Чёртов задрот...

Мидория никогда не мог быстро заснуть, ладно с этим, но даже просто спокойно и удобно заснуть было невозможно. Причина этому же удобно устраивалась под боком…или же на Изуку и миленько сопела. Бакуго вечно устраивал на Деку свои конечности, сплетал их ноги и крепко прижимал к себе, так что Изуку едва ли мог дышать. Обычно это происходило ночью, когда Бакуго спал. Потому, что перед сном, вечно строивший из себя недотрогу, парень, пробурчав «спокойной ночи» отворачивался от зеленоволосого и быстро засыпал. Изуку никогда не удавалось засыпать до того, как Каччан нарушит его личное пространство и прижмет к себе, уткнувшись носом в зелёные кудри. Мидория засыпал глубокой ночью, когда уже не оставалось сил скидывать с себя напористого спящего парня. Утро. Комнату заполнял свежий воздух, проходящий через приоткрытое окно. Он легонько обдувал торчащие в разные стороны колючие блондинистые волосы и умиротворённое лицо их хозяина. Бакуго занимал почти всю кровать, прижав к себе Мидорию и наполовину закрывая собой его лицо. Ветру было просто невозможно достать до «пленника» Кацуки. — Жааарко…- Выдохнул Изуку. Каччан… Слезь с меня… Бакуго зашевелился и, открыв глаза, резко отстранился. — Ты чё ко мне прилепился? Вот тебе и жарко, идиот. — пробурчал он и ушёл в ванную комнату. Как обычно невыспавшийся парень встал, и ушёл готовить завтрак, наплевав на приказ Бакуго не готовить и его вечное «Не лезь, раз не умеешь, придурок». А как оказалось Бакуго отлично умеет готовить и вообще та ещё «хозяюшка». Быстро сделав яичницу и несколько бутербродов, Изуку стал собираться. — Я не понял, а ты куда? Сегодня у меня задание. — Каччан, мне Очако написала, она будет сегодня патрулировать одно огромное здание вместе с Киришимой и Тодороки! Представляешь? Я так соскучился по ним всем, вот и сказал, что приду, помогу. — Тебе делать больше нечего?! Нахер они будут там? — Там были обнаружены преступники, но их немного. Здание конечно огромное, но мы справимся. — Ты не потащишь свой зад туда, понял? Это опасно. — Да почему?! Я не маленький мальчик! К тому же я буду там не один, ты же знаешь какой сильный Тодороки, он разом всех заморозит и… — Не смей говорить про двумордого! Не смей им восхищаться! Ты… — Ладно, не вопи. Так я пошёл. — Стой. — Что?..- Мидория этого не ожидал. Кацуки не сильно прижал его к стене и, чмокнув в щёку, отстранился слегка покрасневший и ушёл на кухню. Такие нежности были редкостью в их отношениях, не считая ночи. И то Изуку он порой совсем не нежно прижимал к себе в качестве плюшевого медведя. Он был на задании с группой других героев, когда внезапно реклама сменилась на срочные новости. Когда был назван адрес здания, которое взорвалось, то руки Бакуго затряслись, а сердце пропустило удар… Оказалось, что преступники подложили бомбы и весь третий, четвертый и пятый этаж взорвало к чертям собачьим. Людей просили сохранять спокойствие, сообщили что группа спасателей во главе с исцеляющей девочкой уже отправилась на место взрыва. Но Бакуго вообще забыл, что значит спокойствие. Он ринулся к зданию, сбивая всех на пути, никого не видел, ничего не слышал, мог думать только об одном… — «Не смей подыхать, придурок, иначе я убью тебя!» Со скоростью взрывов Бакуго долетел до здания и вбежал в него. Если на первом этаже осталось что-то похожее на зал и ресепшен, то поднявшись на второй Кацуки увидел лишь огромные обломки, загараживающие окна и проход на третий этаж. Вокруг были, совсем не интересующие его, раненые люди. — …ки! — вдруг донеслось до него. Чей-то знакомый голос. Бакуго обернулся и немного пройдя увидел Киришиму. Эйджиро наполовину придавило куском стены. Вернее тем, что от неё осталось. Бакуго помог другу выбраться и сразу задал очень важный и интересующий сейчас вопрос. — Где Деку? Он же здесь был? — Да, как я помню, они с Ураракой были на четвёртом этаже. — С.спасибо. Блять!!! — Выругался про себя Кацуки. Этот этаж как раз взорвало больше всех… — Не за что — Дальше на разговоры и расспросы «почему Бакуго здесь и зачем ему Деку» у Киришимы не было времени. Благодаря своей причуде его тело ничуть не пострадало и он занялся спасением людей. С трудом пробираясь через обломки Бакуго поднимался на третий этаж. Хочется все подорвать нахрен, но эта развалина и так на соплях держится. На четвёртом было ещё хуже. — Деку!!! Деку! Придурок! Только попробуй не отозваться! Сейчас было наплевать на то, что его могут слышать другие и что-то там подумать. Кацуки просто было наплевать на остальных, нужно было срочно найти Мидорию. Найти и надрать ему зад, за то что притащил этот самый зад в такое опасное место. А ведь Кацуки не зря боялся, он будто чувствовал, что не надо было сюда идти. Бакуго собирался снова позвать, как вдруг услышал какой-то звук. Кто-то весь в пыли и крови тяжело дышал, по вздохам можно было определить, что это девушка, затем её вырвало. Кацуки подошёл ближе и узнал Урараку. Её тошнило, но она пыталась с помощью причуды поднять обломки. — Зачем ты это делаешь? Ты еле держишься, круглолицая. Уходи лучше. Кацуки пытался держаться и не наорать на неё, за то что она написала Деку и тот примчался сюда. Очако посмотрела на него и снова блеванула. Это была последняя капля терпения Бакуго. — Выматывайся отсюда! — Потом добавил. — Сдохнешь ведь. — Я….не.м-могу мне нужно вытащить его — Кого.?.. — Ми… Мидория… — Деку?! Бакуго тут же оттолкнул девушку и начал небольшими взрывами разрушать обломки. Он быстро добрался до Изуку и приподнял окровавленное тело. Крепко его обняв, он заорал на все здание. — Тупой придурок!!! Можно было не тащить сюда свою задницу и остаться дома! Ненавижу! Только очнись и я тебя прибью! Только очнись! Вдруг прибежал Тодороки. Он тоже был ранен, но не так, как Деку. Увидев такую картину он помог встать Урараке и направился к Бакуго с Мидорией. Отойдя от пятиминутного шока, Очако его поблагодарила и ушла. Тодороки попросил блондина отнести его срочно к исцеляющей девочке. Шото сам хотел отнести Мидорию, но Кацуки вцепился в Изуку мертвой хваткой и никого не подпускал к себе. Через неделю. Всю неделю, пока Мидория был в больнице, Бакуго навещал его по четыре раза в день, каждый день. Когда его спрашивали, то Кацуки отвечал, что он лучший друг Мидории. Если бы Деку не был против, то он давно бы всем рассказал, кому именно принадлежит Изуку Мидория. А ведь их отношения начались ещё когда они учились, четырнадцатого февраля… *** Всё началось с обычной красной валентинки, которую сжимал в руках Изуку, когда признавался в любви Бакуго за зданием школы Юэй. И какого было удивление Деку, когда после длинного, вкусного и красочного признания в любви, блондин не только его не подорвал, но ещё и прижал к стене и конкретно так засосал! Нет, не поцеловал или чмокнул, а именно засосал! Так чувственно, сминая губки, оттягивая нижнюю и прикусывая верхнюю. Прозрачная слюнка тянулась между их губами и в итоге капнула на воротник рубашки раскрасневшего Изуку. Весь оставшийся день парень ходил словно…словно ёжик в тумане! Красный ёжик в тумане. Одноклассники беспокоились за него, но Деку говорил, что всё нормально. И все действительно нормально… не…идеально. Их комнаты в общежитии 1-А класса находились недалеко друг от друга и поздно вечером, когда все расходились по комнатам, парни уединялись в комнате Бакуго или Изуку, и занимались сексом. Обычно Бакуго не нежничает. Он берет Деку грубо и кусает сильно. Но Изуку это даже нравится. Хотя всё-таки иногда и хочется немного нежности. После окончания школы они съехались и вот уже год живут вместе. *** — М-м-м-м…- Мидория проснулся от боли в голове. Сев в постели, он осмотрел белую комнату и в ту же минуту вошёл врач. — О, очнулся. Как самочувствие? — Так это я же хотел спросить, как моё самочувствие, доктор? — Идёшь на поправку. — Я рад. А когда я смогу вернуться домой? Мне нужно увидеть… Изуку прервал вошедший в комнату Всемогущий. — Мидория, мальчик мой, я так волновался, как хорошо, что ты пришёл в себя. — Здравствуй, Всемогущий. Долго я здесь? — Неделю. — Неделю?! Это… Всемогущий, мне домой надо. — Ты пока не можешь. Тебе ещё как минимум две недели здесь лежать придётся. — Блииин…. — печально простонал Мидория и посмотрел на свои руки. Новый шрам. — Хм, Всемогущий подойди пожалуйста Бывший Символ мира подошёл и наклонился к Мидории. — Да? — Мне срочно нужно домой. Хотя бы через три дня. — Мидория, я понимаю, что тебе не терпится увидиться с Бакуго, но ты понимаешь какое у тебя сейчас состояние. — Эх, да, Всемогущий. Я… — О! А вот и Бакуго. Проходи, Мидория уже очнулся. Всемогущий знал об отношениях Мидории и Бакуго. Изуку сам рассказал. Он не хотел скрывать что-то от него. Сказать, что Всемогущий был в шоке — не сказать ничего, но он все же принял это и, по просьбе Мидории, никому не говорил. Кацуки подошёл к Изуку и посмотрел на него одновременно облегченным, и убийственным взглядом. — Думаю их надо оставить наедине, поговорить —  бросает Всемогущий врачу и они оба уходят, прикрывая за собой дверь. — Каччан…я… — Заткнись, Деку. Какого хрена ты туда попёрся?! — каждое слово давалось с трудом. — Прости…я не думал, что все так обернётся. А как остальные? Все жив… — Ты серьёзно сейчас о них думаешь?! Я…я пять дней не мог нормально спать и все из того, что ты не послушал меня тогда. И из-за круглолицей… — Очако тут не при чем. Не ищи виноватых. Никто не знал, что так получится. Я знаю, что ты волновался… — Не неси бред!.. — Тогда почему ты пять дней не мог нормально спать? — улыбнулся Мидория, смотря в глаза Кацуки. — Аргх…да! — рыкнул Бакуго. — Да я места себе не находил! И предупреждаю, если ты ещё раз меня не послушаешь, то я прибью тебя! — Хорошо, Каччан — Изуку притянул к себе Бакуго и прижался губами к горячим губам Кацуки. Сначала Бакуго рычал и пытался цапнуть Изуку за губу, но не выдержал Уж слишком сильно он соскучился по этим мягким губам и желанному телу. Кацуки прижал к себе парня и ответил на поцелуй. — Я люблю тебя, Каччан. — Я…тоже… люблю тебя, чёртов задрот.