У тебя глаза сейчас светло-зеленые...

Парень укладывает девушку на постель, мягко, почти невесомо нависает над ней и смотрит прямо ей в глаза. — У тебя глаза сейчас светло-зеленые… Так редко такое бывает… — шепчет она, притягивая, парня за шею к себе, и целуя. А он, а что он, он отвечает. Потому что больше всего на свете он хотел быть с этой девушкой, а теперь она без остатка принадлежит только ему. Он никак не может к этому привыкнуть , несмотря на то, что прошло уже достаточно много времени. Он аккуратно отстраняется, убирая непослушный локон за ухо, нежно целует в щеку и медленно начинает спускаться поцелуями вниз. Шея, ключицы, выемка между грудей, девушка выгибается, лифчик расстегнут и летит на пол, ребра, живот, пупок… « Не торопится…» — говорит внутренний голос. Он возвращается теми же поцелуями к груди. Губами ловит один сосок, втягивая в себя, и улыбаясь, когда девушка глубоко втягивает воздух через зубы. Да. Ее тело он знал. Если что-то в ней и было понятным, это ее тело. Оно было слишком его, что бы путаться. Второй сосок, пальцы на первом, несколько десятков минут, уделенные только груди, пальцы скользят вниз, к самому чувствительному, что есть в этом маленьком и нежном человеке. Ее ноги согнуты в коленях, пальцы быстро находят нужную точку, задают свой особый ритм, губы целуют яростнее, потому что ответ на поцелуй яростей. В поцелуях утопают ее стоны. Трусики летят к лифчику на пол. Джинсы расстегнуты одним движением, стянуты вместе с трусами и брошены к ее белью. Вот, теперь близко, на расстоянии одного вдоха. Еще немного, и совсем в одно целое, но не торопятся. Девушка, проводит по спине ногтями, чувствуя такую знакомую дрожь в его теле. Губы находят шею, живот, спускаясь ниже, но, ее останавливают. Девушка с удивлением поднимает на него глаза. Когда это ее мальчик от такого отказывался… — Иди сюда, — чуть хриплый голос, грудной, такой возбужденный, но что же не так, она не понимает. — Сегодня нет. Сегодня только я, сделай мне такой подарок, дай мне показать, то, насколько ты мне важна. Мне хочется, что бы сегодня это был только я… Понимаешь, родная? Она не понимает, почему он не хочет почувствовать сегодня это и от нее, но кивает. Он спускается ниже, она раздвигает бедра, он прикасается языком к чувствительному бугорку и уже не может остановится, как только чувствует, как она напрягается от сладостного желания. Его руки ложатся на ее бедра, что бы придерживать, не давая ей даже на пике возбуждения, уйти от его языка. Она вскрикивает, выгибается дугой и все что она говорит… — Давай, пожалуйста… Ты мне нужен. Нужен ближе… Нужен весь… И он понимает. Он знает, что она просит потому что и ему это нужно не меньше. Он нависает над ней, она приподнимается и парень входит. Кожа об кошу, толчки, стноны-всхлипы, стоны-хрипы. Вот она снизу, а теперь сверху, вот она лежит на нем. Движения беспорядочные, резкие, медленные, быстрые. Он целует ее, она обхватывает его сосок губами, втягивая в себя. Стоны-всхлипы, стоны- хрипы, он переворачивает ее под себя. —Я люблю тебя. В губы, одновременно, вместе. Все вместе. Он ложится рядом, притягивает ее к себе, несмотря на то, что очень жарко. Просто нужно, что бы прикасалась и все. И все хорошо. Она поворачивается к нему, целует в плечо. — Ты — это все о чем я когда-либо мечтала. Он улыбается, целует ее в лоб. — Я люблю тебя, малышка. Больше самой жизни… И они засыпают. Стамбул говорит всем доброе утро, Босфор приветствует людей шумом и прибоем, чайки кричат, в поисках завтрака. Мир вращается. Но у них, у них свой мир. Мир счастья и любви без причин. Просто потому что любят и счастливы…