Victury!!! :начало

В.виктор?. — Юри, бледный как поганка, лежал в отдельной палате. Рядом стояла капельница, какие-то трубки, концы-иглы которых скрывались под его такой же бледной кожей… Виктор буквально подлетел к нему. Хотелось его обнять, поцеловать… Но нельзя. Да и впустили его сюда только потому, что он всё-таки альфа и муж пациента. И то максимум на минут пять. — Юри. — шёпотом проговорил он. Не хотелось нарушать тишину, царящую в помещении. — Юри… Я переживал. Я волновался. Японец устало посмотрел на мужа. — Дети? — говорить было трудно. — Не волнуйся. Всё хорошо, они в порядке и сейчас скорее всего спят. Мы были в гостях у Юры, пока дом осматривали и чинили ручку. На мгновение лицо Юри исказилось в страхе, но поборов его, он погладил Виктора по волосам. Тот уже успел примоститься рядом и взять за руку. — Понятно. — после недолгого молчания, в помещении эхом раздались еле уловимые всхлипы. Позже уже громче. — Виктор? — Юри, — сквозь слёзы промямлил альфа. — Я. Боже, я так боялся. Я очень переживал за тебя. Ты. Ты. Это всё ведь произошло по моей вине. Прости меня… — он всё ещё сидел, уткнувшись лицом в плечо омежки. Стискивая своими дрожащими руками его ладошки. Кожа была немного грубовата. От него пахло мылом, сыростью и немножко лекарствами. — Виктор. — Юри чувствовал, как его возлюбленный поминутно дёргается, задыхаясь от слёз. Меньшее, что хотел бы Юри в данный момент, так это чтобы Виктор из-за него плакал. А уж тем более винил себя во всём произошедшем. — Прости меня. Я был таким дураком. Не плачь. Пожалуйста. Я не хочу плакать или, чтобы кто-то плакал из-за меня. Давай просто помолчим? Виктор ничего не ответил и Юри принял это, как согласие и приобнял его за плечи. Так они и сидели, ни о чём не говоря. Просто сидели в тишине и покое. Витя перестал плакать, но на душе у него скреблись кошки. Он всё это время винил себя во всём. Хотя здесь не виноват был никто… Но он не мог так легко всё принять! Он чувствовал вину перед дорогим ему человеком. Но плакать более не стал, принимая во внимание просьбу японца. Так было хорошо и спокойно теперь, когда они вместе и жизни Юри почти ничего не угрожает! Они могли касаться друг друга, видеть и слышать голоса половинки. Выглядело так, словно они несколько месяцев не виделись. На самом же деле прошло лишь несколько дней Но даже этого вполне было достаточно, чтобы ощутить то, насколько они нуждаются друг в дружке. — Юри. — Виктор посмотрел в уставшие глаза японца. — Я тебя люблю. — И я тебя. Позже зашёл врач и выпроводил альфу. — Ну и? Как он? Виктор ответь!!! — Юр, тише. Давай пока. — Да ничего. Он более менее в порядке. Через пару дней, когда ему станет получше, я приеду снова. Вы же посидите с малышами? — В чём вопрос! Конечно посидим, да, Бек? — Угу. Ладно пойдёмте домой? — Спасибо. И да, пора. Все вместе они направились к машине, припаркованной недалеко от больницы. Как приехали, сразу спать. На следующий же день Виктор собрал все вещи: свои и близнецов. И вместе с ребятами отправился домой. Как и ожидалось здесь был полный бардак. — Фига се… Это так и было, когда.? — Юра явно прифигел от такого беспорядка, понимая, что это преступники натворили. Как же тогда Юри досталось… — Да. Только на двери ещё был замок прострелен. — Виктор нисколько не был удивлён такой реакции. Он и сам был в шоке, когда увидел это всё. Единственное, что было убрано — это осколки. Кстати об осколках… Маккачина тоже надо бы проведать. Завтра его можно забирать. — Ладно, спасибо. Я закажу такси. Буду прибираться. — Ты чего? Мы поможем! — Такси уже на подходе. — А ну живо отменяй! Мы поможем.! — Юра подлетел к Вите и дал хорошенький подзатыльник. А после пошёл разгребать бардак на кухне. Отабек тоже без дела не остался, Юра определил его в гостиную и детскую. Виктор пошёл в спальню, предварительно отменив такси. Через час всё лежало на своих местах. В квартире было убрано и все вместе они оценивали кулинарные способности Юрки. В разноцветных керамических тарелках (имеется ввиду зелёный, синий, голубой (это не одно и то же!!!), просто белый…), которые очень нравились, и которые подбирал Юри, был налит сырный супчик (его от силы минут 30 готовить.), быстро нарезанный салат, печеньки, купленные в гипермаркете, куда предварительно и заехали за продуктами наши парни, и чай. Зелёный. За обедом больше всего болтал Юра. Расспрашивал о том, «вкусно ли.?», «не пересоленный суп?» и т.п. Конечно альфы отвечали положительно, ибо никто не хотел расстраивать Юру, а вместе с тем получить по щам. А если учитывать то, что нервишки у него и так пошаливали, а теперь они полноценно шалят, то огрести можно было в три раза больше, чем обычно. Это Отабек знал и Витю давным давно предупредил. Так и прошла первая половина дня. Около половины первого парочка уехала. В доме воцарилась тишина. Обычно её заглушал телевизор и болтовня японца. Его разговоры с малышами были такими смешными и милыми. Он глядел на них с особой любовью и лаской. Такой, какая бывает только у мамочек. Виктор конечно тоже играл с близнецами, помогал Юри. А теперь здесь пусто. Даже Маккачина нет рядом. «И чем же таким заняться?» Делать нечего. А значит, что можно посмотреть телек, а можно заняться фирмой… Выбор пал на второе. Весь день прошёл за работой. Попеременно просыпались Богдан и Юки. Виктор их кормил, играл с ними. Или же просто клал возле себя на подушки-подковы, подаренные Юрой и Бекой. Тогда они наблюдали за папой и тем, как он работал. Смотрели на монитор, удивлялись, когда на экране разбегались буковки или вылезала реклама. Им это нравилось. Нравилось им и наблюдать за мимикой папки и подражать. Иногда он отрывался от работы и тоже глядел на малышей. Он начинал смеяться и они подхватывали. Вечером он положил, как и в гостях, близнецов рядом с собой. «Завтра пятница. Нужно забрать Маккачина… После, скорее всего в понедельник он поедет к Юри, чтобы спросить, когда его можно будет забирать. По идее в лучшем случае в тот же понедельник. В худшем дней через пять… Где-то во вторник-среду. Возможно, что ему позвонят даже раньше.» С такими мыслями он и уснул… На следующий день, как и хотел, забрал пса. Заехал в отделение. Позвонили, сказали приехать. Спросили, будет ли он подавать заявление на похитителей. Немного погодя и всё обдумав, он принял решение, что нет. Этим может и другой человек заняться. Позже он таки зашёл в больницу к Юри. Его врач проинформировал Витю, что понедельник, мол, можно уже забирать. Ему сейчас немного получше стало. Позже скажут как и чем кормить последующие полторы недели. Сейчас лучше не беспокоить. Кое-как он дожил до понедельника, забрал Юри и умотал домой. Приехали родители. Всё разрулили и тож (это не ошибка!) отправились восвояси. Всё более или менее нормализовалось. Правда япошку посадили на диету по рецепту врача. Но он справится! Близнецы теперь не плакали так часто. Виктор тоже повеселел. Да так, что почти каждый день к ним домой приходил курьер с цветами. Виктор кстати и с работой всё разрулил. Компания набирала обороты!(мне плевать...ну и что, что об этой компании знает каждый фигурист?..) — Вить! Хватит! — В смысле??? — Не надо мне каждый день цветы присылать! Я уже все вазы ими заставил! ... Мак-чан, нет! — с кухни послышался грохот, а после оттуда выбежал сначала пёс, с цветами на макушке и в пасти. За ним показался и Юри. Так они бегали ещё три круга по всему дому. Дети, в это время чуть приподнятые на руках папы, дабы увидеть всё, смеялись улыбались, параллельно дёргая его за кофту.