Носки любви

От лица Ильи Садизм, безумный садизм растёт во мне, я скоро не смогу это контролировать. Я знаю, что это ненормально, но я не могу контролировать свои мысли. Я каждый день, во время классического соития, вижу гинекологическое кресло и раскрытые половые губы вагинальным зеркалом, сотни игл на столике анестезиолога, готовые воткнуться в невинную нежную плоть. У меня прямо слюнки текли от одной мысли. Всё! Это конец! Я выбираю жертву. От лица Даши Вечер Одинокий экран компьютера освещал комнату, озаряя мой лик очередной японской, переведенной криворукими пиратами, визуальной новеллой. — Нет, братик, не суй в меня свой кулак!!! — должна была кричать миловидная Мегуми тян, хотя это был явно студент Вася из подвала студенческого общежития. — … Нет и не ногу! — Какая скука… — протянула Даша, наблюдая за экраном замутненным от размышлений взглядом. Вдруг, колонки замолкли и погрузили комнату в пищащую тишину. Именно в этот момент, по всем заповедям фильмов ужасов, как гром с ясного неба на телефон упало сообщение, разорвав недавно пришедшую тишину на части звуковым сигналом. Это был Илья. Привет Привет Как дела, как личностные отношения с контингентом нашего класса? Одни носки в голове. Ясно, а я тут хотел пригласить парочку человек из нашего класса на встречу… Чая попить, фильм посмотреть. Недавно вышла новая часть «Гормонные войны», надеюсь, они не будут опять с копрофилией баловаться, я чуть не сблевал в прошлый раз… Да уж… Там фекалии не только из-за копрофилии… Ок. Тогда в школе поговорим. Я подумала, что это был знак того, что нужно ложиться спать. Выключив компьютер, я взяла телефон и легла в кровать, сделав из себя, одеяла и подушки аппетитный ролл. Дальше должна была быть профилактическая мастурбация, но, чтобы не нарушать правила, мать начала от меня прятать все носки в доме. Ок, материалы для этого процесса, которые мне дали, целиком и полностью состояли из фотографий голых мужчин, накачанных, обмазанных чем-то блестящим и с жилистыми членами до колен. Со скукой отбросив эти фото я зашла в интернет. Это был хентай. --- Выглядящий на 30 — 35, обрюзгший мужик подошёл к связанной и подвешенной девушке, которая была явно недовольна этой встрече. Он, хитро усмехаясь, снял шорты. Из области паха начал набухать огромный хер. Его толщина была больше, чем у головы девушки. Она закричала и начала сильно ворочаться в своих путах, пока он обходил её. Слёзы потекли из глаз девушки, она умоляла про пощаду, так как понимала, что если он в неё войдёт — она не выживет. Но он был непреклонен, как и его член… Секунду спустя его головка начала давить на влагалище. Он даже не начал входить. "Узкая пизда, но ничего.» — прозвучало из его отвратительного рта. Он начал делать быстрые поршнеподобные движения, каждый раз увеличивая силу удара… Крики бились об стены комнаты, но он в конце концов вошёл. Прозвучал жуткий треск, потекла кровь, крики начали захлебываться. Быстрые движения не останавливались, всё больше и больше разрывая матку. Уже через минуту такого секса был разорван маточный канал и наступила смерть от кровопотери. --- Достаточно раззадорив фантазию, я занялась физическим удовлетворением. Начиная с обычного потирания головки клитора, пальцы плавно скользнули под половые губы и с каждым касанием приносили всё больше удовольствия и смазки. Чем дольше происходила дрочка, тем глубже начала заходить рука и к концу этого процесса это было уже сложно отличить от жёсткого фистинга. Окропляя руку соками любви влагалище начало резко пульсировать — наслаждение достигло своего пика в горячем оргазме. Внезапно усталость накатила на меня и одно приятное чувство передало меня другому, крепкому сну. Утро •_• Сон уходил неохотно, продолжая ласкать меня своими усыпляющими щупальцами, но — ничто не вечно. Меня разбудил звонок будильника, которого не было, когда я ложилась спать, видимо, мама оставила его перед уходом на работу. Встав и нажав на имитацию женских молочных желез над будильником, я пошла в ванную, чтобы принять душ. Капли начали стекать по дуге моей оголённой груди, будто в замедленной съёмке падая с сосков; рот открылся в удовольствии, желая проронить пару слов, которые безвыходно застряли в горле. Но гладкий живот и бритый лобок каплям воды был не так интересен — медленная съёмка закончилась и слова вылетели из горла. Бля… Халат немного покалывал обмякшую под водой кожу, но это было даже приятно, будто тебя несколько человек вытирают несколькими полотенцами. На кухне я на ходу схватила пару бутербродов, быстро оделась и, чуть не забыв взять рюкзак, в предвкушении чего-то большого, пошла в школу. В метро произошёл очень интересный эпизод: Молодая подтянутая девушка на высоких каблуках, в мини юбке, шерстяной безрукавке и в чёрных лосинах. Её формам могла позавидовать любая модель, так ещё и безупречный макияж будто завершал образ, делая его практически идеальным. Я сидела сразу справа от входа в вагон, эта девушка стояла слева от меня, напротив выхода. Вдруг, сзади к этой девушке подошёл странного вида мужчина. Он был низкий, ниже её, в обшарпанном кожаном пальто, потёртых джинсах. Его тело плотно облегал полосатый бело-синий гольф, потемневший от времени и частого использования. На его противно загоревшем с сильной щетиной лице растянулась хитрая ухмылка, показывая кривой жёлтый оскал. Он резким движением руки схватил девушку за правую ягодицу. Жертва в удивлении слегка приоткрыла рот, стараясь, не поворачивая голову, периферическим зрением заметить виновника этого. Но уже спустя секунду, не растерявшись, потерпевшая внезапно повернулась на каблуке и схватилась за паховую область обидчика. Это явно обескуражило мужчину, но не заставило отступить. Они продолжили так обжиматься и я бы до сих пор за этим наблюдала, если бы не моя остановка. Школа серела на глазах, заполняя моё сердце грустью...А, нет, это я просто проголодалась. Уже на подходе ко входу в школу, я заметила странную картину: из окна второго этажа, нашего класса, выглядывала мальчишечья задница с фаллосом, диаметром примерно 3 см, в анальном отверстии. — Проспорил, наверное. — сказала я себе под нос. Когда я зашла, в классе уже никого не было, а из туалета доносились классические стоны. На стуле одной из моих одноклассниц был прикреплен маленький дилдо, размером с мизинец, с надписью: «Твоё будущее». Смешно.

***

Ко второму уроку почти все пришли, но Ильи всё ещё не было. Видимо, он планирует что-то действительно масштабное. Учитывая, что у нас впереди два выходных… Во время учебного дня я решила узнать, кто ещё идёт. Из наших там будет Миша, Рома (Оу…'^'), Я и Мика (новенькая, приехала по обмену из Японии).

***

Время текло очень медленно, каждый шаг минутной стрелки на часах давался с большим трудом. Эротическая литература и гормональная химия уже так не интересовала, когда сама это исследовала. И вот, он, последний звонок — все дети начали хватать рюкзаки и выбегать из класса и только мы, четверо, остались ждать. Минута, десять… И вот, к нам подходит курьер, держа в руке письмо с красной печатью. — Блин, неужели он даже встретить нас не удосужился! — раздосадованно сказала Мика. А то, что он курьером прислал письмо с настоящей печатью тебя вообще не волнует? — подумала я про себя. — Ок, что там? — спросил Рома и, выхватив из рук курьера письмо и разорвав его, начал читать. — Чё-то вообще ничё не понятно. Я взглянула в письмо: Красивый, каллиграфический почерк удивил меня, так как Илья таким никогда не обладал. А в конце, в правом углу было написано печатными буквами:

Для Ромы Адрес: Улица Пушкина, дом Колотушкина, квартира вампира…

Туда мы и поехали, как мы потом поймём — безрассудно. Мы решили вызвать такси, чтобы не рисковать, беря во внимание происшествие в метро, и спокойно добраться до места назначения. Таксист был приятный немолодой мужчина в самом расцвете сил. Думаю, не будь он в машине, приготовил бы нам чай. Я показала ему адрес и он добродушно пригласил нас садиться. Я, Мика и Миша разместились на заднем сиденье машины, а Рома сидел возле водителя. Машина медленно сдвинулась с места, не пропуская ни одной калбомины, сотрясая каждый раз, будто, весь салон. Серость города не внушала ничего кроме скуки, но предвкушение чего-то большего не давало на этом заострять внимание. Восторженные чувства начали понемногу уходить, заменяясь напряжением, только тогда, когда мы начали подозрительно далеко отдаляться от города, а пик этого чувства пришёлся на момент нашего лицезрения дома, довольно внушительного размера, практически ничем не отличающегося от обыкновенной недостройки. Единственное объяснение, которое возникало в моей голове тогда, это то, что такое здание не потребовало бы больших денег на оренду. Машина остановилась на обочине, примерно напротив входа в эту заброшку. Взяв деньги, таксист развернулся и уехал назад в сторону города, оставив нас наедине с неизвестностью. Это, правда, продлилось недолго, так как к нам на встречу вышел Илья, в очень странном наряде. Большую часть его торса и ног закрывал кузнечный фартук из жестокого, кашеобразного материала, на руках были перчатки из более толстой материи, чем-то напоминающие кухонные прихватки, а завершали этот образ резиновые калоши, в которые были заправлены грязные чёрные штаны. — Извините, я не рассчитал свои силы и немного не успел. — сказал Илья, стараясь придать этой фразе досадливый тон. — А к чёму это ты готовился в таком виде? — спросил Миша, издав нервный смешок. — Потом покажу, это будет просто неимоверно! — Привет. — сказала я, стараясь немного отойти от, явно, неудобной темы. — Да, точно, привет. — выдал он смущённо. — Так, пойдём, чего тут-то стоять? Мы, согласившись, пошли за Ильёй в это не внушающее доверия здание. Недалеко от входа, прямо на бетонном полу стоял раскладной стол с 5-ю аппетитными кексами на нём. Каждый из них был определённого цвета: двух оттенков розового с голубыми вкраплениями; оранжевый с двумя дольками яблока, воткнутыми внутрь; фиолетовый с одной стороны, с другой изполосаный более тёмным фиолетовым и розовым цветами; голубой с украшением в виде радужного печенья и белый с фиолетовыми полосками, посыпанный белой карамелью, будто алмазами. — Я сам готовил эти кексы и хотел бы услышать от каждого из вас оценку моего труда. — сказал организатор и, взяв розовое пирожное, закинул себе в рот целиком. — - Вы пфобуйте, а я пфока пойду дфоделыфать. — сказал он с набитым ртом и скрылся где-то за дверным проёмом.

***

Открыв глаза, я увидела, что стою на железном парапете. Мои руки были спереди привязаны к его перилам, а во рту был кляп. Единственная небольшая лампочка под потолком слабо освещала картину, которая ужаснула меня до глубины души. С этой дорожки мне открывался отличный вид на Мику, находящуюся в каком-то страшном автомате, будто из средневековой пыточной. Оно напоминало гинекологическое кресло, в нём тоже были жолобы для закрепления ног, но находились они значительно выше, что сидящего в нем человека изгибало в два раза, открывая отличный вид на все прелести. Руки девушки были закреплены за спинкой кресла тонким ремнем, такой же ремень перепоясывал её в районе ниже груди. Голова не была закреплена, видимо, для лучшего обзора на основное действие. Возле кресла стоял столик с разного рода медицинскими пренадлежностями: илгы, скальпели, ножи, хирургические зеркала… Под основной столешницей находилать полка, где размещались графины с неизвесными мне жидкостями. Единственное меня радовало, что, в отличии от Мику, я нахожусь сверху и одетая. Вдруг дверь в углу комнаты открылась и в неё вошел Илья с, прямо, лучезарной улыбкой. Он поменял кузнечий халат на докторский, с резиновыми перчатками. В отличии от Ильи, на лице Мику был ужас и, если бы не кляп, она бы точно закричала. Похититель вальяжно, медленно подходил к креслу, в пол глаза следя за реакцией жертвы. — Ну вот, наконец-то, я готовился к этому больше шести месяцев. И наконец этот момент настал! — сказал он и наклонился к промежности Мику. Разлядывая её примерно 30 секунд под испуганные стоны девушки, он выровнялся и подошел к столику. Одев перчатки кузнеца, которые висели на краю стола, он приложился рукой к банке, наполненной углями. Крышка была плотно заперта, но спустя секунду мучений он открыл её. Держа в руках банку, похититель засмотрелся на открытую ёмкость и, скорчив задумчивое лицо, поставил её на место. — Нужно же, сначала, закрепить половые губы. — сказал Илья и взял со стола два зажима Стилла. Подойдя с этими инструментами к девушке, он, медленно, будто издеваясь, примостил кончик хирургического инструмента к половым губам. Зажимы с силой впились в молодую плоть. Растягивая её к краям кресла, он приносил жертве огромную боль, она мычала, излеваясь слезами. Спустя несколько десятков секунд неудачных попыток, с последним, сильным рывком, сопровождающимся хрустом мышц над вагинальным отверстием, ушка зажимов всё-таки добрались до крючков, разположеных на быльцах кресла. - Но это только начало! - сказал ублюдок и злостно захохотал. Теперь он снова вернулся к банке, которая явно не сулила Мику ничего хорошего. Небольшими щипцами он достал из этого зловещего резервуара пару иголок от шприцев, раскалённых до красна. При их виде девушка начала барахтаться с удвоенной силой, пока он подносил иглы к её растянутым половым губам.

***

В одной руке он держал молоток, в другой щипцы, в которых и были зажаты иглы, а их шляпки были сплюснуты, то ли от жара случайно, то ли не случайно. Один быстрый и чёткий удар вонзил иглу по самую шляпку, проходя через половые губы девицы, прямо в ягодицу. Повторив это действие ещё раз быстрее, он разжал зажимы и отошёл, чтобы посмотреть на реакцию жертвы . Она начала быстро биться в агонии, стальные иглы буквально прожигали её нежную плоть, с каждой секундой проходя всё дальше и дальше, принося всё больше и больше боли. Судороги девушки продолжались ещё некоторое время, а потом резко остановились. Её ноги расслабились, а на глазах выступили слёзы. Стоны также прекратились, на последнем затяжном стоне. Неужели она умерла от болевого шока? Нет, просто её нервные окончания сгорели и перестали приносить ей страдания, что мозг жертвы в панике принял за отпущение . В моей же голове только метались слова этого маньяка: " Это только начало" .