Уйди, лягушка,- я в печали.

Когда Бельфегор проснулся, было уже позднее утро. Потянувшись, он встал с кровати и подошёл к окну. Солнце уже вовсю светило, даря свои лучи всему живому. Лёгкие облачка безмятежно плыли по небу, подгоняемые лёгким ветерком. Натянув штаны и полосатую кофту, не забыв, конечно, и про диадему, он спустился на кухню. Там уже вовсю суетились члены Варии. Кто-то ел, кто-то обсуждал недавно выполненое задание, кто-то готовился к новому. Только один парень с зелёными волосами сидел один, закрыв глаза, и не обращал ни на кого внимания. Это был Фран. Погружённый в свои невесёлые мысли, он даже не заметил прихода Бельфегора. Когда напротив него скрипнул стул, он приоткрыл глаза и одарил своего семпая пофигистичным взглядом. Именно в этот момент Бельфегор искренне радовался тому, что его глаза скрывала густая челка. Он сам не знал, почему, но на глаза наворачивались предательские слёзы. Неужели все его терзания были напрасны, и тот поцелуй ничего не значил для глупого лягушонка. Он играл? Играл с чувствами принца? В это Бельфегору совершенно не хотелось верить. Слишком уж многое для него стал значить Фран. Теперь он это понял и понял, что значит быть отвергнутым. Неожиданно ему действительно захотелось плакать. Он торопливо встал со стула и ушел, бросив на Франа грустный взгляд. Зайдя в комнату, принц не стал закрывать дверь на ключ,— к нему и так никто не заходит. Стащив с кровати подушку, он уселся на пол, облокотившись на холодную стену. Это было невыносимо. Неужели он влюбился? Раскаты несдерживаемого смеха сотрясли комнату. «Ну не мог я влюбиться, — вторил себе Бельфегор. — Не мог». Солёные слёзы лились в подушку. У него было достаточно причин плакать: тёплый и нежный поцелуй, холодный взгляд изумрудно-зелёных глаз, любовь... Вдруг в дверь постучали. — Открыто, — сквозь слёзы прошипел Бельфегор, разозлившись на свои эмоции. В комнату вошёл никто иной, как Фран. Тот же ничего не выражающий взгляд, губы сомкнуты в узкую полоску. Всё было так, пока он не увидел, в каком состоянии был его семпай. — Бел-семпа~ай, вы что, плачете? — недоумённо спросил Фран, заметив следы слёз под глазами принца. — Да. Даже принцы могут плакать. Насмотрелся?! Теперь уйди! — Да кто ж вас так обидел? Не выдержав, Бельфегор запустил в надоедливого кохая подушкой (к сожалению первого и радости второго, стилетов под рукой не оказалось). — Я сказал, уйди! — принц уже сорвался на ор. Перебрав в голове все варианты, Фран наконец вспомнил тот вечер, тот закат и тот поцелуй... — Бел-семпай... Это из-за меня? — Не знал, что лягушки умеют думать. — Б... Б... Бел-семп.. — Заткнись и вали уже отсюда! Не хочу я тебя больше слышать! Тут Фран вспомнил про письмо адресованное принцу. Письмо, о котором он так хотел забыть. Теперь радовался, что вспомнил. — Подождите, я сейчас, — бросил кохай Бельфегору и побежал к себе. — Можешь не возвращаться!— крикнул принц ему в догонку. Фран не бежал, он летел за спасительным письмом. Пробежав несколько коридоров, он наконец влетел в свою комнату, нашел заветную шкатулочку, достал письмо и понёсся обратно. Остановившись перед дверью с золотой табличкой «Принц», он долго думал зайти или нет. Решив, что если он сделает первое, ничего хорошего не получится, он постучал в дверь и выслушав нервное «Вали!», просунул конверт в щель межу дверью и полом. Затем со спокойным и даже немного гордым видом удалился. Оставалось только ждать.