Питер, что-то мне не хорошо.

***

Алые огни встречают Энтони Старка у входа в этот непримечательный клуб. Ничего интересного на первый взгляд, но это только на первый взгляд. Все в крупном бизнесе знали, как этот клуб, так и его владельца, мерзкого, умного человека — Бека Мистерио. Псевдоним, конечно, подкачал, но что уж поделать. Окинув фасад здания беглым взглядом, Старк размеренным шагом прошел ко входу, рядом с которым, какое удивление, стоял огромных размеров амбал, количество чистой кожи у которого было сопоставимо с размером его мозгов. Просмотрев протянутую ему под нос карточку-пропуск, Тони получил одобрительный кивок и проследовал внутрь кирпичного здания. Внутри его встретили потные тела, запах секса и выпивки. Ничего необычного. Не подумайте, Старк не был частым посетителям подобных мест, он приходил сюда всего один раз в месяц, чтобы посмотреть на него. Маленький мальчик, вьющиеся волосы и оленьи глаза. Ничего необычного, но. Этот мальчик не просто танцевал стриптиз. Господи, за все три раза, что Тони был здесь, он бы никогда не смог назвать танец мальчика стриптизом, нет. Как минимум, искусство. Его движения не были пошлыми или вызывающими, они просто приковывали взгляд к его юношескому стану и аппетитным формам. Они просто заставляли самоуверенных старых мужиков пихать мальчику деньги, предлагать ночные приключения, в общем, вести себя, как и подобает всем посетителям этого заведения. За подобными размышлениями, Тони не заметил, как оказался за своим привычным, уже привычным, столиком в укромном уголке, который находился недалеко от бара и шеста, где, собственно, и проходило его выступление. На часах было 01:03 ночи, и через 12 минут на этой мини-сцене должен был появиться обворожительный мальчик. Его пальцы начали отстукивать темп какой-то попсовой песни, что звучала из колонок, и он было уже окончательно погрузился в свои размышления, как на его плечо легла тонкая, слегка подрагивающая рука. — Вам не нравятся мои выступления? — тихий, совсем неслышный из-за громкой музыки, голосок раздался прямо рядом с его ухом, опаляя мочку горячим дыханием. Мысль о том, кто мог стоять позади, приятной надеждой разлилась в его сердце, и, желая поскорее подтвердить свою догадку, Тони повернулся к говорившему. Как он может быть таким прекрасным? — Что, прости? — его голос сломился на последнем слове, за что Старк обматерил себя в голове тысячу раз. — Мои выступления, они вам не нравятся, не так ли? — проговорил сладкий малыш, опуская свою головку в один бок, заставляя непослушную кудряшку упасть ему на личико. Старк поборол маниакальное желание убрать прядь с лица этого падшего ангела, заставляя себя сосредоточиться на его словах, а не на губах или других частях тела. — Только потому, что мне нравятся твои выступления, сладость, я сижу сейчас здесь, — смог выдать Старк, и, увидев в темноте немного красного оттенка на щеках Питера, совершенно лишился рассудительности. — Но вы никогда не смотрите на мое тело, вы.. Вы лишь сидите здесь, смотря мне в глаза и уходя сразу после моего выступления, и.. О Боже, извините, это так глупо, я такой глупый, я..  — мальчик не успел опомниться, как оказался на мужских коленях с большими ладошками на талии. — Я хочу тебя, мой сладкий ангелок, больше, чем ты можешь себе представить, — Старк шептал это мальчику на ушко, как самую большую тайну, самый большой секрет, — Я могу узнать твое имя? Мальчик немного поерзал, устраиваясь поудобнее и задевая своей аппетитной попкой немалый стояк старшего, на что этот ребенок, блять, хихикнул. — Меня зовут… — Наш сегодняшний вечер «Падших Ангелов» я даю честь открыть одному из наших самых популярных звездочек — Малышу Питти, — зал раздался бурными аплодисментами, а малыш Питти молниеносно слез с колен Старка, подмигнул и побежал представлять свой номер. И что-то подсказывало Мистеру Энтони Старку, что танцевал этот мальчик только для него, впрочем, как и всегда.