Наследник рода Блэк

Челюсть Ориона отвисла, когда его ноги коснулись земли, рядом с его сундуком. День — ослепительно солнечный, а он стоит перед самым красивым замком, который он когда-либо видел. Замок выглядел древним, вероятно, средневековым, но его архитектура не мрачная и темная, а яркая и светлая, и выглядел хорошо сохранившимся, словно его отреставрировали. Он был сделан из бело-серых каменных кирпичей, с более темными серыми крышами и имел так много маленьких окон, что было трудно сказать, сколько в нем этажей. Он видел бесчисленное множество величественных башен по бокам, и в настоящее время он стоял на большом ограждении, окруженном высокими каменными стенами. Он моргнул, увидев большую, пёструю группу магглов, проходящую через огромные открытые двери, с камерами. Он посмотрел на браслет и нахмурился. Неужели он ошибся? Куда его привёл браслет? Орион вздохнул и схватился за ручку сундука. Ему нужно понять, где он находится, а потом уже решить, что делать. Он поспешно зашагал к входу, таща сундук за собой, пересекая арку и чувствуя, как магические чары покалывают его кожу. Он уронил сундук, когда встал перед большими дверями. Они закрыты. Орион нахмурился. Магглы только что прошли через открытые двери… Он расправил плечи и постучал. Медленно дверь открылась, и Орион столкнулся с маленьким, величавым домовым эльфом, одетым в миниатюрную фраковую шубку. Орион сдержал смешок, когда домовой эльф презрительно посмотрел на него. — Qui êtes vous, monsieur? — Je m'appelle Orion Black. Où est Pierrefonds? — ответил Орион, быстро вспомнив уроки французского с Рагнароком. Эльф поднял подбородок и высокомерно ответил: — C'est le château de Pierrefonds, — он прищурился, глядя на Ориона, и спросил: — Que est-ce que vous en voulez? — Je veux voir Sebastien Valois, — коротко сказал Орион. Он показал эльфу браслет и добавил: — Il m'a donné ceci. Выражение лица домового эльфа стало подобострастным, и он вежливо сказал: — Un moment, s'il vous plaît. Дверь закрылась перед Орионом, и он нетерпеливо провел пальцами по волосам, оглядываясь, нет ли еще магглов. К его удивлению, рядом никого не оказалось. Внезапно двери открылись, и Орион был сбит с толку, увидев перед собой группу домашних эльфов, держащих флейты, скрипки и трубы, играющих оживленную и мелодичную мелодию; они кланялись ему и танцевали вокруг. Он увидел Себастьяна, шагающего к нему с очаровательной улыбкой на лице. Французский волшебник выглядел по-королевски, в светло-голубых одеждах, которые идеально ему подходили, с маленькими серебряными лилиями, изящно вышитыми на лацканах и манжетах. Орион рассмеялся, когда Себастьян подошел к нему, и, глядя на домовых эльфов, с изумлением спросил: — Это для меня? Себастьян ухмыльнулся, взяв Ориона под руку. — Конечно, mon petite. Достойный прием для моего долгожданного гостя. Я уж начал думать, что ты так и не придешь. — О, рано или поздно я собирался навестить тебя, — сказал Орион с улыбкой. — Ты меня весьма заинтриговал тем, что ничего не говорил в своих письмах, — он выгнул бровь и сказал: — Но домовые эльфы, играющие на музыкальных инструментах… Это было неожиданно. — Я — экстравагантный человек. Что я тут могу сказать? — сказал Себастьян с дьявольской улыбкой, ведя Ориона в замок. — Мне нравится «la bonne vie». — Я скажу, — сказал Орион, оглядываясь по сторонам и видя, что замок украшен в стиле конца XV ​​века во Франции. — Твой замок прекрасен. Себастьян остановился, посмотрел на Ориона с озорным блеском в карих глазах и тихо сказал: — Мне нравятся красивые вещи. — Э-э-э, ладно, — неловко сказал Орион, отводя взгляд от Себастьяна. — И с каждым разом ты становишься красивее, Орион, — шелковисто сказал Себастьян, приподняв подбородок Ориона. Он слегка нахмурился и добавил: — Кажется ты… Стал другим. Еще красивее, но другим… — Я стал другим, — тихо сказал Орион, мучительно отодвигая в сторону воспоминание о том, как Лезандер дал ему свою кровь. Он вздохнул и затем, нахмурившись, сказал: — Я видел, как приходили туристы-магглы… Где они? Себастьян усмехнулся. Он схватил Ориона за руку и сказал: — Пойдем в главную гостиную. Там я всё объясню, — он повернулся к домашнему эльфу, который открыл дверь, и сказал: — Филипп, отнеси сундук моего гостя в синюю комнату. — Филипп? — весело сказал Орион, когда его провели в большую и элегантную комнату с несколькими диванами и чайными столиками, с роялем и арфой на углу. Стены покрыты шелковистым небесно-голубым материалом с редко выгравированными геральдическими лилиями и узкими светло-серыми полосками, обозначающими двери и окна. Себастьян сел на кушетку и похлопал по сиденью рядом с собой, выжидательно глядя на Ориона. Орион сидел рядом с ним, когда он сказал: — Хорошо, но сначала я должен узнать. Орион обеспокоенно посмотрел на Себастьяна и сказал: — У тебя здесь мощные чары, верно? Чары, не позволяющие работать портключам? Если только ты их не активируешь? Себастьян выгнул бровь. — Конечно, — он нахмурился и добавил: — От кого ты прячешься? — Ни от кого, — коротко ответил Орион. — Я просто не хочу, чтобы меня беспокоили. Себастьян недоверчиво посмотрел на него, но сказал: — Тебя здесь никто не побеспокоит, — он очаровательно улыбнулся Ориону и сказал: — Я ожидаю, что ты останешься здесь до встречи Темных Союзников. Я хочу показать тебе много всего… Европа лежит у твоих ног, mon petite… У меня несколько домов в разных странах… Он плавно взял Ориона за руку и добавил с мурлыканьем: — Мы могли бы поехать в Венецию, жемчужину моего сердца… — он погладил ладонь Ориона одним пальцем и добавил шелковистым шепотом: — Или, может быть, на озеро Комо, чтобы позагорать… твоя кремовая кожа будет выглядеть прекрасно с золотистым загаром на ней… Орион напрягся и медленно убрал свою руку из руки Себастьяна. Он посмотрел на французского волшебника, нахмурившись, и тихо сказал: — Себастьян, я не… — Называй меня Бастьян, пожалуйста, — сказал Себастьян с очаровательной улыбкой. — Все мои самые близкие друзья называют меня Бастьян. — Э-э-э, ну ладно, — неловко сказал Орион. Он тяжело вздохнул и строго сказал: — Бастьян, я приехал сюда не на отдых. Я приехал узнать, что ты мне должен был сказать. Ты сказал, что это важно. — Действительно, так и есть, — сказал Себастьян с дьявольской ухмылкой. — Но это можно обсудить позже. Он поднялся со стула и направился к пианино. — Сначала я хочу, чтобы ты насладился своим пребыванием у меня. Две недели — это немного, но мы все равно сможем посетить несколько мест, — он обернулся и сказал с лукавой ухмылкой: — Я люблю путешествовать и хочу показать вам все места, которые дороги моему сердцу. Орион нетерпеливо вздохнул и встал, глядя на Себастяна. — Я не останусь на две недели, Бастьян. Всего на одну, максимум. — О, но ты должен остаться на две недели! — непреклонно сказал Себастьян. — Ты ведь посетишь собрание Темных союзников, верно? Орион нахмурился. — Да, конечно, но какое отношение имеет собрание к тому, что я останусь на две недели? Себастьян ухмыльнулся ему. — Встреча состоится здесь, в моем замке. Так что тебе нет смысла возвращаться в Англию и ждать возвращения неделю. Какая трата времени! — Здесь? — вздрогнул Орион. — Ну, для меня это новость, но неважно, у меня дела в Англии. Я останусь всего на неделю. Себастьян разочарованно посмотрел на него, а затем сел за пианино. — Скажи, ты играешь, mon petite? Орион подошел к нему и сел в кресло возле пианино. — Нет, никогда не учился. — Ну, мне придется тебя научить, — сказал Себастьян с ухмылкой. Его длинные пальцы начали искусно ударять по клавишам, и комната наполнилась романтической мелодией. Он послал Ориону очаровательную улыбку и сказал: — Фредерик Шопен, гениальный маггл. В искусстве они намного превосходят нас… — он закрыл глаза и сказал с томной улыбкой на лице: — Полонез… разве он не поднимает тебе настроение и не переносит в другую эпоху придворных манер и беззаботных времен…? — Да, оно прекрасно, — честно ответил Орион, пока песня набирала темп, падая и поднимаясь от мягких романтических мелодий к более сильным нотам. Он отвлекся от заманчивой песни и сказал: — Бастьян… — Тсссс, — прошептал Себастьян, не открывая глаз, пока его пальцы быстро гладили клавиши пианино. — Закрой глаза, Орион, и почувствуй… Орион нетерпеливо вздохнул, но повиновался, мелодия заполнила его разум… Она звучала романтично, но тоскливо для его ушей… а затем сильно и мощно… — Это баллада номер один, — прошептал Себастьян, начиная новую мелодию. — Скажи мне, что она заставляет тебя чувствовать… — Печаль и тоска, — тихо сказал Орион, закрыв глаза, когда прекрасная песня наполнила комнату. Она заставила его подумать о Лезандере, он ничего не мог с собой поделать, в ней был такой унылый подтекст… Печальная тоска по чему-то утраченному… а затем сильная и отчаянная решимость достичь этого… его моменты с Лезандером промелькнули в его сознании… обещанное будущее, которое никогда не наступит… которому он позволил ускользнуть, будучи недостаточно сильным, чтобы спасти того, о ком он заботился… Когда мелодия стала более отчаянной, Орион вскочил со своего места и со слезами на глазах сердито спросил: — Зачем ты это играешь, Себастьян? Чего ты пытаешься добиться? Себастьян тут же прекратил играть и встал. Он подошел к Ориону и тихо сказал: — Извини, Орион. Я просто хотел поделиться с тобой своим любимым композитором. Я не хотел тебя смущать. Орион посмотрел себе под ноги, нахмурился и тихо сказал: — Ну, есть много вещей, которые я хочу узнать, и… — Конечно, — тут же сказал Себастьян. Он снова подвел Ориона к кушетке и, повернувшись к нему, с улыбкой сказал: — Кажется, ты хотел узнать как о магглах, которых видел в замке? Орион удивленно посмотрел на него. — Я забыл о них. Но да, меня они заинтриговали, — он посмотрел на Себастьяна и строго добавил: — Хотя мне больше интересно узнать, зачем ты хотел встретиться со мной. Ты сказал, что должен сообщить мне что-то важное. Себастьян очаровательно улыбнулся ему. — Всему свое время. А что касается магглов… Всё довольно просто на самом деле, — он указал на комнату и сказал: — Этот château был частично разрушен в начале семнадцатого века, когда Ришелье — темный волшебник, которого ты должен знать — послал войска, чтобы осадить одного из моих предков, Генриха II, принца Конде. Поскольку мир магглов, казалось, увяз в войнах, Дом Валуа решил выйти из поля зрения магглов и вернуться в мир волшебников. Но этот замок был очень хорошо известен магглам, поэтому мои предки не могли просто заставить его исчезнуть… Магглы — дураки, но не настолько… Поэтому, когда Наполеон I купил его, замок все еще лежал в руинах, а мои предки переехали, ожидая момента, когда они смогут вернуть его. Затем Наполеон III приказал Виолле-ле-Дюку восстановить замок. Очевидно, магглы оплатили весь проект, что было весьма удобно для моих предков. В 1848 году реставрация была завершена, и министерство маггловской культуры Франции сделало его историческим памятником. Затем мои предки просто вернулись и наложили на замок мощные чары. Магглы могут видеть его и могут входить, как это делают туристы, но это иллюзия. Туристы могут даже находиться в этой же комнате прямо сейчас, но они не видят нас, а мы не видем их, и мы также не можем физически с ними столкнуться. Словно мы невидимые, бестелесные призраки друг для друга. Они не могут прикоснуться, услышать или увидеть нас. И мы тоже не можем. Если магглы что-то передвинут, предмет мгновенно вернется на свое место после того, как они уйдут. — Потрясающе, — сказал Орион в изумлении. — Я никогда о таком не слышал… Даже не знал, что такое возможно — жить в одном помещении с магглами, но при этом не иметь с ними никакого взаимодействия, вообще… — Ну да, — самодовольно сказал Себастьян. — Это единственный волшебный замок с такими мощными чарами. Мои предки сами создали эти чары. — А что это за геральдические лилии? — с любопытством спросил Орион, окидывая взглядом стены. Себастьян ухмыльнулся ему и гордо сказал: — Герб Валуа — это синий щит с тремя геральдическими лилиями. Это один из древнейших гербов во французской истории. — Это все объясняет. Чары и тому подобное это всё довольно увлекательно, но я должен узнать, почему ты хотел, чтобы я навестил тебя, — сказал Орион, пронзив Себастьяна взглядом. Себастьян схватил Ориона за руку и тихо сказал: — Я могу назвать тебе одну причину, ту, которая для меня важнее всего. Другую я скажу тебе в последний день, иначе ты слишком рано меня бросишь. Орион вздохнул. — Ладно. Себастьян очаровательно улыбнулся Ориону и, прижав его руку к своей груди, тихо сказал: — Я хочу, чтобы ты рассмотрел меня как кандидата… на роль супруга. Я уже обращался с этим к Малфою-старшему, но он резко отклонил мое предложение. Теперь я говорю тебе, чтобы ты мог сделать свой собственный выбор. Орион широко раскрыл глаза, тут же выдернул руку из руки Себастьяна и лихорадочно закричал: — Бастьян, наверняка новость достигла Франции! Ты ведь знаешь, что я полукровка! Что я — Гарри Поттер! Себастьян громко рассмеялся, а затем сказал с озорной ухмылкой: — Конечно, я слышал об этом! Эта новость была во всех газетах! И меня завалили письмами Темные Союзники, требующие встречи, чтобы обсудить, что с тобой делать… Какой же ты коварный, маленький дьяволенок, Орион! Слушал, как мы строим планы, как привлечь на нашу сторону 'Арри Поттера… И всё это время ты был Гарри Поттером! Ни разу в жизни я так не веселился! — Веселился? — изумленно спросил Орион. Себастьян улыбнулся. — Ну конечно! Ты нас всех обыграл! Я так горжусь тобой, что дальше некуда! Орион уставился на него, а затем неуверенно спросил: — Значит, ты не рассердился? Не думал, что я шпион Света? Себастьян усмехнулся. — Какой идиот поверит в это? Ты темный маг до мозга костей. Мне подобное никогда не приходило в голову. — Ну, тогда я осмелюсь сказать, что только тебе, — тихо сказал Орион. — О, чушь, — сказал Себастьян с ухмылкой. — Дидье и Софи думают также. Они обрадовались, когда узнали, что ты Арри Поттер, и на нашей стороне. И, судя по их письмам, американцы тоже вполне удовлетворены результатом. Думаю, ты поднялся в их глазах. Хитрый волшебник — это как раз то, что они любят. Орион моргнул. — Ну, это неожиданно. Я думал, что Темные Союзники наверняка будут презирать меня за то, что я держал такую информацию в секрете… — он посмотрел на Себастьяна, нахмурившись, и добавил: — Но если ты знаешь, что я полукровка, то почему ты хочешь, чтобы я стал твоим супругом? Ты же чистокровный! Себастьян ухмыльнулся ему и шелковисто сказал: — Да, но ты Блэк. Неважно, что в твоём роду впервые появилась маггловская кровь. Твоя кровь все равно одна из самых чистых. Кроме того, в союзе имеет значение сила, а ты очень силен, — он снова сжал руку Ориона и сказал, глядя ему в глаза: — Наши рода одни из самых сильных и чистых, представь, каким будет наш наследник… Ты, безусловно, сделаешь его могущественным… Я признаю, что ты могущественнее меня, после того, что я о тебе слышал… И нам обоим нужен темный наследник для наших родов, так почему бы не завести его вместе? Если наши состояния и рода объединятся, то мы станем самой влиятельной парой в Европе. И всё, что мое, станет твоим… Этот замок, мои другие замки, разбросанные по разным странам… И я очень веселый человек, тебе никогда не будет скучно… Мы отправимся в любое место, куда ты захочешь… Я буду очень внимателен к тебе… И должен признать, что меня всегда влекло к тебе… Разве тебя не влечет ко мне? Орион заметно покраснел и неловко сказал: — Ты мне нравишься, Себастьян, но я не могу быть с тобой… — он прочистил горло и добавил, слегка нахмурившись: — Я с кем-то другим, вроде как… Себастьян выгнул бровь. — Вроде как? Орион посмотрел на него и тихо сказал: — Ну, да… Я имею в виду, я хочу быть с этим человеком, но в конце концов… Я не знаю, получится ли… — Орион нахмурился и строго добавил: — Но я постараюсь, чтобы это получилось. Он тот, кто мне нужен, мне просто нужно все исправить или, лучше сказать, заставить его все исправить. Себастьян поднял подбородок Ориона и тихо сказал: — Сделает ли этот человек тебя счастливым, Орион? Я точно сделаю. — Ты едва меня знаешь, Бастьян! Как ты можешь это гарантировать? — горячо спросил Орион. Себастьян очаровательно улыбнулся ему. — Потому что я замечательный парень, вот почему. Я всегда великолепно отношусь к своим любовникам, а еще лучше буду относиться к своему супругу, ведь он будет для меня самым важным человеком, моим главным приоритетом. Орион нервно провел пальцами по волосам и тихо сказал: — Я вообще не должен был с тобой говорить… Если кто-нибудь узнает… — он резко схватил Себастьяна за воротник и обеспокоенно добавил: — Это может быть опасно для тебя, Бастьян, понимаешь? Забудь. Этого не может быть! И я не готов принять такое решение! Я даже не знаю, куда приведет меня моя жизнь! Я не могу сейчас думать о супругах! Себастьян нежно обхватил лицо Ориона и сказал с легкой улыбкой: — Я могу позаботиться о себе, mon petite. К тому же, через год тебе исполнится семнадцать, тебе придется сделать выбор. И ты должен об этом подумать. Ты знаешь, как важно для нашего вида наличие могущественных наследников. Орион в отчаянии отпустил Себастьяна и отрывисто сказал: — Я знаю, насколько это важно. Я не уклоняюсь от своих обязанностей. Он решительно посмотрел на Себастьяна и коротко добавил: — Но я не думаю, что когда-нибудь женюсь. Это не приоритет для меня, Бастьян. Я должен быть честен с тобой. У меня будет темный наследник, но когда я решу, что пришло время, мне будет не семнадцать. Я знаю, что принято жениться в этом возрасте, но я не буду. Себастьян улыбнулся ему. — Я знаю, у тебя есть амбиции, Орион, я уважаю это, мне это нравится. Но ты хотя бы рассмотришь мое предложение? Если ты не хочешь иметь ребенка в таком юном возрасте, то я могу подождать. Я сам никуда не тороплюсь. Я предпочитаю наслаждаться жизнью, пока я молод, а затем уже завести детей. — Ты ведь легко не сдашься? — разочарованно сказал Орион. Себастьян ухмыльнулся ему. — Я не знаю, mon petite. Я могу предложить тебе прекрасную жизнь. Орион резко встал и строго сказал: — Извини, но я не могу об этом думать. Он провел пальцами по волосам и тихо сказал: — Недавно я потерял человека, который много для меня значил… — Орион взглянул на Себастьяна и тихо сказал: — Иногда ты напоминаешь мне его… Он был другим… Но полным жизни, как и ты… и это все еще причиняет мне боль… — он прочистил горло и добавил: — К тому же, как я уже сказал, я с другим. Себастьян встал и схватил Ориона за плечи. Он пристально посмотрел ему в глаза и тихо сказал: — Но сделает ли этот человек тебя счастливым? Будет ли он твоим супругом? Ты хочешь иметь с ним наследника? — Я не знаю! — отрезал Орион. — Я не знаю, что будет дальше. Мое счастье с ним, конечно, не гарантировано. Но я все равно хочу именно его! Себастьян нахмурился. — Твое счастье должно быть для тебя самым важным. Орион фыркнул и резко сказал: — Счастье быстротечно. Я больше не мечтаю о полноценной и счастливой жизни! Я упустил этот шанс, и я больше не буду обманывать себя, пытаясь достичь романтических мечтаний о любви! — он схватил Себастьяна за мантию и резко добавил: — Ты не знаешь меня, Себастьян. Ты сказал, что я изменился, и это действительно так. Я не глупый маленький мальчик. Мои цели — это все, что имеет значение для меня сейчас. Себастьян дьявольски ухмыльнулся ему. — Я знаю о тебе больше, чем ты можешь даже подозревать. И я все еще хочу, чтобы ты был моим супругом. Орион нахмурился. — Что ты имеешь в виду? — Вся эта серьезная беседа портит настроение, — небрежно сказал Себастьян, отходя от Ориона. Он посмотрел на Орина и сказал с очаровательной улыбкой: — Просто обдумай мое предложение. Не отвергайте его пока. А теперь позволь мне показать мой великолепный château. Оставшуюся часть дня Себастьян водил Ориона по замку, показывая ему все комнаты, рассказывая об истории замка, откуда взялись старинные предметы мебели, показывая ему территорию и прекрасные сады и не допуская больше обсуждений «серьёзных и портящих настроение тем», как их называл Себастьян. После долгой теплой ванны в своих апартаментах Орион устало уснул, все еще размышляя о неожиданном предложении Себастьяна. Ему нравится Себастьян, и его даже привлекал красивый французский волшебник, но он все еще хотел Волан-де-Морта, да и Лезандер время от времени присутствовал в его мыслях. Но Себастьян также заставил его задуматься о том, какие отношения и будущее у него могут быть с Волан-де-Мортом. Никаких, если Волан-де-Морт не сольется обратно с частичкой души. Но даже если Волан-де-Морт это сделает, будет ли он счастлив с ним в долгосрочной перспективе? У обоих есть амбиции, и их приоритеты… Да и Волан-де-Морт — очень сложная и трудная личность. Его это в какой-то степени привлекало, но может ли он иметь наследника с Волан-де-Мортом? Самый ли он — мудрый выбор? Орион не уверен. Он знал, что он хочет Волан-де-Морта и никого другого, но иметь наследника с ним — совсем другое дело… На следующее утро Орион вошел в комнату для завтраков, где уже Себастьян сидел и читал газету. Когда Орион сел, Себастьян сложил французскую газету на столе и с улыбкой спросил: — Надеюсь, ты еще не распаковал вещи? Орион с любопытством посмотрел на него. — Нет, а что? — Идеально, — сказал Себастьян с лукавой ухмылкой. — Тогда мы сегодня уезжаем. — Уезжаем? Куда? — вздрогнул Орион. — Я не могу уйти, Бастьян! Мне нужно быть в месте с мощными охранными чарами. Себастьян выгнул бровь. — Я не буду спрашивать почему. Он послал Ориону дьявольскую улыбку и добавил: — Там, куда я тебя веду, есть мощные чары. К тому же, тебе понравится, поверь мне. Ты выглядишь уставшим и обеспокоенным. Тебе нужно несколько дней расслабляться и ничего не делать. — Я не могу… Себастьян поднял руку и сказал с легкой улыбкой: — Нет, нет, я не потерплю сопротивления. Отдых пойдет тебе на пользу. После завтрака мы отправляемся. — Куда? — со вздохом спросил Орион. — Увидишь, mon petite, — сказал Себастьян с довольной улыбкой. — А теперь давай позавтракаем… Филипп! Когда домашние эльфы начали появляться с щедрыми подносами еды, Орион с изумлением сказал: — Извини, Бастьян, но я должен спросить… Почему «Филипп»? Пока он брал кусок хлеба с сыром, Себастьян усмехнулся. — Домашние эльфы выбирают себе имена, как ты должен знать, и во Франции эльфы из старинных семей, как моя, сами любят вести себя как маленькие аристократы и выбирают себе имена вроде «Филипп» или «Франсуа». Мои эльфы больше гордятся тем, что они французы, чем я. Ты можешь говорить с ними по-английски, они поймут, но они всегда ответят тебе по-французски, — он сморщил нос от отвращения и добавил: — Я слышал, что английские эльфы выбирают нелепые имена. Орион усмехнулся. — Да, обычно так и есть. Даже те, что у меня в Москве. Но, с другой стороны, они не такие снобы, как твои. — Туше, — сказал Себастьен с томной улыбкой. Они дружелюбно болтали, пока завтракали, и хотя Себастьян продолжал дразнить Ориона намёками, очаровательными улыбками и плутовскими ухмылками, Орион начал получать удовольствие от подшучивания над Себастьяном, постепенно привыкая к игривым и соблазнительным манерам волшебника. Как только они закончили, Себастьян схватил стеклянную статуэтку с полки и, крепко прижав к себе Ориона, сказал с ухмылкой: — Возьми портключ, mon petite. Эльфы принесут наши вещи. Орион выгнул бровь. — Тебе не нужно обнимать меня, чтобы портал сработал, Бастьян. — Я не против твоей близости, — сказал Себастьен с озорной улыбкой. Орион закатил глаза и положил руку на портал, и Себастьен тут же сказал: — Вилла ди Комо. *** Следующие пять дней они провели в праздности: плавали в озере, отдыхали на террасе итальянской виллы Себастьяна, наслаждались солнцем и говорили о своей жизни, взглядах на волшебный мир и обо всем, что приходило им в голову. Себастьян настаивал на мирном отдыхе, поэтому категорически запретил разговаривать на темы, связанные с войной. Орион так давно не чувствовал себя беззаботным и довольным, что он расслабился и наслаждался бездельем и тишиной. И он знал, что эта небольшая передышка не продлится долго. Себастьян, с его живым и игривым характером, сделал невозможным для Ориона делать что-либо еще, кроме как смеяться и наслаждаться временем с ним. На шестой день, когда Орион лениво лежал на откидывающемся сиденье на террасе, все еще стирая с себя воду после долгого заплыва в прекрасном озере, Себастьян вынырнул из воды и быстро побежал по ступенькам, чтобы добраться до террасы. Он долго и оценивающе смотрел на Ориона и, сев рядом с ним, сказал: — Ты уже хорошо загорел. Золотистый тон тебе к лицу, он подчеркивает твои изумрудные глаза. Орион улыбнулся ему и посмотрел в сторону озера, окруженного очаровательными виллами. — Спасибо, что привел меня сюда, Бастьян, — он удовлетворенно вздохнул и добавил: — Это чудесное место, похожее на рай. — Наша жизнь может быть такой же, понимаешь? — очаровательно сказал Себастьен. — Какой? Жизнь, а которой мы ничего не будем делать и растрачивать состояние? — спросил Орион, тихо фыркнув. Себастьян усмехнулся. — Я не думаю, что кто-то из нас сможет потратить все свое состояние, даже если попытается. Орион повернулся на бок, чтобы посмотреть на него, и тихо сказал: — Не надоест ли тебе это в конце концов? — Надоест, если я буду один, — сказал Себастьян с лукавой ухмылкой. — Но не с тобой. Есть много занятий, которыми мы могли бы заняться вместе; одно из них приходит мне на ум. — Не сомневаюсь, — усмехнулся Орион. Он стал серьезным и добавил: — Ты же знаешь, что это не может продолжаться долго. — Знаю — тихо сказал Себастьян. — Я говорю о нашей жизни после войны. — Если мы выживем, — сказал Орион, глядя в сторону озера и размышляя о нем с отрешенным выражением лица. Себастьян схватил Ориона за подбородок, заставив его посмотреть на него, и строго сказал: — Выживем, не сомневайся. — Конечно, — пренебрежительно сказал Орион. Себастьян схватил полотенце, и что-то — помимо капель воды, скользящих по его подтянутой спине и широким плечам — привлекло внимание Ориона. Он сказал со смехом: — Я не знал, что у волшебников есть татуировки. Я думал, это маггловская фишка. Себастьян обернулся и, затаив дыхание, спросил: — Ты её видишь? — Конечно, теперь, когда твои волосы мокрые, а затылок открыт, — сказал Орион, нахмурившись, глядя на Себастьяна, когда тот сел. — А не должен был? Карие глаза Себастьяна расширились, и он прошептал: — Тогда это доказывает, что… Цирцея! Надежды Зейра велики, но мы никогда не думали, что все будет так прекрасно… Орион тут же вскочил на ноги и сердито потребовал: — Объяснись, Бастьян! О чем ты говоришь? Себастьян схватил Ориона за руки и настойчиво сказал: — Ты должен понять, что есть вещи, которые тебе знать не положено! Не так скоро, не сейчас, пока ты не докажешь еще раз… Орион вырвал руки из рук Себастьяна и резко сказал: — О чем ты, Бастьян? Ответь мне! — Ты не скажешь им, понял? Я покажу тебе, потому что я забочусь о тебе, — умоляюще сказал Себастьян. — Но они сдерут с меня кожу живьем, если узнают, что я тебе это показал. — Кто «они»? — резко спросил Орион. Себастьян покачал головой и встал на колени перед Орионом, показывая ему свой затылок, откинув волосы набок. Он тихо сказал: — Что ты видишь? Взгляд Ориона метнулся к затылку Себастьяна, и он провел кончиком пальца по тому, что он считал татуировкой. Это метка с двумя наложенными друг на друга треугольниками, образующими нечто похожее на песочные часы с геометрическими фигурами внутри. Когда Себастьян вздрогнул от его прикосновения, у Ориона перехватило дыхание, и он выдавил: — Это… символ Даров Смерти… два из них… наложенные друг на друга! — Какие буквы они образуют? — тихо спросил Себастьен. — Буквы? — спросил Орион, его сердце забилось быстрее, его кровь забурлила, его разум закружился от беспорядочных мыслей. Его палец замер, и он выдохнул: — В и А. Себастьян быстро встал и схватил Ориона за плечи, требуя: — Знаешь, что это значит? — Виндико Атрум, — ошеломленно прошептал Орион. Себастьян улыбнулся ему и тихо сказал: — Я знал, что это будешь ты, даже если это так неожиданно… Тебе всегда удается меня удивить. Орион отскочил от него и выплюнул: — Не могу в это поверить! Я думал, ты мой друг, без скрытых намерений! И все это время ты знал обо мне! Поэтому ты хочешь, чтобы я стал твоим супругом, Бастьян?! Себастьян схватил Ориона за плечи и яростно сказал: — Ты что, с ума сошёл? Я хочу тебя как супруга, потому что ты мне нравишься, потому что я забочусь о тебе! Если они узнают, что я пытаюсь стать твоим супругом, то кто знает, что они со мной сделают! Они не хотят, чтобы у тебя был кто-то, вообще никаких любовных интересов, ничего, что могло бы отвлечь тебя от твоего пути! Я верю в это дело, но я не думаю, что это справедливо по отношению к тебе — так безжалостно диктовать тебе, как жить! Орион больно схватил Себастьяна за лицо, и яростно прошипел: — Ты говоришь о Моргане и Мордреде? Ты видел их? Чего они хотят? Себастьян молча кивнул, а Орион выплюнул: — Говори со мной! Ты не можешь просто кивать! — Я дал обет молчания, — процедил Себастьян сквозь стиснутые зубы. — Многое я не могу тебе рассказать, потому что это противоречит обету. Орион отпустил его и дрожащими пальцами провел по волосам. — Мерлин, это слишком… — он бросил взгляд на Себастьяна и резко спросил: — Они пометили тебя? Себастьян кивнул, и Орион прорычал: — Почему? Кто ты? Себастьян покачал головой, а Орион сжал кулаки от гнева и нетерпения. Он глубоко вздохнул и сказал: — Ладно. Давай попробуем еще раз. Он нахмурился и размышлял вслух: — Я помню, как кто-то еще говорил что-то о клятве… обещании помочь мне… — он посмотрел на Себастьяна. — Каркаров. Ты его знал? Он тоже был отмечен? Себастьян кивнул с облегчением в глазах и тихо сказал: — Он был нашим лидером. — Нашим лидером? — озадаченно спросил Орион. — Значит, там есть еще люди, отмеченные приказом Морганы и Мордреда? Себастьян кивнул. Орион схватил его за плечи и яростно потребовал: — А как же Вагнаров? Он в этом замешан? — Да, — тихо сказал Себастьян. — Он наш нынешний лидер. Орион плюхнулся на свое место, его лицо побледнело, и он пробормотал, потирая лоб: — Сколько вас там? — Не знаю, — сказал Себастьян, садясь перед Орионом. Орион пронзил его взглядом и выплюнул: — Кто вы? Какова ваша цель? Себастьян покачал головой. Орион нетерпеливо вздохнул и резко сказал: — Ладно, по словам Каркарова, он обещал помочь мне десятки лет назад. Так что он не обещал помочь мне конкретно, а помочь тому, кто может стать Виндико Атрум, я прав? Себастьян кивнул, и Орион продолжил, сверля Себастьяна взглядом: — Поэтому я предполагаю, что Моргана и Мордред каким-то образом выбирают людей, чтобы помочь кандидату, который мог бы стать Виндико Атрум. Так что вы все работаете на них. Но ты не учился в Дурмстранге, так как же они связались с тобой? — Рагнарок, — тихо ответил Себастьян. — Он был моим наставником по Тёмным искусствам несколько лет. В Beuxbatons их не преподают. Он посмотрел на Ориона и добавил с улыбкой: — Он сказал, что у тебя есть потенциал. Я знал о тебе давно, а не потому, что прочитал статью о Турнире Трёх Волшебников, как я говорил. Орион уставился на него. — Рагнарок? Но… Мне было всего десять лет! Себастьян ухмыльнулся ему. — Он не первый, кто что-то в тебе обнаружил Вспомнив то, что всегда его озадачивало, и понимая теперь, что это должно быть связано, Орион спросил: — Кто был владельцем парселкниг, которые дал мне Рагнарок? Себастьян изогнул бровь и посмотрел на правую руку Ориона. Орион нахмурился, поднес правую руку к лицу, а затем выдохнул: — Моя ручная палочка… моя палочка… Грегорович! Себастьян приятно улыбнулся ему, а Орион лихорадочно сказал: — Позволь мне прояснить ситуацию. Грегорович и Рагнарок тоже отмечены, как и ты? Себастьян молча кивнул, а Орион провел пальцами по волосам и продолжил: — Ладно. Значит, Рагнарок завербовал тебя… Ты когда-нибудь видел Моргану и Мордреда? Французский волшебник покачал головой, но постучал себя по лбу. Орион нахмурился и тихо сказал, едва веря своим подозрениям: — Они могут общаться с тобой? Внутри твоего разума? Себастьян вздохнул с облегчением и кивнул. Орион схватил Себастьяна за голые плечи и лихорадочно сказал: — Как это возможно? Они ведь духи?! — Не знаю, — тихо ответил Себастьян, пожав плечами. Орион вскочил на ноги и начал быстро мерить шагами террасу, пытаясь привести мысли в порядок. — Итак, вы все отмечены, чтобы помочь кандидату, который может стать Виндико Атрум… Грегорович стал первым — он дал мне палочку… Рагнарок помог мне, дав мне парселкниги… Каркаров дал мне портключ и сказал мне искать Дары… а Вагнаров… Ну, Вагнаров позволил мне сформировать ТА и даже сказал мне набрать больше людей, больше последователей… Орион посмотрел на Себастьяна, и потребовал стальным голосом: — Так какова твоя роль? — Защищать тебя, — тихо сказал Себастьян. — Помогать тебе всем, чем смогу. Помогать тебе с Темными Союзниками. — Притворяясь моим другом? — сердито рявкнул Орион. — Пытаясь соблазнить меня?! — Нет! — решительно сказал Себастьян, вскакивая на ноги. Он схватил Ориона за плечи и строго сказал: — Я твой друг. Ты бы мне нравился, даже если ты не был кандидатом. Ты должен понять это, Орион. У меня никогда не было скрытых мотивов! Как я тебе сказал, я не должен любить тебя, не в таком смысле! Орион устало вздохнул. Затем он прищурился, глядя на Себастьяна, и сердито прорычал: — А почему нет? Потому что у Виндико Атрум нет любви, нет равных? Его путь — путь тьмы и одиночества? — Именно так, — тихо сказал Себастьян. Он посмотрел на Ориона и яростно сказал: — Но это не то, чего я хочу для тебя, Орион! Они хотят, чтобы ты был целеустремленным, но это не обязательно так! — Ладно! — раздраженно рявкнул Орион. Он пронзил Себастьяна взглядом и тихо сказал: — Ты сказал, что я не должен был узнать о вас так скоро. Должен ли я понимать, что группа людей, к которой ты принадлежишь, открыла бы себя мне только в том случае, если бы я стал Виндико Атрум? — Да, — сказал Себастьян. — Мы помогаем тебе учиться, давая скудные сведения, но мы не можем вмешиваться в развитие твоих сил или в поиски даров, это твоя ответственность. Если ты потерпишь неудачу или преуспеешь, то это будет твоей заслугой. Только если ты станешь Виндико Атрум, мы станем твоими последователями, в ты — нашим повелителем. — Командование с какой целью? — нетерпеливо переспросил Орион. — Какова цель Виндико Атрум? — Не могу сказать… клятва… — процедил Себастьян сквозь стиснутые зубы. — Я и так уже слишком много тебе рассказал… Орион яростно потер лоб, а затем бросил взгляд на Себастьяна. — Ты был удивлен, что я увидел твою отметку. Почему, если ты уже знал, что я кандидат? — Отметку может видеть только тот, у кого она есть, — тихо сказал Себастьян. — Так мы узнаем друг друга. Только наш лидер знает, сколько нас. Он впился взглядом в Ориона и сказал с довольной улыбкой: — Если ты можешь увидеть её, это значит, что твои способности развились, что у тебя действительно есть шанс стать ВА. И это гораздо больше, чем мы ожидали. Мы надеялись, но не были уверены насчёт тебя. Орион схватил Себастьяна за плечи и резко сказал: — Но Моргана и Мордред были удивлены, когда увидели меня в первый раз. Они тоже не были уверены… Они сказали, что они не ожидали увидеть меня … что-то еще… Почему? — Не ожидали, — сказал Себастьян с улыбкой. — Никогда бы не подумал, что доживу до того, чтобы увидеть, как это происходит… Они не планировали прихода того, у кого действительно есть шанс стать ВА еще несколько столетий… — он нахмурился и добавил: — С тобой произошло то, чего они не планировали… Ты же просто Блэк, в конце концов… — Просто Блэк? — удивленно сказал Орион. — При чём здесь моя родословная? Себастьян решительно покачал головой. Орион сжал кулаки и с досадой сказал: — Ты тоже не можешь этого сказать. Себастьян виновато улыбнулся, а Орион задумчиво нахмурился. Он взглянул на Себастьяна и тихо сказал: — По твоим словам, Грегорович был первым, кто что-то во мне обнаружил, и он знал только то, что я — Блэк… Так что то, что я Блэк, определенно имеет к этому отношение. Но он дал мне палочку после того, как я исчерпал все другие возможности, так что даже если он знал, что я Блэк, этого было недостаточно, по его мнению… И ты говоришь, что духи могут общаться с тобой, так что я предполагаю, что он также мог общаться с ними. Я предполагаю, что духи уже знали обо мне до того, как я отправился в Дурмстранг, но они все равно были удивлены, так что быть Блэком недостаточно… Кровь определяет силу, но я могущественнее любого другого Блэка, так что ясно, что есть что-то еще… И согласно тому, что ты мне сказал, духи, похоже, не знают, что это может быть… — он вздохнул и добавил: — Ну, на самом деле это не имеет значения. Я должен искать духов. У меня нет другого выхода, кроме как отправляться в Дурмстранг. Кстати, мне там слишком много всего нужно сделать. — Конечно, ты должен отправиться в Дурмстранг! — удивился Себастьян. — Почему нет? — Светлые волшебники требуют, чтобы я учился в Хогвартсе, — сказал Орион с гримасой. — Дамблдор уже принял меры, и мой нынешний опекун не может противиться этому решению. Он пронзил Себастьяна взглядом и потребовал: — Знаешь, как найти духов? — Я ни разу не был в Дурмстранге, Орион, — тихо сказал Себастьян. — Кто же тогда вас отмечает? Как вас выбирают? — с удивлением спросил Орион. — Уже отмеченный волшебник рекомендует нас духам, — ответил Себастьян. — Рагнарок рекомендовал меня. Они выбирают могущественных темных магов. Затем духи связываются со мной и я оцениваю. Он постучал себя по лбу и продолжил: — Если ты проходишь, и после принятия обетов, лидер отметит тебя. — Кто же тогда отмечает лидера? Себастьян нахмурился. — Духи, я полагаю. — Как это возможно, если они всего лишь духи?! — в отчаянии воскликнул Орион. — Я не знаю, Орион, — нетерпеливо сказал Себастьян. — У меня нет всех ответов! Даже если бы и были, я не смог бы тебе сказать. — Извини, — пробормотал Орион. Он провел пальцами по волосам и, нахмурившись, сказал: — Но почему ты согласился быть помеченным? Что это тебе дает? Себастьян выгнул бровь и недоверчиво сказал: — Ты шутишь, да? Когда придет ВА, мы будем его последователями, его элитой, теми, у кого есть сила. И мы все согласны с тем, что есть конечная цель, каждый из нас стремится к ней. — Разрушить мир и построить новый? — резко спросил Орион, прищурившись. — Что именно это значит? Себастьян удивленно посмотрел на него. — Ты уже говорил с ним? — он схватил Ориона за плечи и с нетерпением сказал: — Тогда ты должен уже все знать! — Нет, не знаю, — сказал Орион со вздохом. — У меня едва хватило времени поговорить с ним. — Почему? — Долгая история, — пренебрежительно прервал Орион. Он пристально посмотрел в глаза Себастьяну и добавил: — Что ты можешь мне о нем рассказать? — Ничего, — разочарованно сказал Себастьян. — Я думал, ты мне сможешь рассказать, а не наоборот. Я действительно ничего не знаю о Грин-де-Вальде, кроме того, что он был провалившимся кандидатом. — И вы оставили его гнить в Нурменгарде! — сердито прошипел Орион. — Он потерпел неудачу, — многозначительно сказал Себастьян. — Ну и что?! — прорычал Орион. — Он ведь был кандидатом? — Я не виноват, — горячо возразил Себастьян. — Я тогда ещё даже не родился! К тому же, если у кого-то и была сила помочь ему, так это у духов. Если они не приказали кому-то помочь Грин-де-Вальду, то никто ничего не сможет с этим поделать. — О, я понял, — сердито прошипел Орион. — Значит, если ты провалишься, тебя выгонят? Себастьян схватил Ориона за плечи и резко сказал: — Ты прав, Орион. Не заблуждайся, духи не доброжелательные существа. Они сосредоточены на своей цели, и им нет дела ни до чего другого, — он вздохнул и мягко сказал: — Если бы я был тобой, я бы обдумал всё тщательно, прежде чем встать на путь становления ВА. Награды велики, это точно, но путь нелегкий и не приятный. А если ты провалишь тест… — Я умру, — тихо сказал Орион. — Я знаю. Себастьян заглянул Ориону в глаза и прошептал: — Ты готов пройти его? — Да, — сказал Орион со стальной решимостью. Он нахмурился и добавил: — Знаешь, в чем заключается окончательное испытание? — Я не знаю, — тихо сказал Себастьян. — Сомневаюсь, что даже наш лидер знает об этом. — Ладно, — сказал Орион с побежденным вздохом. Он выгнул бровь. — Почему ты можешь сейчас рассказать мне все это, если ты дал обет хранить тайну? — Клятва охватывает самую важную информацию, — ответил Себастьян. — То, что я сказал тебе словами, не так уж и важно. Я мог свободно говорить об этом, но тот, кто не владел той информации, что была у тебя до разговора со мной, ничего не понял бы. Без контекста всё бы выглядело ерундой. Орион понимающе кивнул. Он посмотрел на Себастьяна и потребовал: — Так что ты хотел мне сказать? Ты сказал, что расскажешь мне в последний день, и вот он наступил. — О, да, — разочарованно сказал Себастьян. — Я думал, что наше время вместе не будет таким коротким. — Я прекрасно провел время, Бастьян, — сказал Орион с легкой улыбкой. — Я благодарю тебя за это. Себастьян очаровательно улыбнулся ему. — Надеюсь, это наша не последняя встреча. — Трудно сказать, — сказал Орион со вздохом. — Я осознаю, сколько всего мне еще предстоит сделать, узнав новую информацию. Кажется, это никогда не кончится. — Я помогу тебе всем, чем смогу, — тихо сказал Себастьян. — Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Орион выгнул бровь. — Даже если ты навлечешь на себя гнев духов? Себастьян бросил на него озорную ухмылку. — Я мастер окклюмент, они не узнают, чего я не хочу, чтобы они знали. Думаешь, почему я рискнул ухаживать за тобой? Они не узнают об разговоре. Он схватил Ориона за плечи и обеспокоенно добавил: — Нельзя рассказать Вагнарову. Он сдерет с меня кожу за то, что я рассказал тебе так много. Орион тепло улыбнулся ему. — Не волнуйся, я не предам твоего доверия. Я никому не скажу, — он нахмурился и резко добавил: — Хотя я поговорю с Вагнаровым, ничего не говоря о тебе, конечно. — Отлично, — удовлетворенно сказал Себастьян. Он ухмыльнулся Ориону. — Теперь я могу сказать тебе открыто. Я должен был оставить подсказку, не раскрывая, почему это важно, и не вызывая твоих подозрений. Но раз ты не пришел ко мне без веской причины, я должен сказать тебе, что это важно. Я все еще думал, как сказать тебе тайно… Но сейчас в этом нет необходимости… — он сделал паузу и тихо добавил: — В хранилищах Блэков что-то есть. Я не знаю, что, но ты должен проверить Орион приподнял бровь. — Я уже планировал это сделать. Теперь, когда все знают, что Гарри Поттер жив, я могу спокойно пойти в Гринготтс, — он широко раскрыл глаза и с нетерпением сказал: — Я собирался поискать дневники Некроманта… Думаешь, они хотят, чтобы я их нашел? Себастьян нахмурился. — Ну, я не знаю… — он схватил Ориона за плечи и обеспокоенно сказал: — Ты ведь не собираешься им стать, да? Ты знаешь, что с тобой случится? Как это изменит тебя?! — Я знаю, Бастьян, — тихо сказал Орион. — Но я должен спасти своего отца. Себастьен широко раскрыл глаза и отчаянно сказал: — Твоего отца поцеловал дементор! Ты не можешь планировать противостоять ему и победить его! Он убьет тебя! Орион ухмыльнулся ему. — Даже когда я такой могущественный? Возможно, будучи ВА? — Да, черт возьми! — отчаянно рявкнул Себастьян. — Ты еще не ВА! Дождись момента, когда ты им станешь! — Нет, — резко сказал Орион. — Не могу ждать. Я должен стать некромантом раньше. Если я попытаюсь стать ВА и потерплю неудачу, я умру, и никто не сможет помочь моему отцу. Я не стану рисковать. Сначала я спасу отца, а потом попытаюсь стать ВА. — Ты что, спятил?! — в панике воскликнул Себастьян. — Никто никогда не побеждал дементора! Это безумие! — Мне все равно! — отрезал Орион. — Я сделаю это. Ничто не убедит меня поступить иначе. Вот почему я должен стать некромантом. Мне нужны знания. — Ты изменишься! — обеспокоенно сказал Себастьян. — Я постараюсь не меняться, — строго сказал Орион. — Я прекращу изучать некромантию, когда у меня появятся знания, необходимые для понимания того, как победить дементора. Я не пойду до конца. — Чтобы победить дементора, тебе придется приложить все усилия, и даже если ты будешь стоять на своем, твои шансы на успех равны нулю! — Послушай, Бастьян, я не изменю своего мнения, — резко сказал Орион. — Так что давай оставим эту тему. — Я умоляю тебя пересмотреть это решение! — Нет, прости, — тихо сказал Орион. Он схватил Себастьяна за плечи и яростно добавил: — Мой отец — это все, что имеет для меня значение, он — все, что у меня осталось. Нет смысла быть сильным, если я не могу спасти людей, которых люблю, черт возьми! Я не потерплю неудачу снова! Я потерял отца, я потерял кого-то другого, кого я очень любил, а теперь у меня появился шанс вернуть отца. Ничто не удержит меня от попытки! Если это означает, что я изменюсь или, вероятно, умру, мне все равно. По крайней мере, я буду знать, что сделал все, что было в моих силах, чтобы оживить отца! Ты понимаешь?! — Да, — тихо сказал Себастьян. — Я больше не буду поднимать эту тему. — Спасибо, — тихо сказал Орион, отпуская его. Орион посмотрел на Себастьяна, увидел его глубоко обеспокоенное выражение и тепло улыбнулся ему. — Ты хороший друг, Бастьян. И ты рискнул, рассказав мне все это. Я всегда буду тебе благодарен. — Не думай об этом, mon petite, — тихо сказал Себастьян. Он вздохнул и добавил: — Думаю, нам пора уходить. Ты сказал, что должен сегодня вернуться в Англию. — Да, пойдем. Есть ли способ вернуться с помощью портала туда, откуда я пришел? — Да, ты можешь использовать браслет прямо отсюда, — сказал Себастьян с унылым выражением лица. Орион кивнул и быстро покинул террасу. Оказавшись в своей комнате, он упаковал вещи свой сундук, быстро принял душ и оделся. Он поспешно вынес свой сундук на террасу, где Себастьян стоял в тишине. Он сжал браслет и приблизился к Себастьяну. Он вздохнул, глядя на вид, и тихо сказал: — Я буду скучать по этому месту. — Мы всегда можем вернуться, — сказал Себастьян с озорной ухмылкой. — Скажи хоть слово, и я похищу тебя и привезу сюда. Орион усмехнулся. — Возможно, верю тебе на слово. Он тихо посмотрел на Себастьяна и заметил, что карие глаза волшебника казались обеспокоенными и грустными, хотя на нем было игривое выражение, его губы изогнулись в плутовской улыбке, а пряди мокрых волос обрамляли его красивое и мужественное лицо. Он порывисто обхватил лицо Себастьяна и поцеловал его в губы. Глаза Себастьяна расширились, но он немедленно ответил. Орион собирался продолжить поцелуй, когда понял, что сделал, и с ахом он отпустил волшебника. Себастьян выгнул бровь и свободно обнял Ориона, запустив пальцы в его волосы. — Спасибо за всё, — тихо сказал Орион, отводя глаза. Себастьян крепче обнял его и тихо сказал, приподняв подбородок Ориона, чтобы заглянуть ему в глаза: — Мне было приятно… Ты мне нравишься, даже без ВА… Даже если бы ты не был кандидатом, ты все равно был бы важен для меня… Я знаю, что у тебя кто-то есть, но рассмотришь ли ты мое предложение? Орион вздохнул и прижался лбом к голой груди Себастьяна. — Я так и сделаю, Бастьян. Сейчас в моей жизни все так неопределенно… Орион посмотрел на Себастьяна и сказал с теплой улыбкой: — Ты мне нравишься. Я узнал тебя довольно хорошо за эти несколько дней, и с тобой определенно весело. И, ну, ты действительно знаешь обо мне больше, чем я подозревал, — он помолчал и тихо добавил: — Но я не буду тебе лгать… Мне небезразличен другой человек… и я надеюсь, что с ним все получится… — Но если ничего не получится, ты рассмотришь мою кандидатуру? — спросил Себастьян с улыбкой. — Ты не сдаешься! — сказал Орион с усмешкой. — Да, я рассмотрю твою кандидатуру. Мы отлично ладим… и, честно говоря, мне очень комфортно рядом с тобой, — он ухмыльнулся и добавил: — А ты экстравагантный и интересный. Думаю, мне никогда не будет скучно с тобой, как ты и сказал… Но все же я ничего не обещаю. Я не могу бросить его. Я не могу бегут к другому человеку каждый раз, когда дела идут плохо. Я не хочу так делать. — Ты можешь броситься в мои объятия в любое время, когда захочешь, — сказал Себастьян с дьявольской улыбкой. — Нет, я не могу, — строго сказал Орион, глядя на него снизу вверх. — Я не хочу изменять ему. Я забочусь о нем. Люблю его даже… Может быть, если бы он дал мне шанс. Я не стану изменять ему с тобой, но все же, если он узнает, что я провожу с тобой время, он не поймёт и не простит. — Как по мне, он полный придурок, — сказал Себастьян, нахмурившись. — Нет, он просто сложный, — тихо сказал Орион. — Иногда он придурок, я не могу этого отрицать, но в конце концов мне все равно Он посмотрел в глаза Себастьяну и строго сказал: — Он — мой выбор, Бастьян. Я не хочу обманывать тебя. Я сделаю все возможное, чтобы остаться с ним. — Я понимаю, mon petite, — сказал Себастьян со вздохом. Он лукаво ухмыльнулся и добавил: — Но это не значит, что я сдамся. — Ты должен, ведь ты не знаешь, как у меня обстоят дела. Орион посмотрел на него и обеспокоенно добавил: — Я только прошу тебя не искать встреч со мной открыто. Мы можем быть друзьями, но не более того. Это небезопасно для нас обоих. Себастьян нахмурился. — Я не понимаю, почему… — Просто поверь мне, — коротко сказал Орион. — Только друзья, ладно? Он нахмурился и неуверенно посмотрел на Себастьяна. — Я не хотел давать тебе ложных надежд поцелуем… Я просто… Я не знаю… Может, мне не стоило этого делать. Себастьян рассмеялся. — О, поцелуй был слишком целомудренным, чтобы дать мне надежды, Орион. Возможно, англичане, будучи такими высокомерными, считают это большим делом. Но мы, французы, гораздо более либеральны в проявлениях привязанности. Поверь мне, ты не сделал ничего плохого, — он лукаво ухмыльнулся Ориону и добавил: — А теперь настоящий поцелуй… Может быть другим. Хочешь попробовать? — Нет! — сказал Орион, усмехнувшись. — У меня и так достаточно проблем. — Пфф, — пренебрежительно сказал Себастьян. — Не понимаю, почему. Ты просто провел несколько дней с другом. Что в этом плохого? — Ничего, — сказал Орион с улыбкой. — А сейчас я должен уйти. Себастьян ухмыльнулся Ориону, а затем подарил ему два долгих поцелуя в каждую щеку. — Традиционное французское прощание, mon petite. Я не откажусь от него. Орион с удовольствием покачал головой, сжимая ручку своего сундука. Он в последний раз улыбнулся Себастьяну, а затем активировал портключ, поскольку впервые забеспокоился о последствиях этого визита. Орион многому научился, но он также импульсивен.

***

Когда Орион приземлился в гостиной дома в Паучьем Тупике, он бросил сундук и провел пальцами по волосам, чувствуя, что его короткая передышка закончилась. Когда Орион окинул взглядом мрачную пустую комнату, он почувствовал, как на его плечи легли заботы и опасения. Орион не жалел, что пошел к Себастьяну, он бы сделал это рано или поздно, да и информация, которую он почерпнул, оказалась бесценной. Орион стиснул челюсти. И он не жалел о поцелуе. Он чувствовал, что ему это нравится, поэтому он это сделал. Поцелуй ничего не значит, и на самом деле он не предан Волан-де-Морту. Он сам по себе, и взрослый волшебник, безусловно, был с другими. И с тех пор, как он переспал с Волан-де-Мортом, он чувствовал похотливую потребность продолжать делать это… Орион понимал, что это не типичные подростковые гормоны, не такие сильные… Себастьян привлекал его, больше, чем когда-либо прежде. Каждый раз, когда Орион видел, как другой волшебник выбирался из воды, он чувствовал всплеск похоти. И он знал, что это: Лезандер сказал ему, что вампиры очень сексуальные существа и что после связи, как кровной, так и физической, Орион почувствует перемену. И действительно, после ночи с Волан-де-Мортом он почувствовал, что его похоть достигла нового уровня для любого, к кому его влекло. К счастью, с усилием он мог ее обуздать… хотя с Себастьяном он немного сбавил обороты… Орион гневно сжал кулаки. Волан-де-Морт стал его первым, и хотя Орион не хочет быть с другими людьми, это не значит, что он не может, если бы ему этого захотелось. Он ясно дал понять Волан-де-Морту, что не вернется к нему, пока не сольется с частицей души. До тех пор он был волен делать все, что придет ему в голову. Черт с ним, с безумным собственничеством Волан-де-Морта, он не будет вести себя как покорный, съежившийся питомец! Орион силой потащил свой сундук к своей спальне. Он быстро распаковал вещи и проверил время. Было слишком поздно что-либо делать, поэтому он просто отдыхал на кровати, думая о следующем дне и планируя, что сказать Ремусу и другому волшебнику, который его навестит. Всё зависит от этого волшебника, тем более теперь, когда ему отчаянно нужно найти Моргану и Мордреда… На следующее утро он сидел перед столом за завтраком, но не испытывая никакого голода. Он просто тыкал и двигал омлет вилкой. Его желудок нервно дергался, пока он ждал прихода волшебника. Он не видел Снейпа, с тех пор как тот пришел, и Орион начал беспокоиться о Снейпе. Он знал, что Снейп очень занят, работая и с Орденом, и с Пожирателями Смерти, но это все равно заставляло его очень беспокоиться. Он продолжал играть со своей едой, глядя в окно. Внезапно его взгляд упал на рыжевато-коричневую сову, летящую над тропинкой, ведущей к дому, неся большой квадратный конверт. Орион вскочил на ноги и тут же открыл окно, в то время как сова пролетела через него, приземлилась на стол и тут же подняла правую ногу. — Что там у тебя? — пробормотал Орион, похлопав сову, прежде чем развязать письмо. Оно адресовано ему. Сова укусила его за палец, и Орион посмотрел на него. — Ты можешь взять все, что захочешь, с моей тарелки. Сова ухнула и принялась клевать завтрак Ориона, когда он сел и открыл письмо. Широкая улыбка расплылась на его лице, когда он читал. Он забыл, что получит его в этом месяце. Результаты промежуточного теста. Проходные баллы: «Превосходно» (П) «Выше ожидаемого» (В) «Удовлетворительно» (У) «Отрицательные» оценки: Слабо © Отвратительно (О) Тролль (Т) Орион Сириус Блэк добился: Темные искусства — П История темных искусств — П Трансфигурация — П Чары — П Зелья — В Волшебные существа — В Гербология — У Астрономия — В Древние руны — П Арифмантика — П Специализированные предметы: Кровные ритуалы — П Создание темных заклинаний — П Человеческая трансформация — П Орион несколько раз перечитал пергамент, его улыбка стала шире. Его обрадовали оценки. Его не слишком волновали Зелья, Магические существа, Астрономия и Гербология, а по всем остальным у него высшие баллы. Он не мог надеяться на что-то лучшее, разве что на превосходно по Зельям, но зелья не его любимый предмет, однако они полезны, так что Орион сможет все исправить на экзаменах на седьмом курсе. Вдруг раздался громкий стук в дверь, и Орион поспешно сунул письмо в карман, чувствуя себя гораздо увереннее, чем прежде. Он быстро убрал всё со стола, когда сова улетела, и проверил, что в комнате порядок. Он расправил плечи, готовый сыграть свою роль, и с очаровательной улыбкой на лице открыл дверь. На пороге стоял волшебник, опираясь на трость и мило улыбаясь. Но Орион мог различить в нем проницательность и жесткость. В его гриве рыжевато-коричневых волос и кустистых бровях виднелись седые пряди; за очками в проволочной оправе у него острые желтоватые глаза и некая стройная, подпрыгивающая грация, хотя он, казалось, хромал. — Министр Скримджер, — сказал Орион, протягивая руку. — Рад наконец-то с вами познакомиться. Когда Скримджер собирался пожать руку Ориону, позади него раздался внезапный тихий «хруст». Скримджер тут же напрягся, опустил руку и коротко сказал, глядя за плечи Ориона: — Мистер Снейп. Орион медленно повернулся, ухмыльнувшись только Снейпу. Снейп прищурился. Он повернулся к Скримджеру и едко сказал, коротко кивнув: — Министр, чем я обязан такому удовольствию? — Ну, — сказал Скримджер, глядя на Снейпа с жестким блеском в глаза. — Я хотел бы поговорить с мальчиком. — Сделать что? — спросил Снейп бархатистым голосом, в котором слышалось скрытое предостережение. Скримджер проигнорировал его. Он посмотрел на Ориона и любезно сказал: — Я получил твое письмо, и был рад, что ты связался со мной. Он выглянул наружу и небрежно сказал: — Возможно, мы могли бы прогуляться по саду… — он повернулся к Снейпу и добавил: — Не стоит беспокоить твоего превосходного опекуна, я уверен, он очень занят. Не хочу злоупотреблять его гостеприимством. — Я бы не отказался провести вам экскурсию, министр, — сухо сказал Снейп. — Уверен, вы хотите убедиться, что о мальчике хорошо заботятся; что его окружение более чем адекватно. Орион любезно улыбнулся им и вежливо сказал: — Для меня будет честью провести министру экскурсию. Я знаю, как вы заняты, Северус, нет необходимости сопровождать нас. — Замечательно! — сказал Скримджер, отступая, чтобы выпустить Ориона. — Мы просто пройдемся по саду, и я пойду. Послав Снейпу улыбку, Орион прошел через дверь, во двор, к заброшенному саду Снейпа, Скримджер слегка прихрамывал рядом с ним. Орион знал, что Скримджер был главой Департамента мракоборцев; он выглядел жестким и закален в боях, совсем не похожим на дородного Фаджа в его котелке. — Очаровательно, — сказал Скримджер, останавливаясь у гнилой садовой ограды и глядя на желтоватый газон и засохшие растения. — Очаровательно. Орион ничего не сказал. Он мог сказать, что Скримджер наблюдает за ним, но ему нужно, чтобы Министр заговорил первым, и тогда он поймёт, как убедить его. — Я давно хотел с тобой познакомиться, — сказал Скримджер через несколько мгновений. — Ты знал это? Орион лишь вопросительно изогнул бровь. — О да, давно. Но Дамблдор тебя оберегал, — сказал Скримджер. — Естественно, после того, что тебе пришлось пережить… Особенно после того, что случилось в Министерстве… Он ждал, что Орион что-нибудь скажет, но Орион просто посмотрел на него с вежливым интересом, поэтому он продолжил: — Я надеялся на возможность поговорить с тобой с тех пор, как вступил в должность, но Дамблдор — вполне понятно, как я уже сказал — воспрепятствовал этому. Орион по-прежнему ничего не говорил, ожидая. — Разные ходят слухи! — сказал Скримджер. — Ну, конечно, мы оба знаем, как искажаются истории… все эти шепотки о пророчестве… о том, что ты «Избранный»… Орион подумал, что сейчас самое время нанести удар. — Полагаю, Дамблдор обсуждал с вами эти вопросы? Орион взглянул на Скримджера и тихо сказал: — В этом не было необходимости, я сам его слышал. — Ты… Ты… — сказал Скримджер, пристально глядя на него. — И о чём там говорилось? Орион улыбнулся ему и ловко солгал: — Мне запретили говорить о пророчестве кому-либо. Для моей же безопасности. — О, конечно, — сказал Скримджер легким и дружелюбным голосом. — Если это вопрос твоей безопасности и если Дамблдор запретил тебе рассказывать о нём, то я бы не хотел, чтобы ты разглашал… нет, нет… И в любом случае, имеет ли значение, являешься ли ты «Избранным» или нет? Орион выгнул бровь. — Как так? — Ну, конечно, для тебя это будет иметь огромное значение, — сказал Скримджер со смехом. — Но для магического сообщества в целом… это все восприятие, не так ли? Важно то, во что люди верят. «Наконец-то, — подумал Орион, — осталось еще немного…» — Видишь ли, люди верят, что ты «Избранный», — сказал Скримджер. — Они думают, что ты настоящий герой, сбежавший от Сам-Знаешь-Кого несколько раз — вне зависимости от того, избранный или нет, Орион! Ну, в любом случае, — продолжал он. — Суть в том, что ты символ надежды для многих, Орион. Мысль о том, что есть кто-то, кто может быть в состоянии, кому даже суждено уничтожить Того-Кого-Нельзя-Называть — ну, естественно, она воодушевляет людей. И я чувствую, что, как только ты это осознаешь, ты можешь посчитать почти обязанностью, встать рядом с Министерством и оказать ему поддержку. — Что это значит? — медленно спросил Орион, скрывая волнение. — Встать рядом с Министерством? — О, ну, ничего обременительного, уверяю тебя, — мягко сказал Скримджер. — Если бы тебя видели время от времени заходящим и выходящим из Министерства, например, это произвело бы правильное впечатление. И конечно, пока ты там, у тебя была бы масса возможностей поговорить с Кинсгли Шеклботом, моим преемником на посту главы Департамента мракоборцев. Я уверен, что такой храбрый мальчик, как ты, хотел бы стать мракоборцем, а? Ну, это можно было бы легко устроить… Орион сжал кулаки, кровь в его жилах закипела, когда он услышал это имя, но он спокойно сказал: — Значит, по сути, вы хотите создать впечатление, что я работаю на Министерство? — Было бы здорово, если бы все думали, что ты вовлечен, Орион, — сказал Скримджер, явно обрадованный тем, что Орион так быстро все понял. — «Избранный», понимаешь… Он вселяет в людей надежду, чувство, что происходят захватывающие вещи… — Но если я продолжу бегать туда-сюда по Министерству, — сказал Орион дружелюбным тоном. — Не будет ли это выглядеть так, будто я одобряю действия Министерства? — Ну, — сказал Скримджер, слегка нахмурившись. — Да, отчасти поэтому мы хотели бы… — Нет, я не думаю, что это сработает, — любезно сказал Орион. — Министерство, которое позволяет мне жить в одной семье, а потом разлучает меня с ней, мне не нравится. Я не могу публично заявить, что одобряю действия Министерства, если я сам в них разочарован Скримджер смотрел на него долго и пристально и, наконец, сказал без всякой попытки проявить теплоту: — Понимаю. Ты — человек Дамблдора до мозга костей. Ты предпочитаешь — как и твой кумир Дамблдор — дистанцироваться от Министерства? Орион рассмеялся. — О, нет, вы меня совершенно не поняли. Он посмотрел на Скримджера и строго сказал: — Давайте отбросим притворство. Вы хотите, чтобы я был вашим талисманом, чтобы я делал вид, что у вас есть «Избранный», работающий на вас. — Так ты не «Избранный»? — тут же спросил Скримджер. — Кажется вы говорили о том, что статус Избранного не имеет значения — сказал Орион, изогнув бровь. — По крайней мере, для вас. — Я не должен был этого говорить, — быстро сказал Скримджер. — Это было бестактно… — Зато было честно, — спокойно сказал Орион. — Вам плевать, буду я жить или умру, но вам важно, что я могу помочь вам убедить всех, что вы выиграете войну против Волан-де-Морта. И я полностью понимаю вашу позицию. Все дело в восприятии, как вы сказали. Он пронзил Скримджера взглядом и добавил: — Я чувствую, что это мой долг — помогать Министерству, но я хотел бы также улучшить свое положение. Я не собираюсь становиться мракоборцем, но мне интересно принимать самые важные решения в своей жизни. Если я буду помогать вам… То министерству будет помогать шестнадцатилетний мальчик, мальчик, которого перебрасывали из семьи в семью. Сначала меня поместили к Малфоям… И, что ж, из-за недавних открытий магическое сообщество потрясено этим катастрофическим решением… а теперь я с Северусом Снейпом, которого, если я правильно помню, когда-то подозревали в том, что он Пожиратель Смерти. Конечно, его оправдали с помощью Дамблдора. Но не говорите мне, что магическое сообщество не шокировано тем, в каких семьях я живу. Было бы гораздо проще, если бы вы предоставили мне статус взрослого волшебника. — Я не могу… ты же еще несовершеннолетний… — сказал Скримджер, нахмурившись. — Ах, но все дело в восприятии, министр, — любезно сказал Орион. — Разве магическое сообщество не чувствовало бы себя в большей безопасности, если бы у меня был статус взрослого, зная, что Избранный рассматривается Министерством как таковой? И я, конечно, был бы вам благодарен… Я бы заскочил в Министерство и вышел из него, как вы просили, и мог бы дать интервью, рассказать, как Министерство усердно работает, чтобы защитить магическое сообщество от Пожирателей Смерти. Он устремил взгляд на Скримджера и добавил: — Я прошу только об этой маленькой услуге и еще об одной. Я уверен, что магическое сообщество не считает правильным, что у Избранного — отец Пожиратель Смерти. Это кажется противоречием и сбивает их с толку. И действительно, мой отец никогда не был Пожирателем Смерти. Он был мракоборцем, членом Ордена Феникса. Если вы хотите, чтобы я вам помог, я хочу, чтобы его имя было очищено. Скримджер молчал мгновение, но выражение его лица мгновенно стало жестким. — Сириус Блэк был осужден за убийство десятков магглов, когда он предал Поттеров Сам-Знаешь-Кому. Он сбежал, а затем был арестован и получил свое наказание после того, как было обнаружено, что у него на руке Темная Метка. Он был проверенным Пожирателем Смерти. Орион сжал кулаки и тихо сказал: — Но вы ошибаетесь, министр. У меня нет причин лгать, моя мать умерла из-за предателя, и я могу вам сказать, что это был Питер Петтигрю… — Чушь, — вставил Скримджер. — Блэк убил его, всего лишь… — Остался палец, — резко прервал Орион. — Именно так. Не тело, а палец. Любой полоумный волшебник может притвориться мертвым, и оставить после себя только палец. Я сам видел Петтигрю, министр. В ту ночь, когда моего отца задержали, он пытался передать Петтигрю мракоборцам. К сожалению, Петтигрю сбежал, а мракоборцы задержали моего отца, не дав ему времени объясниться. Он замолчал и сердито выплюнул: — Без суда, опять же. Я с лёгкостью могу поднять вопросы отсутствия судов в интервью, которое собираюсь дать. И кого, по-вашему, поддержит магическое сообщество? Нерадивое Министерство или Избранного? — Твой отец мертв, — сказал Скримджер, с жестким блеском в глазах. — Не вижу смысла вспоминать прошлое… — Именно так, — прервал Орион. — Он мертв. Он ведь не восстанет из могилы, верно? Так что вы ничего не теряете, очищая его имя. И просто подумайте, как магическое сообщество будет аплодировать вам за это. За то, что вы обнаружили и предали гласности невиновность отца Избранного. Если вы хотите поднять им настроение, как вы сказали, это, безусловно, сработает. — Я не могу сделать это без доказательств, — резко сказал Скримджер. — Мне понадобятся свидетели, подтверждающие, что Петтигрю жив, или ему придется обратиться к мракоборцам. — Разве я не свидетель? — Нет, — сказал Скримджер, прищурившись. — Ты - заинтересованное лицо. Свидетелем должен быть кто-то беспристрастный. — Но Петтигрю, возможно, уже мертв, — сказал Орион. — Сами-Знаете-Кто мог его убить. — Свежий труп Петтигрю также может быть доказательством. — А, — любезно сказал Орион. — Итак, если авроры найдут его мертвое тело… — Что весьма маловероятно, — строго сказал Скримджер. — Да, — резко сказал Орион. — Но если они его найдут, то вы очистите имя моего отца? — Я должен буду его увидеть, — сказал Скримджер с жестким блеском в глазах. — Есть также проблема, что твой отец был темным магом… — он прищурился, глядя на Ориона, и добавил: — Есть также слух, что ты сам один из них. Орион громко рассмеялся. Когда он успокоился, он сказал с весельем: — Это бесценно. Скажите мне, министр, как я могу быть темным волшебником, если моя мать была маглорожденной? И несмотря на неудачную родословную моего отца, он всегда был светлым волшебником. Он был гриффиндорцем, все его друзья были светлыми волшебниками, он жил с Джеймсом Поттером после побега из своей семьи, он стал мракоборцем и членом Ордена, и у него был ребенок от маглорожденной. Это ли профиль темного волшебника? Конечно, нет. Так что мои родители были и светлыми, и членами Ордена, а мою мать убил сам Вы-Знаете-Кто. Как я могу быть темным волшебником? — Твое образование… — Я поступил в Дурмстранг, потому что не было другого выбора, — резко сказал Орион. — И мой отец, и я не одобряли этот выбор, но, учитывая, что я не мог поступить в Хогвартс — не после того, как Дамблдор оставил моего отца гнить в Азкабане, и учитывая, что мы хотели сохранить мою личность в тайне, на случай, если Пожиратели Смерти всё ещё будут меня искать, — у меня не было особого выбора. Я не мог поступить в Шармбатон, там преподавание ведется на французском, а я всегда плохо говорил на иностранных языках. Либо Дурмстранг, либо уезжать из Европы. Мы не могли уехать из Европы, так как мой отец хотел быть в курсе событий здесь, а у него есть дома только на этом континенте. — Так ты теперь доволен тем, что отправляешься в Хогвартс? — спросил Скримджер, пристально его разглядывая. Орион тепло улыбнулся ему. — Конечно, я посещал его на четвертом курсе, и мне очень понравилась обстановка. Мой отец всегда так много рассказывал мне о Хогвартса. Мне было грустно возвращаться в Дурмстранг после Турнира. После долгой паузы Скримджер спросил: — Значит, ты поддержишь Министерство? — Я сделаю это, если вы дадите мне статус взрослого и очистите имя моего отца — когда получите необходимые доказательства, — тихо сказал Орион. Он выгнул бровь и добавил: — Мы поняли друг друга? — Идеально, — сухо сказал Скримджер. — Чтобы сделать тебя взрослым, потребуется время. Тебе нужно будет заскочить в Министерство и оказать поддержку, прежде чем я смогу… — Чушь, министр, — резко прервал Орион. — Мы находимся в состоянии войны, вы можете немедленно отдать указ о признании меня взрослым. Чем дольше вы будете ждать, тем дольше я буду публично поддерживать Министерство. И учитывая текущее положение вещей, я думаю, будет лучше, если вы получите мою публичную поддержку как можно скорее. Я не смогу заскочить в Министерство, как только начнется учебный год. Скримджер стиснул челюсти. — Отлично. Перед началом занятий в Хогвартсе к тебе прилетит сова. Орион улыбнулся ему. — Я ценю это, министр. Как только я получу документ, я прибуду в министерство. И я также планирую дать интервью. Это вас устраивает? — Да, — хрипло сказал Скримджер. — Доброго вам дня, министр, — любезно сказал Орион, вежливо поклонившись. Повернувшись спиной к министру магии, он зашагал обратно к дому с довольной ухмылкой на лице.