morgen wird nicht kommen

Тэхен сидел в прострации у него на коленях и Чонгук всеми силами сдерживался, чтобы не сорваться. Они, конечно же, одержали победу в Тэджоне и потеряли не так много людей, как могли бы, учитывая скорейший перенос наступления. Но это не означает, что несколько бессонных ночей, бесполезные пленные, захваченные в ходе операции, откровенно затупившие на поле брани индивиды не переросли в отягощающее раздражение. Если бы не возможность убивать, пытать и вспарывать глотки за последние дни — Чонгук бы сейчас являлся сосредоточением агрессии, не зная куда выплеснуть безграничную ярость. Но раз уж львиная доля досталась корейцам, сейчас лишь лёгкое и мерзкое раздражение скреблось где-то в глубине души, напоминая о том, что ему бы не помешал отдых. Но разве мог он отдыхать, когда предатель все ещё не найден? Он забрал с собой почти весь штаб, оставив человек пять, которые точно не могли быть подозреваемыми, и даже Хосок пошел с ним. И что из этого вышло? Каждый солдат без колебания убивал врага, он заставил самых приближенных людей проводить пытки, но у тех ни мускул не дрогнул, ни руки не задрожали. Что ж, корейцам стоит отдать должное, если они кого-то заслали сюда, этот человек воплощение бессердечности или познал все тонкости актерских навыков, потому что Чонгук не нашел и намека на то, кто это мог бы быть, а Чимин успешно разрушил все самые стойкие предположения в свою сторону. Подобная неосведомлённость давила на плечи осознанием, что он недостаточно хорош, раз так и не раскрыл крысу, и это подливало масло в огонь. И вот чертов Тэхён надумал выбраться из комнаты, и вряд ли ради побега. Оставшихся омег по пальцам двух рук можно перечесть, они не вооружены и вряд ли достаточно обучены, чтобы вообще отобрать оружие у солдат. Помимо оставшихся пятерых, омеги-надзиратели имели базовые боевые навыки. Да и с чего бы беглецам знать, сколько человек осталось в штабе? Более того, если бы они хотели сбежать, ломанулись бы из комнат скопом. Что это, разведка? Действительно обычная драка? Или кто-то очень старательно пытается обставить все так, словно бы Ким осведомлен больше кого-либо, отводя подозрения от себя и переключая внимание? Перед глазами возник апатичный ко всему и готовый умереть на месте Юнги. «Да быть того не может», — покачал головой Чон, он отказывался верить, что это был спектакль, но пальцы рук уже непроизвольно сжимались в кулаки. Он перевернет все вверх дном и когда найдет предателя — будет медленно пытать день за днём, пока последняя капля крови не покинет тело, пока органы не превратятся в месиво, а каждая косточка не будет сломана. И тогда этого урока хватит для будущих нерадивых солдат, которые осмелятся доносить у него за спиной. Послышалось приглушённое шипение, вырвавшее мужчину из неутешительных мыслей. Оказывается, все это время он с силой сжимал талию Тэхёна. Тот стоически терпел, пока болезненные ощущения не достигли предела — кажется, красные отпечатки пальцев вскоре превратятся в темнеющие на боку синяки. Чонгук вздохнул, оглядев хрупкую фигуру на своих коленях. Усилившийся аромат дурманил сознание, только подстегивая к тому, чтобы потерять контроль, но он все ещё человек — человек, не спавший несколько дней, у которого каждая мышца ноет от усталости, а конечности наливаются свинцом. И ему не хочется ни сцен, ни нянчиться с омегой, впервые столкнувшимся с течкой. Только вот Ким, наверное, инстинктивно от растерянности прильнул к нему ближе, сам того не осознавая, находясь в некой прострации, словно до последнего пытался спастись от нарастающих ощущений. — Птичка, — прикрыв глаза и глубоко вздохнув, процедил сквозь зубы альфа, — почему вы подрались? Первоначальный страх в глазах юноши почти исчез, он вдруг пристальный взгляд вперил в Рейсха, некоторое время помалкивал, пока не произнес негромкое: — Юнги сказал, что я подозрительно часто нахожусь в твоей компании, особенно, когда им надо готовить или убираться, и заявил, что я давно с тобой спелся и ты меня так выручаешь, а для них я строю праведность и прошу бороться, когда сам уже добровольно стал подстилкой. Голос Тэ звучал равнодушно, словно бы та ярость, которая одолела его, когда те слова только-только сорвались с уст, оставила после себя только выжженное поле и лёгкую обиду. Чонгук усмехнулся. — Что ж, это вполне в твоём духе — доказывать, что люди ошибаются на твой счёт. Тэхён непонимающе посмотрел на мужчину, тянущее чувство в низу живота немного улеглось, поэтому он мог сидеть относительно спокойно. — Какая тебе разница, что он думает? — Чонгук пожал плечами, снимая юношу со своих колен и усаживая на кровать. — Мне казалось, тебе есть куда расходовать свои силы, и то явно не глупые споры. С этими словами Чон завалился на кровать, уставший взор устремляя к потолку. Его поведение немало озадачило напряжённого прежде Кима, тот явно ожидал новых пыток или насилия, но точно не предполагал, что хватит ответа на вопрос и от него отстанут, так легко поверив. Неважно, как логично звучал ответ, разве Чонгук не сомневался постоянно во всем, что ему кто-либо говорил, надавливая и манипулируя до последнего? Тэхён озадаченно нахмурился. Он ответил без привычных споров и упрямства только потому, что Юнги просил его сбавить обороты и найти ещё способы сблизиться с Чонгуком, и от того, что решил поверить, словно бы у Чимина в самом деле благие намерения, пускал и сделал себе пометку по мере возможностей следить за ним. Такой перепад совсем не насторожил Чона? Кима аж дрожь пробрала от пронзившей догадки. Что если Чонгук только сделал вид, что поверил ему? Что если позволил подпустить к себе и понаблюдать, как их план полетит в бездну? Вдруг он ждёт момента, когда сможет подловить юношу на промахе, тогда и отыграется за ложь? Юноша побледнел. Возможно, не стоило менять устоявшуюся тактику, он ведь мог сделать куда хуже. Чонгук очень непредсказуемый человек, и если Тэхён мог выносить избиение, то некоторые его игры разума били буквально под дых. — Почему ты… — Странно, что течка не разошлась, — прервал его мужчина, будто ожидая вопроса. — Полагаю, эта блаженная пауза ненадолго. Мне неизвестно, как проходит первый раз у вас и насколько это даёт в голову, но, думаю, если ты решишь самостоятельно с этим справляться — весь штаб стрельнется и полезет на стены. Ты всё ещё среди голодных альф, которым некуда сбрасывать напряжение. Можешь выйти за дверь и охрана проводит тебя обратно, но если всю вашу компанию трахнут, потому что твои феромоны затуманят рассудок людям — ненавидь только себя, — альфа усмехнулся. — Или можешь остаться здесь и дождаться, когда я проснусь. Давай, птичка, думай. Твой комфорт или комфорт твоих друзей? Тэхён приложил ладонь ко лбу. «И чего я ожидал? Это же Чонгук», — пронеслась в голове отчаянная мысль. Он снова ставил перед выбором. Правда в том, что прямые угрозы и насилие в большинстве случаев были не нужны, Рейсх точно знал, как и на что надавить, и не утруждал себя затратой лишних усилий на иные методы — всегда работало. Тэхёну стоило начать думать о себе, а он продолжал беспокоиться о других. Пытаясь сберечь своих товарищей, он и правда станет козлом отпущения в этом штабе, и пёс знает, от чего он свихнется в конце концов.