Sorry, dad

      Жизнь Питера Паркера была не совсем обычной. Ежедневные походы в школу, издевательства Флеша, тренировки, домашнее задание и сокрытие огромного секрета своей личности.       Каждый день был обыкновенным, ничем не отличался от других. До того момента, как в его жизни не появилась она. Зеленоглазая блондинка, которую он впервые увидел полуголую. Или тогда была не первая встреча…       Это не важно, важно лишь то, что Паркер однозначно влип, и ничего с этим сделать не может, да и не хочет.       Питер думал, что стол изгоев навсегда укроет его от внешних угроз и социума, что он всегда будет обсуждать свои подвиги с Недом, а уроки с Эмили. Но увы, как говорится: «индюк тоже думал».       Тот вечер перевернул все. Да у какого бы парня не перевернул бы. Стройные ноги Алексис, тоненькая талия — об этом думать нельзя.       Как это так, Паркер уже три года был влюблён в Элизабет Смит, полную противоположность Лексии, а тут на тебе. Держи, забирай, убегай.       И надо же, самый сладкий и прекрасный сон прервал звон ненавистного будильника. Огромные апартаменты осветило солнце и Джарвис поприветствовал гостя. Сегодня парень ночевал в башне Старка.       Прикол, Паркер знать не знал, что у Железного человека есть дочь. И он совсем не понимал причину той ссоры. Вот прямо вообще.       Понедельник. Кто вообще любит этот злополучный день. В понедельник ужасные уроки, и это первый день после выходных.       Приняв душ, парень надел синие джинсы и вошёл в просторную комнату. Пастельные тона, много техники, мягкая кровать. Как во всех гостевых комнатах.       Ему семнадцать. У него превосходное тело, которое он скрывает под объёмными толстовками. Дурацкие обзывания Флэша по типу: «Пенис-Паркер» и «Ботанистый чудило», давно въелись в образ Питера, что теперь даже не было смысла отмахиваться.       Листая ленту в инстаграм, Питер спустился вниз, после чего приблизился к машине Хеппи. Белая ауди была заведена уже как пол часа.       Хоган нетерпеливо стучал по рулю, когда парень сел в автомобиль. — Ты случайно не знаешь, все подростки такие медлительные? — Паркер хотел что-то возразить, как дверь машины открылась, и на заднем сиденье появилась запыхавшиеся Алексис. — Я уж думал, что ты решила посетить своих родителей, — Хеппи опешил. Взгляд Лекс медленно перевелся на зеркало, в котором столкнулись ее глаза и мужчины. — Прости, я не это имел ввиду.       Алексис злобно закусила губу и уставилась в окно. Начался дождь. ***       Больше всего на свете Питеру хотелось узнать, почему Алексис не называет Тони папой, а Пеппер мамой.       Сегодня, возможно, он сможет узнать это. На физкультуре будет замена, и парень сможет задать пару вопросов.       Ауди припарковалась на школьной парковке и двое подростков оказались под проливным дождём. Кое-как прикрываясь от ливня, они выбежали в здание.       До занятий оставалось полчаса. Питер пошёл по коридору к Неду, который подпирал стенку и что-то оживлённо печатал в смартфоне. День обещал быть обычным. ***       Эмили встретила Лексис и обняла. На ее губах выделялась ярко-красная помада, а глаза подведены черным карандашом. Этот вид слегка встревожил Лекс, но подруга уверяла, что все хорошо, и что у нее есть новости.       Литература проплыла мимо ушей Роджерс, которая нетерпеливо ждала перемены. Со звонком все ученики выползли в коридор. Паркер косился на Лексис, но у девушки было испорчено настроение, поэтому настроя обменяться с Питером улыбкой не было.       Норд вывела подругу на задний двор и повела к заброшенному складу, который, как ни странно, находился на территории школы. Алексис продолжала хмуриться. Но оказавшись в помещении, лицо изменилось.       Это было обычное прибежище для скейтбордистов, и просто ребят, которые вышли покурить. Но если бы все так было просто…       Эмили подошла к парню в шапке, который сидел на железных ступенях. Он игриво ухмыльнулся и притянул ее к себе, после чего жадно поцеловал.       Вот этого не поняла. Это был способ самоутвердиться, или показать насколько она крутая? <i>      Я чувствовала себя жутко неуютно, даже сама не знаю почему. Место мне переставало нравится. Стены в граффити, а некоторые стекла выбиты. В Малибу я таких не видела, и слава Богу.       После затяжного поцелуя, Эмили наконец-то вспомнила про присутствие подруги. Девушка положила руку на плечо Алексии и улыбнулась. Что-то здесь было не так. — Какая-то ты расстроенная, — разговор странный. На лице дурацкая улыбка. — У Брендона есть любое, — теперь до Алексис дошло к чему клонит подруга. — Давай, Ли.       Роджерс не поняла что ей движет. Она достала сотню баксов из кармана, и задумалась. Купюра была сжата в кулаке, а колени как-то странно тряслись. Кокаин — слишком сложно, травка — для малолеток, колоться — она не наркоманка. А вот таблетки… От них и зависимости нет, и эффект хороший. Так по крайней мере говорили сериалы. — ЛСД есть? — и откуда у нее познания в сфере наркотиков. Парень повел бровью и аккуратно достал коричневый пакет, после чего оторвал одну таблетку и дал ее в руку Ли. — Пятьдесят, — сухо проговорил и всучил девушке сдачу.       Эмили хлопнула в ладоши и что-то прошептала Брендону на ухо. Он достал целлофановый пакетик и сыпанул чуть-чуть в руку Норд, после чего, та смело закинула себе в рот белый порошок. Амфетамин — безобидная вещица, которая заряжает энергией и делает бодрым. (никакого призыва к наркотикам!)       Алексис разглядывала «звездочку» в руке, после чего вновь повернулась к парню. — Упаковку антидепрессантов, — Брендон явно был в шоке. Он достал из куртки баночку с наркотиком и протянул ее девушке. Ли всучила ему пятьсот баксов и отошла на безопасное расстояние. Во рту весело шипел наркотик.       Наверное, кто никогда не пробовал наркотики скажут, что когда ты под «кайфом» у тебя перед глазами пляшут слоники, а цвета мира — неоновые. Тебе весело, ты смеёшься.       Нет, это не так. Бывают разные последствия. Краски и правда есть, но они черные. По крайней мере их такими видела Лекс. Она потеряла себя.       Девушка сидела, обхватив колени руками. Она рыдала и выла от боли. Эмили давно скрылась на школьном дворе, и уже давно шёл второй урок. Но Лекс не видела время. Перед ней бегали картинки, картинки ее жизни. Она видела себя. Как стояла на краю крыши. Ей четырнадцать. Она жутко пьяна. Она во всю глотку смеётся. Жизнь… Такая ненужная штука. Шаг. Ее волосы резко поднимаются вверх и она летит. Летит. Летит. В самом центре города. И ей ни капли не страшно. Просто ради забавы. Ведь не разобьётся. Хруст. Хруст ломавшихся костей. И больно, и в тоже время она смеётся и переворачивается на живот что-то невнятно говоря. Не интересно жить человеку, который даже убить себя адекватно не может. *— Ли, малышка, — лицо матери плывет.* — Мама, мама, мамочка, — кричала в пустоту. На руки были намотаны волосы. Удивительно, что может сделать с человеком наркотик.       Подумать только, прекрасно воспитанная Алексия уже не впервой попадает в руки таблеток. Раньше принимала только антидепрессанты. Тринадцатилетней девочке попросту не нравилось своё тело. Она была слегка полноватой, что очень беспокоило Лекс. Так и подсела, используя таблетки вместо еды.       Пеппер тогда быстро разобралась в чем дело. Алексис была отругана. Старк взялся за её тренировки. Так к пятнадцати она соорудила себе идеальное тело.       Но сейчас было все по другому

***

      Долгожданная замена физкультуры. Только вот Алексис не было на истории, и это настораживало. Эмили продолжала весело расхаживать по школе немного подплясывая в такт музыке, что играла в наушниках.       Питер поставил рюкзак в шкафчик и посмотрел на друга. Лидс продолжал бой в игре на телефоне. Это слегка раздражало парня, но он продолжал ждать звонок на урок.       Но на физкультуру Алексис не явилась. Также как и на следующие уроки. У школы появилось белое ауди Хогана, в которое сразу поспешил Питер. — А вторая где? — парень пожал плечами. Водитель начал набирать Алексис, но после нескольких звонков трубка так и не была снята. Хеппи сцепил зубы. — Она же в школе? — Она задержится, сказала ехать без нее, — Хоган закатил глаза и выехал с парковки.       После разговора с Эмили, у Питера что-то ныло в районе груди. Это вряд-ли паучье чутье, скорее огромная доля переживания за близкую подругу. Что-то подсказывало, что нужно найти её, но сказанное Норд заставляет ехать в Куинс.       Паркер благополучно стоял у дома, меняя музыку в плеере. Хоган со спокойной душой уехал в «Старк индастриз», и только у одного человека из этого сборища было все плохо — Алексис. ***       Двенадцать часов должен был действовать чёртов ЛСД. Но сейчас было уже не семь и не восемь часов вечера. Время было к одиннадцати, а Лексис безжизненно смотрела в одну точку, периодически моргая. Бледная, подавленная — она выглядела в точности, как заядлая наркоманка, которая наконец-то получила дозу.       В Нью-Йорке начались поиски. Тони названивал кому только можно. Он готов был поднять на ноги весь Пентагон, лишь бы знать, что Лексия жива. Он помнил все моменты, когда жизнь названной дочери висела на волоске. В башне Старка уже стоял Питер, обеспокоенно разглядывая лицо Тони. Пеппер ходила по гостиной и что-то кричала в трубку. Наташа сделала губы уточкой и кусала внутреннюю сторону щеки. Мстители обеспокоенно выжидали момент.       Антидепрессант уже «жужжал» во рту. Руки начали трястись сильнее. Мозг размяк. Разрывающийся телефон от миллионных звонков, все же решил отключится. Ей надоело. И вторая таблетка пошла следом. Лексис погрузилась в долгий сон.       Самые разные эмоции пребывали в гостиной Старков. — Господи, если бы он был жив, он бы прикончил меня, — Тони устало сел на диван и зарылся руками в волосы. — Я никудышный отец. — Тони, — Пеппер села рядом. — Полиция найдёт ее. — К черту полицию, я — Железный человек, и я продолжаю сидеть здесь, — с этими словами Старк вытянул руку вперёд и к нему подлетела железная рука, а после чего и вся железная броня. — Паучок, время геройствовать, живо!       Человек-паук и Железный человек двигались по Нью-Йорку. Они подошли к границе Манхэттена и Куинса и там разделились.       Истерический смех. Какие-то подростки, накидавшиеся кокаином, весело проводили время, пока под их носами умирала Алексис Эллен Роджерс, от передозировки. Она съела далеко не две таблетки. Баночка была полупустой. Сейчас тело съехало на грязный, холодный бетонный пол и было похоже на труп. Но в ней боролась жизнь.       Красный свет. А затем тяжёлые шаги. Подростки умолкают смотрят на вход. Их лица застывают в удивлении, когда они видят Железного человека. — Обнаружение лиц, — проговорил Старк и включился ультрафиолет который показывал от куда идет тепло.       Первым делом он пошёл именно к этим идиотам. Он не тронул их, а лишь проверил есть ли среди них Лекси. Его Лекси. — Ультрафиолет не показывает, но в правом углу этого здания, кажется что-то есть, — проговаривает Джарвис и Тони двигается по указанному пути.       Гримаса ужаса. Обездвиженное тело Алексис лежит перед ним. Бледная, холодная… Старк выходит из костюма и проверяет пульс, который еле-еле прощупывается. Он спешил. Спешил чтобы спасти ее. Тони вновь в экипировке, он аккуратно поднимает дочь с пола и удаляется по направлению в больницу. — Джарвис, звони всем кто находится в башне Старка и пауку, пусть едут в центральную больницу Манхэттена, — голос Тони дрожал. — Все будет хорошо, малыш.       Все. Больница. Он опускается на землю и освобождается от железа. Час ночи. Никто совсем не ожидает увидеть самого богатого человека на планете в таком состоянии. Старк придерживает хрупкое тельце Алексис и заносит ее в больницу. — Эй! Врачи! Быстрее сюда! Быстрее! — кричал Тони. На его возгласы прибежала только дежурная медсестра, которая завидев самого Старка, начала поднимать лучших врачей.       Алексис переложили на каталку и сразу же подключили капельницу. Мужчина статного вида очень быстро вез хрупкое тело, что-то говоря медсестре. На счету была каждая минута. — Передозировка, готовьте операционную, будем промывать, — последнее, что услышал Старк перед тем как упасть на диван и закрыть лицо руками.       Пеппер и другие не заставили себя ждать. Питер был переодет и обеспокоенно наблюдал за происходящим. Больница была поднята на уши. — Что? Что с моей Лекси? — рыжая заикалась и ее руки тряслись. Но Тони молчал, тяжело дыша.       Он набирался ярости, силы. Старк никогда не думал, что будет так ненавидеть себя. Он глубоко вздохнул. Но только открыв рот послышались крики. — Дефибриллятор! Живо! Зовите Степлза! Чего встали?! Мы теряем ее!       В глазах бывшей Потс заблестели слезы и она упала рядом с мужем. Наташа, которая была стальной леди, подпирала стенку и грызла ногти. У каждого на уме было свое.       Старк никогда не умел молиться, он считал себя атеистом и гордился этим. Но сейчас, Тони читал про себя молитвы собственного сочинения, и просил всех богов, которые когда-либо были придуманы человечеством, помочь его Лекс.       Крики прекратились. Все затихло. Подозрительно тихо. Следом скрип. В комнате ожидания появляется тот самый статный мужчина. Его взгляд опущен. И Романофф первая реагирует. Она в ярости. — Не смей говорить, что единственное что осталось от Роджерса, только что скончалась в твою смену! — и зря начала, так как врача зовёт медсестра и он быстро выбегает из комнаты.       Наташа перевела взгляд на Тони, который вступился в одну точку. — Он бы прикончил меня, — заключает Старк. — Так же как тогда с Барнсом. Да я сам бы себя прикончил. — Энтони Эдвард Старк! Закрой свой рот! Она жива! И будет жить! — вскрикивает Пеппер и тут же виновато клонит голову.       И вновь в комнате появляется этот врач. Он подходит к сидящим. — Мы ее откачали, у нее был сильный передоз антидепрессантами, но в ее крови так же обнаружился высокий процент диэтиламида. Ровно в час двадцать, она умерла, — Старка передернуло, так же как и остальных. — Но уже в час двадцать один, на мониторе прочитался пульс. — К ней можно? — Романофф подошла сзади. — Я не уверен, что это поможет, — запинается врач. — Она в коме. Но если желаете — да       Дежавю. Когда-то, Стивен Роджерс пролежал семьдесят лет в коме, а потом очнулся новом мире.

***

      Тони держал тонкие пальцы дочери в руке и слушал приглушённый писк аппаратов. Слишком яркий свет, который ослепляет. Я не понимала где я. Вокруг меня находились белые стены и белый пол. Хотя проще было сказать, что я просто находилась в белом пространстве. И…в тишине? Не было ничего. Только я и такая же белоснежная дверь. Я дотронулась к дверной ручке и потянула её на себя. Было неожиданно, так как только открыв дверь, в белом пространстве появилось двое людей. Эллен и Стивен Роджерс. — Моя малышка Ли, — мама дотрагивается моего лица и нежно улыбается. Она такая родная, такая близкая. — Ты так мало прожила, — по лице Эллен скатывается слеза и моё сердце пропускает удар. — Никогда не подумал, что когда увижу тебя такой взрослой первыми скажу эти слова, — я перевожу взгляд на папу. Я была точной его копией. — На сколько ты нерассудительная и глупая! — сердце пропускает еще несколько ударов. — Алекс, мы с матерью жертвовали жизнью не для того чтобы ты умерла в шестнадцать, — сердце останавливается. Мне хочется верить что это все глупый сон, глупая выдумка подсознания. Но нет… — Тебе нельзя здесь быть, дуреха! Возвращайся!       Мамина рука отстраняется, а вместе с ней отдаляется и дверь, и мои родители. Теперь я ничего не видела. — Я найду этого дегенерата, и я заставлю его отсидеть, — Тони ходит по палате. — Он мог забрать тебя у меня, я его посажу, если конечно не убью. — Перспектива хорошая, — соглашается Наташа. — Тони, — Потс хмурится. — А почему Хеппи не забрал ее?       Тони повторил ее жест. Сейчас только Паркер чувствует себя ужасно. — Я сказал ему, что у нее внеклассные, — тихо проговорил Питер и все взгляды обернулись на него. С момента когда врач сказал, что Ли в коме прошло около пяти часов. Светало. - Что ты сказал? — хором проговорили присутствующие. — Она не была на всех уроках, кроме первого. Эмили сказала, что Лекс развлекается с парнем и попросила не лезть. А потом сказала что-то за внеклассные. — Эта та чернокожая малолетка? — проговорил Старк и заметил на себе неодобрительный взгляд Потс. — Извиняюсь. — Да, Эмили Норд, — с на этих словах Старк покидает палату. Сейчас он не в себе.       Сейчас в комнате осталась одна Пеппер и обездвиженное тело ее дочери. Женщина никогда бы не подумала, что ее малышка может так поступить. Никогда…

***

      Прошло больше недели. А палата так и не опустела. Мстители сменялись один за одним, дежуря у койки Алексии. Нью-Йорк начал чувствовать осень. Проливные дожди, холодный ветер. Такая погода была любимой погодой Лексис.       Сейчас в комнате находился Питер. Он смотрит в окно с надеждой. Три дня назад они прошли на литературе книгу Гейла Формана «Если я останусь», в которой главная героиня попала в кому.       Теперь Питер верил. Верил, что такие люди слышат всё. От писка аппарата, до самого родного голоса на планете. — Знаешь, Ли, — парень продолжал стоять спиной к койке девушке. — Я в тот вечер впервые увидел полуголую девушку в живую, — от воспоминания он улыбается. — А потом, когда мистер Старк открывал новый филиал, наш с тобой танец, ты так мало знала меня, но мне показалось, что ты что-то чувствуешь ко мне, — моменты всплывали в голове Питера. — Глупо знаю, а еще глупее осознавать то, что сейчас я признаюсь тебе в любви, а ты никогда не ответишь, — он наклоняет голову и выводит непонятные узоры на подоконнике.       Он молчит и смотрит вдаль. Тишину прерывает только писк аппарата. Питеру больно, больно из-за самого себя, то что он тогда не пошел ее искать, что проигнорировал инстинкт. Дурак, дурак, дурак… — Отвечу, — разносится в палате хрип и Питер испуганно смотрит на койку. Лексис машет ему несколькими пальцами и улыбается. Парень неуклюже начинает доставать телефон, дабы набрать Старка. — Подожди, не сообщай моему папаше, что я выжила, пусть понервничает, — она улыбается и ей становится больно. Кислородная трубка неприятно давит и Лексис кривится.       Питер аккуратно берет руку Ли в свою. И смущенно улыбается, после чего Алексис закатывает глаза. — Вот увидишь, он только припрется начнет меня наркоманкой называть, — саркастически выдавила из себя девушка и зажмурилась. — Никогда не пробуй наркотики, никакого кайфа. — Ты не наркоманка, — проговаривает Паркер, поглаживая тыльную сторону ладони Роджерс. — У меня все взаимно, — хриплый голос становится еще тише. — Начиная от плакатов человека-паука, заканчивая твоими сохраненными фото в инста. — Лекс, — услышав своё имя, девушка в который раз скривилась. Нервы сдали и она потянула трубку из носа. Свобода была недолгой, так как полежав с минуты две без кислородной трубки, девушке стало тяжело дышать. Тогда Питер медлить не стал и позвал врача.       Мужчина лет сорока пяти, ростом ниже среднего, слегка в теле. Волосы были собраны в маленький хвостик сзади, небольшая щетина на лице.       Сначала Патинсон (такая была фамилия у врача) не понял, почему Паркер зовет его в палату, так как парень очень неразборчиво говорил, но сейчас врач уже помогал вставлять кислородную трубку обратно в нос. — Алексия, — и она вновь кривится. — Вам не стоило с такой формой астмы вытаскивать данное устройство, — врач натягивает улыбку. — Вам же еще как никак замуж выходить, жить и жить, — взгляд покосился на Паркера, который давил усмешку. — Че давишься? Слышал? Жениться тебе на мне, а ты толком объяснить не можешь, — теперь Питер во всю улыбался.       Врач перешел к проверке. Сначала он посветил фонариком в глаз Роджерс, проверяя в норме ли зрачки. Следом, постучал молотком по локтям и коленям.С каждым вопросом «больно ли?», девушке надоедало отвечать «нет». Поэтому заключив, что физически Лекс здорова, он покинул палату, сказав напоследок, что зайдет еще раз тысячу.       В коридоре послышались быстрые шаги и разговоры. И Лексис вновь перевела взгляд на Питера, который прятал телефон в задний карман. Одними губами она проговорила что-то вроде «сам виноват» и повернула голову к входу, возле которого толпились Мстители и Пеппер. — Ну привет, еле живая наркоманка, — проговаривает Тони и получает локтем в бок от жены. — Я же говорила, — закатывает глаза Алексис. — И тебе добрый вечерочек, папенька. — Ух, какой настрой, — Старк тяжело садится на койку и Роджерс ойкает от боли, после чего пинает опекуна. — Лошадиная сила, да, Алексия?       Терпеть не могу полное имя. Звучит как будто я бес какой-то.