Больная влюблённость. Последняя попытка

      Вся следующая неделя прошла максимально спокойно. Я продолжила посещать пары. Периодически мы с Соней заглядывали в кафе, что располагалось неподалёку от нашего нынешнего места учёбы. Всё прочее свободное время я уделяла повторению конспектов. Компанию мне составляли: чёрный кот Тимоша, чашка кофе, пачка сигарет и аудиозаписи во вконтакте. Происходящее настолько спокойно и нормально, что даже вызывает подозрения. Чёртова паранойя.       Хотя, нет. Всё же кое о чём я забыла упомянуть. Пару раз за всё это время мне приходили пропущенные звонки от Саши. Перезванивать я опять же не собиралась. В какой-то момент даже проскочила мысль, оборвать с ней любые контакты, дабы окончательно перестать иметь что-либо общее с семьёй Карновски. Не тут-то было… Буквально час назад мне и самой пришлось набрать номер Ирины. В буквальном смысле пришлось. А дело было в том, что одна из моих бывших завучек попала в больницу в тяжёлом состоянии и с ужасными травмами, предполагается нападение в подъезде с целью ограбления. Данная ситуация очень активно обсуждалась в беседе нашего выпуска. По итогу, ребята решили поехать и навестить её. Так сказать, проявить внимание, показать неравнодушие. Я в принципе не была против, всё равно родители постоянно привозят мне хренову кучу фруктов, которую и девать-то некуда. Пойдут на благое дело. Но положение было подпорчено тем, что господа бывшие одноклассники решили приобщить к этому всему некоторых педагогов. В их числе, разумеется, оказалась Ирина, позвонить которой, по какому-то невероятному закону подлости, было поручено мне. Что я и сделала. Ну как… услышала первый гудок и сбросила. Решила, если она сама перезвонит, так окей. Найду в себе силы и возьму трубку, а нет… ну вы уже поняли. По всей видимости, до женщины либо не дошёл мой звонок, либо она просто решила, что я ошиблась номером. Она так и не дала о себе знать. Ну и пусть. Скажу всем, будто просто не смогла дозвониться. Тоже мне проблема.       Но зато я смогла дозвониться до Карины. Забавно, а ведь я так и не сумела выбросить из головы ту встречу в магазине. И на мою великую радость, мы уже договорились о новой. Сегодня вечером я вновь её увижу и даже смогу с ней нормально поговорить. Интересно, покажется ли она мне столь же привлекательной, как и неделю назад? ***       Я стояла на аллее, опустив глаза в телефон. Моя знакомая явно опаздывала. В какой-то момент даже хотелось развернуться и направиться к дому, но тут я почувствовала тёплую руку на своём плече. — Привет. Первым, что бросилось в глаза, были рыжие волосы. Этого я уж точно не ожидала, поэтому первые несколько секунд даже забыла поздороваться в ответ. Просто стояла и разглядывала эти самые волосы, которые ещё неделю назад имели совершенно другой оттенок. Цвет не был очень ярким. Должно быть она не осветлялась, а красила сразу на свою базу. Так что эффекта «вырви глаз» не присутствовало. Но мне это даже нравилось. — Ой… привет. Извини, я просто… — Удивилась? Или подумала, что я уже не приду? — Удивилась, — улыбнулась я, — но тебе идёт. — Спасибо. Хотелось чего-то кардинального, но пока вот так. Я понимала, что надо бы как-то отреагировать, но нужные слова не приходили. Мы лишь неловко переглянулись. — Нуууу, пошли? — Наконец, предложила Карина. — Пойдём.       Шли мы медленно. Вначале по аллее, а потом уже и вышли ко дворам. Говорили о школе, а позже разговор перешёл на рассказы о нынешней жизни. Карина много шутила, чего я опять же не ожидала от неё. Порой мне было трудно понять, когда она шутит, а когда говорит серьёзно. Позже выяснилось, что сарказм это её стихия, а говорить с ним — абсолютно нормальное состояние. Больше всего она его использовала, когда мы обсуждали профессию журналиста. — Ну вот как-то так, — закончила я рассказ о своём поступлении, — а на какую специальность ты учишься? — Пока не на какую. — Опять шутишь? — на всякий случай спросила я. — Нет. Просто я ещё не знаю, кем хочу быть. Да и торопиться мне особо некуда. Сейчас занимаюсь тем, что бегаю по репетиторам и обустраиваюсь на съёмной квартире. — Тоже неплохо, — не наигранно ответила, — по-моему, в шестом классе ты ещё и активно занималась различными видами спорта? — Да, я и сейчас чемпион мира по плеванию в потолок. Я смеялась уже даже не от самих шуток, а просто потому что было хорошее настроение. С Кариной мне было приятно и… как-то легко. Мы продолжали бродить по различным дворам, пока не забрели в один, как мне тогда казалось, самый обычный. — Давай уйдём отсюда, — девушка резко изменилась в лице. От её жизнерадостности ни осталось и следа. — Ну, хорошо… Я ответила после того, как собеседница уже развернулась и сделала пару шагов. Для меня не было принципиально важным находиться здесь, но всё же вопрос, что же в этот дворе её не устроило, оставался. Вскоре, я кое о чём вспомнила. — Кстати, — вновь обратилась я, — в этом же доме живёт наша бывшая завучка? Елена… Константиновна, кажется? — Угу, — равнодушно кивнула, идя со скрещёнными на груди руками. — Ты уже знаешь о том, что с ней произошло? — Да, слышала… — столь же равнодушно ответила девушка, но после добавила. — Это ужасно. По идее, её последние слова были вполне адекватной реакцией, но слышалась в них какая-то фальш. Искренности здесь явно не было. Я поняла, что Карина не особо переживает за завуча, но всё же решила добавить: — Мы с бывшими одноклассниками собирались навестить её в больнице. Ты как, не хочешь присоединиться? — Нет. Некоторое время мы шли молча. Неловкость ситуации так и летала вокруг нас. Я уже перестала думать, о реакциях и ответах девушки, просто хотелось вырваться из этой атмосферы. Я взглянула на небо и увидела внушительную тучу, нависшую над нами. — Кажись, скоро ливанёт. После этих слов, Карина подняла голову и несколько мгновений с задумчивым видом разглядывала остатки тусклых солнечных лучей, а после, уже столь же весёлым голосом, что и в начале встречи, спросила: — Ты далеко живёшь? — Минут десять, если спокойным шагом. — К тебе? ***       Чтобы избавиться от ботинок мне понадобилось больше времени, нежели девушке, и когда я только-только сбрасывала расшнурованную обувь с ног, Карина уже бродила по моему залу и заинтересованно изучала его. Не очень люблю, когда у меня в квартире вот так вот расхаживают, но её увлечённые глаза уж слишком умиляли. Мне нравилось смотреть, как она по-детски удивлялась каждой фотографии, стоящей в рамке на стеллаже и каждой картине, написанной мною, когда становилось уж совсем тошно. Я не стеснялась вешать их на стены, ведь в моём доме редко бывают малознакомые люди, предполагалось, что они будут спрятаны от посторонних глаз. — А как эта называется? — не боясь показаться невежливой, она показывала пальцем на очередную мазню. — Эта? — я посмотрела на рисунок, что раньше был портретом женщины со светлыми не очень длинными волосами. Все мои друзья сразу же видели в ней Ирину Викторовну, так что в последствии лицо было решено замазать, а на его месте изобразить ночное небо. — Да, вроде, никак. И вообще её давно пора было снять. — Зачем? Мне она больше всех нравится. — Серьёзно? — я с недоумением скривила лицо, будто сказанное казалось мне полным бредом. — Да. — Карина резко повернулась ко мне. Я и не замечала, насколько маленький промежуток нас разделяет. — Оставь её. — Ну, я ещё подумаю. От столь пристального взгляда девушки мне становилось не по себе. Я развернулась и быстрыми шагами направилась в сторону кухни. На самом деле зал и кухня у меня были практически совмещёнными, разделяла их лишь одна барная стойка, так что гостья могла так же хорошо меня слышать. — Чай, кофе? — Потанцуем? — с улыбкой добавила она. — Пиво, водка, полежим… — пробубнила я себе под нос. Надеюсь, Карина этого не услышала. Всё же отсутствие постоянной женщины в моей жизни давало о себе знать. Я заварила нам обеим по кружке зелёного чая и мы мирно расположились по разные стороны барной стойки. — Ты меня извини, если что, — вдруг вставила девушка посреди ничего не предвещающего диалога. — Смею поинтересоваться, за что же я должна тебя извинить? — искренне не понимала я. — Я слегка странно повела себя, когда мы гуляли, незадолго до того как начался дождь. — О господи, да я и не обратила внимания на это, — соврала. — Просто… я, наверное, кажусь тебе совершенно беззаботной глупой девкой, — я уже было хотела начать отрицательно качать головой, как она продолжила, — но и у меня есть всё то самоё сокровенное, чем мне иногда хочется поделиться с кем-то. Открыться, без страха быть осуждённой, понимаешь? — Понимаю, — честно ответила я, — если ты так хочешь, то что тебе мешает сделать это прямо сейчас? Тут я поняла, что зря начала наседать. Девушка тяжело вздохнула. — Всё это не так просто, как тебе могло показаться и… — она нервно перебирала в руках стакан с оставшимся на дне уже остывшим чаем. — И вряд ли вообще стоило затевать этот… — на данных словах стакан выпал из её слегка подрагивающих тонких рук. С десяток небольших осколков с треском разлетелись по полу, а вместе с ними и гремящая алюминиевая ложка. Карина от неожиданности спрыгнула со стула, чудом не наступив ногами на осколки. После, осознав, что вообще произошло, кинулась их собирать сидя на коленях. Я так же не сразу поняла, что случилось, но как только в голове более-менее сложились мысли, так же покинула своё место, оббежала барную стойку и поспешила помогать девушке. — Извини. Извини, пожалуйста, — говорила она, пытаясь сгрести остатки посуды в одну кучу. — Если надо, я могу купить такую же. — Умоляю, не неси бред. Сама-то не обожглась, не поранилась? — Вроде, нет, — ответила она, даже не взглянув на собственные ладони. — Дай посмотрю. Я взяла обе руки девушки в свои и поднесла их по ближе к лицу, дабы получше рассмотреть. Убедившись, что всё в порядке, я опустила их и уже было хотела начать отпускать, но почувствовала, как они слегка подрагивают и это явно было уже не от испуга. Осознание того, что на девушку так подействовало моё прикосновение, вызывало странное, но приятное удовлетворение. — Ты действительно такая добрая или притворяешься? — тихо, но чуть насмешливо спросила Карина. — Когда как, — я пожала плечами. Наши руки до сих пор были соединены, и похоже рыжеволосую это нисколько не смущало. Я лишь на секунду отвела о неё взгляд, дабы посмотреть в окно, а за ним был закат. Одну из рук мне всё же пришлось отпустить, но лишь для того, чтобы провести ей по волосам своей гостьи. — Чёрт… при таком освещении с новым цветом тебе идёт ещё больше. Если у меня… — Ты всегда так долго тянешь перед тем, как поцеловать девушку? Должно быть, в тот момент моё лицо было ошарашенным таким вопросом, а она всего лишь хихикнула, будто ничуть не сомневалась в своей правоте. Всё вокруг загоняло меня в угол, и я из последних сил пыталась придумать достойный ответ, чтобы хоть немного вырваться из него. — Ну… на самом деле… Я зря придумывала ответ, ведь он всё равно был прерван. Карина с улыбкой закатила глаза, а после поддалась вперёд и одним быстрым движением настигла мои губы. Я сразу почувствовала сладкий вкус клубничного блеска, что придавал поцелую особый шарм. Он был нежным, при том и страстным тоже, наполненным знакомой нежностью, по которой я так успела истосковаться, хоть и не продлился недолго. Рыжеволосая отстранилась от меня буквально на несколько сантиметров, и я увидела её вопросительный взгляд, после чего робко и коротко кивнула. Поцелуй продолжился. Мы отодвинулись подальше от осколков, и я спокойно смогла положить девушку на пол, ещё какое-то время продолжая изучать её мягкие губы, а после перешла на подбородок, шею и ключицы. Я старалась быть максимально нежной и не торопиться, дабы не напугать Карину, но её похоже это только забавляло. Она решила взять инициативу в свои руки. Одним чётким движением она поменяла нас местами и уже сидела на уровне моих бедренных косточек, а руки её блуждали от моих ключиц до груди и обратно. Она небрежно сняла с себя чёрную майку и зашвырнула в один из дальних углов комнаты. Теперь уже мои руки совершали прогулки от её груди до тонкой кукольной талии. Она помогла и мне избавиться от майки, а после чего продолжила уже более горячий поцелуй. Спустя некоторое время мы переместились на кровать в моей спальне, где было уже настолько плохое освещение, что я могла понять, какое на девушке бельё, лишь на ощупь. Не потребовалось много времени, чтобы остаться и без него. Мне нравилось чувствовать её тело на своём. Её молодую тяжело дышащую грудь, и как пальцы игриво пробегают по животу. Чёрт, почему я теряю рассудок от этого? Позже эти же самые пальцы сделали своё дело. Юная девушка уже мирно спала, положив руку мне на талию, а голову на плечо. Я же ещё около получаса не могла заснуть. Всегда трудно заснуть, когда остались нерешённые вопросы. Правильно ли то, что произошло сегодня? Должны ли мы были это делать? А самое главное, что же теперь изменится? Хах, как любила говорить Скарлет О′Хара из романа «Унесённые ветром» — Я подумаю об этом завтра. Пусть этот день запомнится хорошо, как день когда мне удалось забыться. — Спокойной ночи, прекрасная спасительница, — посмотрела я на спящую любовницу, — кем бы ты в итоге не оказалась.