Не оставляя надежды

Не причитай, не вопи без толку: Ведь, сколько не кричи, не избежать судьбы… Эсхил.

Соби опускает кисточку в банку и взбалтывает разноцветную воду, чуть постукивает по краю, чтобы избавиться от ненужного количества влаги. Обмакнуть в краску, коснуться холста и провести плавную линию – завершенность, изящество, простота. - Со-чан, с тобой что-то происходит. - Кио ходит вокруг Соби и мольберта. - Точно тебе говорю. - Кио, не мешай мне работать, - Соби вновь споласкивает кисть и откладывает в сторону – очередной рисунок практически готов. - А я и не мешаю, - зашуршав оберткой от неизменного леденца, Кио косится на Агацуму. - Просто мне кажется, что что-то изменилось после того, как мы побывали в той странной школе. - Все может быть, - Соби копается в пенале в поисках тонкой кисточки и, найдя нужную, вновь приступает к работе. Еще чуть-чуть - и очередные бабочки стремительно несутся навстречу упоительно-ласковому солнцу. - Это все Рицка, да? - не отстает от друга Кайдо. - Все равно не понимаю, что ты нашел в этом ребенке. - Кто знает, - тянет Боец, выводя светлую ажурную линию вдоль крыла. - И, Кио, тебя это не касается. - Ладно-ладно, молчу, - вздыхает художник, отходя к своему мольберту. Он так и не понял, что тогда произошло. Все эти странные люди, странная атмосфера места, да еще и девушка, что назвалась его сестрой. Кио, в очередной раз вздохнув, отбрасывает ненужные мысли в сторону и берется за художественное перо. А Боец, откинувшись на спинку стула, окидывает оценивающим взглядом картину и улыбается уголком губ. Соби всегда нравилось рисовать – сколько себя помнит, ни дня без какого-нибудь маленького рисунка. Творчество для него подобно воздуху, без которого он может умереть. Не физически, конечно, но душевно. Творчество всегда помогало ему сохранить самого себя. Если Система и Бои для него были попыткой выживания в школе, то искусство было как глоток живой родниковой воды в знойной пустыне. Но сейчас как-то все поменялось, стало не таким, как прежде. После того вечера у Бесконечных Соби заметил, что он чуть иначе стал смотреть на окружающий его мир. Словно научился видеть то, на что не обращал внимания раньше. Пиликнул телефон, отвлекая парня, и он, вытащив его, открывает пришедшее сообщение от Рицки. «Соби, Юико спрашивает, свободен ли ты в субботу, чтобы сходить вместе с нами на прогулку к Токийской башне. Что ей ответить?» - сегодня среда, а вчера Рицка сказал Бойцу не встречать его, так как завтра после обеда он будет занят, на что Соби кивнул, соглашаясь. «Скажи, что я с удовольствием с вами погуляю. И еще, Рицка, если пораньше освободишься, то приходи ко мне. Я приготовлю что-нибудь вкусное», - набрав ответ, Соби наблюдает за его отправкой и только начинает убирать телефон в карман, как вновь начинает играть мелодия. Соби смотрит на дисплей с настороженным любопытством – номер ему незнаком. - Да, Агацума слушает, - выйдя из аудитории и прикрыв за собой дверь, Соби отвечает на звонок. - Здравствуй, Агацума-сан, - в трубке раздался тихий и спокойный голос. - Это Оми Рен. - А, ты, - неслышно вздохнув, говорит Соби, припоминая, что оставлял Бесконечным свой номер. - Ты свободен сегодня вечером? - спрашивает Боец. - Мы хотели отдать тебе билеты на концерт, который будет в воскресенье. - Да, свободен. Концерт? - Соби расслабленно опирается о косяк двери. - Подойдете ко мне? - Да, если ты не против. Ты обещал показать свои картины, - в голосе Рена чувствуется улыбка. - Хорошо, - чуть улыбнувшись, отвечает Соби. - Тогда записывай адрес. Закончив разговор, Соби убирает телефон и спускается вниз, к выходу из университета. Выйдя на улицу, достает сигареты и зажигалку. Прикурив, глубоко затягивается. Он всегда отстраненно относился к Парам и тем более к Бойцам. Может, из-за зависти, в которой он не смел признаться даже самому себе, и тоскливого ожидания, что Рицу все же примет его как своего Бойца. Но каждый раз судьба насмехалась над ним, вручая ложную надежду, и отбирала ее в самый важный момент, давая такой под дых, что вставать вновь уже не имело ни какого смысла. А эта Пара вызвала где-то в глубине души не то смятение, не то непонятную эйфорию и желание быть столь же свободным, как сами близнецы. Эти ощущения раздражали, но в то же время он тянулся к ним, от чего хмурился еще больше, когда замечал их за собой. Сомнение, что оставляет оскомину. Оно всегда изматывает, поглощая в себя все, что представляет из себя человек и разрывает на мелкие кусочки в бесконечной центрифуге собственных желаний, выборов и запретов. Но от этого Бесконечные не стали для него менее загадочными и интересными. А то, что они смогли его заинтересовать, не оставляло никаких сомнений. и Боец думает о том, что Рицке определенно везет с друзьями, хоть сам паренек говорил ему о том, что совсем не умеет дружить. Соби только вздыхает, вновь и вновь пытаясь разобраться в том, что именно тогда произошло. Столь необычная Система у братьев Оми. Соби никогда не сталкивался с подобной Системой, да и Рицу о таком никогда не говорил, но звонить бывшему учителю Боец не имел никакого желания. После всего – не хочет и мимолетно слышать его голоса. «Мама, возможно, ты была права. Меня не тому учили», - он вновь затягивается, чувствуя горечь и вспоминая теплую улыбку Тёко, грустно улыбается уголком губ. - «Только вот бы понять, как это – правильно». Докурив, он бросает взгляд на сизое небо и возвращается обратно в здание. Рицка сидит на мягком диване в кабинете психолога, размышляя, как бы лучше ответить на заданный Кацуко вопрос. - Все в полном порядке. Простите, что так давно не приходил к вам, - Рицка разглядывает полки с книгами. - Было много дел. Поэтому я не мог прийти. - Вот как… - Кацуко улыбается и мягко просит: - Рицка-кун, расскажи, как ты чувствовал себя все то время, что не приходил ко мне? - Как? - Рицка переводит задумчивый взгляд на женщину, а затем на окно. - Если честно, то я не сильно задумывался об этом, - паренек пожимает плечами и прикрывает глаза. - Сенсей, скажите, возможно ли понять причину обмана близкого тебе человека? - Тебя кто-то обманул, Рицка-кун? - Кацуко внимательно смотрит на брюнета. - Нет, - Рицка качает головой, стараясь взять под полный контроль свой голос, чтобы он не дрогнул. - Просто мне интересна суть лжи. Почему люди лгут? Для чего они это делают? - Интересный вопрос, Рицка-кун, - Кацуко ставит локоть на колено и опирается подбородком о ладонь. - Ложью многие пытаются скрыть свои недостатки, пороки или же намеренно скрывают что-то, чтобы не причинить боль любимому человеку. - Но если человек все равно рано или поздно узнает, то зачем? - Рицка чуть слышно вздыхает. Не понимает, отчего все так сложно, но силится разобраться. - Возможно, на то есть свои причины. Может, для того, чтобы боль не была столь сильной. Или же было что-то, из-за чего человек не мог поступить иначе. - Боль… - Рицка приподымает ресницы и вновь смотрит в окно. - Боль… Она ведь все равно будет. Только вот ото лжи будет больнее. - Рицка-кун, не забывай о том, что боль указывает нам, что мы делаем что-то неправильно в своей жизни. - Или же пытаемся убежать от той правды, что скрывается под болью, - Рицка замолкает, осознавая собственные слова. Мысли бегут, спотыкаясь друг о друга, но он все никак не может ухватить ту суть слов, которая мельтешит перед ним, но в руки не дается. «Как та бабочка…» - это сравнение заставляет Рицку улыбнуться уголком губ и вспомнить о Бойце. - «Соби…» И Сеймей, и Соби – оба лгали ему. Обманывали его. Оба причинили ему боль. Рицка вновь вздыхает, думая о них. Что бы они ни сделали и как бы ни поступали, он все равно их прощает. Ведь прощать - для него равноценно доверию, вере человеку. Точно так же прощает и собственную мать. Он не может их не простить. Потому что это мама. И Сеймей. И Соби. Потому что, как ему кажется, он причина всему. Всей той боли, что они испытывают. И как бы он ни хотел – этого не изменить. - Ты прав, Рицка-кун, мы все стараемся убежать от правды в иллюзии, которые создаем сами для себя, - голос психолога выводит Рицку из раздумий. - Иллюзии? - он с недоумением смотрит на женщину. - Да. Ведь мы что-то принимаем или не принимаем из-за нашего восприятия реальности. Но наша реальность в основном основана на иллюзиях и домыслах. И когда они начинают рушиться, нам становится нестерпимо больно, - Кацуко встает со своего места и подходит к окну. - И если мы не отпустим их и не осознаем настоящую реальность, то так и не узнаем настоящей жизни. Рицка задумчиво слушает врача, едва слышно вздыхая. Настоящая жизнь? Но знает ли он жизнь вообще? Знает, конечно, но только последние несколько лет. И это не приносит такого необходимого облегчения. Не дает ответов на вопросы. Не ограждает от боли, ноющей, дикой, глубокой. От которой сам же всегда и бежит. Возможно, если бы он помнил жизнь «того» Рицки, то и не было бы боли. Ни для мамы, ни для Сеймея, ни для Соби, ни для него самого. Придя домой к Бойцу, Рицка с удивлением оглядывает переругивающуюся компанию из Бесконечных и Зеро. - О, Рицка! - Рей оглядывается и машет ему рукой. - Привет! - Привет всем, - кивает Рицка, стаскивая с себя куртку, и вопросительно смотрит на Соби, что закрыл дверь и в ожидании стоит рядом. Боец улыбается ему в ответ и качает головой, как бы говоря, что на все вопросы Рицки ответит потом. Паренек кивает Бойцу, показывая, что и так понял, и идет мыть руки. - Как дела? - интересуется Рей, когда Рицка присаживается за стол и берет в руки палочки. - Все хорошо, - слегка улыбнувшись, отвечает он. Пареньку было тепло от того, что Соби и Бесконечные так быстро нашли общий язык. Он знает, что у его Бойца есть друг, но еще парочка ему точно не помешает. - А вы как? - проглотив кусочек тунца, спрашивает Рицка Жертву. - Да нормально. Вот в гости пришли и принесли билеты на воскресный концерт, - Рей заправляет за ухо выбившуюся прядку и отпивает сок из стакана. - Придете? - Ммм… Концерт? - Рицка сморит на Рея и чуть хмурится. - Опять реветь буду. - Не будешь. Обещаю, - смеется в ответ златоглазый. - Рицка, скажи, ты их где нашел? - раздается возле уха шепот Йоджи, незаметно оказавшегося около парнишки и присевшего рядом. - Они странные. - Знаю, - кивает Рицка, откладывая палочки в сторону. - Вы тоже были для меня странными, когда я вас впервые увидел. - Рицка… Мы и они – не одно и то же, - Зеро нахмурено смотрит в сторону Бойцов, что стоят около картин и что-то обсуждают. - Йоджи, давай поговорим об этом немного позже, хорошо? - Рицка, чуть слышно вздохнув, тянется за кружкой с душистым чаем. Под конец вечера Зеро демонстративно резались в игрушку, а Рицка дремал, прижавшись к теплому боку Соби; Бесконечные же, поблагодарив за приятный вечер, засобирались домой. Распрощавшись со всеми, парни направляются в сторону дома. - А эти Зеро такие забавные, - глядя на звезды, нарушает ночную тишину Рен. - Угу, я даже и не понял сначала, что произошло, - чуть слышно отвечает Рей своему близнецу, беря его за руку, и едва заметно вздрагивает от не очень приятных воспоминаний о Системе Зеро и чуть не состоявшемся Бое. - Никогда не думал, что Систему используют вот так. - Я тоже не думал. - Боец аккуратно освобождает руку, чтобы в следующую секунду обнять брата за плечи. - Но всем нам приходится сталкиваться с чем-то неизведанным. - Рен… - Жертва легонько улыбается, прикрыв глаза. - Ммм? - Боец останавливается и поворачивается к своей Паре. - Рей, - тихо зовет его, приподымая ладонью опустившуюся голову. - Что с тобой? Золотистый взгляд смотрит в сторону, а с губ слетает едва слышный вздох. - Ничего. Пойдем домой. - Жертва делает шаг назад. Высвобождаясь из объятий. - Рей… - парень останавливает брата, хватая его за плечи, и вновь притягивает к себе. - Не молчи. - Да правда. Ничего такого. - Но в противоречие своим словам Рей вцепляется пальцами в куртку брата и всхлипывает. - Вот когда ты так говоришь, я с уверенностью могу сказать, что что-то произошло, - Рен аккуратно стирает выступившие слезы с белоснежных ресниц. - Просто я испугался… - Рей не смотрит на брата, но тянется за лаской. - Испугался, что потеряю тебя… - Глупенький, - теплые губы касаются дрогнувших губ Рея. - Как я могу оставить тебя, когда мы не можем жить друг без друга? - Прости… - едва слышный вздох и вновь пьянящая встреча губ, утопающая в нежности поцелуя. На следующий день Йоджи и Нацуо после нескольких уроков уходят с занятий из-за звонка Нагисы. Жертва Зеро все еще не примирился с тем фактом, что теперь с Бесконечными они будут видеться довольно часто. Потому что это друзья Рицки. А Рицка для Зеро – тоже друг. Первый настоящий друг. Йоджи отчего-то раздражен и расстроен, но довольно холодно соглашается приглядеться к близнецам и познакомиться с ними не как с Парой, а просто, как с людьми. Прозвеневший звонок на урок прерывает разговор Рицки с Зеро и те, покидав учебники и тетрадки в сумки, уходят на очередной «урок от Нагисы-сенсей», как назвал это Нацуо. - Итак, ребята, все рассаживаемся по местам, - просит Хитоми учеников. - И потише, пожалуйста. Рицка усаживается за свою парту и бросает мимолетный взгляд на учителя, а затем на книгу о Системе. Еще раз взглянув на Шинономе, Рицка открывает книгу и углубляется в чтение. Для него это знание важнее обычного. Читая, он не замечает, как пролетает время, и уже скоро закончатся занятия. От книги его отрывает тихий звон в ушах. Не дочитав предложения, Рицка останавливает взгляд, скользящий по иероглифам. Он чувствует присутствие Пары, как тогда, с девушками Зеро. Но сейчас загрузка неизвестной Системы ощущается так, словно вокруг все заледенело. Он медленно вскидывает ресницы, окидывая осторожным взглядом кабинет, и ошарашенно смотрит на Нисея, что стоит в дверном проеме. - Молодой человек, что вы себе позволяете? - Хитоми тоже смотрит на Бойца. - Если вы пришли за кем-то из учеников, то занятия еще не закончились. Поэтому прошу вас покинуть кабинет. - Как это мило с вашей стороны, - улыбнувшись, отвечает Нисей. - Но вас это никоим образом не касается. - Что? Да как… Да как вы смеете?! Рицка, закрыв книгу под пристальным взглядом Акаме, встает со своего места, замечая, как весь класс оглядывается на него. - Аояги-кун, это к тебе пришли? - Хитоми с подозрением смотрит на Нисея и с беспокойством на Рицку. - Можно и так сказать, - кивает Рицка, но не двигается, оставаясь стоять за партой. - Зачем ты тут? Акаме только ухмыляется и отходит в сторону. Рицка хмурится, видя, как из-за спины Бойца появляется силуэт, и Рицка знает, чей именно. Он не сомневается. Только от этого понимания не становится легче. По всему кабинету волной пронесся вздох ужаса, так как многие видели то сообщение о смерти Рицкиного брата. - Рицка, ты не рад меня видеть? - Сеймей, улыбнувшись уголком губ, пристально смотрит в глаза Рицки. - Сеймей… - Рицке неуютно под этим взглядом. Он обжигает, подчиняет себе, покушаясь на что-то столь бесценное, что у него есть. У Рицки перехватывает дыхание от этого ощущения. Он никогда не боялся брата. Он любил его. И любит. Но сейчас он впервые ощутил тревогу, находясь рядом с ним. И от этого ощущения становится невыносимо больно. - Рад, - Рицка улыбается в ответ, пытаясь унять гулко бьющееся сердце. - Конечно же, рад. Как ты мог подумать такое? Разве я не говорил тебе об этом еще в Гоуре? - Как ты? - голос Возлюбленного струится подобно бархату – столь же тяжел и мягок. - Как поживает Соби? Он вернулся к тебе, как я ему и сказал? - Сеймей… - Рицка прикрывает глаза, силясь справиться с нахлынувшей на него усталостью. - Зачем? Я не понимаю. - Ты все понимаешь, Рицка. - Сеймей медленным шагом подходит к брату. - Я хотел увидеть тебя, а ты сердишься. По всему кабинету разлилась густая, вязкая тишина, и слышно только дыхание, немного судорожное и надрывное. - Я не сержусь, - качает головой Рицка, вздыхая и стараясь успокоиться. Ведь это его брат. Любимый старший брат. Которого он так хотел вернуть домой. - Я просто не понимаю, зачем все это… Я думал, что ты вернешься домой. И маме станет легче. - Ты любишь меня, Рицка? Ты действительно любишь меня? - Сеймей протягивает руку и касается плеча паренька. - Ответь мне, Рицка. - Сеймей… - Рицка перехватывает его запястье и шепчет: - Ты же знаешь, что – да. Так зачем же спрашиваешь? - Зачем? А зачем ты хочешь, чтобы я вернулся, Рицка? - Сеймей, чуть прищурившись, смотрит на брата. - Как зачем? Ведь мама так хочет, чтобы ты вернулся. И я хочу. - Как эгоистично, Рицка, - качает головой Сеймей. Прикрывая глаза. - Ты забыл кое-что. - Что же я забыл? - вскидывает голову Рицка и в упор смотрит на Возлюбленного. - Спросить, хочу ли я возвращаться. - Сеймей резко открывает глаза и захватывает в плен взгляд Рицки, будто заглядывает в саму душу и видит насквозь. - Когда любят, всегда интересуются тем, чего желает любимый человек. - А ты… - слова не идут, и грудь стягивает стальной обруч, не давая вздохнуть. - Не хочешь? - Ты прав, Рицка, - Сеймей улыбается и вновь прикрывает глаза, давая на секунду долгожданную свободу. - Я не хочу. Рицка молчит, опустив голову, и его ладонь медленно разжимается, освобождая из захвата запястье Сеймея. - Почему? - тихо-тихо, без надежды услышать ответ. - Сеймей, почему? - Помнишь, я как-то говорил тебе о том, что не могу сказать тебе то, что является тайной? - Сеймей на долю секунды касается руки брата и тут же отходит от него, поворачиваясь спиной к Рицке. - И не стоит узнавать ту тайну, как бы этого не хотелось. - Я помню… - Так вот, Рицка, - Сеймей оглядывается через плечо и кидает задумчивый взгляд на Рицку. - Ты действительно хочешь знать? - Сеймей… - Я отвечу тебе, - голос столь будничный, как будто они обсуждают давно прошедшие новости о погоде. - Сеймей… - Мне больно. - Сеймей… - Мне очень больно, Рицка. - Сеймей не смотрит на брата, его взор обращен на чистое небо за стеклом окна. Ладони Рицки сжимаются в кулаки, а затем разжимаются. Все понятно, но от требуемого ответа легче не становится и Рицка чувствует тянущую тоску и горечь от той правды, которую он услышал из уст любимого старшего брата. - Рицка, ты так и не ответил, - Сеймей вновь поворачивается и смотрит на Рицку. - Как поживает мой Соби? - Сеймей… - Позови его. Я хочу его видеть. Ну же Рицка, сделай для меня приятное. - Я… Я не могу… - Рицка противится этому голосу, что так обволакивает его, заставляя послушаться. «Я не могу позволить, чтобы Соби вновь было больно… Что же мне делать? Соби…» - Можешь, конечно же, ты можешь, Рицка. - Рицка! - теплые руки обхватывают в нежном объятии, притягивая его к телу Бойца. - Что здесь происходит? Рицка вжимается в Соби, чувствуя, как его покидает ощущение безысходности и становится легче дышать. Он глубоко вздыхает, но глаз так и не открывает, только слушает. Хоть и стало легче, боль, что коготочками рвет сердце на части, никуда не делась. - Соби, я пришел, чтобы забрать тебя. - Сеймей протягивает парню руку. - Ты мне нужен, Соби. Пожалуйста, пойдем со мной. - Сеймей, мой ответ остается все тем же, - Соби старается подавить в себе волну раздражения, оставаясь внешне спокойным и безразличным. - Соби, я же прошу тебя – пожалуйста. - Сеймей терпелив, он все еще ждет нужного для него ответа, и рука все так же протянута в сторону Соби. - Сеймей, скажи мне, зачем ты так поступаешь с Рицкой? Ведь он же твой брат. - Соби, ты все еще мой Боец и я тебя не отпускал. Ты ушел самовольно. Я пришел за тобой вновь. Я обращаюсь к тебе с просьбой, но ты снова своевольничаешь, - качает головой Сеймей. - И требуешь от меня ответа. Ты удивляешь меня все больше и больше. Соби молчаливо наблюдает за Возлюбленным, пережидая, когда тому надоест высказываться, и он уйдет. - Ты же говорил, что судьба Рицки тебе безразлична и что я вижу теперь? - Сеймей улыбается, в упор смотря на Нелюбимых. - Ммм, Соби? - Не имеет значения, - качает головой Боец, крепче прижимая к себе молчаливого Рицку. Он должен выдержать этот поединок. Ради Рицки, ради самого себя. Он не может проиграть. - Имеет, Соби, - усмехается Сеймей. - Потому что ты – мой Боец. - Ты неисправим, - Соби бросает хмурый взгляд на Возлюбленного. - Зачем ты причиняешь боль Рицке? Ведь он любит тебя. - Конечно, любит, не тебя же ему любить. Но ты забываешься. На тебе - Мое Имя. И поэтому я приказываю тебе… - слова Сеймея вдруг превращаются в тихий неразборчивый шепот, что заструился по венам холодеющим ядом безоговорочного подчинения. И последнее, что Соби помнит – свою вскинутую руку, расширившиеся в немом испуге фиалковые глаза Рицки, и свой тихий голос: - Прости…