Накажи меня снова

Когда пробившийся сквозь шторы луч утреннего солнца скользнул по лицу Драко и заставил его открыть глаза, Гермиона в полупрозрачном пеньюаре уже сидела за туалетным столиком с расческой в руках, закалывая волосы в аккуратную прическу — удивительно свежая и энергичная, учитывая, что спать ночью почти не пришлось. Истосковавшиеся друг по другу и по сексу, они будили друг друга еще несколько раз за ночь, и на рассвете Гермиона, после неизвестно какого по счету оргазма, пробормотала, почти засыпая, что теперь уж точно все, она больше не может. Тем не менее, девушка не стала сопротивляться, когда Малфой, полный решимости довести ее до полного изнеможения оргазмами, как раньше мучил ее неутоленным желанием, расположился между ее ног и снова начал лизать ее — очень нежно, чтобы не причинить боли ставшему слишком чувствительным клитору. Его язык едва касался ее, но каждое порхающее прикосновение заставляло ее стонать — тихо и обессилено. Тот последний оргазм был почти болезненным, но оставил после себя ощущение невесомости в теле — настолько она расслабилась. Все напряжение последних дней смылось с нее этими сладкими волнами. Поспав всего пару часов, Гермиона проснулась такой отдохнувшей, словно вернулась из отпуска. Только приятная тяжесть между ног напоминала о том, что было этой бессонной ночью. Она чувствовала себя полной сил, несмотря на то, что предыдущая неделя была очень нервной и полностью ее истощила. Что ж, если ей доведется все-таки стать министром магии, теперь у нее, кажется, есть чудесное средство, как быстро восстановиться после напряженной работы. Достаточно спровоцировать Драко, чтобы снова получить такое же «наказание». Услышав, как он зашевелился в постели, Гермиона обернулась к нему. — Привет, — сонно пробормотал Малфой. — Ну как ты, милая? Я, кажется, немного перегнул палку вчера… Увидев, что он слегка смущен, Гермиона решила подразнить его и придала лицу строгое выражение. — Ну, тебе же хотелось наказать меня, правда? Ты своего добился. — Извини, мне не стоило так тебя мучить. Со смехом она вскочила и плюхнулась на кровать рядом с ним. — Это. Было. Потрясающе! — заявила она, забавляясь его изумленным видом. — Чувствую себя превосходно, будто месяц валялась на пляже. И знаешь, я совсем не против, чтобы ты снова меня наказал вот так, — лукаво проговорила Гермиона, закусывая губу. Он притянул ее к себе и вовлек в поцелуй, растрепав только что сделанную прическу. Гермиона выдернула из волос и так почти выпавшую заколку и зашвырнула ее куда-то в угол. Выборы министра магии состоялись через две недели, и Гермиона победила на них с большим отрывом. Заняв самый важный кабинет в Министерстве, она не собиралась почивать на лаврах, и только больше углубилась в работу, немедленно приступив к подготовке нескольких законопроектов. Почти каждый день она засиживалась в кабинете допоздна, а когда все-таки приходила домой — обкладывалась бумагами и работала до ночи. На вопросы Драко, к чему такая срочность, и нельзя ли часть этой работы делегировать ассистентам, или хотя бы делать все помедленнее, оставляя время для отдыха, Гермиона отмахивалась и бормотала что-то невнятное. У Драко опять несколько дней подряд не получалось затащить ее в постель, Гермиона просто избегала его. Но иногда, встречаясь с ней взглядом, он почти физически ощущал, что и она хочет его, но зачем-то всеми силами пытается это скрыть. И тут он начал подозревать, что в стремлении Гермионы засиживаться за работой до глубокой ночи есть какая-то демонстративная нарочитость. В середине дня, когда Драко не было дома, она приходила ненадолго, чтобы уделить время Скорпиусу, но вечером всегда была занята — или делала вид? Очередным вечером, когда Гермиона, придя домой, сразу же удалилась в кабинет, Драко, выждав некоторое время, зашел к ней без стука, сел в кресло перед ее столом и стал молча смотреть на нее. Некоторое время тишину нарушало лишь шелестение пера Гермионы. Не отрываясь от работы, она мельком взглянула на него пару раз, но промолчала. А он наблюдал, как под его пристальным взглядом ее щеки заливает румянец, как она начинает ерзать на стуле, каким порывистым становится ее дыхание. Кажется, предположение верно… Через несколько минут он встал и подошел к Гермионе. Прикоснулся к ее плечам, слегка размял их, а затем запустил пальцы в ее волосы, оттянул голову назад и впился в ее губы поцелуем. По тому, как она отвечала, по неровному дыханию, Драко понял, что девушка едва сдерживается. — Жду тебя в спальне, — сказал он, оторвавшись от нее. — Я не могу, мне нужно работать. — Голос Гермионы был напряжен, но уголки рта подрагивали, будто она сдерживала улыбку. — Ну и что же мне с тобой делать? — спросил Драко, поднимая одну бровь. — Хм, не знаю. Можешь, например, наказать меня, — в ее тихом голосе сквозило лукавство. — Что ты сказала? — Накажи меня. Снова, как тогда… Он кивнул и пошел к двери, уже на пороге обернулся: — Ну что ж, завтра вечером, когда ты вернешься, ты получишь то, что хочешь. Но в следующий раз, знаешь, если тебе захочется быть наказанной, не обязательно избегать меня и выдерживать неделю без секса. — Мммм, может быть, тогда пойдем в спальню прямо сейчас? — Гермиона соблазнительно потянулась. — Так тебе же нужно работать, разве нет? — Работа подождет. Она встала из-за стола, обогнула его и присела на его краешек, с улыбкой расстегивая верхнюю пуговицу блузки. Подойдя к ней, Малфой опустился на колени, нежно провел пальцами по ее бедрам, отодвинул сползающую вверх юбку, сдвинул в сторону трусики и припал губами к влажным складочкам. Гермиона со стоном вцепилась руками в его волосы. Сильные и ритмичные движения его языка всего за минуту приблизили ее к грани, но Драко, почувствовав, как она напряглась, немедленно отстранился и улыбнулся ее разочарованному вздоху. — Остальное позже, — проговорил он, и, взяв ее за руку, повел в спальню.