжение, но на этот раз он яростно обшарил разум Ориона, болезненно тыкая и царапая его. Внезапно сила в его разуме исчезла, и Снейп пристально посмотрел на него. — У тебя есть мысленная связь с кем-то. Орион кивнул. — Я так и знал, что вы её найдете. Я сам не могу, потому что у меня нет такого опыта, как у вас, в окклюменции и легилименции, — он впился взглядом в Снейпа и тихо добавил: — Вот как я увидел ваши воспоминания о моей матери и узнал, что вы рассказали Темному Лорду что-то о пророчестве. Это связь с Темным Лордом. Я видел, что он сделал, когда он использовал легилименцию на вас. Снейп быстро сел на диван, его черная мантия развевалась набок, а затем он, прищуривщись, посмотрел на него. — У тебя есть связь с Темным Лордом, но ты разговариваешь со мной? Ты подвергаешь меня опасности! Орион фыркнул. — Вы не смогли увидеть мои воспоминания, не так ли? Темный Лорд тоже не может. Я достаточно хорошо владею окклюменцией, чтобы предотвратить это. — Он знает о связи? — прошипел Снейп. — Да, — спокойно сказал Орион. — Я видел его глазами. У меня были видения о том, что он делал, но однажды он обнаружил мое присутствие и таким образом узнал, что Гарри Поттер жив. Но он не знает, что Гарри Поттер — это я. — Тебе стоит лучше стараться и всегда держать свой разум закрытым! — резко ответил Снейп. Его темные, холодные глаза слегка сузились, и он усмехнулся: — Но, возможно, тебе действительно нравятся видения, Блэк. Может быть, они заставляют тебя чувствовать себя особенным, важным? — Нет, не заставляют, — прошипел Орион, стиснув челюсти и крепко сжав пальцы на подлокотнике кресла. Он вздохнул и успокоился. — Они были полезны в прошлом. Но больше нет. Он блокирует меня. В любом случае, я хотел вас спросить имеете ли вы какое-нибудь представление о том, что такое связь разума? Как она сформировала? — Нет, — холодно ответил Снейп. — Я никогда не видел ничего подобного. Могу только предположить, что она связана с твоим шрамом. — Да, я тоже так думаю, — сказал Орион, потирая лоб. Он перевел взгляд на Снейпа. — О чем говориться в пророчестве? — Не твое дело! — Как раз моё! Я знаю, что Темный Лорд хотел убить меня из-за него! — горячо возразил Орион. — Если вы не скажете мне, то я силой заставлю вас это сделать! — Хотелось бы мне посмотреть на твои попытки, — угрожающе прошипел Снейп, сжимая палочку. Орион прищурился, но внезапно нахмурился. Он внимательно посмотрел на Снейпа и тихо сказал: — Вы не можете мне сказать, не так ли? Даже если бы и хотели, то не можете. Дамблдор заставил вас дать ему клятву, что вы никому о нем не расскажете. Это произошло после того, как вы рассказали Темному Лорду, а затем пошли к Дамблдору. В рамках соглашения Дамблдор заставил вас принести клятву, не так ли? Снейп выгнул бровь, а затем усмехнулся. — Это не клятва, глупый мальчик, это была непреложный обет. Орион в ярости сжал кулаки. — Чертов старик манипулятор! Губы Снейпа скривились в садистском веселье по поводу затруднительного положения Ориона. Орион бросил на него взгляд и огрызнулся: — Вы не клялись оставаться верным ему? — Я не дурак, мальчишка, — прошипел Снейп. — Мне нравится держать альтернативы открытыми. — Не в этот раз, Снейп. Настало время выбора. Я дал достаточно времени, чтобы подумать о нем. Итак, чью вы сторону выберете? Ноздри Снейпа раздулись. — Ты не имеешь подталкивать меня к решению, кого мне поддерживать — Дамблдора или Темного Лорда! Орион ухмыльнулся. — О, нет, вы меня неправильно поняли. Это не единственные ваши альтернативы. Я знаю, что вы ненавидите Темного Лорда, и я уверен, что вы, по крайней мере, не любите Дамблдора, но остаетесь с ним, чтобы отомстить. Так что я предлагаю вам третий вариант, который может быть вам более удобен, — он пронзил Снейпа взглядом и тихо сказал: — Присоединяйтесь ко мне. Снейп приподнял бровь, а затем злобно рассмеялся. — Глупый и наглый мальчишка! Думаешь, ты сможешь сразиться и с Дамблдором, и с Темным Лордом?! — С Дамблдором, конечно, в свое время. Я должен, — спокойно парировал Орион. — Что касается Темного Лорда, то это зависит от него. Я не убью его, если… — Ты должен убить его! — резко вмешался Снейп. — У тебя нет другого выбора! Орион прищурился. — Почему нет? Снейп откинулся спиной на диван и ухмыльнулся. — Как ты думаешь, что Темный Лорд сделает с тобой, когда узнает, что ты Гарри Поттер? Похлопает тебя по спине и скажет: «Молодец, что обманывал меня все эти годы, притворяясь моим последователем, и получал ценную информацию обо мне и моих Пожирателях Смерти»? — он злобно рассмеялся, а когда остановился, яростно добавил: — Он убьет тебя, как только узнает! Он убивал и за меньшее! Ты выставлял его дураком в глазах всех! Орион неловко заерзал на стуле. Он, конечно, уже знал это. Вот почему он так долго откладывал рассказ правды Волан-де-Морту: он не был уверен в реакции Темного Лорда. Его ненависть к Гарри Поттеру глубоко укоренилась. И он разумно решил, что расскажет Волан-де-Морту после того, как станет его Пожирателем Смерти или супругом. Орион надеется, что тогда у Темного Лорда не будет столько причин убить его. О, он подумывал о том, чтобы сразиться с Волан-де-Мортом за свою жизнь, но правда заключалась в том, что ему неизвестно, каков будет результат этой дуэли. В конечном итоге они могут убить друг друга. Или Волан-де-Морт может одолеть его. Орион никогда не видел в полной мере всех его сил. С другой стороны, слова Тома заставили его оценивать ситуацию более объективно. Убийство Волан-де-Морта до войны сильно помешало бы Тьме. И мог ли он действительно хладнокровно убить Волан-де-Морта? Хочет ли он этого? — Теперь ты не такой самоуверенный и дерзкий, не так ли? — ехидно сказал Снейп, отвлекая Ориона от конкретных вопросов, на которые трудно ответить; его чувства борются внутри него. Снейп насмешливо продолжил: — Не как в прошлый раз, когда ты заверял меня, что Темный Лорд не убьет тебя, когда узнает, что ты Гарри Поттер, — затем он насмешливо добавил: — Потому что ты — один из его самых влиятельных последователей. Орион пристально посмотрел на него. — Вы ничего не знаете о Волан-де-Морте и обо мне, и о том, как мы стоим. Убью я его или нет, это не ваше дело. Даже если я этого не сделаю, я все равно буду противостоять ему в некоторых вопросах. — Если ты не хочешь его убить, — прорычал Снейп, — то что я получу от союза с таким неопытным и бессильным мальчиком, как ты? — Попали в точку, — холодно парировал Орион. — Вы вступите в союз со мной. Я не буду относиться к вам как к миньону, как Волан-де-Морт и Дамблдор. И, прежде всего, я не бессилен. Снейп фыркнул и собирался язвительно возразить, когда Орион нетерпеливо прервал его. — Я здесь не для того, чтобы демонстрировать вам свои силы. Вы ничего не потеряете, став моим союзником. Если я умру, вы сможете отдать свою преданность тому, кому пожелаете. — Как будто мне нужно для этого твое разрешение, — отрезал Снейп. — Будь уверен, что именно это я и сделаю. Не думаю, что ты долго протянешь с таким высокомерным поведением! — Это не высокомерие! — прошипел Орион. — Я более находчив, чем вы можете себе представить. У меня есть козыри против Волан-де-Морта, иногда я вижу его планы, я знаю, как действуют Пожиратели Смерти, и в настоящее время он ценит меня. После лета я сообщу ему, кто я. И я сделаю это так, чтобы он не захотел меня убить. Кроме всего, у меня есть сторонники. Они еще молоды, не спорю, но через несколько лет, когда начнётся война, они станут влиятельными людьми. И я встречался с Ремусом, вы видели меня с ним в ту ночь, когда моего отца забрали в Азкабан. Ремус тоже поддерживает меня, не говоря уже о том, что у меня есть собственный шпион за Дамблдором, о котором вам знать не обязательно. — Ты не только глуп, но и наивен, — прорычал Снейп. — Темный Лорд никого не ценит! Как только твоя полезность иссякнет, он убьет тебя. И я сомневаюсь, что твои навыки убеждения спасут тебя от его смертоносного проклятия, когда ты скажешь ему, кто ты. И я не понимаю, при чем тут оборотень. Орион ухмыльнулся. — О, Ремус имеет ко многому отношение. Не верьте, что я говорю вам все это, потому что доверяю вам. Я не верю. Но паутина разума не позволит вам произнести ни единого слова ни о каком из них. Итак, я могу с уверенностью сказать вам, что альфа-оборотень, которого вы все отчаянно ищете, — это Ремус. Снейп недоверчиво изогнул бровь и презрительно сказал: — Этот оборотень и мухи не убьет, не говоря уже о том, чтобы стать альфа-оборотнем — Ремус изменился к лучшему, — самодовольно парировал Орион. — И он контролирует все стаи в Англии, кроме стаи Грейбека. И я готов поспорить, что он тоже над этим работает. И у меня есть его поддержка, а вместе с ним и всей стаи. Снейп задумался, хотя его лицо не потеряло своей неприятности. Наконец он сказал: — Что ты предлагаешь, если я вступлю в союз с тобой? — На данный момент это торговля информацией, — ответил Орион. — Мы можем помочь друг другу. Мы оба находимся на тонкой грани. Благодаря моей информации я могу помочь вам избежать подозрений со стороны Дамблдора и Темного Лорда, пока вы сохраняете роль двойного шпиона. И я помогу вам, если Темный Лорд обвинит вас в чем-либо. Когда начнется война, и я создам свою собственную группу, вы сможете поддержать нас. Я знаю, что вы не удовлетворены своими нынешними альтернативами, поэтому вы можете рассматривать меня как нейтральную сторону. Тёмной сторона, но время от времени противостоящая Темному Лорду, просто чтобы убедиться, что он не делает ничего такого, что снизит наши шансы в войне или что нам не нравится. Вы должны понимать, что Темный Лорд необходим для борьбы. Он слишком силен, чтобы отказаться от него. Я могу попросить вас помочь мне с мелочами, как и вы. — Думаешь так же? — подозрительно сказал Снейп, прищурив глаза. — Примерно так же, как вы, заглянув в мой разум, — спокойно сказал Орион. — Вещи, которые я не могу или не умею делать сам, но которые не представляют для вас опасности. — Ну что ж, тогда торговля информацией, — коротко сказал Снейп. — И поддержка, — строго добавил Орион. — Да, — нетерпеливо прошипел Снейп. — Хорошо, — сказал Орион с легкой улыбкой. — Тогда нам придется принести клятву. — Я не стану приносить клятву волшебника! — прорычал Снейп. — Это единственный способ, благодаря которыму мы можем достаточно доверять друг другу, чтобы иметь возможность работать вместе! — отрезал Орион. — В настоящее время у меня есть преимущество перед вами благодаря созданной мной мысленной сети. Так что это также и ради вас. Вы будете предоставлять мне больше информации и с большей охотой поможете мне, если знаете, что я также готов помочь вам. — Хорошо, — сказал Снейп сквозь стиснутые зубы. Они начали протягивать друг другу руку, чтобы произнести клятву, сложив руки, когда Орион внезапно почувствовал ошеломляющий и всепоглощающий взрыв ярости. Орион застонал от боли, схватившись за пульсирующий лоб. Он был в такой ярости, настолько обезумел от ярости и гнева, что ему просто хотелось разнести все на куски и убить всех, кто попадался ему на глаза. С огромным усилием и сосредоточенно наморщив лоб, Орион заставил себя отделить эмоции Волан-де-Морта от своих собственных. После мучительных минут борьбы с самим собой, отдышки и выступившего пота на лбу, Орион рухнул на кресло. «Он знает», — подумал Орион, словно в оцепенении. — «Волан-де-Морт знает, что дом Гонтов разрушен. Должно быть, он увидел его из своего поместья. И он, должно быть, проверил, не пострадал ли его крестраж. Значит, он знает, что кто-то его украл.» Орион покачал головой, а затем ухмыльнулся. О, у Дамблдора сейчас большие проблемы. Нет сомнений, что первым делом Волан-де-Морт заподозрить Дамболдора. — Что такое? — отрезал Снейп. Он прищурился и холодно сказал: — Связь, верно? Орион удивленно посмотрел на него, забыв, что Снейп здесь. Он ухмыльнулся. — Она самая. И я расскажу вам о ней больше больше и, таким образом, помогу, если мы сейчас принесем клятву. — Ладно, тогда давай продолжим, — сказал Снейп. — У меня мало времени. Они быстро сложили руки и тщательно произнесли свои клятвы, каждый проверял свои слова в уме, прежде чем произнести их; не соглашаясь ни на что большее, чем они договорились. Как только магия между ними утихла и клятвы были завершены, Орион удовлетворенно откинулся в кресле. — Вам скоро придется уйти, Темный Лорд позовет тебя, я уверен. Но сначала я должен кое-что узнать, — он показал свое кольцо Снейпу и сказал: — Этот портключ Темный Лорд сделал для меня. Сможете ли вы узнать заклинание? Есть ли способ его деактивировать? Снейп нахмурился и с профессионализмом Мастера своего Искусства начал накладывать на кольцо заклинание за заклинанием. Многие из них Орион уже использовал, а некоторые — нет. Через несколько минут Снейп сказал, нахмурившись: — Я не знаю, какое заклинание он использовал, но его свойства удивительно похожи на Темную метку. Он может призвать тебя к себе. Но он не может причинить тебе вред? — Оно жжёт, но не доходит до такой степени, чтобы причинять невыносимую боль, в отличие от Метки, — ответил Орион, нахмурившись. — И он проходит через защиту Дурмстранга, позволяя мне вернуться назад, что не должно быть возможным, — он вздохнул и добавил: — Без сомнения, это очень мощное заклинание. Но знаете ли вы, как его отменить? — Нет. Орион кивнул. Он посмотрел на Снейпа и задумчиво спросил: — А что вы можете рассказать о Темной Метке? Снейп пристально посмотрел на него и резко сказал: — Никогда не принимай её, вот мой совет тебе. — Почему? — сказал Орион, устало нахмурившись. — Потому что магия Метки привязывается к твоему внутреннему магическому ядру. Ее невозможно удалить. Никто даже не знает, какое заклинание Темный Лорд использует для ее создания. — Вы пытались…? — Конечно, я пытался! — сердито прорычал Снейп. — Я испробовал все, что приходило мне в голову, чтобы избавиться от Метки! Но ни мне, ни никому не удалось! — Вы говорите, что не знаете, какое заклинание использует Темный Лорд, — сказал Орион, задумчиво нахмурившись, — но он должен произнести его перед вами. Хотите сказать мне, что это парселзаклинание? — Да, — отрезал Снейп. Затем он ехидно сказал: — Но не думай, что, поскольку ты сам змееуст, ты сможешь избавиться от него. Это заклинание, изобретенное Темным Лордом, и, судя по всему, чрезвычайно сложное. — Откуда вы знаете, что я змееуст? — прорычал Орион, сузив глаза. Снейп усмехнулся. — Все Пожиратели Смерти определенного ранга знают. — Вы рассказали Дамблдору? — сказал Орион холодным и опасным голосом. — Нет, — прорычал Снейп. — Не из уважения к тебе. А потому, что ты уже наложил на меня паутину разума, когда я узнал об этом. Орион слегка расслабился, и Снейп начал подниматься со своего места. — Подождите, — сказал Орион, впившись в глаза Снейпу. — И последний вопрос. — Да? — Что находится в Отделе Тайн? — Что ты сказал? — очень тихо сказал Снейп, и Орион с недоумением увидел, что Снейп нервничает. — Я спросил, что находится в Отделе Тайн? — И почему, — медленно сказал Снейп, пронзая взглядом Ориона, — ты спрашиваешь о таком? — Потому что, — сказал Орион, пристально наблюдая за лицом Снейпа, — он мне снится. Точнее, дверь, которая, по моему, ведет в Отдел… — В Отделе Тайн есть много вещей, Блэк, но лишь немногие из них ты можешь понять, и ни одна из них не касается тебя. Я выражаюсь ясно? Снейп выглядел взволнованно. Но когда он заговорил, его голос звучал так, словно он пытался выглядеть хладнокровным и равнодушным. Орион прищурился. — Я знаю, что там есть что-то важное. Что-то, что пытаются заполучить и Орден, и Темный Лорд. — Пусть это будет мой первый акт уважения к нашему союзу, — прошипел Снейп, впившись глазами в Ориона. — Никогда не ходи туда. Оно останется в безопасности, если ты туда не пойдешь. Орион сердито встал, глядя на Снейпа. — Если это как-то связано со мной, то я имею право знать! Наша клятва… — Мы поклялись сообщать друг другу информацию, а не раскрывать друг другу все, что знаем. И тем более то, что может побудить нас совершить серьезную ошибку, как в этом случае! — нетерпеливо отрезал Снейп. — Это не имеет к тебе никакого отношения! И попытайся усилить барьеры и заблокировать все, что посылает к тебе Темный Лорд. Идиот, Темный Лорд продолжит мучить тебя снами и всем остальным через твою связь, если ты оставишь барьеры открытыми! — Я не могу, — прорычал Орион. — Я пробовал, но связь слишком сильная. Я не могу ее полностью отключить. — Тогда постарайся сильнее! — сердито выплюнул Снейп. — Хорошо! Снейп схватил портключ, чтобы уйти, но Орион положил руку ему на плечо и сказал с ухмылкой: — Когда Темный Лорд вызовет вас сегодня, зайдите к нему немного позже. Он очень зол, вы не хотите быть первым Пожирателем Смерти, которого он встретит. Это спасет вас от проклятия Круциатус. И я уверен, что он спросит вас, видели ли вы Дамблдора и вел ли он себя странно, возможно, чем-то взволнован. Скажите ему, что видели его вчера вечером, и что Дамблдор выглядел взволнованным, даже торжествующим. Снейп прищурился и проворчал: — Что ты знаешь? — Того, что я сказал, достаточно, чтобы Темный Лорд удовлетворился вашей информацией. И если он сосредоточится на Дамблдоре, это принесет пользу нам обоим. И Темный Лорд будет тебе благодарен за предоставление тех небольших доказательств, которые ему нужны для подтверждения его подозрений. Снейп собирался потребовать больше информации, но внезапно дернул левой рукой. — Он вызывает вас, — тихо сказал Орион, глядя на одетую руку Снейпа. — Да, — прорычал Снейп, — я должен уйти, — он оценивающе посмотрел на Ориона и добавил с ухмылкой: — Но я сделаю то, что ты предложил, ведь клятва, которую ты дал, не позволяет тебе намеренно подвергать меня опасности. Орион ухмыльнулся ему в ответ. — И вы тоже не можете. — Это так, — сказал Снейп, активируя портключ и исчезая из поля зрения Ориона. Орион устало рухнул на диван и яростно потер лоб. Когда Волан-де-Морт успокоится? От него ужасно болит голова! Что ж, пусть лучше Волан-де-Морт планирует уничтожить Дамблдора, чем выслеживать Гарри Поттера. Он ухмыльнулся. Снейп окажется очень ценным союзником. Ему даже начинал нравиться его порочный и противный характер. Снейп может ему понравиться. И волшебник прекрасно осведомлён. Орион обеспокоенно нахмурился. Он все еще не знал, как деактивировать кольцо портключ, но не станет больше тратить на это время. Не тогда, когда ему нужно найти способ вернуть Камень в исходное состояние. Тем более, когда единственными источниками информации по этому предмету являются загадочные книги Корелуса Поммеля и знания некромантов, к которым у него нет доступа до шестого года обучения, и то, если он пройдет тест Вагнарова. Ему осталось только надеяться, что в библиотеке Дурмстранга есть что-нибудь о Поммеле. И еще кое-что его беспокоило: слова Снейпа о Темной Метке. Казалось, это было необратимо. И если он должен выбирать между Меткой и супругой, то что же ему выбрать? У него есть пара месяцев, но он все равно не знает, что делать. А что насчет Отдела Тайн? Реакция Снейпа была очень странной. Словно он боялся, что оружие достаётся кому-нибудь… но почему бы ему не зайти туда? Это явно каким-то образом затрагивало его, если Снейп так непреклонно говорил ему не идти… Внезапная мысль мелькнула в его голове, и Орион ахнул. Почему он не понял этого раньше? Он говорил со Снейпом на обе темы! Может ли это действительно быть пророчеством? Но что ещё может его касаться, если не пророчество? А чего еще хотел Волан-де-Морт, как не узнать полный текст пророчества? Особенно теперь, когда ему известно, что Гарри Поттер жив. Борода Мерлина, должно быть, это пророчество! Орион нахмурился. Хранятся ли пророчества в Отделе Тайн? Нельзя сказать точно, но в этом есть смысл. Но почему всех так волнует это проклятое пророчество? И Орден тогда не хотел его украсть, поскольку Дамблдор знал, о чем в нем говориться. Они защищали его! Тогда Дамблдор определенно подозревает, что он жив! Зачем защищать пророчество о мальчике, который уже умер? Ох, черт! Орион сердито потер глаза. Почему всех так волнует глупое пророчество? По его мнению, чушь собачья. Он знал, что в нем должно говориться что-то вроде того, что родится сильный мальчик, или что-то в этом роде. И Волан-де-Морт, возможно, почувствовал угрозу и решил уничтожить всех будущих конкурентов. Орион фыркнул и сказал устрашающим голосом: — Родится мальчик, который станет Темным Лордом и выкинет старого… Он разразился слегка истеричным смехом. Через несколько мгновений он остановился, услышав себя. Мерлин, он теряет самообладание! Всего неделю назад он думал, что все налаживается, а теперь все, кажется рушится. У него есть Камень, но он не может его использовать; у него есть крестраж, но он не может угрожать уничтожить его, не переместив душу в другой объект; он не может найти никакой информации, которая могла бы ему помочь; он все еще не знал, что выбрать в счет погашения своего долга; он беспокоился о том, что Дамблдор узнает о нем; о том, что Волан-де-Морт обнаружил его слишком рано; и теперь ему приходится беспокоиться о пророчестве в придачу! Он уже чувствовал, как давление на его напряженные плечи возвращается! Орион вздохнул. Нет, он последует совету Снейпа. В конце концов, Снейп не мог подвергнуть его опасности намеренно, и волшебник точно знал, что там находится пророчество. Так что, если так важно не пойти в Отдел Тайн, он туда и не пойдет. Но все же, что там говорится? Может ли он игнорировать информацию о причине, по которой Волан-де-Морт убил Джеймса и его мать и пытался убить его самого? Причина, по которой Дамблдор так сильно хотел заполучить Гарри Поттера… Орион отчаянно покачал головой. Нет, он не будет об этом думать! Действительно, искушение. В этом Снейп оказался прав! Он вскочил со своего места и немедленно отправился камином обратно в поместье Малфоев. Той ночью Орион спал беспокойно: шевелился и ворочился в кровати, его лоб морщился от беспокойства. Ему снова снятся кошмары. Хотя были и отличия. Ему снилось, что он не смог спасти своего отца, что он слишком долго ждал; что душа Сириуса испортилась без возможности восстановления… Ему приснилось, что он стал Пожирателем Смерти и превратился в бессердечного, злобного убийцу; Волан-де-Морт похлопал его по голове, радуясь тому, что его послушный питомец стал тем, кем он хотел…. Ему снилось, что он стал супругом, запертым в поместье Волан-де-Морта, которого выводили только для того, чтобы быстро трахнуть, а затем так же легко выбрасывали; в то время как его сына забрали у него и вырастили жестоким монстром…. Ему приснилось, что его мать отчаянно кричала на него, чтобы он узнал, что сказано в пророчестве, говоря ему, что она отдала за него свою жизнь; и что причиной этого было пророчество… Ему снились образы тех, кого он любил, лежащих мертвыми на полу, какими он видел их во время Последнего Задания; все умерли, и это была его вина… Ему снились пустые мертвые глаза Лезандера, смотревшие на него обвиняюще за его смерть, за его неразделенную любовь, за то, что он не спас его; и сердце его болезненно сжалось от глубоко укоренившейся вины, и потому, что без Лезандера он чувствовал, что не сможет продолжать…

***

На следующий день Орион выглядел уставшим, но никто его не беспокоил. Он и Драко возвращались в свои школы, и им предстояло многое сделать. Около полудня Орион начал собирать все свои вещи. Аккуратно уложив вампирскую одежду, которую дал ему Лезандер, в сундук, он схватил последнюю часть своей мантии. Его руки остановились, когда он почувствовал что-то в одном из карманов. Нахмурившись, Орион достал предмет и тупо уставился на него. Орион совершенно забыл о том, что подарил ему Себастьян! Он осмотрел мужественный, элегантный серебряный браслет. Он повертел его в руках и наконец увидел маленькую рукописную надпись: «Pierrefonds». Орион задумался. Он не узнал это имя. Он быстро поискал в своих мыслях. Это не фамилия… Вероятнее всего место. Тогда браслет является портключом к нему. Должно быть, одно из поместий Себастьяна. Французский волшебник настоял на том, чтобы Орион навестил его летом. Вероятно, это имя — кодом активации. Орион устало вздохнул и положил браслет в один из боковых карманов своего сундука, защитив его заклинаниями. Тогда ему придется навестить Себастьяна. Но он подумает о Себастьяне и о том, что волшебник хотел ему сказать, когда начнутся его летние каникулы. Он просто не может добавить еще один повод для беспокойства в свою и без того перенапряженную и запутанную голову. Он собирался быстро принять душ, а затем отправиться в Санкт-Петербург, чтобы сесть на корабль Дурмстранга, когда почувствовал, что что-то шевельнулось в его голове. — Пришло время сделать выбор, Гарри: ты умрешь или присоединишься ко мне? — без предисловий спросил холодный голос Волан-де-Морта. Рука Ориона замерла на дверной ручке ванной, и у него появилось чувство тошноты в животе. Он ожидал, что Волан-де-Морт даст ему больше времени. Он взял себя в руки, глубоко вздохнул и спокойно ответил: — Здравствуй, Марволо. В последнее время я был очень занят чтением старых выпусков «Ежедневного Пророка» и получением знаний о магическом мире и своей роли в нем. Было весьма поучительно узнать, что волшебное сообщество, кажется, обожает меня. Все задаются вопросом, где я. Они хотят вернуть своего Спасителя, не так ли? — Ты говоришь мне это, потому что? — возразил Волан-де-Морт с нетерпеливым шипением. — Потому что я понял, что являюсь весьма ценным товаром, — небрежно сказал Орион. — Что вы можете мне предложить? Он почти чувствовал, как Волан-де-Морт изогнул бровь. — Так ты присоединишься ко мне? Орион мысленно усмехнулся. — Только если я посчитаю, что то, что вы предлагаете, достаточно хорошо. — Должен сказать, что ты меня удивляешь, Гарри. Я никогда бы не подумал, что ты можешь быть таким хладнокровным, таким… хладнокровным, — затем он усмехнулся: — Я ожидал увидеть больше идиотизма, упрямства и сентиментальности Поттера, — он сделал паузу и с удовольствием добавил: — Я убил твоих родителей. — Да, — прорычал Орион. — Вы заставили меня посмотреть это воспоминание самому. Что вы хотите сказать? Хотите, чтобы я отказался? — Вовсе нет, Гарри, — сказал Волан-де-Морт. — Я весьма заинтригован. В прошлый раз, когда мы разговаривали, ты не выглядел таким эмоционально стабильным. — У меня было много времени оценить свой выбор, — отрезал Орион. — И что же это может быть? — Конечно, либо поддержать вас, либо Дамблдора, — спокойно сказал Орион. — Кажется, магический мир разделен между вами двумя. — Если ты поддержишь Дамблдора, уверяю тебя, я убью тебя собственными руками! — прорычал Волан-де-Морт Орион мысленно пожал плечами. — Дамблдора называют великим и могущественным волшебником. Я уверен, что он сможет защитить меня от вас. — Ничто не помешает мне добраться до тебя. — Но, — резко вмешался Орион. — Не факт, что я буду идти у него на поводу. Похоже, он слишком сильно контролирует всех. Я ценю свою независимость. Я наслаждаюсь ею уже много лет. Я — беспризорник, а это меняет тебя, делает тебя жестче и заставляет тебя хотеть жить по своим собственным правилам. Учитывая ваши первоначальные и жестокие нападки на мой разум, вы не могли этого понять со стороны меня, но я не слабак; более того, я не слежу. — Значит? — Значит, если я решу присоединиться к вам, я не буду идти у вас на поводу. — Какой ты самонадеянный и высокомерный мальчик, — усмехнулся Волан-де-Морт. — Зачем мне давать тебе должность кого-то другого, кроме одного из моих приспешников? — Потому что я Мальчик-Который-Выжил, — уверенно ответил Орион. — Потому что вы хотите, чтобы я был на вашей стороне. Наверняка вы планируете использовать мой статус и славу, поэтому я хочу что-то получить от этого. «Бесплатных завтраков не бывает» — так говорят на улицах. Волан-де-Морт ехидно сказал: — Ты меня не интересуешь. Ты необученный, необразованный и в лучшем случае обладаешь посредственными способностями. — Так? — ответил Орион. — Вам я нужен не из-за моих способностей. Вы хотите меня из-за того, что я представляю. И это ценная валюта. Я отдам вам Мальчика-Который-Выжил. Что вы мне предоставите? Последовала долгая пауза, и Волан-де-Морт наконец сказал: — Я могу предоставить тебе людей, с которыми, уверяю тебя, ты захочешь встретиться. Орион нахмурился. — Что? — Ах, ты, кажется, не знаешь, — любезно сказал Волан-де-Морт. — Я могу выдать тебе предателя твоих родителей, ты можешь отомстить ему. А я могу предоставить тебе друзей твоих родителей. Ты знаешь, что у тебя есть крестный отец? Кровь Ориона похолодела. — О ком вы говорите? — Питер Петтигрю, Ремус Люпин и Сириус Блэк. 'Что? ' Разум Ориона неистово вертелся, но он надежно охранял свои мысли мощными ментальными барьерами. Откуда он знает, что Сириус был крестным отцом Гарри Поттера? Или что Ремус был другом Поттера? Снейп! Нет, это не мог быть Снейп, он не знал, что Сириус был крестным отцом, и угрожал ему ничего не говорить о Ремусе… Петтигрю! Эта грязная, предательская крыса рассказала ему все! — Итак, интересно, Гарри? Орион заставил себя стать хладнокровным и фыркнул. — Я не знаю, кого вы хотите одурить. Петтигрю мертв, Блэк убил его. Блэк предал моих родителей. Я, возможно, был бы заинтересован в том, чтобы отомстить ему. Но Блэк умер в Азкабане. Я даже знаю, кто этот Люпин, я читал о двух других в «Ежедневном Пророке», но не о Люпине. — Насколько мне известно, Люпин очень дружелюбный человек, — сказал Волан-де-Морт. — Я уверен, что он хотел бы встретиться с тобой. Что касается Петтигрю и Блэка, тебя дезинформировали. «Ежедневный пророк» все понял неправильно. Они оба мои последователи, но именно Петтигрю предал твоих родителей, и именно ему я предлагаю отомстить. Блэк позднее стал моим последователем и твоим крестным отцом. — Но он мертв. Так что вы предлагаете всего лишь друга и предателя. — Не совсем, — холодно сказал Волан-де-Морт. — Блэк… восстанавливается после болезни. Еще у тебя будет любимый крестный отец. — Лживый ублюдок! — сердито прошипел Орион. Он успокоился. Очевидно, что Волан-де-Морт хотел потянуть за струны его сердца и дать ему только это. У Волан-де-Морта нет причин сообщить ему правду о том, кто предал Поттеров. Волан-де-Морт хочет вернуть ему семью, очевидно, чтобы позже манипулировать им через них. Возможно, он угрожал причинить вред Ремусу и Сириусу, если он не выполнит его приказы, или что-то в этом роде. Что ж, ему придется полностью избавить его от этой идеи. Он не подвергнет Ремуса большей опасности. — Как бы то ни было, нет большой разницы. Значит, предатель и двое друзей. Я их не знаю и они для меня ничего не значат. Должен признаться, что это предложение меня не привлекает. — И что? — Положение, которое соответствует той власти, которую я уже имею в волшебном сообществе. Я уверен, что Дамблдор может дать мне столько же. И вы сами сказали, что вы очень могущественный, у вас много влиятельных друзей. Что ж, тогда я хочу иметь статус выше остальных. — Я не беру себе равных. Орион фыркнул. — Не равных. Но я хочу независимости, чтобы никто не мог мной командовать, и иметь власть и уважение. Я хочу участвовать в принятии решений, когда вы и ваши последователи что-то планируют. В конце концов, если я собираюсь стать частью магического мира, я должен этому научиться. Вы можете считать меня союзником, который поддерживает вас, но не имеет хозяина. — Ты слишком много просишь и слишком мало предлагаешь, — прошипел Волан-де-Морт. — Тебе нельзя доверять, и поэтому ты должен принять мою Метку. — Нет, — прорычал Орион. — Я уверен, что у вас есть немеченные сторонники. — Да, — сердито огрызнулся Волан-де-Морт. — Но их очень мало, и они сами по себе очень могущественны. Ты вносишь вклад только политическим влиянием, а не боевыми навыками или властью, — он сделал паузу и небрежно добавил: — Я соглашусь, только если ты сделаешь что-нибудь для меня. — Вы говорите о том же, на чем настаивали во время других наших разговоров? — Да, — небрежно сказал Волан-де-Морт. — Это неважный предмет, и ты без проблем сможешь его достать. Если ты вернешь его мне, тогда мы заключим сделку. Я даже пошлю нескольких своих последователей помочь тебе. Орион напрягся. Ему известно, чего хочет Волан-де-Морт. Пророчество. Но он не должен его получить и тем более дать ему. И Волан-де-Морт, вероятно, планирует убить Гарри Поттера после того, как тот получит пророчество и услышит его, вне зависимости от того, о чем там говорится. — Если это так просто, почему бы вам не сделать это самому? — Потому что у меня есть дела поважнее! — Я не знаю. Это похоже на ловушку, — сказал Орион, изображая неуверенность. — Мне нужно подумать. — У тебя нет времени на подумать, — усмехнулся Волан-де-Морт. — Если ты не возьмёшь это задания, то наша сделка расторгнута. — Я сказал, что мне нужно подумать! — сердито отрезал Орион. — Меня не заставят делать что-то, в чем я не уверен! Что, если это ловушка, чтобы передать меня аврорам, за кражу чего-то или чтобы меня убили в бою? — Ну-ну, у такого маленького уличного мальчишки, как ты, не возникнет проблем с воровством небольшой безделушки, — ехидно сказал Волан-де-Морт. — Или ты тоже бесполезен как вор? Кажется, твои немногие качества уменьшаются по мере нашего разговора. — Как я и сказал, — резко ответил Орион. — Мне нужно несколько месяцев на подумать и тогда я дам вам ответ. — У тебя нет месяцев! — прошипел Волан-де-Морт. — Это нужно сделать как можно скорее! — Нет, — коротко ответил Орион. — Я дам вам знать, когда буду готов. Это мое окончательное решение. Внезапно Орион почувствовал, как мучительная сила врезается в его разум, и, отступив на несколько шагов назад и застонав от невыносимой боли, он яростно противостоял ей со всей силой, которую только мог собрать. Через несколько мгновений Орион прорычал: — Хотите закончить, как в прошлый раз? Когда мы оба зашли в тупик, но испытывали ошеломляющую боль? Прекратите, или мы просто мысленно уничтожим друг друга! — Тогда соглашайся, — прошипел голос Волан-де-Морта в его голове, усиливая атаку. Они оба мысленно кричали от мучительной боли, жестоко сталкиваясь с ментальными барьерами друг друга. — Я же говорил, что присоединюсь к тебе, нет необходимости продолжать сражаться! — прорычал Орион. Внезапно присутствие Волан-де-Морта исчезло. Орион опустился на пол, его тело тряслось от изнеможения, из носа текла кровь. У него сильно болела голова, невидимый шрам беспощадно колол, и даже глаза, казалось, болели, а по щеке текла слеза. Он прижал ладонь к носу и, оцепенело глядя на текущую красную кровь, пытался выровнять дыхание и расслабить разум. Боль постепенно начала утихать. Он споткнулся, поднялся и добрался до ванной. Орион включил душ и нырнул под холодную струю воды, помогая остановить кровотечение из носа и облегчить головную боль. Когда вода потекла по его мокрой одежде, он рывком стянул ее и положил лоб на гладкую холодную плитку. Ему нужно мыслить ясно, рационально… Должно быть, что-то произошло, чтобы Волан-де-Морт ворвался таким образом. Вероятно, репортаж Пожирателя Смерти или что-то в этом роде. Орион устало вздохнул. Он действительно не видел никакого решения проблемы Гарри-Волан-де-Морта. Он не может заполучить пророчество для Волан-де-Морта, поэтому ему пришлось разубедить его, пока Орион не будет готов сказать ему правду; летом, после выполнения своего долга перед ним. Это единственный выход из этой неразберихи. И, возможно, к тому времени он перенесет душу в другой объект, чтобы он мог использовать её во время их противостояния. По крайней мере, он на это надеялся. Другого пути нет. Все так запутано!

***

В течение первого месяца обучения Орион при любой возможности сбегал в библиотеку. После бесконечных поисков Поммеля он наконец сдался. В библиотеке Дурмстранга ничего о волшебнике нет. Свирившись, он согласился с тем, что ему придется подождать до следующего года, когда у него появится шанс поступить на курс некромантии к Вагнарову. Только узнав о Некромантии, он сможет восстановить Камень и помочь своему отцу. Это разбило его сердце, потому что время летело, а он так и не смог ничего сделать, чтобы спасти отца. И он не уверен, что сможет стать могущественным некромантом, ведь он не пошел по пути одиночества, как Локи. Февраль пролетел незаметно, и Орион чувствовал себя все более напряженным, обеспокоенным и обремененным. Его сны о двери Отдела Тайн вернулись с удвоенной силой, из-за чего он просыпался задыхающимся, покрытый потом и трясущиеся от агонии, с желанием выйти за дверь и добраться до пророчества. Пророчество стало навязчивой идеей Волан-де-Морта, а Орион ничего не мог сделать, чтобы избавиться от снов. Часть его даже не хотела этого. По мере приближения июня и WIT занятия становились все сложнее и перегружены бесконечными заданиями. Орион проводил все свое время за изучением заклинаний и проклятий за пять лет, за тренировками темной магии и достижением новых уровней, подготовкой и обучение тёмной армии, а также мысленно спорил с Волан-де-Мортом, который настаивал и подталкивал Ориона к вопросу о возвращении предмета для него. У Ориона заканчивались благовидные оправдания, но, по крайней мере, он постоянно уверял Волан-де-Морта, что хочет стать его союзником. Но Орион не обманывался утверждениями Волан-де-Морта о том, что ему предоставят место рядом с ним, как только он передаст предмет. Волан-де-Морт не стал бы лишать Гарри Поттера жизни, если бы в пророчестве не говорилось, что он не представляет для него опасности. По мере того, как сны усиливались, а Волан-де-Морт настаивал на этом вопросе и все еще предлагал предоставить ему друзей его родителей, решимость Ориона не искать пророчество ослабела. Только предупреждение Снейпа останавливало его, но оно все еще мучило его дни и ночи. Орион чувствовал себя изнуренным, переутомленным и пойманным в ловушку. Нетерпение, ярость и дурное настроение Волан-де-Морта постоянно воздействовали на него: он огрызался на друзей, был вспыльчив с учителями, Ориона беспокоила каждая мелочь, а также его мучили постоянные головные боли. Он начал отталкивать своих друзей, закрываясь в пустых классах, чтобы учиться, тренироваться и проводить исследования с лихорадочной и одержимой решимостью. Однажды произошли две вещи, которые, казалось, указывали на то, что скоро все вокруг него рухнет. Во время завтрака Орион получил неожиданную посылку от Седрика. В нем содержалось письмо, в котором Седрик сообщил ему, что Гермиона Грейнджер обратилась к нему с планом контратаковать Амбридж и рассказать публике правду. С помощью подруги Седрика, Чжоу Чанг, убедившей соседа по факультету помочь им, они опубликовали статью. Чжоу разговаривала с девочкой с факультета Когтеврана Луной Лавгуд, чей отец был редактором и владельцем «Придиры». Седрик приложил журнал к письму. Орион быстро перелистал страницы и нашел упомянутую статью. Он мог уловить вклад в статью как Седрика, так и Гермионы. В нем подробно описывалось нападение на Хогвартс и то, как был убит Невилл, а также приводились аргументы в пользу заключения о том, что это была работа Пожирателей Смерти, выполнявших приказы Сами-Знаете-Кого. Орион застонал, прочитав короткое интервью, данное Седриком и сопровождавшее статью. В нем Седрик повторил, что Орион спас ему жизнь, а затем доблестно вошел в толпу, чтобы помочь сразиться с Пожирателями Смерти. Вся статья явно была разоблачением лжи министерства и нежелательного вмешательства Амбридж в дела школы. Орион восхитился находчивостью Гермионы, поскольку статья написана Ритой Скитер, написавшей более профессионально и серьезно, чем обычно. Он часто задавался вопросом, почему он давно не видел ни одной статьи, написанной Ритой. Теперь ему стало ясно: Гермиона узнала, что Рита — незарегистрированный анимага, и шантажировала ее, чтобы она написала для них эту статью. Он знал, что большинство волшебников не воспримут всерьез статью, опубликованную в «Придире», но это единственная статья с интервью с одним из свидетелей, так что она все еще могла убедить многих. Больше всего Ориона беспокоил свет, пролитый на него. Волан-де-Морту не понравится роль героя Света, в которой его изобразил Седрик. И это даст Тёмному Лорду повод заподозрить, что Орион все это время играл с ним, когда выяснится, что он Гарри Поттер. Волан-де-Морт — параноик, и, без сомнения, поверит, что все было спланировано Дамблдором или что-то в этом роде. И если магический мир теперь считает героем Ориона Блэка, то что произойдет, когда они узнают, что он также Гарри Поттер? Его не оставят в покое. От него потребуют, чтобы он взял на себя роль Мальчика-Который-Выжил и их Спасителя. От этого у него остался кислый привкус во рту и ощущение тошноты в желудке. Что еще хуже, в тот же день, после изнурительного урока Темных искусств, на котором Розье заставил каждого сражаться против всех остальных одновременно, а затем начал сражаться против каждого из них, у него было видение. Он даже не мог вспомнить, когда в последний раз видел Волан-де-Морта. Он объяснил это утомлением, из-за которого его разум стал более открытым и настроенным, чем обычно. После урока Темных искусств Орион добрался до пустого общежития. Он на мгновение прислонился лбом к прохладному стеклу окна рядом с кроватью; это успокаивало его невидимый шрам. Затем он разделся и лег в постель, желая, чтобы головная боль прошла. Он также чувствовал себя слегка больным. Он перевернулся на бок, закрыл глаза и почти сразу уснул… Он стоял в темной, занавешенной комнате, освещенной единственной веткой свечи. Его руки были сжаты на спинке стула перед ним. Они были белыми, с длинными пальцами, словно много лет не видели солнечного света, и выглядели большими и элегантными на фоне темного бархата кресла. За стулом, в лучаз света, падавшего на пол от свечей, стоял на коленях мужчина в черной мантии. — Похоже, меня плохо осведомили, — сказал Орион высоким, холодным голосом, пульсирующим от гнева. — Хозяин, прошу прошения, — прохрипел мужчина, стоявший на коленях на полу. Затылок его блестел в свете свечей. Казалось, он дрожал. — Я не виню тебя, Руквуд, — сказал Орион холодным и жестоким голосом. Он отпустил стул и обошел его, ближе к съежившемуся на полу человеку, пока не оказался прямо над ним в темноте, глядя вниз с гораздо большей высоты, чем обычно. — Ты уверен в своих фактах, Руквуд? — Да, милорд, да… Я ведь работал в Отделе после… После всего… — Эйвери сказал мне, что Боуд сможет его достать. — Боуд никогда не смог бы достать его… Боуд знал, что не сможет… несомненно, именно поэтому он так упорно боролся с проклятием Империус Малфоя… — Встань, Руквуд, — прошептал Орион. Стоящий на коленях мужчина чуть не упал, спеша повиноваться. Его лицо было рябым; при свете свечей на нем было видно множество шрамов. Когда Руквуд встал, он оставался немного сгорбленным, как будто на полпути к луку, и в ужасе смотрел вверх на лицо Ориона. — Ты правильно сделал, что рассказал мне, — сказал Орион. — Отлично… Кажется, я потратил месяцы на бесплодные планы… но неважно… Я подозревал, что так может быть. У меня уже есть альтернативный план… Мне придется быть более… Настойчивым с мальчиком. Твой Лорд благодарен тебе, Руквуд… — Хозяин… да, Хозяин, — выдохнул Руквуд хриплым от облегчения голосом. — Мне понадобится твоя помощь. Мне понадобится вся информация, которую ты мне сможешь дать. — Конечно, милорд, конечно… что угодно… — Отлично… можешь идти. Пришли ко мне Эйвери. Руквуд поспешил назад, поклонился и исчез за дверью. Оставшись один в темной комнате, Орион повернулся к стене. На стене в тени висело элегантное старинное зеркало. Орион двинулся к нему. Его отражение становилось все больше и яснее в темноте… белое красивое лицо… алые глаза, блестящие в коварной задумчивости… Он почувствовал внутри себя волнение, желание прикоснуться к этому лицу, поддаться этим напряженным алым глазам… протянуть руку, прикоснуться к нему…. так близко…. если бы он мог просто коснуться… поддаться внутреннему шевелению… чтобы наконец присоединиться… Внезапно он почувствовал рывок в своем сознании и увидел, как отраженные малиновые глаза сузились в недоумении. Он протянул длинные пальцы, чтобы коснуться своего отражения, и холодно спросил: — Кто? — НЕЕЕЕЕЕЕТ! — Что? — крикнул голос неподалеку. Орион безумно заметался, запутался в драпировках и упал с кровати. Несколько секунд он не понимал, где находится; он был убежден, что вот-вот увидит Волан-де-Морта, стоящего перед ним, направляющего на него палочку и требующего сказать, кто он такой. Затем совсем рядом с ним послышался голос Лезандера. — Перестань вести себя как маньяк, чтобы я мог вытащить тебя отсюда! Лезандер раздернул портьеры, а Орион уставился на него в лунном свете, распластавшись на спине, его невидимый шрам пульсировал. Лезандер выглядел так, словно только что готовился ко сну; одна рука высвободилась из мантии. Орион вскочил на ноги. — Приведи сюда Калипсо, пожалуйста. Я должен кое-что вам рассказать. Лезандер озадаченно посмотрел на него, но быстро покинул общежитие. Орион устало сидел на кровати и яростно потирал лоб. Он не рассказывал им о своих снах об Отделе Тайн, но ему нужно это сделать прямо сейчас. Руквуд был там, значит, это было связано с Отделом Тайн и пророчеством. Дверь с грохотом распахнулась, и вошла Калипсо. Она тревожно огляделась, а затем взглядом нашла Ориона. Орион быстро создал перед собой два кресла, когда Лезандер подошел к ним. — Что происходит, Орион? — сказала Калипсо, садясь. — Лез сказала, что ты спал и метался по кровати. — Да, — ответил Орион. — У меня было видение. Но сначала мне нужно рассказать вам о некоторых вещах, о которых я раньше не рассказывал. Не потому, что я вам не доверяю, ребята, я просто… ну, я не хотел вас беспокоить и надеялся, что это ни к чему не приведет. Но я не думаю, что Волан-де-Морт позволит этому оставаться на месте. Он быстро рассказал им о своих снах о двери и о том, как узнал, что она ведет в Отдел Тайн, благодаря портрету Финеаса Найджелуса и видению, когда Орион видел глазами Нагини. Затем он сказал им, что, по его мнению, пророчество находится там, за дверью, и что Волан-де-Морт хочет его заполучить, и настаивает на том, чтобы Гарри Поттер украл его, не упомянув, что именно. О Снейпе он ничего не говорил, его союз с ним должен оставаться в тайне. Калипсо вскочила со своего места и обвиняюще сказала, тыкая пальцем в Ориона: — Ты спас Уизли! Он светлый волшебник, Орион, член Ордена! Как ты мог?! — Ой, заткнись, Калипсо, — защищая Ориона, огрызнулся Лезандер. — Орион сделал то, что было правильно. Калипсо взорвалась: — Что было правильно? Он спас врага! — Он отец шестерых детей, Калипсо, — резко парировал Орион. — Ты сама потеряла родителя, ты знаешь, что это значит. Калипсо повернулась к нему. — Мы убьем много родителей во время войны, Орион! Ты собираешься спасти их всех? — Нет, — устало ответил Орион. — Но я… Я просто не мог позволить ему умереть, не тогда. Я очень злился на Волан-де-Морта, я хотел успешно помочь кому-то… Я не жалею об этом! И я не сожалею. Я не буду оправдываться за свои действия перед тобой или кем-либо ещё! — он сделал паузу, ухмыльнулся ей и добавил: — Кроме того, Уизли теперь должен мне долг жизни. Ты думала об этом? Даже если он не знает, его собственная магия однажды заставит его помочь мне. Полезно иметь члена Ордена, имеющего перед тобой долг жизни. Калипсо фыркнула, но Лезандер обеспокоенно посмотрел на Ориона и сказал: — Ты видел глазами змеи Волан-де-Морта? Калипсо села и сказала, нахмурившись: — Это очень странно. То, что ты видишь глазами Темного Лорда, можно объяснить твоим шрамом, хотя я до сих пор не понимаю, почему и как… но его змея… Орион пренебрежительно махнул рукой. — Сейчас это не имеет значения. Что меня беспокоит, так это неослабевающая одержимость Волан-де-Морта пророчеством. — И ты уверен, что оно находится в Отделе Тайн? — спросила Калипсо. — Да, я абсолютно уверен в этом. Он посылает мне сны и настаивает на том, чтобы Гарри Поттер забрал его для него. Лезандер нахмурился. — Почему он сам не может его взять? — Он не может, — сказала Калипсо с насмешкой. — Он ведет себя сдержанно, поскольку светлые волшебники не хотят верить в его возвращение. Он не может пойти в Министерство магии Англии, так как там могут его раскрыть. — Он становится все более отчаянным, — сказал Орион. — Потому что я отказываюсь идти, а теперь, с видением, которое у меня было сегодня, я не знаю, что он будет делать. Он подробно рассказал им о видении, пропуская часть о зеркале. Его все еще нервировало, насколько близок был Волан-де-Морт к тому, чтобы связать Ориона с Гарри Поттером. Но, по крайней мере, Орион знал, что Волан-де-Морт не узнал об этом, потому что в противном случае его кольцо уже бы яростно пылало. — Боуд? — задумчиво сказала Калипсо. — Подождите! Я читала о нем в «Ежедневном пророке» несколько дней назад. Там была очень короткая статья. В то время я ничего об этом не думала, но это имеет смысл! Орион пристально посмотрел на нее. — Я не помню ни одной статьи. Калипсо фыркнула. — Ну, я прочитала все статьи в нескольких газетах, а ты в последнее время не читаешь даже «Ежедневный пророк». Ты всегда так занят другими делами и закрываешься в классах. Орион нахмурился. — Я учился. — И игнорировал нас, — с раздражением вмешалась Калипсо. — О чем говорилось в статье? — нетерпеливо перебил Лезандер. — Боуд был невыразимцем, получивший травму во время работы: он потерял дар речи и вел себя так, словно думал, что он чайник. Его отправили в больницу Святого Мунго, но там его задушило до смерти растение под названием «Дьявольские Силки», — сказала Калипсо. — Мне показалось забавным, что невыразимца лишили возможности говорить. Орион фыркнул, но затем мгновенно стал серьезным и сказал, нахмурившись. — Люциус наложил на Боуда империус. Должно быть, Боуд получил травмы, потому что… — Он пытался получить пророчество, — прервал его Лезандер, обеспокоенно смотря на него. — Волан-де-Морт любыми способами пытается получить пророчество. — И именно поэтому они убили Боуда, — тихо вмешалась Калипсо. — Когда Боуд попытался украсть пророчество, с ним случилось нечто странное. Я думаю, что на нем или вокруг него должны быть защитные заклинания, чтобы люди не прикасались к нему. Вот почему Боуд оказался в больнице Святого Мунго: с его мозгом произошло нечто странное, что он не смог говорить. Но в статье говорилось, что он выздоравливал до того, как на него напало растение. И Темный Лорд не мог рисковать, что ему станет лучше, не так ли? Я имею в виду шок от того, что произошло, когда он прикоснулся к пророчеству, заставило снять проклятие Империус. Как только к Боуду вернулся бы голос, он рассказал бы о произошедшего, не так ли? Светлые волшебники узнали бы, что его послали украсть пророчество. Люциусу Малфою было бы легко наложить на него проклятие. Он никогда не покидает Министерство? Орион кивнул. — Люциус постоянно находится там, чтобы наблюдать за Фаджем и другими важными чиновниками Министерства, а его проклятие Империус — одно из самых мощных, которые я когда-либо видел, — он нахмурился и добавил: — Но если никто не может прикоснуться к пророчеству… Нет, это неправда. Я, скорее всего, могу прикоснуться к нему, поэтому, помимо плана с Боудом, Волан-де-Морт также хочет, чтобы Гарри Поттер украл его. Волан-де-Морт уже подозревает это. — Кажется, Руквуд только что подтвердил это Волан-де-Морту, — тихо сказал Лезандер. — Что только Гарри Поттер и Волан-де-Морт могут прикоснуться к нему, вероятно, потому, что пророчество касается вас двоих. Он пронзил Ориона взглядом и тихо добавил: — Теперь Волан-де-Морт не оставит тебя в покое. Он будет посылать тебе эти сны чаще. — Я думаю, ты должна его взять, — сказала Калипсо. — Прежде чем это сделает кто-либо другой. Тебе нужно узнать, о чем там написано. Орион устало потер лоб. — Я хочу знать, что там написано. Но пока что там безопасно. Если только Волан-де-Морт и я можем его взять, тогда я оставлю его там на какое-то время. Я уверен, что Волан-де-Морт и Орден направили туда людей, занимсющихся охраной пророчества. Если я пойду, то они могут обнаружить меня и, таким образом, узнать, что я Гарри Поттер. — Но что, если Волан-де-Морт попытается заполучить его сам? — с беспокойством сказал Лезандер. — Он не сможет сделать этого, не раскрыв свое существования, — настаивала Калипсо. — Если Волан-де-Морт попытается, — ответил Орион, устало расчесывая волосы. — Тогда я должен опередить его. Лезандер нахмурился. — А как ты узнаешь, что он попробует? Орион ухмыльнулся. — Я не думаю, что он попытается сразу. Волан-де-Морт сначала попытается убедить Гарри Поттера, посылая больше снов и разговаривая со мной через нашу связь. Но если он попытается, он обязательно призовет Пожирателей Смерти присоединиться к нему. Я узнаю так, — он повернулся к Калипсо и добавил: — И ты должна попытаться подслушать разговоры твоего отца через каминную сеть. Если Пожиратели Смерти планируют вторжение в Министерство Магии, то твой отец будет вовлечен, да все пользуются каминами для общения и планирования, когда они не встречаются. Все камины в домах Пожирателей Смерти заблокированы от слежки, и то же самое относится и к Дурмстрангу, я уверен, что они воспользуются им. Калипсо кивнула. — Ты прав. Я видела, как мой отец часто пользовался камином, чтобы поговорить с другими Пожирателями Смерти, когда он не может покинуть Дурмстранг. Я буду осторожна и буду слушать, чтобы меня не заметили. — Спасибо, — сказал Орион, тепло улыбаясь ей. Калипсо ухмыльнулась. — Надеюсь, ты запомнишь все, что я для тебя делаю. Шпионаж за собственным отцом! Он сдерет с меня кожу живьем, если узнает! Орион усмехнулся. — Твой отец тебя обожает. Он даже не наказывает тебя, когда ты плохо себя ведёшь. — Я не веду себя плохо, — сказала Калипсо с высокомерной ухмылкой. — Я идеальная темная чистокровная дочь. — Верно, — ответил Орион, фыркнув. — Если бы он только знал обо всем, во что мы вовлечены… Не говоря уже об Тёмной Армии… — Он бы гордился, — раздраженно сказала Калипсо. — Я независимая и находчивая ведьма. Лезандер ухмыльнулся ей. — Мы развратили тебя, маленькая Калипсо. Ах, подумать только, ты была невинной, подчиняющейся правилам маленькой девочкой, а стала ищущей приключений, хитрой и красивой женщиной. Это наполняет мое сердце теплыми, неясными чувствами. Орион усмехнулся и обменялся заговорщическим взглядом с Лезандером. Он пристально посмотрел в глаза Калипсо и промурлыкал: — Он прав, понимаешь? Ты превратилась в очень привлекательную ведьму. Брови Калипсо взлетели до линии волос. Лезандер одарил ее лукавой улыбкой и сказал шелковистым тоном: — Я только что говорил Ориону на днях, что мы должны включить тебя. Тебе понравится тройничок, любовь моя? — Ах вы идиоты! — возразила Калипсо с яростным румянцем на щеках. Она фыркнула и хлопнула их по голове. — Вы слишком незрелые для меня. — Да, ты предпочитаешь, чтобы твои волшебники были опытными, не так ли? — сказал Орион с дьявольской улыбкой. — Снейп! — кашлянул Лезандер, после чего последовал смех. Калипсо плавно поднялась со стула и ухмыльнулась им. — Именно, Снейп. Возможно, когда вы подрастёте и станете более привлекательными для меня, я рассмотрю ваше предложение, — она выгнула бровь и протянула: — Но я сомневаюсь, что вы оправдаете мои ожидания. На мой вкус, слишком гейски. Орион засмеялся и сказал ей, отступая назад: — Мы готовы поэкспериментировать, дорогая! Прежде чем закрыть дверь, она повернулась и сказала с игривой ухмылкой: — Нет, пока не соблазнилась. Когда подрастешь, Орион. Орион усмехнулся, когда она ушла. Лезандер сел рядом с ним и тихо сказал: — Ты хотел отвлечь её. Почему? Орион повернулся к нему и серьезно сказал: — Ей тяжело помогать мне, но в то же время поддерживать Темного Лорда. Я многим ей обязан за то, что она сделала для меня. И она беспокоится обо мне, своем отце и WIT. Я не хочу взваливать на ее плечи еще больше бремени, но она мне нужна, и немного беззаботности ей пойдет на пользу. — И тебе тоже, — сказал Лезандер, внимательно осматривая его и запуская пальцы в волосы Ориона. — Ты выглядишь изнуренным и снова похудел. Ты всегда занят, вспыльчив и обеспокоен. Орион вздохнул и наклонился навстречу прикосновениям Лезандера. Он тихо сказал: — Я чувствую, что не знаю, как со всем справиться. Я не могу найти способ исправить ситуацию. Лезандер свободно обвил его руками. — Шаг за шагом, Орион. Не обязательно делать все сразу. И всё будет хорошо, вот увидишь, — он коротко поцеловал Ориона и сказал, вставая: — Отдохни сегодня вечером. Он тебе нужен. Орион кивнул и зарылся в свою кровать. Но и в ту ночь его сны не были мирными.

***

В начале марта Орион получил новости, которые его озадачили. Он снова начал читать «Ежедневный пророк», увидев, что может упустить важные вещи, например статью о Боуде. Однажды он прочитал, что Долорес Амбридж — генеральный инспектор Хогвартса — согласно Указу об образовании номер двадцать три, теперь имеет право проверять, подвергать испытательному сроку и увольнять любого учителя. Неделю спустя, во время одного из коротких разговоров с Драко, используя двустороннее зеркало, ему сооющили, что Амбридж уволила Трелони. Но это его не озадачило, он полностью понял; Трелони показалась ему обманщицей, когда ему пришлось терпеть ее на уроке гаданий в прошлом году. Что его озадачило, так это реакция Дамблдора. Он выступил против Амбридж и сказал ей перед всеми наблюдающими учениками, что, хотя она и может уволить Трелони, она не может выгнать ее из школы. Трелони продолжает жить в Хогвартсе. Зачем Дамблдору противодействовать Амбридж и, следовательно, Министерству только для того, чтобы удержать сумасшедшую ведьму в замке? Есть в этом что-то очень подозрительное. Ведьма бесполезна даже как профессор. Так зачем Дамблдору держать ее, если она больше не собирается преподавать? Орион пришел к откровению. Дамблдор делал это, чтобы защитить Трелони! Но от чего? От кого? Кто мог ею заинтересоваться? Затем его поразила поразило мысль. Дамблдор защищал её от Пожирателей Смерти, от Волан-де-Морта, ведь больше не от кого её защищать. Он изумился последствиям. Она — учитель гадания, предположительно родственница самой Кассандры, как Трелони время от времени уверяла своих учеников. А Дамблдор держал ее подальше от когтей Волан-де-Морт. Стало ясно, что именно она сделала пророчество! Впервые он благословил вмешательство Дамблдора. На следующий день рано утром Орион беспокойно шевелился и ворочался на кровати, глубоко спал. Он мчался по коридору к Отделу Тайн, мимо глухих каменных стен, мимо факелов — простая черная дверь становилась все больше. Оон двигался так быстро, что собирался с нею столкнуться, он был в нескольких футах от неё и видел слабый синий свет… Дверь распахнулась! Наконец он прошел через неё, в круглую комнату с черными стенами и черным полом, освещенной голубыми свечами, и вокруг него еще много дверей — ему нужно было идти дальше — но какую дверь ему выбрать? Кто-то сильно тряс его. Орион распахнул глаза и закричал: — Нет! Я был так близко! Лезандер стоял у его кровати и хмуро смотрел на него. — Так близко к чему? Орион высвободился из-под одеяла и вскочил на ноги. — От того, что добрался до него! От того, что узнал, где оно находится! — сердито сказал Орион, поворачиваясь к Лезандеру. — Лучше бы это не то пророчество, о котором мы говорим, — тихо прошипел Лезандер. — Ты знаешь, что Волан-де-Морт посылает тебе эти сны! Ты не должен обращать на них внимание! — Но я хочу достичь пророчества! — в отчаянии сказал Орион. — Я хочу знать, о чем там написано! Лезандер схватил его за плечи и прорычал: — Он этого хочет! Не ты! — Я тоже! — лихорадочно возразил Орион. — Сны сводят меня с ума. Каждую ночь мне это снится, каждую ночь я подхожу близко, но никогда не выхожу за дверь. И я только что прошел мимо! Лезандер крепче схватил его. — Если ты его не заберёшь, то оно будет защищено от Волан-де-Морта. Ты сам это признал. — Но я хочу знать, о чем там говорится, — горячо ответил Орион. — Оно обо мне, Лез! Я имею право знать! — Да, — тихо сказал Лезандер, пронзив взглядом Ориона. — Но нельзя идти туда стремительно, не имея плана на руках. Он этого хочет. Я помогу тебе его получить, если хочешь. Но я все равно думаю, что не стоит. На данный момент это безопасно. Орион вздохнул и прижался лбом к груди Лезандера. — Конечно, ты прав. Мне не следует действовать, если я не знаю, что Волан-де-Морт сам пойдет на это. — Я рад, что мы согласны, — сказал Лезандер с легкой улыбкой. Орион посмотрел на него и ответил улыбкой. Он взглянул в окно и увидел, что наступил рассвет. Орион повернулся к Лезандеру и заскулил: — Почему ты разбудил меня в этот забытый Мерлином час? Лезандер ухмыльнулся. — Ты забыл, какой сегодня день? У нас собрание ТА через десять минут, и мы моделируем нашу первую битву сегодня! — Цирцея! — взволнованно сказал Орион, оживляясь. — Я забыл! Давай поторопимся!

***

Орион, одетый в один из вампирских костюмов, подаренных ему Лезандером, стял рядом со своим парнем, а за ним — большая группа нетерпеливых и взволнованных членов ТА. На большой поляне стояла Калипсо со своей группой членов, включая Титанию, находящейся рядом с ней. Каждая команда состояла из двадцати пяти человек, поскольку теперь численность ТА. достигала полусотни: пару месяцев назад, следуя совету Вагнарова, юноша попросил Титанию пригласить больше шести- и семикурсников. Орион уже сказал своей команде, что делать. Он разбил его на пары, в которых один хорошо владел оборонительными заклинаниями, а другой — атакующими, но если кто-то не обладал достаточными умениями, он формировал тройки. Группа делилась на два фланга по десять человек, а еще пятеро, включая Ориона и Лезандера, оставались в центре. — Готов, Блэк? — крикнула Титания с ухмылкой на лице через поляну. — После тебя, моя дорогая! — ответил Орион с нетерпеливой ухмылкой на лице. Он быстро обернулся к своей команде и наложил на них заклинание, позволяющее ему шепотом отдавать приказы, звучащие прямо у них в ушах. Он нашел этот полезный прием, когда подыскивал подходящие для занятий ТА чары. — Вы меня слышите? — осторожно прошептал Орион. Его команда кивнула с ухмылками на лицах и предвкушающим блеском в глазах. — По моему знаку! — кричала Калипсо, направляя палочку в небо. В тот же миг в воздух вырвался сноп красных искр, и бой начался. Ученики рванули друг на друга, выкрикивая темные проклятия, и поляну заполнили разноцветные вспышки. Минут тридцать царило настоящее столпотворение. Калипсо выкрикивает приказы, произносит заклинания и уклоняется. А Орион делал то же самое, но шептал свои команды, чтобы враг его не услышал. Оба они отдавали приказы, пока их команды яростно сражались друг с другом, члены падали на землю слева и справа, но многие быстро восстанавливались и снова с нетерпением бросались в бой. Наконец, когда их команды поредели, поскольку многие из них были выведены из строя, в битву вступили и Калипсо, и Орион. — Левый фланг, атакуй их центр, — прошептал Орион, продолжая бежать и стрелять заклинаниями. Лезандер уклонился от заклинания и оттащил Ориона в сторону, в то время как Орион наложил на них щит, отразив несколько проклятий. — Правый фланг, — задыхаясь, проговорил Орион, отпрыгивая от проклятия Круциатус. — Расправьтесь с той маленькой группой справа от вас и объединяйтесь с левым флангом — Sever flagellum! — крикнул рядом с ним Лезандер. — Бейте Ориона! — ревела Калипсо сквозь шум бегущих студентов, выкрикивала заклинания и крики боли. — Центральный фланг, — прошипел Орион. — Следуйте за мной, чтобы атаковать Калипсо и окружающую ее группу. — Reflecto alica! — крикнул Орион, услышав приближающийся поток многочисленных заклинаний врага. — Escudo protectum! — немедленно применил заклинание Лезандер. — Круцио! — закричал Орион, ударив бедного ничего не подозревающего ученика команды Калипсо. Через несколько секунд он отпустил его и прошептал: — Левый и правый фланги, присоединяйтесь ко мне сейчас! Они помчались к окружавшей Калипсо группе, которая выстроилась в несколько рядов и, приняв боевые стойки, обрушила на них целый шквал всевозможных темных проклятий. Небо сверкало яркими заклинаниями, а воздух наполнялся насыщенной магией, были слышны стоны и шипение боли, а в атмосфере вибрировали крики проклятий. Орион притянул Лезандера к себе, когда рядом с ним промелькнуло проклятие, и он немедленно направил свою палочку на Титанию и закричал: — Империо! «Свяжи Калипсо!» — приказал он ей в уме. — Инкарнецио! — сразу сказала Титания монотонным голосом. Вздрогнув, Калипсо упала на землю со связанными запястьями и лодыжками, в то время как ее товарищи по команде боролись с солдатами Ориона, теперь некому было отдавать им приказы. Еще через несколько минут все закончилось, и были слышны только стоны боли и дыхание. Орион снял с Титании империус и исчезли оковы Калипсо. Он ухмыльнулся членам Та и с гордостью сказал: — Отлично, для нашей первой попытки! Теперь Калипсо даст вам разнообразные лечебные зелья, которые она варила последний месяц. После того, как вы исцелитесь, мы обсудим битву. Участники изнуренно сидели на земле, охая и проверяя свои раны, но с выражением удовлетворения на лицах. Когда все выпили свое зелье, Орион обратился к ним: — Все было здорово, но, как вы видели, в каждой команде должна быть сформирована вертикаль управления. Когда Калипсо и Титания вышли из строя, вам больше некому было приказывать. Это большая ошибка, которую я сам совершил. Кроме того, вы сгруппировались вокруг своих лидеров, чтобы защитить их, но в этом нет необходимости. У каждого лидера должна быть небольшая группа для их защиты, в то время как остальные сражаются независимо. Он сделал паузу и задумчиво добавил: — Нам также необходимо практиковать различные объединения. Известно, что Светлая сторона будет состоять из нескольких подгрупп: авроров, Ордена, возможно, учителей Хогвартса, других независимых светлых волшебников и ведьм, возможно, кентавров и некоторых другиз существ — возможно, вейл. Нам нужно изучить полезные заклинания против этих существ, а также посмотреть, какой строй лучше всего противостоит армии, разделенной на подгруппы. Первое, что мне пришло на ум — партизанский тип борьбы: наносить удары и прятаться, неоднократно, быстро, точно, небольшими группами и атаковать там, где больнее всего. Я думаю, это может сработать, поскольку нас всего пятьдесят человек, а это очень маленькая группа по сравнению с Пожирателями Смерти и другими последователями Темного Лорда и по сравнению со Светлыми волшебниками — Каждый из нас мог бы изучить тип построения армии и рассказать о нем на нашей следующей встрече, — вмешался мальчик. — Отличная идея, — сказал Орион с улыбкой. — Таким образом, у нас будет много построений для тренировки, и во время боя мы сможем переключаться с одного на другое, в зависимости от того, как будет развиваться бой. Участники энергично кивнули, и Орион с энтузиазмом сказал: — Хорошо, тогда до среды. А теперь идите на занятия и постарайтесь выглядеть сонными! Студенты, посмеиваясь, покинули поляну, а Орион и его группа друзей взволнованно обсуждали битву, добравшись до первого урока дня

***

Проносились месяцы, Темная Армия моделировала бои четыре раза в неделю и выучила наизусть множество построения, ведь у каждой команды была невероятная гибкость в изменении стратегии и тактики в разгар боя. В каждой команде была установлена ​​цепочка подчинения: появлялся один лидер, когда предыдущий был выведен из строя, но также это позволяло формироваться более мелким группам, обладающим собственной независимостью. В конце концов, любой член имел хорошее представление о ситуации, чтобы иметь возможность возглавить подгруппу, если это потребуется. Ближе к июню Орион дал тёмной армии перерыв, чтобы студенты могли подготовиться к выпускным экзаменам. Давление экзаменов чувствовалось по напряжению студентов пятого и седьмого курсов в замке. Библиотека и комнаты отдыха стали бесспорной территорией напряженных и обезумевших студентов. Даже первокурсники уважали тишину, вызванную напряженной концентрацией, больше, чем что-либо еще, опасаясь, что их отругают или побьют о стену. У Калипсо разрушены нервы, и она яростно огрызалась на любого, кто отвлекал ее от концентрации, сжимая в руках свои многочисленные книги и уходя в ужасном плохом настроении, когда кто-нибудь осмеливался с ней заговорить. Лезандер, казалось, не пострадал от давления и стресса. Он непринужденно учился в гостиной Гидры, подперев ногами низкий столик и перелистывая страницы учебников, с легкостью и интересом впитывая всю информацию. У Ориона дела шли не лучше, чем у Калипсо. Хоть он и не нервничал, он все равно готовился к WIT, тренировался с темной магией и тренировался с обеими палочками, пока не засыпал от изнеможения. По мере того как давление увеличивалось, он становился еще более вспыльчивым. Волан-де-Морт выводил его из разновесия требовательными и гневными дискуссиями, а также снами о Отделе Тайн, которые усиливаются и нападают на него в любой момент. И он чувствовал себя пойманным в ловушку и отчаявшимся из-за выбора, который Волан-де-Морт предоставил ему для погашения долга — что заставляло сценарии мелькать в его голове, день и ночь — что за день до его WITs он, наконец, оказался в спальне и решил сделать выбор раз и навсегда. Он думал о Лезандере, Темной Метке, наличии наследника, и о том, какой будет его жизнь, если ему будет предоставлен выбор. С яростной решимостью Орион наконец принял решение.

***

Пятнадцатого июня, две недели после того, как напряженные и измученные пятикурсники начали сдавать WIT, настал день последнего экзамена для гидр: трансформация человека WIT. Пять гидр уже сдали письменные и практические тесты. Теперь только Орион, Лезандер и Калипсо остались у экзаменатора датского Министерства магии, чтобы доказать, что они могут превращаться в свою анимагическую форму. Древний волшебник кивнул им, и они сразу же закрыли глаза и сосредоточились, чтобы трансформироваться. Орион был измотан и не хотел ничего, кроме как свернуться калачиком в постели с Лезандером. От этой мысли он улыбнулся сам себе. Он не мог дождаться… Он неохотно отодвинул эту мысль в сторону, прищурился и сосредоточился на трансформации. Он снова шел по прохладному темному коридору к Отделу тайн, шагал твердо и целеустремленно, иногда переключаясь на бег, уверенный, что уж теперь-то непременно достигнет цели своего путешествия… Как обычно, черная дверь распахнулась перед ним, и он очутился в круглой комнате с многочисленными дверьми… Вперед по каменному полу во вторую дверь… пляшущие на стенах и полу световые блики и это странное механическое тиканье, но разбираться нет времени, ему надо спешить… Орион ахнул. Он никогда раньше не заходил в эту комнату. «Но не сейчас!» — сказал он себе. Ему нужно сосредоточиться, превратиться в Огненное дыхание… Но его любопытство было слишком сильным. И вновь он очутился в высоком, как собор, зале со стеллажами, на которых лежали стеклянные шарики… его сердце забилось очень быстро… сейчас он наконец попадет туда, куда нужно… Добравшись до ряда номер девяносто семь, он повернул налево и поспешил дальше по узкому проходу между стеллажами… Но в самом конце прохода, на полу, была какая-то фигура — эта черная фигура корчилась, словно раненое животное. От испуга и волнения у Гарри сжалось сердце. И вдруг из его собственных уст раздался голос — высокий, равнодушный, лишенный всякой человеческой теплоты. — Возьми его и отдай мне… ну же, бери… я не могу до него дотронуться… зато ты можешь… Орион увидел, как белая рука с длинными пальцами, сжимающая палочку, поднялась на конце его собственной руки… — О, ради Мерлина! — нетерпеливо прошипел Орион. — Не это, что бы это ни было. Не сейчас! Орион яростно выгнал это видение из своего разума и с холодной решимостью заблокировал любой доступ к своему разуму и сосредоточился на своей трансформации. Задержав дыхание, он превратился в Огненное Дыхание, опустил внутренние веки и открыл глаза. Он огляделся и увидел, как Чешуйка и Дикая Грива снова принимают свой человеческий облик. Старый датский волшебник в неожиданном приливе энергии восхищенно захлопнул в ладоши. — Красиво! Отлично! — сказал он взволнованно. — Вы отлично поработали! Он посмотрел на Виверну и добавил: — Невероятно! Когда Орион трансформировался обратно, представитель министерства сказал: — Идите! Ваши WIT окончены. Мы вышлем вам результаты с совой в июле. Трое друзей с радостью покинули экзаменационную комнату с удовлетворенными улыбками на лицах.

***

— Всё было не так уж и плохо, не так ли? — спросила Калипсо, когда они шли по коридору. — Я не уверена, что должным образом справилась с письменным тестом, так у меня просто не хватило времени. В каждом вопросе нужно было так много написать! Вы поняли, о каком заклинании идет речь в сорок пятом вопросе? Я не была уверена, что правильно догадалась, мне показалось, что это слишком — и на вопрос двадцать третий… — Калипсо, — сказал Лезандер с нетерпеливой улыбкой. — Мы уже проходили через это… Мы не будем потом сдавать каждый экзамен. Просто наслаждайся тем, что это был наш последний WIT! — Полностью согласен, — пропищал Орион. — Наконец-то мы свободны! Я не хочу больше думать об экзаменах, мы все справились очень хорошо. Я просто хочу отдохнуть, — он бросил взгляд на Лезандера и добавил: — И я хочу заняться более… приятными вещами. Калипсо фыркнула. — Хорошо, я оставлю вас двоих. Тогда я навещу отца. Она развернулась и пошла в другой коридор. Лезандер выгнул бровь, глядя на Ориона, тот просто ухмыльнулся и схватил его за руку. — Давай, Лез, — сказал Орион, потянув своего парня. — Я очень долго этого ждал. Как только они вошли в свою спальню, где, к счастью, отсутствовали Виктор и Локи Орион толкнул Лезандера в его кровать. Лезандер рассмеялся поспешности Ориона. — Что у тебя на уме? — О, вот увидишь, — сказал Орион с соблазнительной улыбкой. Бледно-голубые глаза Лезандера потемнели от желания, но он сказал тихо, останавливая попытки Ориона раздеть его: — Ты знаешь что… — Я хочу сблизиться с тобой, — тихо прервал Орион, лежа рядом с Лезандером, и пристально впился своими зелеными глазами в глаза своего парня. Лезандер замер и посмотрел на него. — Уверен? — Я не сомневаюсь в этом, — сказал Орион с теплой улыбкой. Затем он добавил мягко, с глубоким волнением, нежно лаская лицо Лезандера: — Я хочу тебя, Лез. Я выбрал тебя. Я выбрал счастье рядом с тобой. Я знаю, что ты единственный, кто может дать его мне, а я хочу подарить его и тебе. Без тебя я бы давно сдался под давлением. Ты заботишься, ты любишь меня, ты заставлял меня чувствовать тепло и нежность, когда я думал, что у меня никогда не будет чего-то подобного. И, несмотря на наши разногласия, ты поддерживал меня и понимал меня, с бесконечным терпением. Меня волнует только спасение моего отца и бытие с тобой. Мы должны следовать собственными путям, но мы можем сделать это вместе, помогая друг другу. Я долго об этом думал и решил, что единственное будущее, которое я хочу для себя, — это будущее, где ты будешь рядом со мной. — О, meu inima, сердце мое, — прошептал Лезандер, нежно целуя Ориона в губы. — Ты правда так думаешь. — Да, — ответил Орион. Он тяжело вздохнул и сказал: «Лез, я стану Пожирателем Смерти, но я все еще хочу, чтобы мы были вместе. Лезандер нахмурился. — Почему ты хочешь стать Пожирателем Смерти? Я думал, ты хочешь создать свою собственную сторону. — Да, — тихо сказал Орион. — Но Волан-де-Морт… Я в долгу перед ним за то, что он помог мне вызволить моего отца из Азкабана. Я не сказал тебе раньше, потому что хотел сделать свой собственный выбор по этому вопросу. Но, возможно, я смогу избавиться от Темной Метки, так как это парселзаклинание. Со временем я смогу это сделать, и в конце концов я поддержу Темную, несмотря ни на что. — Я не хочу, чтобы он пометил тебя, — прорычал Лезандер. Орион вздохнул и погладил длинные волосы Лезандера. — Я тоже нет, но у меня нет выбора. Но не волнуйся, я от него избавлюсь. А долг не может быть аннулирован, его может аннулировать только тот, кому этот долг причитается, а Волан-де-Морт никогда этого не сделает. Лезандер прижался лбом к Ориону и тихо сказал: — Я знаю, что нет выхода из волшебного долга. Мне бы хотелось, чтобы ты сказал мне раньше… но я понимаю, что это было твое решение, — он резко повернул голову, чтобы посмотреть на Ориона, и решительно добавил: — Для меня не имеет значения, станешь ли ты Пожирателем Смерти. Как ты сказал, ты так или иначе собираешься участвовать в войне. И я помогу тебе, я буду рядом с тобой. — Тебе не обязательно… — Я хочу, — тихо сказал Лезандер. Он посмотрел Ориону в глаза и сказал голосом, полным глубоких эмоций: — Я люблю тебя, ты будешь моей парой. Я так долго этого ждал… Я буду рядом с тобой, как и ты будешь рядом со мной, чтобы помочь мне управлять своим кланом после войны. — Да, — тихо сказал Орион, притягивая Лезандера к себе и скрещивая руки на шее. — Мы поможем друг другу. Всегда вместе. Партнеры. Товарищи* — Мерлин, Цирцея и Моргана! — воскликнула Калипсо, отворачиваясь от зрелища. Лезандер замер, повернул к ней голову и яростно зарычал: — Лучше бы это было важно, Калипсо! — Важно! — отчаянно вскрикнула она. — О, ради Мерлина, одевайся, одевайся! Орион нахмурился и посмотрел на Лезандера. Лезандер вздохнул и начал подниматься с кровати, таща за собой Ориона. Они быстро оделись, обменялись страстными взглядами и загадочными улыбками. Лезандер обнял Ориона сзади, укусил его за шею и прошептал: — Не волнуйся, мы закончим позже. Орион одарил его похотливой улыбкой. — Спорю на твою задницу. Лезандер ухмыльнулся ему. — Нет, любовь моя, на твою задницу. — Действительно, — сказал Орион со счастливым смешком. — Вы закончили? — отчаянно сказала Калипсо. — Да, — резко ответил Орион, опираясь на грудь Лезандера. — Что все это значит? Калипсо обернулась, чтобы посмотреть на них, и Орион тут же напрягся и забеспокоился от безумного, испуганного выражения ее лица. — Что случилось? — с тревогой сказал Орион. — Пожиратели Смерти отправляются в Отдел Тайн прямо сейчас!