Репаро

      Прошло двенадцать лет. Меропа сидела в кресле у камина, а рядом стоял Том с большим мешком подарков. Его шестеро младших братьев и сестер теснились вокруг, каждый хотел получить подарок. В кресле напротив сидел их дед Хьюго, и с улыбкой смотрел на внуков. Том, вынимая из мешка волшебные сладости и сувениры, дарил каждому, попутно объясняя их назначение. Эти вещи по его просьбе покупали в Хогсмиде старшекурсники в благодарность за помощь в учебе. Под ногами крутился крупный удав, которого их отец еще маленьким привез из Индии. У каждого, кто получил подарок, он интересовался, есть ли там мясо, и, получив отрицательный ответ, разочарованно шипел. Младшие дети украдкой подкармливали его индейкой со стола, чтобы утешить.       Получив напоследок от Тома брошь в виде веточки снежных ягод, Меропа заколола ею шаль, потом усадила его за стол и принялась расспрашивать, что нового в Хогвартсе. Все остальные сели вокруг, хотя уже пообедали и принялись снова хватать с тарелки индейку. Том неспешно рассказывал, что в Хогвартсе все хорошо, но его беспокоит, что на Слизерине набирает популярность идея чистоты крови. Что некоторые однокурсники даже дразнят его из-за того, что он – сын магла. – Не придавай этому значения, дорогой, – ласково произнесла Меропа, – подкладывая сыну на тарелку ломтики индейки. – Именно из-за идеи чистоты крови род твоего предка, Салазара Слизерина, и начал вырождаться. Секрет волшебства в том, чтобы не делить людей на волшебников и не волшебников. Не пойми я это вовремя, никого бы из вас не было. – Конечно, конечно, – раздалось сразу множество голосов, – мы любим и папу, и дедушку! Малышка Энн забралась на колени к старому Хьюго. – Мы его любим больше, чем… другого дедушку, ну, который волшебник... Помнишь, мама, ты не хотела нас туда брать? – произнес Джим, симпатичный десятилетний мальчик с большими серыми глазами. – Да, с тех пор я вас туда и не беру, – ответила Меропа. – Проще регулярно трансгрессировать туда на часок-другой. Как-никак они – мои родственники, а значит, за ними нужно присматривать. – А ты не боишься там бывать? – спросил Том. – Нет, конечно – они ничего не могут мне сделать, да и не станут. Иначе умрут с голода, – Меропа улыбнулась. – Хорошая ты, Меропа, – подал голос старый Хьюго,– не каждая дочь бы стала... В это время в дверь позвонили. На пороге стоял Эрик в военной форме. Увидев его, Меропа вскрикнула от радости и кинулась в его объятия. Подбежали дети, всем хотелось внимания отца. Каждый наперебой рассказывал о себе. Меропа смотрела на их счастливые лица, и ей вспомнилось, как несколько дней назад она встретила Тома Реддла. Это случилось холодным зимним днем, когда она в очередной раз навещала отца и брата.       Прибравшись в доме и приготовив поесть, она собралась было уходить, но тут старый Марволо начал расспрашивать ее обо всем: о семье, о жизни среди маглов, о учебе Тома. Он внимательно ее слушал: молча, не перебивая, не комментируя, но Меропа чувствовала, что ему нравятся ее рассказы. Брат тоже тихо сидел в дальнем углу комнаты, и казалось, ему интересно, что говорит Меропа. Когда беседа окончилась и Меропе настала пора возвращаться домой, оба встали, и тихо, с едва заметной грустью поблагодарили ее и сказали слова прощания. Меропа почувствовала, что с души её словно свалился тяжелый камень. Да, она научилась жить, чувствуя неприятие отца и брата, но все же было очень радостно ощутить, что этого больше нет. Тут ей захотелось побродить по родным местам и вспомнить детство.       В свете заходящего солнца она шла по заснеженной дороге, пролегающей неподалеку от их дома. Здесь памятным был каждый куст. Внезапно позади она услышала цокот копыт. Меропа не придавала этому значения, пока её не окликнули. Волшебница обернулась и увидела Тома Реддла, сидящего на породистом, гнедом скакуне. Бывший возлюбленный был уже далеко не так хорош, как прежде. Лицо его осунулось, на нем читались усталость, равнодушие и разочарование. Однако при виде нарядной и похорошевшей Меропы глаза его заблестели. – Меропа! – воскликнул он. – Ты здесь! Как? – Навещала отца и брата, – спокойно ответила волшебница. – Не ожидала тебя увидеть, Том. – Знаешь… Мне очень жаль, что я так поступил с тобой. – Не вини себя. Это я виновата, не нужно было затевать всю эту историю с любовным зельем. – Ты как? Замужем? Как ребенок? – Замужем, – ответила Меропа и улыбнулась. – Ребенок учится в школе волшебства. Он – лучший на своем курсе. – Волшебник, значит… Я вот тоже женился и сын у нас… только… знаешь, – он задумался, – ты тоже не вини себя, хорошее это было зелье… С тех пор я никого так не любил, и никогда не был так счастлив. – Мне жаль, Том. – Не стоит. Каждый получает, что хочет. Ты искала любви и, вижу, ты ее нашла. Рад был встретить тебя. Меропа молчала, не зная, что ответить. Услышать подобное от Тома она никак не ожидала. —Ну, бывай,— чуть насмешливо сказал Том, в ответ на ее молчание, и пришпорив коня, продолжил свой путь. Пару секунд спустя раздался легкий хлопок, и Меропа исчезла в снежном вихре.        Сейчас, сидя в гостиной и глядя на прильнувших к отцу детей, волшебница думала, что Том сказал правду. Она действительно получила то, что искала. Меропе казалось, что кто-то очень могущественный направил волшебную палочку на род Слизерина и произнес: – Репаро.