Услышь меня и вытащи из омута.

      Что такое время? Оно несётся без устали. Вот я маленькая девочка, покупающая кофе после школы и девочка, которая при большом окружении чувствует себя самым одиноким человеком в мире. А сегодня я уже взрослый человек, с взрослыми проблемами. Никогда толком не узнаешь, как повернётся жизнь.        Если бы пару лет назад мне сказали, что я буду жить со своим дядей, о котором знаю лишь из небольших статей в СМИ, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но все так, как оно есть.       Воздух вокруг меня звенит и отдаётся неприятным гулом, где-то глубоко в мой черепной коробке. С большим усилием пытаюсь сосредоточиться, собрать свои мысли в однородную массу и понять, что происходит. Но выходит лишь сплошное ничего. -Кира! — чей-то знакомый голос зовёт меня. Изо всех сил пытаюсь зацепиться за этот голос, но лишь вновь проваливаюсь в густую темноту. -Кира! — голос словно вспышка яркого света и я вновь цепляюсь за это. Машу руками и ногами, пытаясь как можно крепче зацепиться за свое имя и не рухнуть снова вниз. -Эй, эй! Все хорошо. — кто хватает меня за руки и не даёт дальше разгонять тьму. А потом странная речь, рвущаяся из всех щелей. Так тихая, размеренная и непонятная. Постепенно тьма начала проходить и я смогла разглядеть все происходящее. Руки в проводах, на лице кислородная маска, а вокруг все пищит и гудит. -Что? — я пытаюсь спросить, что происходит, но с губ скрываешь лишь одни хрипы. -Тихо, не разговаривай, у тебя сильно травмирована трахея. — вижу перед собой Мирона. Всё его лицо — один большой синяк. Взглядом спрашиваю о том, что же случилось. — Мы попали в аварию. Лоб в лоб. У тебя самые серьёзные травмы. — не смотря на меня, ответил Мирон. --опережу тебя с вопросом, кто же виноват. Не мы. Второй водитель, он был настолько пьян, что даже не понял, что сделал. — совсем грустно усмехнулся Мирон. Я лишь к ответ тяжело вздохнула и уставилась в потолок, чтобы переварить все сказанное. С каждой минутой, маска на моём лице начинала меня доставать. Я начала её снимать, но дядя не дал. -Не, не, не. Нельзя не снимать. Без неё ты не сможешь нормально дышать. Во время столкновения, ремень слишком сильно сдавил твоё горло и, тем самым, повредил трахею. Я когда увидел твоё синее лицо, очень сильно испугался. Думал все, потерял тебя. — руками коснулась своей шеи и боль разлилась по все к телу. Казалось, я почувствовала все свои раны.       Как позже выяснилось, ремень не только повредил мою шею, но и сломал мне пару рёбер. Так же, у меня множественные ушибы, сломана левая рука, пару пальцев на ногах и ЗЧМТ. А ещё проведена, неделя с коме.       Большую часть времени в больнице со мной проводит Мирон. Иногда заглядывают и дед с бабулей. Одним словом, скучать мне тут не дают. Однажды утром зашёл мой лечащий врач и сказал, что в скором времени меня переведут в одну из лучших клиник Питера. Оказалось, что это дело рук Мирона, так как по его словам я замучила его своим нытьём о том, что хочу уже домой.       Одним утром, когда Мирон думал, что я сплю, разговаривал с кем-то по телефону и сказал, что во всем случившемся винит только себя и что это я из-за него так сильно пострадала. Но я совершенно не виню Мирона. Может, не случись эта авария, произошло бы что о будь более ужасное.       В день отъезда, когда мы сидели в аэропорту и ждали свой вылет, Мирона как обычно сидел в своем телефоне и вдруг неожиданно заматерился, со злостью сунул телефон в карман и откинулся на спинку сиденья. -Что то случилось? - с трудом прохрипела я. За недорогие пару месяцев голос немного окреп и я могла немного говорить. -Я кажется говорил тебе, чтобы ты не открывала своей рот? Через смс пиши или в блокноте. - нервно ответил мой дядя, а я хмуро посмотрела на него. -Да, небольшие проблемы. Не знаю, говорить тебе сейчас или не стоит. - я ткнула больно пальцем ему в плечо. -Твоя мать. - я вся напряглась. -Что моя мать? - не удержалась я и спросила, а Мирон недовольно цокнул. -Она ждёт нас в Питере. - и тут мои брови устремились в самый вверх, а сердце упало в пятки. Ну вот, что ей надо от нас? -Не бойся, я не отдам тебя ей. - Мирон приобнял и легко потряс. Всё-же зря он сказал мне про неё. Теперь весь полет буду на нервах.