Мое любимое проклятие

Вы никогда не замечали, как легко становится на душе, когда идет дождь? Когда вы сидите на подоконнике в вечернее время и подводите глаза для того, чтобы снова взглянуть на вспышку молнии. Начинается дождь, и чем больнее вам, тем более сильный ливень вы хотите. Когда первые капли ударяют в окно, и вы снова опускаете взгляд, видя, как простые люди начинают бежать от него подальше, прятаться. А ветер гонит эту воду, и потом все утопает в кромешном тумане, заливая все вокруг. Дороги больше похожи на реки, а люди - на рыб. И кажется вам, что это начинается Великий Потоп. И дождь этот не перестает весь день. Вот уже ночь, и вы ложитесь спать, а капли снова и снова пытаются ворваться в вашу комнату. И эта погода будто поддерживает вас, показывает ваше душевное состояние. К чему я это веду? Для чего описываю? А просто потому, чтобы показать вам, насколько сильно я плакала. Ни одна слеза не скатилась по щеке, а плакала я в душе точно так же, как и лил этот осенний дождь. И всю ночь вспоминала свое прошлое, такое счастливое прошлое. Вспоминала ту проклятую ночь, когда вышла из квартиры и уже одной туда не вернулась. Жалела ли я о содеянном? Знаете - я заслужила это, а вот он... нет... Когда наконец заснула, даже во сне мне представлялось это фото. А на самом деле оно лежало около окна, где я сидела и осматривала дождь. На этой фотографии было изображено два человека. Женщина имела длинные каштановые волосы и зеленые глаза. Она искренне улыбалась. А мальчик был чем-то похож на ангела. Такой же зеленоглазый и улыбающийся, со светлыми волосами. Мать и ее маленький сын. Люди, которые должны умереть от моей руки. *** Ото сна меня пробудили чьи-то шаги рядом. Я открыла глаза и, медленно поднявшись с постели, увидела, как по нашей спальне ходит Ян. Демон часто взмахивал длинным хвостом, и кроме этого на голове виднелись черные рога. По длинным волосам ручьями стекала вода. Когда он почувствовал, что я проснулась, то медленно перевел на меня свои голубые глаза. - Этой ночью, - тихо сказал он. - Ясно. Значит самый сложный грех я должна совершить именно этой ночью. - Сегодня они оба приезжают с отдыха, чтобы подготовить ребенка к школе. Будут в тоннеле метро в одиннадцать часов. Я отведу женщину, а ты возьмешься за мальчика. - Может, лучше наоборот? Мне так легче будет... - Нет. Я не ел уже неделю. «Что там было тогда в том Аду, если он стал таким черствым и жестоким после возвращения? Ведь Янелиабар не поднялся по рангу, а все равно теперь не похож на себя прежнего. Жестокое чудовище, что гонится только за собственным удовольствием, и будто совсем не обращает внимание на то, что в этот день я должна убить восьмилетнего ребенка!» Наверное, он слышал мои мысли, но так ничего и не сказал. Опять осмотрел меня ледяным взглядом и, подойдя, положил что-то на кровать. Напротив себя увидела оружие, и сердце мое сжалось. - В этом пистолете только одна пуля. Тебе больше и не нужно. Жертва все равно не сможет убежать, ведь я самостоятельно заманю их куда нужно, а потом отведу женщину. Я повторяю еще раз: чтобы завершить прохождение грехов, ты должна убить его. Для подтверждения проверишь пульс и дыхание. Он должен быть мертв. Ты не промахнешься, ему просто некуда будет бежать. А потом вернешься на станцию. Там мы с тобой отправимся выполнять ритуал извлечения души и уничтожения тела. - А потом ты вытащишь мою мертвую душу и поведешь меня в Ад... - Да. Главное - действуй по плану. У детей ужасно упрямые ангелы-хранители. Я громко вздохнула и дрожащими пальцами взяла пистолет, а затем отложила его на тумбочку. Повернув голову, снова взглянула в окно. - Дождь, - прошептала едва слышно. - Да, но грехам и ритуалу он не помешает, - послышался голос рядом. Жалела ли я о содеянном? Знаете - я заслужила это, а вот он... нет... *** Напротив меня промчалась машина, и я резко отпрянула, чтобы вода из лужи не намочила штаны. Именно тогда раскрыла черный зонтик и оглянулась. Стояла в центре столицы, совсем недалеко от метро. Здесь мне приказали находиться определенное время, пока сам демон был на разведке. Стоя у дороги, я вспоминала то, как выходила из дома. Вспоминала, накормила ли Ваську молоком и бросила ли Афродите кусок сырого мяса. Почему-то в этот день ходила, как в тумане, и поэтому, сделав что-то, резко об этом забывала. Была одета в теплую куртку голубого цвета, синие джинсы и белые кроссовки. Стояла под дождем и совсем не обращала уже на него внимания, пальцами касаясь в кармане пистолета. И никто из прохожих не знал, что ждет меня дальше. Я почувствовала, как в мыслях прозвучал его голос, который позвал меня спуститься в метро. Я медленно сдвинулась с места и по лужам пошла к лестнице. Здесь, внизу, было столько людей, что я едва смогла пробраться. Скоро нашла свободную скамейку и села, сложив зонтик. Тогда снова перестала замечать всех. Богачи, бомжи - какая разница? Мне стоит начать забывать людей, ведь скоро я уйду из своего мира. Хм, не такой короткой я представляла свою жизнь. Если бы кто-то пару лет назад сказал мне, что все закончится именно так - я бы ни за что не поверила. Проснулась из транса я только тогда, когда напротив меня оказался пес. Простой такой пес, мокрый и грязный, бродячий. Он сел и внимательно начал осматривать меня странными желтыми глазами. И столько всего было в этих глазах, что я медленно поднялась и подошла к первому маленькому магазину. Там вытащила все свои деньги и, сунув их продавцу, попросила дать мне на них колбасы. Сумма там была не маленькая, и, в последствии, мне дали два пакета этого добра. Деньги мне все равно больше не пригодятся, поэтому, лучше сделаю перед своим концом хоть что-то хорошее. Несмотря на дикие взгляды бродяг, которые пялились на меня, я снова села на скамейку и раскрыла пакет. А пес все еще сидел, глядя на меня умными глазами. Я вытащила первый кусок и дала ему. Он понюхал все и быстро проглотил. Потом я дала ему еще и еще. Люди начали смотреть на меня и перешептываться, а какая-то женщина заявила: - Ты смотри какой хорошей колбасой эту дворнягу кормит. Лучше бы тем бедным старикам дала, которые от холода мерзнут. - Это люди имеют руки и голову на плечах, - резко и громко ответила я. - И могут работать, а не вздыхать здесь. А пес этот одинокий и голодный, и даже если бы хотел что-то сделать - был бы изгнан. Ешь. И я снова дала ему кусочек, который он проглотил с радостью. Я помнила слова Яна: «Гнев может проявляться не только в чувствах, но и в действиях. В основном люди ненавидят только людей, и иногда совершенно незнакомых. Гнев похож на огонь, и способен быстро загореться и медленно затухнуть. Но обида остается навсегда. Возможно, ты не сможешь возненавидеть тех, кого будешь убивать. Но ты можешь гореть ненавистью к людям, которые не имеют к тебе никакого отношения». Именно так и было сейчас. Зачем мне все эти люди? Зачем тратить на них эти деньги? Неужели не лучше накормить всех этих котят и щенков, незапятнанных никаким грехом? Кажется, я готова к убийству. Я уже хочу покончить с этим всем и обрести покой. *** Когда на главных часах пробило одиннадцать, рядом возле меня на скамейку сел мужчина. По странному и ужасно приятному запаху я сразу узнала в нем Яна, даже не поднимая головы. - Готова? - Готова. Людей вокруг стало значительно меньше. Мы сидели на скамейке у самой лестницы, поэтому хорошо видели, что люди сюда больше не спускаются. - Твоя работа? - Да. Отправил всех мысленно на соседнюю станцию. Кроме нас четверых здесь не будет никого. - Ужасная смерть - вот что я могу сказать. Мне жаль этих людей до глубины души. - Я вижу, что тебе жаль их. Но одновременно ты готова нажать на курок. - Покончим с этим. Он закрыл глаза. Мы провели в полной тишине около десяти минут. Все это время я смотрела на фотографию, на которой мать обнимала своего сына. «Зато вы в Раю будете». - Мама! А правда, что дождь - это слезы ангелов? - Наверное, сынок. Пойдем скорее, а то бабушка уже заждалась. Глубоко вздохнув, я схватила края фотографии и быстро разодрала ее на куски. - Вот сейчас мы придем домой и я испеку твой любимый торт! - Ура! Папа будет очень рад! Ян медленно открыл глаза и сузил их. Они засияли мертвенным синим туманом, который начал подниматься в воздух. Именно тогда лампа над нами замигала. А сколько раз вы проходили около своей смерти, даже не подозревая, что это - она? - Ой! - Осторожнее, сынок, ступеньки очень скользкие! Я подняла голову и косо посмотрела на них сквозь пряди волос. Они. Именно они смотрели на меня с той фотографии. Мать звали Полиной, а сына - Михаилом. Сейчас они спускались в метро по лестнице. Высокая шатенка в черном плаще держала в правой руке закрытый красный зонтик, а зеленоглазый мальчик крепко держал ее за ладонь левой руки, одетый в яркую зеленую куртку и серые брюки. Когда они спустились с лестницы, мать бросила в нашу сторону быстрый взгляд. Мне тогда в один миг захотелось крикнуть им одно единственное слово: «Бегите!» Но я сдержалась. Поэтому они прошли мимо и быстро побежали к первой скамейке. - Вот сейчас мы подождем нужного поезда и скоро будем дома! Именно тогда Ян встал и пошел в их сторону. Я пошла за ним, но это было только началом. Я почти не помню, как мы дождались поезда и сели в него. Знаю только, что тогда было очень много людей в салоне. Наши жертвы стояли совсем недалеко. - Стой здесь и не уходи, - шепнул мне демон. - Я их разделю сейчас. Мать выйдет на этой станции, а сын - на следующей. Пойдешь за ним. Там все и сделаешь. А я до последнего не верила, что он так спокойно говорит о том, как мне придется убивать. Когда пришло время, Янелиабар отошел от меня и стал поближе к ним. А я стояла на своем месте и только следила за его действиями. Страх у меня исчез. Теперь осталось лишь немое хладнокровие. - Пойдем, - донесся до меня голос матери. Именно тогда дверь открылась и она начала выходить первая. А демон начал действовать. Он будто влиял на всех людей в салоне, потому что никто из них не сказал ни слова, когда Ян легко задел когтем капюшон Михаила. И одним пальцем он сдержал его так, что мальчик отпустил навсегда ладонь матери, а двери перед его носом закрылись. В окне я увидела лишь испуганное лицо будущего мертвеца с красным зонтиком. Когда развернула голову к мальчику, Яна уже не было. «А теперь точно началось. Больше ее никто не увидит живой». Мальчик, казалось, также был в трансе. Он не кричал и не просил остановить поезд, чтобы пойти на поиски мамы. Просто стоял у выхода и ждал. А меня будто парализовало. И руки затряслись, поэтому я вытащила их из карманов. На следующей станции вышел только он и я. И все. Больше здесь никого не было. В тоннелях горел тусклый свет и бежать было некуда. «Просто сделай это, Надька! Ну! Не мучай себя! Давай, пока он повернут к тебе спиной!» Но руки не слушались... - А вы не знаете, где моя мама? - неожиданно прозвучал голос, и я только быстро наклонила голову, раскрыв рот. Он смотрел на меня этими зелеными глазами без страха и печали. А сзади него... Пес. Опять пес. Этот мокрый и грязный пес с желтыми глазами. - Извини... не знаю... - пробормотала я и медленно подняла взгляд на пса. А животное смотрело на меня настолько умными глазами, что по телу прошлись мурашки. Мальчик вздохнул и развернувшись, пошел вперед. Просто вперед. Просто к собаке. Просто мимо собаки! Призрак! Этот пес был настоящим призраком! Он был будто тень, мимо которой прошел мальчик, что даже и не заметил его. И тогда я все поняла. Ангел. Это был его ангел-хранитель. Ангел в образе бродячего пса. Ну не может быть у простого животного такой взгляд! Эта собака будто охраняла, и было не трудно догадаться - кого. Он еще тогда пришел ко мне, показавшись людям. Этот ангел все знал. - Извини... но я должна... - снова прошептала я и быстро пошла вперед. Когда подошла к псу, он растаял в воздухе. А мальчик уже шел куда-то, оглядываясь в разные стороны. Я сунула руку в карман и быстро вытащила пистолет. Паника с каждым разом становилась все больше. «Просто сделай это... Просто! Сделай!» «Эта бедная душа молодая. И нет ей пути назад. Душа этого ребенка мала и, попав на грань миров, погибнет во мраке. Не делай этого. Аминь». - Проклятье, - прошипела я, понимая, что ангел может разговаривать со мной. «Против воли Отца ты ушла. Против своего создателя. Словно падший ангел, сброшенный с небес на землю. Не убивай. Аминь». И слова эти так резали меня изнутри, что я даже руку поднять не смогла. Только резко развернулась. Именно тогда за моей спиной начала исчезать белоснежная тень с крыльями. «Сын Божий видит тебя. Сын Божий в тебе. Он не покинет никого, кто во мраке блуждает. Признайся ему. Не совершай греха. Аминь». Но остановить меня было уже нереально. Я резко подняла руку, нацелившись. «Проведи его в себе по всем кругам ада. Дай быть Отцу с тобой. И будет спасена душа. Не делай этого. Не убивай. Не совершай греха. Аминь!» Маленький мальчик упал на землю и быстро начал отползать. - Мама! Где ты?! Помоги! А я стояла и... не могла выстрелить. И тень белая перед глазами мерцала. Верьте в своих ангелов-хранителей. Они единственные, кто защитят вас от всего. Они единственные, кто остановят руку убийцы в роковой момент. - Извини... - выдавила я со слезами на глазах. - Я... просто... не могу по другому... Мальчик снова начал отползать, испуганно оглядывая меня. А мои пальцы никак не могли нажать на этот проклятый курок. - Я... я не хочу этого... Но я должна. Просто должна. Должна убить тебя и... не могу. Это... слишком тяжело... - Так не делайте этого, - прозвучал тихий голос напротив. Зеленые глаза смотрели на меня и со страхом, и с пониманием. Не способна удержаться на ногах, я медленно опустилась на колени, до сих пор не отпуская пистолет. - Это - мое проклятие, - ответила я. - Одна единственная пуля, которой я должна убить человека, чтобы выполнить то, о чем просит меня демон. Воцарилась тишина, а затем до меня донесся веселый смех. - Так давайте обманем его! Я удивленно подняла голову, уставившись на детское лицо. Мальчик снова улыбнулся и закончил: - Давайте я притворюсь мертвым! Я фыркнула, снова вздохнув. - Этим его не проведешь. - Нет-нет! Я помогу тебе! Ты стреляй в меня! - Я не хочу убивать... - А ты выстрели так, чтобы не убить! Это же просто! Ты выстрели, и я притворюсь мертвым, как в том фильме, который я недавно видел! А ты и убьешь меня, и одновременно оставишь живым! Это будет наша маленькая тайна! Я никому не скажу! - Выстрелить так, чтобы не убить... Он энергично закивал головой и прижался к стене. - Я выдержу боль! И с тобой все будет хорошо! А я грустно улыбнулась ему. Жаль, что он не знал, что больше никогда не увидит мамы... Но с таким ангелом за спиной смерть всегда будет обходить этого мальчика стороной. Подняв оружие, я нацелилась в его плечо. И будь что будет. Он - не погибнет. А дальше раздался его сдержанный крик, и ребенок повалился на землю, когда прогремел выстрел. Он мгновенно потерял сознание, а я подошла и приложила ладонь к груди. Сердце билось и будет биться. - Помоги ему, ангел. Пусть демон не придет к нему, чтобы убить. И помоги мне сдержать эту тайну в себе. Когда я встала, вокруг еще было темно и безлюдно. И только белая тень мерцала, не позволяя моему демону-хранителю узнать правду о том, как я прошла последний грех. Тогда я развернулась и, спрятав пистолет, ушла из этого места подальше, еще раз оглянувшись на тело поистине святого ребенка. «А ты и убьешь меня, и одновременно оставишь живым! Это будет наша маленькая тайна! Я никому не скажу!»