Верни мне мою любовь

Выйдя из холодного душа, который он так полюбил с недавних пор, он взглянул в свое отражение. Чувство стыда, горечи и раскаяния взяли вверх над его холодным сердцем. Где-то в глубине души он понимал, что испортил окончательно крепкие доверительные отношения с братом. Это совершенно не входило в его планы. Он и не представлял, как жить дальше. Заглянув в мокрое зеркало, он не выдержал накала своих страстей. Он разбил холодное стекло. И даже не ощутил боли, несмотря на то, что кровь разлилась по белоснежной раковине и персидскому ковру. Он порезал руку, но его это абсолютно не заботило. Он стукнул еще раз и еще раз… И только когда завибрировал телефон, он успокоился. Обмотал окровавленную руку белоснежным полотенцем и спокойно ответил на звонок. На экране светилось «Элайджа». Его удивлению не было предела. Неужели Элайджа был готов к нелегкому продолжению разговора? Он говорил ровно. Без напряжения. Ровный тон голоса. Тщательно подобранные слова. И никакого волнения. Будто они и не ругались, и словно земля не рухнула у них из под ног. Это был самый длинный разговор в жизни Клауса, хотя он длился не более двадцати секунд. Ничего лишнего, лишь предложение Элайджи встретиться в офисе. Клаус не колебался и покорно согласился. Однако он прекрасно понимал, что речь будет исключительно о бизнесе. Иначе они поговорили бы дома, без лишних свидетелей. Все подтвердилось, как и предполагал Клаус. На следующий день он едва смог поднять себя с постели, привести себя в порядок после очередного загула. Он совершенно не готов был к разговору, учитывая, что похмелье было слишком сильным, и боль в разбитой руке стала невыносима. Однако это нисколько не сбило его с толку. Он даже и мысли не допускал, что необходимо обратиться к врачу. После аварии он знал все названия обезболивающих и антидепрессантов наизусть. Он открыл шкаф, достал лекарства, залпом запил водой. Ему хватило всего полчаса, чтобы собрать себя по кускам. Смог одной рукой побриться, ни разу не поранившись. Процесс бритья у него был отлажен до отточенного мастерства. Наверное, он смог бы убрать щетину с закрытыми глазами. Непослушные волосы были аккуратно уложены всего за пару минут. Любимый парфюм нежно обволок его тело. Он почувствовал прежнюю уверенность. Осталось только подобрать костюм, но с этим и не было никаких проблем. Все предметы одежды аккуратно и упорядоченно весели в шкафу. Все костюмы и рубашки были сшиты под заказ. Он давно не снимал мерки, считая, что по-прежнему находится в хорошей физической форме, но тут он ошибался. Пиджак почему-то оказался большим в плечах и рубашка вольно болталась. Он взглянул на свое тело и осознал, как сильно осунулся и похудел в последнее время. Он и раньше никогда не считал себя крепким и сильным с развитой мускулатурой. По этой причине он полюбил спорт с самого детства. Постоянно держал себя в форме, регулярно посещал фитнес-центр. По вечерам занимался в тренажерном зале. Однако это было когда-то, но ни сегодня, и не вчера, и ни месяц назад… Спорт он давно забросил. Силовые тренировки приносили жуткую боль. Правое плечо постоянно ныло, и он не мог поднять штангу с тем же весом, что прежде. И все из-за злополучных травм после аварии. Кардионагрузки больше не приносили ему удовлетворения. Не было прежней выносливости и четкого поставленного дыхания. Он быстро утомлялся, сходил с дистанции, не желая больше мучить себя. Да и хромота никуда не делась. Это довольно сильно мешало при беге. Усталость подкрадывалась быстрее, стопа ныла от боли, а сил просто уже не оставалось. Единственное, чему он остался преданным – это плавание. Погружаясь в воду, он словно снимал с себя все оковы и тяжесть. Доверялся воде и спокойно двигался. Любил любой вид отдыха на море или озере. По вечерам, если никто его не беспокоил, предпочитал проводить время в своем бассейне. Он с грустью посмотрел на свое тело. Мышечная масса ушла, осталась лишь нездоровая худоба. Годы тренировок канули в лету. Но хуже всего Клауса на протяжении последних лет постоянно мучили головные боли. Первое время он покорно выпивал необходимые медикаменты, но потом осознал, что проще принять алкоголь. Это действовало намного эффективнее. Боль быстро уходила так, что он мог спокойно засыпать по ночам. Однако внешне он никогда никому не показывал свои проблемы. Одевался с иголочки, вел себя как прежде. Производил впечатление все также уверенного в себе влиятельного бизнесмена, который просто не мог чем-то болеть или страдать от чего-либо. Он ненавидел любое проявление слабости, предпочитая латать свои раны в гордом одиночестве. Клаус сидел напротив Элайджи в зале для переговоров, но не тет-а-тет, а вместе с Мэйсоном, главным юристом компании. Элайджа как всегда был спокоен и невозмутим. Он даже не обратил внимания на перевязанную руку Клауса, посчитав своим долгом не вмешиваться в личную жизнь брата. Мэйсон выглядел напротив, напряженным и нервным. В руках он держал кипу документов. Расслабил узел тугого галстука и нервно пил воду. - Никлаус, - хладнокровно начал Элайджа. - Ты знаешь, что в наших приоритетах сохранить бизнес отца. - Так ты позвал меня сюда, чтобы сказать об этом? – не выдержал Клаус. Его поражало то спокойствие, которое излучал его старший брат. Он наблюдал за ним и не мог не восхищаться. Какая выдержка и самообладание! Он всегда завидовал брату в то время, как сам являлся настолько вспыльчивым и порой неуравновешенным, что совершал опрометчивые поступки! - Наше наследство – это огромная ответственность, которая ложится на наших плечах. И я не могу допустить, чтобы труды нашего отца были напрасны. - Ближе к делу, брат! – поторопил его Клаус. Мэйсон достал салфетки и нервно вытирал холодной пот со лба. Он боялся настолько, что немедленно хотел выйти из кабинета, но суровый взгляд Элайджи останавливал его. - Твой первый брак обошелся нам не так дорого. Стоит выразить мое восхищение твоей бывшей супруге! Она оказалась благородным человеком и не отсудила половину нашего состояния. - Что? – удивился Клаус. Элайджа продолжил, одобрительно кивнув головой. Этот знак не остался без внимания нервного Мэйсона. Он положил всю кипу документов на стол перед Клаусом. Пара файлов выпала из его рук. Это напряжение передалось и Клаусу. - Что, черт возьми, происходит? - Твои отношения, Никлаус слишком дорого обходятся компании. Я не могу так рисковать бизнесом отца. Клаус схватил документы и бегло прочитал их. Он не верил своим глазам. - Серьезно? Ты хочешь, чтобы я отказался от компании? Я – человек, который приумножил доходы в три раза? - Никлаус, это всего лишь мера безопасности! При разводе ты и так оставил приличное состояние своей бывшей, она может до конца жизни не работать, но если бы она наняла еще и хороших юристов, то имела бы приличную долю нашего бизнеса! А это принесло куда больше потерь и ненужных рисков! - Ты о чем вообще? Кэролайн не стала бы так делать! – вспылил Клаус. - Она просто глупая, не более того. Из простой семьи выбилась в люди благодаря тебе. Но твоя новая пассия вызывает у меня сомнения. Клаус вскочил с места… Кулаки невольно зачесались… - Какого черта, ты так говоришь о моей жене? - Бывшей жене, Никлаус. И говорю как есть. Ты же сам констатировал тот факт, что потерял с ней только время. Однако я несказанно рад, что она не стала обращаться во всевозможные суды. Мэйсон отскочил назад. Он так боялся этого разговора. Накал достиг своего апогея. Клаус готов был лезть уже в драку… - А что не так, Никлаус? Помнится, ты сам был о ней невысокого мнения. К чему такая теперь реакция? И только сейчас Клаус осознал, что его брат бьет тем же оружием в то же самое больное место. Когда-то и он сам не выбирал слова и оскорблял Хэйли. Теперь же точно также вел себя Элайджа в своей собственной манере. Он пропустил удар. Выдержал паузу, подавив в себе огонь. А Элайджа продолжил довольно учтивым тоном: - Твоя новая пассия из другого круга, дочь прокурора. При желании она оставит нас без единого цента, учитывая, какие связи имеет ее отец. - Я не успел жениться, как ты уже меня разводишь? – закричал Клаус. - Я должен прогнозировать любой исход, Никлаус. На кону – наша империя. Мы не имеем права разбазаривать ее на твоих девиц. Поэтому либо ты отказываешься от компании и спокойно женишься, либо составляешь брачный контракт. Второй вариант вполне приемлем. Мэйсон уже все подготовил. И только сейчас Клаус обратил внимание на своего верного друга и компаньона. В его глазах читался ужас, а в глазах Клауса – разочарование от предательства. - Ты тоже в этом участвовал? – тихо спросил он. Мэйсон лишь кивнул головой, не осмелившись взглянуть в его глаза. - Это все из-за Хейли, да? Решил отомстить мне? Оставить без штанов? Как низко с твоей стороны, брат! - Никлаус, к чему эти эмоции? Подписывай или готовь брачный договор! Я должен быть убежден, что твоя новая супруга не будет иметь ни единого шанса… - Да как ты можешь так говорить? - Могу. И скорее всего твой второй брак не продержится дольше первого. - Ты уверен? - На сто процентов, учитывая твои связи с женщинами, чрезмерную любовь к алкоголю, неконтролируемую агрессию… Он остановился и пристальным взглядом посмотрел на перебинтованную руку брата, что свидетельствовало о правоте его суждения. - Так вот ты, какого обо мне мнения? - Это факт, Никлаус. Ни одна женщина не выдержит подобное… Шеннон быстро подаст на развод, не раздумывая. - А дети? - Никлаус, даже дети не спасут брак, в котором нет любви… Эти слова окончательно добили Клауса. Он потерял равновесие. Дыхание перехватило. Он жадно глотал воздух. В глазах потемнело. И он больше никого не слышал. Он снова сел в кресло. К счастью, ему хватило всего пару секунд, чтобы вернуться в прежнее состояние. Не медля больше, он взял ручку и подписал быстро все документы, несмотря на то, что рука ныла от боли. Эта процедура длилась долго. Мэйсон следом проверял каждый лист, где надо диктовал, что именно надо написать. Клаус спокойно подчинился воле старшего брата и больше не говорил ни слова. - Я рад, Никлаус, что ты правильно оценил ситуацию. Ты мне потом еще спасибо скажешь! Клаус никак не отреагировал на замечание брата. Внутри он понимал, что это месть или плата за то, что он провел ночь с Хейли. Он потерял доверие самого близкого человека. - Никто не будет знать про наш договор. Для всех ты по-прежнему владелец гостиничного бизнеса. Ты будешь вести дела, как раньше. Это всего лишь вынужденная мера. Этот договор вступит в юридическую силу только в случае твоего развода! Даю слово, Никлаус! - Клянусь, больше никто об этом не узнает, - поклялся и Мэйсон, ожидая скорейшего примирения своего друга и босса в одном лице. - Идите, вы оба к черту! Я и ноги больше не ступлю сюда! Элайджа нахмурил брови. Он не ожидал подобной реакции брата, с точностью просчитав каждое слово, он не учел, что в отличие от него Клаус способен на самые радикальные меры. - Я отказываюсь полностью вести этот бизнес, ведь я здесь больше никто! - Никлаус, я же сказал, что… - Иди ты к черту со своим бизнесом, деньгами и репутацией компании! Мстишь мне родному брату, хотя вопросы больше к твоей девушке! Значит, она тебя и не любила! Эти слова должны были задеть Элайджу, но вышло совершенно наоборот. Клаус совершенно потерял дар речи от последующего ответа. - Ты совершенно прав, Никлаус. Хейли призналась, что влюблена в тебя, а не в меня. Такая же история произошла и с Софи. Не понимаю, что они находят в тебе. Ты только и делал, что постоянно их унижал. Видимо в этом твоя сила. - Что? Хейли влюблена в меня? И Софи? Брат, по-моему, ты совсем из ума выжил. Что за бред? Он не дал договорить Элайдже, громко хлопнул дверью и вышел из офиса. Он не помнил, как быстро добрался до машины, где его ожидал личный водитель. Через полчаса он уже был дома, как вдруг и там его ждал неожиданный сюрприз. Шеннон часто навещала его без предупреждения. Довольно свободно и раскованно чувствовала себя в его доме, но на этот раз она даже осмелилась принять гостей без его ведома. И хотя это был всего лишь один посетитель, но он точно не позволил бы этому человеку переступить порог его дома. Когда Клаус вошел, охрана сразу предупредила, что в доме его невеста, но ни словом не обмолвилась, что там еще и Елена Гилберт. Девушки сидели в гостиной и мило беседовали, попивая алкогольные напитки. Шеннон рассматривала свадебный каталог, в то время как Елена искала в телефоне свадебные платья от именитых дизайнеров. На журнальном столике стояли вино, сыр и фрукты. Он не успел даже подобрать толком слова, как Шеннон его опередила и с дикой детской радостью побежала ему на встречу. - Привет, милый! Она сразу вцепилась в него жадно губами, но долго их поцелуй не мог продлиться. - Что с рукой? – заволновалась девушка. Клаус почувствовал легкий запах алкоголя, но сохранил полную невозмутимость. Елена уверенно прошептала «привет» и нагло посмотрела на него вызывающим взглядом. Клауса это не могло не нервировать. - Поранил на тренировке, ничего страшного, - ответил Клаус. В ответ он снова поцеловал страстно свою невесту, ответив, таким образом, Елене. - Милый, я надеюсь, ты не против, что мы с Еленой тут немного задержались у тебя? - Нет, конечно, - вежливо ответил Клаус, хотя не будь Шеннон рядом, он уже выставил бы за дверь свою бывшую. Елена мило улыбнулась и начала первой разговор. - Мы с Шеннон случайно встретились в кафе, поговорили друг с другом, и я предложила помощь в организации свадьбы. - Да, дорогой! Елена столько всего знает, у нее ведь есть опыт! - Да, я тоже так заморачивалась со своей свадьбой! Поверьте, мне есть, что сказать! – нагло солгала Елена. Клауса чуть не стошнило от этих слов, он едва сдерживался от гнева, но предпочел снова скрыть свои истинные эмоции. Вместо этого он нервно осушил бокал вина, отвернувшись в сторону. - Дорогая, я думаю, мы сами справимся. У нас есть люди, которые за это отвечают, - смог выдавить из себя он. Однако Шеннон была не угомона. - Но Елена столько всего мне рассказала! Я в жизни не подумала бы, что плотно прилегающий костюм так шикарно будет на тебе смотреться! Вот посмотри, какие славные варианты! На этот раз Клаус уже не в силах был терпеть это безумие. - Шеннон, я дико устал. Организуй мне, пожалуйста, ужин! Он попытался быть максимально учтивым, но его недовольный тон в голосе заметно испортил настроение его невесте. Она послушно кивнула головой и покинула гостиную. Елена на всякий случай сделала несколько шагов назад, опасаясь за свое здоровье. Ей казалось, что сейчас он просто ее убьет без свидетелей. Клаус мгновенно поменял выражение лица и едва сдерживался, чтобы не перейти на самый настоящий дьявольский крик. - Что ты здесь делаешь? Он сказал так, будто угрожал. Однако Елена держалась достойно. Не стушевалась и не робела. Напротив, держала уверенно голову и спокойно ответила: - Ты же слышал. Мы случайно встретились в кафе. Клаус тут же ее перебил. - В многомиллионном Нью-Йорке вы случайно встретились в кафе? – с диким раздражением ответил он, перейдя уже на крик. - Ты явно преследуешь нас! Что тебе от нас надо? Пытаешься испортить мне свадьбу? Добиться от меня денег? Что последует дальше? Шантаж? Угрозы? Месть? Елена игриво лишь закатила глаза, по-прежнему провоцируя еще больше Клауса. - Ничего из вышеперечисленного! - Еще и суешь свой нос в нашу свадьбу! Оставь нас в покое! - Я всего лишь хочу помочь! Разве я виновата, что она совсем юна и не соображает даже в тканях? - Без тебя справимся! - Почему ты так на меня злишься? Что я сделала тебе такого, что ты готов меня убить? На этот раз Клаус промолчал. Перевел взгляд в сторону. Он лихорадочно пытался выстроить логически свой ответ, но Елена поняла, что может снова ударить в больное место. - По-моему, это ты мне изменил, и я не сделала тебе ничего плохого, а значит, не заслуживаю такого к себе отношения! - Уходи! – резко ответил Клаус, так и не подобрав подходящих слов. - Я не понимаю твоей ненависти! - Ты сейчас меня провоцируешь, Гилберт! Клянусь, я сейчас сам силком вытащу тебя из дома! - Ты – самый настоящий моральный урод! Ломаешь девушек как кукол, изменяешь и играешь в чувства! Знаешь, сколько я отходила? - Мне плевать, - огрызнулся он. - Конечно, тебе плевать! Я рада, что тебя бросила Кэролайн. Тебя бросила и я. И я надеюсь, что и Шеннон бросит тебя! Тиран и деспот, эгоист и бабник! Ты не умеешь любить! - Все сказала? А теперь вон из моего дома! Чтобы и близко к нам не подходила! Елена больше не могла оставаться в доме, как и Клаус больше не мог терпеть ее присутствие. Он залпом выпил из горла бутылки оставшиеся вино. И как только он осушил, бутылка тут же полетела в стену, разбившись вдребезги. Это заставило Елену вернуться обратно. Она не испугалась, скорее, наоборот этот стук придал ей сил и смелости. - Ну так скажи мне, за что ты так меня ненавидишь? Она подошла вплотную, нагло уставившись в его глаза. Рискуя получить удар или нарваться на страшный крик, но эмоции настолько сильно захватили ее, что она нисколько не испугалась. Клаус был несказанно удивлен от ее напора и наглости, решительности и смелости. Он такой ее никогда не видел. В его воспоминаниях она по-прежнему была кроткой, робкой и стеснительной девушкой, которая при каждой ситуации зарывалась в слезы. Сейчас же, сколько бы он не орал и не грубил, она достойно выдерживала каждый удар. - Так за что ты меня ненавидишь? – уверенно повторила она. Клаус больше не мог молчать. Он собрался с духом и тихо произнес: - Ненавижу, потому что ты не моя… Ему хватило всего пару секунд, чтобы вернуть свою холодную голову на место. Меньше всего он хотел выяснять отношения с бывшей девушкой. Даже это признание не вывело его из равновесия. Он снова перешел на грубость и злой агрессивный тон. - А теперь уходи! - Но я… - Пошла вон! Елена больше не стала его провоцировать. Она мечтала лишь коснуться его, но понимала, что он просто ударит ее. Столько в нем кипело ненависти и злости. Она собралась с духом, тяжело выдохнула. Взяла свою сумочку на диване и телефон с журнального столика и поспешно удалилась из гостиной. Клаус не стал даже оглядываться. Голова гудела так, что хотелось просто уснуть и не проснуться. Слишком сложным оказался день. В одно мгновение он лишился компании, испортил окончательно отношения с братом, еще и Елена… Любая встреча с ней заканчивалась тяжелейшим скандалом. Он присел на диван, полностью погрузившись в свои мысли. Один день тяжелее другого… Все шло не по плану, вопреки всем его желаниям.